Мы победим

Куламову И.

-- Солнце за нас.
-- Ну, хоть кто-то за нас.
(из разговора)

Она чем-то напоминала Франсу Саган, хрупкую девочку-француженку с короткой стрижкой и лукавым взглядом. Мы познакомились где-то в университетских коридорах и теперь проводили время в уютной кофейне. Сидели окруженные густым, матово-желтым светом, больше похожим на заварной крем из пирожных, которые мне иногда покупали в детстве. Мне было приятно. Мы мило болтали о пустяках, хотя она, время от времени переходя на серьезный тон, говорила, что я должен написать хороший роман, и многое другое в этом духе. Большие панорамные окна выходили на дорогу, за которой был университетский парк, и дальше – громада учебного корпуса, задорно подмигивающая нам огнями, мол не теряйтесь ребят. В общем-то мы «официально сотрудничали», создав группу в соцсетях, зарегистрировали её как организацию и бурно имитировали общественную и журналистскую деятельность. Там, видимо, крутились какие-то деньги нужные ей для поездки в Москву. Все это было перемешано с долей забавного апломба: « …мы зарегистрируем, мы создадим, добьемся». Я не претендовал за что буквально кожей ощущал восторженную благодарность. Проще говоря, за этим Светлана привела меня пить кофе, в котором я черта с два разбирался. Мы говорили о творчестве Федотова, точнее, о романе, который переиздавался каждый год.
-- Что ты думаешь о «Человеке-фрагменте». По-моему, хорошая книга, хотя личный аспект… -- жеманно произнесла она.
-- Пусть будет хорошая.
Я представил себе товарища Федотова. «Обыкновенный мужчина за пятьдесят, с коротко остриженной головой. Похож на советского инженера-конструктора. Привлекает людей умением держаться, опрятен, осанист, что свидетельствует о сохранившейся воле к жизни». Всегда думаю о людях несколько сухим, протокольным языком. Светлана этого не знает, а лишь читает на лице напряженную работу мысли, ждет, что скажу длинную, значительную фразу.
-- Почему нет? – не унимается она.
-- Это может быть так, а может быть и не так, -- отвечаю фразой самого Федотова, нарочито копируя манеру хозяина растягивать слова.
Вот наконец она искренне улыбается, воздух становится прозрачным. Господи, как она прекрасна в этот миг. Лукавая искра в карих глазах пропадает, заменяясь бенгальскими огнями счастья. Мы медленно выходим их кофейни, держимся за руки. Ее движенья аккуратны и предупредительны. Она очень нежна и чувствует ритм моих шагов. Мы почти обнимаемся, когда она сокровенным шепотом произносит: «Как вы всё-таки похожи».
Вечер вновь тускнеет, потому что я понимаю в этой фразе больше, чем хочу знать. Мы расстаёмся.
«Ты проморгал, капитан». – Повторяю я несколько раз и смеюсь, совершенно забыв и вечер, и капитана, и то, почему он должен моргать. Благо в салоне маршрутки никого, но водитель несколько раз оборачивается, пытаясь разглядеть признаки опьянения.
Выхожу около торгового комплекса – неонового исполина. Хочется чьего-нибудь общества. На остановке в осеннем пальто спит бродяга, подавляю в себе желание его беспокоить. Да и что я могу сказать ему, мальчик в полосатой ворсистой рубашке на выпуск, сшитой на заказ. Может он только согрелся, и, если не спит, то бережет тепло. Рядом в красном фургоне девушка в белом козырьке с оранжевой полоской торгует хот-догами, и там же, в витрине, стоит аккуратный строй бутылок. В них разный сироп кислотных цветов. Он весело играет со светом внутри фургона и бликует, купаясь в огнях фонарей снаружи. Выглядит вкусно, но я хочу пива.
Иду в торговый центр, беру пиво, заворачиваю в пакет поднимаюсь на второй этаж. Двое подростков упражняются в тире. Стреляющий – блондин с частыми коричневыми перьями в густой шевелюре. Ладно сложенный паренёк. Второй – шатен, чуть ниже приятеля и уже в плечах: «Подожди, не психуй», -- рассудительно замечает тот, услышав частый глухой звук тирового пистолета. Они стреляют, а я вспоминаю фразу Федотова на лекции о лейтенантской прозе:
-- Такие неоправданные потери в битве за Москву, а ведь этого можно было избежать…
-- Значит, так было нужно, -- говорю я.
-- Зачем, Кому нужно? Я Вас спрашиваю.
Тогда я смолчал, а теперь представились изгибы той самой, с которой мы шли какой-нибудь час назад. Видимо, им с Федотовым было хорошо вместе. «В общем, так, нормально, значит». – Думаю я в растерянности. Надо бы подобрать слова, но они кончались. Просто допиваю пиво единым махом. Подошла очередь стрелять. Я поднялся, оставил пустую бутылку рядом с оранжевым креслом и уверенно пошёл к тировому стенду. «Сейчас ты узнаешь все». – Повторяю я, поражая деревянные фигурки зверей одну за другой, среди которых затерялся и офицер СС. Его я снял последним.
«Я знаю, что ты выиграешь флажок и подаришь мне». – задорно сказал знакомы женский голос. Руки Светланы сомкнулись на моей груди. Прошла дрожь, лопатками я чувствовал, объятья крепчают. Наверное, всё серьёзно.

2018.


Рецензии
На это произведение написано 7 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.