Оленьке Дроздовой в Петербург

Миниатюрная женщина вошла через чугунные ворота в старинный двор-колодец  и, оставляя маленькие следы на пушистом свежевыпавшем снегу, подошла к двери второго подъезда.
Быстро присев на корточки,  стала лепить снеговичка.
 
«Славный снежок», - подумала довольно.
 Вытерла перчаткой покрасневшие от снега руки и позвонила в двадцать первую квартиру.
 
Её встретила дочь, высокая крашеная блондинка. Во взгляде на мать не было радости, словно почтальону дверь открыла.
Зато внучка стояла, притопывая ножками и дрожа от счастья при виде бабушки.
 
- Ты что, ненормальная!? - громко сказала дочь своей маленькой матери. - Почему у тебя на носке опять дырка?
- Да ладно тебе, Оленька, - хотела отмахнуться с улыбкой та.
-Немедленно сними эти носки! - потребовала дочь. - Мой ребёнок не должен видеть убожества.
-Ну, хорошо, хорошо.
 
Маленькая женщина торопливо сняла носки и сунула их в карман старой шубки.
У внучки прекратилась радостная дрожь, и теперь она испуганно смотрела на свою мать.
 
-Ах, Оленька! - воскликнула маленькая женщина. - Что это на личике и ручке у Кристины?
-С кровати упала, - резко ответила дочь.
 
Женщина замолчала в недоумении.
 
Дочь подхватила ребёнка на руки,  бросив матери через плечо:
-Мы на кухню.
Маленькая женщина, подняв с полу свой тяжёлый пакет с гостинцами, понуро пошла за ними.
 
Круглый стол был уже накрыт к завтраку: зелень, орехи, сыр.
-Кофе я только что сварила, - сказала дочь.
 
Маленькая женщина обратилась к внучке.
-А что я тебе принесла!
И с этими словами достала силиконовую яичницу-глазунью и две сосиски, тоже силиконовые.
-Будешь кукол своих угощать, Кристиночка!
 
-Ты, действительно, ненормальная, - опять рассердилась дочь. - Мы же с Кристиной вегетарианцы. Она никогда не видела этой гадости и не поймёт, что с ней делать.
-А я вам перцы фаршированные принесла, вегетарианские! - примирительно объявила
мать.
-Ладно, садись к столу, - смягчилась дочь.-  Через час выезжаем. Надо ещё подсчитать, сколько ты мне должна.
 
-А сколько я должен? - прозвучал вдруг весёлый мужской голос.
 
Маленькая женщина и её внучка вздрогнули.
 
В проёме двери стоял высокий молодой человек.
 
-Здравствуйте, Лариса Ивановна, не узнаёте? - сказал он.
 
Та изумлённо округлила свои большие голубые глаза.
-Как же... - обронила она и покраснела.
Ольга криво усмехнулась, увидев это.
 
-Толя, - обратилась она к мужчине. - Кофе сам себе свари. Мы спешим.
 
Он кивнул и молча стал насыпать кофе в турку, стоявшую на плите.
 
-А Вы здесь какими судьбами? - тихо спросила Лариса Ивановна.
-Попрощаться с Олей приехал.
-Вы же давно попрощались...
-Она, может, и попрощалась, а я вот медлил.
С этими словами он налил себе кофе в чашечку.
 
-Оля, можно немного сыра? - спросил, сделав глоток.
Оля кивнула, но не передала тарелочку, хотя та стояла перед ней.
Анатолий посмотрел на молодую женщину вскользь и обратился к Ларисе Ивановне.
 
-Так вот, я, наконец, решил жениться и приехал попрощаться с Олей.
 
-Вы по-прежнему в Москве? - глядя на его загорелые руки и лицо, спросила несостоявшаяся тёща.
-Не совсем. Приобрёл загородный дом. Небольшой, но надёжный. Разбил сад...
Дважды в год уезжаю в Черногорию. Там тоже обзавёлся недвижимостью.
 
Дочка Ольги захныкала.
-Что, Кристиночка? - живо спросила бабушка.
 
Та подняла ножки на стол.
-На стол хочешь? - спросила Ольга.
Девочка радостно засмеялась.
 
Мать поставила её на стол.
Девочка сделала шажок между вазочек, тарелочек и задела чайную чашку бабушки.
Горячий чай обжёг ножку.
Кристина вскрикнула от боли.
 
Ольга подхватила ребёнка, бросив матери резко:
-Раззява!
 
Анатолий бесстрастно наблюдал за ними.
 
Ольга с ребёнком ушла в ванную.
Бабушка хотела было пойти за ними, но Анатолий посоветовал:
-Сидите!
И тут же спросил:
-Как Вы поживаете, Лариса Ивановна?
-Работаю, - вздохнула она.  - Строю Оленьке кооперативную квартиру.
-А эта? - Анатолий обвёл глазами кухню, оснащённую всеми видами бытовой техники.
-Эта... - она не успела закончить.
 Вошла дочь с Кристиной на руках и продолжила за мать:
-А это квартира однокурсника. Я попросила его помочь, когда муж выбросил меня с двухмесячным ребёнком на лестничную площадку.
-Подержи, пожалуйста, Кристиночку, - протянула она дочку Анатолию. - Я тебе отличный кофе сварю сейчас!
 
-Оля, мы же опаздываем, - заикнулась было мать.
 
Оля сверкнула в её сторону глазами и стала засыпать кофейные зёрна в кофемашину. Турку она демонстративно засунула в посудомойку.
 
-На чём мы остановились? - спросил Анатолий Ларису Ивановну, неловко держа девочку у себя на коленях.
-Вы купили недвижимость, в Черногории...
-Ну да. И там я познакомился с Василисой. Она тоже москвичка.
 
-Тебе, как раньше, три ложки сахару? - прервала его Ольга.
-Одной достаточно, - ответил Анатолий.
-Я тебе к кофе дам сыр Маасдам и вяленую тайскую дыньку. Очень необычное сочетание вкусов!
-Спасибо, - без улыбки ответил он. - Выпью кофе и в путь. Я ведь едва час выкроил, чтобы к тебе заехать.
 
-Поедем с нами, - предложила Ольга.
-Оленька, - полушёпотом позвала  мать.
-Мы же ни о чём не поговорили, - не обращая на неё внимания, сказала  та гостю.
 
Анатолий не отрывал чашечку от губ.
-Замечательный кофе! Давно так варишь?
-Я в азербайджанской кофейной компании работаю, там научили, - довольно улыбнулась хозяйка.
-Моя жена, ну, почти жена, тоже хорошо варит кофе.
 
Анатолий поставил на стол пустую чашечку.
 
-Так! - ударила ложкой по краю стола Ольга. - Мама, мы будем торчать в пробках вечность! Сегодня же суббота!
-Ну так...- начала растерянно Лариса Ивановна.
-Собирай Кристину, я ещё с Анатолием поговорю.
 
-Спасибо, Оля, - поднялся из-за стола гость.- Не буду вас задерживать. И мне пора.
 
Ольга первая метнулась к входной двери.
 Остановилась там с натянутой улыбкой.
 
Надевая кепи, Анатолий кивнул в сторону полки шкафа, где лежал его букет цветов.
-Надо бы в воду, наверно, поставить.
-Да, да, конечно, - согласилась она, сжимая пальцы рук.
-Всем хорошего отдыха! - громко произнёс гость, обращаясь в глубину квартиры.
 
Ему не ответили. Лариса Ивановна суетилась в спальне, собирая необходимые вещи для внучки.
-Рад был тебя увидеть, - улыбнулся Анатолий Ольге. - Счастливо оставаться!
 
Она, закусив нижнюю губу, молча, до боли сжимала пальцы рук.
 
Гость закрыл за собой дверь, оставив запах дорогого дезодоранта.
 
Ольга стремительно пошла в спальню.
Нет, её не интересовало, что там делали бабушка с внучкой. Из окон спальни хорошо просматривался двор. Она успела увидеть, как Анатолий сел в свой чёрный RANGE ROVER.
 
-А ворота закрыты! - встрепенулась она. - Где же пульт?
 
Но тут вдруг увидела, что во двор въехал белый Лексус соседки.
Анатолий вышел из своей машины, что-то произнёс, очевидно, попросил пока не закрывать ворота.
Соседка, откинув со лба густую прядь волос, приветливо улыбнулась ему.
 
Лариса Ивановна тоже наблюдала за Анатолием, из второго окна спальни.
- Ни разу не оглянулся на твои окна, - задумчиво произнесла она.
 
-А тебе это важно?! - крикнула Ольга.
Мать, взяв пакет с вещами, повела за ручку Кристину в коридор.
-Оля, мы подышим свежим воздухом во дворе. А то ведь ребёнок несколько часов будет находиться в машине.
 
Дочь не ответила. Она продолжала смотреть в окно на уже опустевший двор.
 
Кристина, выйдя из подъезда, захлопала в ладошки и счастливо засмеялась, когда увидела снеговичка, почти у самого порога. Она ещё не знала, что его слепила бабушка.
 
Из подъезда вышла Ольга, в белом пуховике, с распущенными волосами.
"Какая у меня красивая дочь, "- с нежностью подумала   Лариса Ивановна.
 
- Мам, пошевеливайся! - поймала на себе её взгляд Ольга.
 
Потом, в машине, выехав на Лермонтовский проспект, добавила с усмешкой:
-Знаю, жалеешь, что не стать тебе тёщей олигарха.
-Он же не олигарх.
-Но может стать им. Уже богатеет на глазах! А нам с тобой ещё необходимо подсчитать расходы на отдых в санатории. Я на тебя изрядно потратилась.
 
Мать опустила глаза. Потом спросила:
-Он тебе что-то подарил?
-Да, - помедлив, ответила дочь. - Цветы.
 
И поморщилась.
-Я так и не поставила их в воду.
 
Лариса Ивановна  улыбнулась сама себе, подумав:" Отдам ей подарок Анатолия попозже, когда успокоится".
 
В её сумочке лежало ценное письмо от него. Письмо пришло на её адрес и на её имя. Очевидно, Анатолий не  был уверен, что Оля, как раньше, живёт на улице Кораблестроителей. Ведь прошло пять лет.
 
В письме он здоровался только с Ларисой Ивановной. В приложении была банковская карта, с указанием кода, на имя Дроздовой Ольги Валерьевны. Карта была вложена в маленький конвертик с надписью «Оленьке Дроздовой».
 
Они выехали на Троицкий мост.
 
Лариса Ивановна, глядя в окно на резные перила моста, спросила дочь:
-Анатолий сентиментальный человек?
Дочь хмыкнула.
-Бизнесмен не может быть сентиментальным.
Мать светло улыбнулась.
-Хочешь, я тебе за десять секунд докажу, что он сентиментальный и продолжает любить тебя?
- Ну? - насмешливо спросила Ольга.
 
Лариса Ивановна достала из сумочки маленький конвертик.
 
-Да, очень сентиментально, - прочитала дочь вслух:"Оленьке! Дроздовой!" А я уже давно Князева!
Она выхватила из пальцев матери конвертик, открыла окно и вышвырнула бумажный квадратик на дорогу.
-Оля! - громко закричала мать.
-Не ори, - сказала дочь. - Кристину разбудишь.
 
Лариса Ивановна, со слезами на глазах, оглянулась на заднее сиденье,где в детском кресле спала внучка.
 
-Сегодня он ко мне заявился со цветами благодаря тебе, да? - враждебно спросила дочь. - Откуда бы ему знать этот адрес?! Может, ты с ним все эти пять лет переписывалась, а?! Ну да, ему же, безродному детдомовцу, материнского тепла не хватало.  Ты с зятем законным так не общалась! Этот вылез из грязи в князи, сентиментальные записочки шлёт.А ты мне решила их передавать!
 
Лариса Ивановна молча смотрела за окно. Она твёрдо решила никогда не говорить дочери о содержимом маленького конверта.
 
 (Впервые рассказ был опубликован в литературном журнале "Нижний Новгород").