Когда-то, где-то

 Глупец не тот , кто не понял , а тот , кто не смог объяснить.


Вечер —это самое    блаженное время  в  монастыре летом.  Уже нет той удушающей дневной жары , которая благоразумно сдается  прохладной ночи . Вечером тепло .
Cегодня вечером мастер не медитировал в своей маленькой хижине , а находился в большом главном зале под покровом сумерек.

Помещение это  было очень красиво , с достаточным количеством цветов и тропических растений . Поскольку всё это великолепие располагалось на большой платформе , установленной  на четыре массивные колонны , то места было вполне достаточно для всего  сообщества .

 В надлежащее время все собрались здесь для того , чтобы  помедитировать и поговорить о дхарме .

Мастер   расположился  на  высоком  сидении ,  которое в обычные дни занимал сам настоятель монастыря . Два старших монаха стояли подле него и размеренно махали большими банановыми листьями .

 Было очень тихо , за исключением звука москитов… Медленно овеваемый воздухом , ощутимо нагружённым влагой , мастер неспешно осмотрелся вокруг . На месте настоятеля монастыря он больше чем прежде осознавал , что он сейчас центр , около которого всё движется , что только для него собралась вся эта толпа людей , жадно внимающих  сейчас каждому его слову и даже движению . " Все они живут рядом со мной , но они видят , слышат и чувствуют этот Мир совсем нет так , как я . Между нами пропасть , и нам её не преодолеть . " -- подумал мастер.


Монахи , получившие в самом начале дня наставление-задание подумать над коаном , расположились в зале на отведённые каждому из них коврики в позе лотоса , некоторые в позе полулотоса ,  спиной  другу к другу , наполовину прикрыв глаза.
Мастер взял в руку бамбуковую палку , расщеплённую  с одного конца , и сделал три удара себе по ладони . В абсолютной тишине   негромкий щёлкающий звук был  хорошо слышен  всем собравшимся тут – это был сигнал к началу медитации.

Так продолжалось около часа , затем был короткий перерыв , чтобы размять ноги . Некоторые монахи отлучились ненадолго  по своим естественным надобностям. Затем снова была медитация…

— Как твоё имя , мастер? – спросил тёплый вечер голосом прохладной ночи.

 -- У меня было много имён , но все они сейчас не имеют значения , -- отвечал тот, -- в этом монастыре у меня нет имени , либо есть ошибочное.

 – Имена не важны , -- прошептал вечер , -- реальность – безымянна.

Мастер посмотрел на свои руки и , поднявшись , пошел прочь от этого места.

Он двигался уверенно ,  потому что  проходил этим путём раньше много раз . Через выход он вошел в другой освещённый зал , где оказалось , что сидели там ряд за рядом неотличимые друг от друга маленькие фигуры  лицом к нему. Их было много и ни один не издал ни звука . Одеты они были все одинаково и лица их были скрыты под низко надвинутыми капюшонами .

« Зачем я пришёл сюда? » -- подумал мастер . Что-то странное произошло с ним и что-то странное чувствовалось в некотором беспокойстве , последовавшем за его переходом . Был ли причиной тому его «вход-через-выход» , либо что-то другое , он решил разобраться в этом после. Всему есть причина , ибо есть закон . Свет в зале стал меркнуть , и вскоре сделалось совсем темно.

-- Ты кузнец ? -- Громкий голос из-за спин сидящих раздался так  неожиданно , что мастер даже вздрогнул.

 – Кузнец ? Отчего вы решили так ? – спросил мастер , вглядываясь в темноту .

 Он не увидел ничего , но догадался , что в глубине зала  было какое-то возвышение .  Его неодолимо потянуло туда.

 - Ты выглядишь , как счастливый человек.

Перед лицом  мастера  пролетела яркая  капля , и беззвучно шлёпнулась на дощатый пол . Он запрокинул голову назад и прищурил глаза .  Крупные капли света , казалось , падали вниз из ниоткуда , так-как потолок  по прежнему  скрывался в полной темноте . Вокруг мастера уже стала образовываться небольшая яркая лужица . Потом он увидел , что  из лужи  свет  ручейком стремительно побежал к центру зала , разгоняя мрак на своём пути .

Теперь мастер смог ясно увидеть , что толпа маленьких людей  сгрудилась в середине просторного зала около возвышения . Кое-кто из них сидел , устроившись прямо на полу , кое-кто стоял , но все они смотрели на высокого , худощавого мужчину , стоявшего на нём . От него исходила и длилась сила , уверенность и теплота . Так , во всяком случае , показалось мастеру .

 Одетый в широкий халат ярких цветов , с длинными волосами и с густой  немного растрёпанной бородой , он был выдающейся фигурой среди невыразительных , ничем не отличающихся друг от друга маленьких людей  , окружавших сейчас его . Он не громко , но так , что все услышали , сказал :

-- Все вы монахи , и собрались сегодня здесь для того , чтобы выслушать проповедь. Да будет так! Пусть исполнится сейчас же ваше ожидание , и каждый из вас услышит в ней либо благую весть для себя , либо предупреждение.

—Прежде чем я стану , если не лгать  , то не говорить вам всей правды , -- продолжил человек в халате ярких цветов , --  прежде чем вы  все , в конце концов , мне поверите , ибо я и сам верю всему тому , что говорю , зная при этом , что я лжец , посмотрите на этого мощного старика , что стоит там , в луже света !

При этих словах  он  резко дёрнул головой вправо , откидывая волосы со лба ,  и потом вдруг протянул руку , длинным пальцем указывая прямо на мастера . Маленькие неотличимые друг от друга люди , молча стоявшие подле него , также молча повернулись  и посмотрели , если и не на мастера , то определённо в его сторону.

– Вы думаете этот мощный старик , -- говорил он им далее , -- сознательно отказавшийся от мира ради разрешения всех мучивших его ум и его совесть вопросов и вызовов , просто случайно проходил мимо в тщетном поиске этого разрешения ? Нет  и нет ! Перед вами мастер . Тот , кто  уже понял  и разгадал  наконец–то великую тайну страданий , которые удручают всё человечество . Он  нашел  таки то средство  , что избавит весь род людской от этих ужасных страданий , и за это мы должны называть его великим человеком , который едва не сгорел от того священного огня , которому мы все так ревностно служим .

Бородатый человек в халате спустился с возвышения и принялся ходить взад и вперёд , останавливаясь всякий раз перед одним и тем же , явно задремавшим монахом . Остальные смирно сидели , смотрели на него и внимательно слушали .

-- Он всех одинаково любит. Он счастлив и добр , и потому он неизмеримо больше всех нас , пусть сам и не думает так высоко о себе . Вот кто он такой ! Падайте ниц перед ним ! – прокричал он громко .

И все , как один , монахи пали пред мастером ниц , не смея  ослушаться и ничего возразить , ибо поверили . Мастер только тихо покачал головой , глядя на всё это. И больше ничего .

-- Отлично , но я не хочу и не буду падать перед ним на колени , -- твёрдо  произнёс знакомый  голос в тишине зала ...

И в этом « отлично » , произнесённом твёрдо , но тихо и  очень спокойно , почудилось мастеру что-то страшноватое , потому что  когда прозвучала эта фраза , он услышал её одновременно внутри себя и снаружи .

 – Чем же заслужил  этот  человек , которого назвали вы великим и все пали ниц перед ним , такое ? – поинтересовался хорошо знакомый мастеру Голос . – Разве он всегда был добр , честен  и справедлив ?... Я вот наверное знаю то , что он часто обижает единственное существо  которое его по настоящему любит – своего кота! Как он льстил ради получения ничтожных привилегий для себя , льстил настоятелю  монастыря !
 
– Как же Он  всё это  знает ? – прошептал мастер , низко опуская голову.

 – Какое право имеешь ты обвинять меня ? Разве ты жил моей жизнью ? Испытал всё то ,  что довелось мне? – вскричал он через минуту-другую , обращаясь к Голосу , подняв голову , и оглядываясь вокруг .

 К своему удивлению он увидел , что никто не выражал никакого недовольства , досады и осуждения . Напротив , все смотрели на него с большим почтением ... Из чего следовало , что голос слышал только он и больше никто...
 
Cегодня вечером мастер не медитировал в своей маленькой хижине , а находился в большом главном зале под покровом сумерек.

Помещение это  было очень красиво , с достаточным количеством цветов и тропических растений . Поскольку всё это великолепие располагалось на большой платформе , установленной  на четыре массивные колонны , то места было вполне достаточно для всего  сообщества.В надлежащее время все собрались здесь для того чтобы  помедитировать и поговорить о дхарме .

Мастер сидел  на  высоком  сидении ,  которое в обычные дни занимал сам настоятель монастыря , держа в руке бамбуковую палку , расщеплённую с одного конца. Два старших монаха стояли подле него и махали большими банановыми листьями . Было очень тихо , за исключением звука москитов…


Рецензии
На это произведение написаны 4 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.