Глава 47. Пустячок, а приятно!

На детском новогоднем представлении Маша улыбалась всем, как и прежде. Никто даже не догадывался о том, что все мысли её были заняты им, Вадимом. Пару раз она сбилась в своём монологе. Ну, так это ничего! «Списали» на излишнее её волнение.
— В конце концов, не каждый день у тебя выступления! — сказала директор Дома пионеров, успокаивая её в гримёрке после представления.
Да и детишки совсем этого не заметили. Они, как всегда, радовались встрече с Дедом Морозом и Снегурочкой. Подарки в этот день получили все! Даже «артистам» выделили по подарку.
Несмотря ни на что после выступления Маша чувствовала необыкновенный прилив сил и радость. Окрылённая надеждой на счастье, в общежитие она возвращалась — чуть ли не бегом. Всё ещё в военной форме, Вадим ждал её возле входа в здание. Заметив его ещё издалека, Маша почувствовала, что её сердце буквально рвётся из груди.
— А ездил ли он домой? … Почему даже не переоделся? — подумала она и улыбнулась.
Вадим, увидев Маруську, поспешил ей навстречу. А у неё уже почему-то не было того вчерашнего порыва бежать, она даже, наоборот, замедлила свои шаги и начала оглядываться по сторонам.
— Машуля, привет! — сказал он, улыбаясь во все тридцать два белых зуба.
— Привет! — ответила она и, посмотрев Вадику в глаза, спросила, — А ты что – домой не ездил?
— Хм! — усмехнулся Вадим и спросил, — Почему ты так решила?
— Ну, … так ты даже не переоделся. — заходя в общежитие, объяснила свои мысли Маша.
Вадик не стал ей ничего объяснять, молча, поднялся с ней по лестнице в комнату. Едва они перешагнули порог, он прижал к себе Марию и поцеловал … в щёчку.
— Кроме шинели мне нечего надеть, Машенька! — смущаясь, признался Вадик, — Вещи, что были до службы, все мне обмалели. — сказал он и, присев на стул, обиженно спросил, — И вообще, … что за недоверие? … Сегодня, проснувшись в четыре часа утра, я готов был пешком бежать все тридцать километров до Лукоморья, лишь бы поскорее тебя увидеть! … А ты!
Взглянув на Вадима, Мария улыбнулась, она только теперь заметила его внешние изменения.
— А ты, и правда, поправился, Вадик, возмужал, … стал подтянутым и плечи у тебя даже шире стали. — рассмеялась Мария.
— Да, да! — кивнул он, — Так что придётся тебе меня выручать! … Сейчас мы с тобой пойдём в магазин. … Поможешь мне там что-нибудь из зимних вещей выбрать?
— Конечно, помогу, Вадимушка! — лукаво улыбнувшись, сказала Маша, — Только сначала чаю со мной попьёшь!
Скудный ассортимент товаров в торговом центре заставил парочку не особо копаться в вещах при выборе. Они купили Вадиму короткую серую цигейковую шубу, тёплый свитер и брюки.
— Тебе нравится покупка? — выходя из магазина, спросила Маша.
— Знаешь, Маш, … честно говоря, мне всё равно, … лишь бы было что носить. … Тебе нравится, значит, и мне понравится! — улыбаясь, ответил он и, вручив, неожиданно, Марии все свои свёртки, попросил, — Подержи их пока … и подожди меня здесь!
— Что ты ещё там забыл? — удивлённо спросила Маруська и, рассмеявшись, добавила, — Наверно, трусы – постеснялся при мне купить?
— Трусы! … Трусы! — тоже рассмеявшись, ответил Вадик, — Подожди! … Я сейчас!
Вадима не было минут пятнадцать. Мария, держа в руках свёртки с вещами, улыбалась и морщилась, глядя на зимнее солнышко. Ей казалось, что оно тоже ей улыбается. Мимо неё проходили незнакомые люди, которые изредка поглядывали в её сторону и пожимали плечами. Когда, наконец, Вадим вышел из магазина, свёртков в руках у него не было.
— Ну, всё, Маш! … Пошли! — взяв из Машиных рук «поклажу», сказал он.
— Что? … Ни одни трусы на тебя не подошли? — пошутив и передавая Вадиму свёртки, спросила Маруська.
— Хм! — усмехнулся Вадик, — Да! … Не подошли! — ответил он, — Да, ну их! … Потом куплю!
Они вернулись в общежитие и, оставив там вещи, вместе пошли прогуляться по городу.
— Машенька, давай, сфотографируемся на память о встрече! — предложил Вадик.
— Так мне, Вадик, хоть переодеться надо! — обрадовавшись такому предложению, сказала Маша.
— Машенька, … к чему все эти переодевания? … Ты у меня, итак, красивая, … в чём бы ты ни была одета! — ласково посмотрев на Маруську, сказал Вадим.
От этих его слов Маша засмущалась, даже щёчки её немного покраснели.
— Но на мне сейчас белый джинсовый халат, … а на фото надо бы что-то яркое! — сказала она.
— Какая разница, Маш? … Фотографии всё равно чёрно-белые будут! … Пойдём! — взяв Машу за руку, рассмеялся Вадим.
Фотограф был уже ранее знаком Маше. Они с девчонками не раз посещали это фотоателье. Увидев её, он приветливо улыбнулся, предложил парочке раздеться и пригласил их в комнату за ширмой. Вадим с Машей быстро сняли с себя верхнюю одежду, Вадим повесил её на вешалку в углу, и они вместе прошмыгнули за ширму. За ширмой было некое оборудованное пространство, со всех сторон обвешанное шторами. Посредине стояла фотокамера на треноге.
Фотограф долго выбирал ракурс и позы, как лучше сфотографировать их вдвоём. Маша с Вадимом попробовали и так и сяк встать. Но фотографу каждый раз это не нравилось. Наконец, он предложил Маше сесть на стул, а Вадиму – встать около неё рядом.
— Вот так – лучше будет! — убедительно сказал он.
— Вам виднее! — согласилась Маруська.
Вспышка фотокамеры ослепила им глаза. Сделав несколько снимков, фотограф пообещал вручить счастливой парочке фотографии сразу после праздников.
Выйдя из фотоателье, они вновь зашли в столовую, в ту самую, в которой были вдвоём накануне. И обед был тот же самый, только вместо котлет Вадим взял на второе макароны с жареной рыбой. Маша обратила внимание на то, как Вадим каждый раз учтиво помогал ей надеть пальто, держа его сзади. В столовой он взял на себя обязанность — сдать верхнюю одежду в раздевалку.
— Пустячок, а приятно! — глядя на Вадима, подумала Маруська и спросила его за обедом, — А зачем ты всё-таки днём в магазин вернулся?
Вадим улыбнулся и, достав из кармана кителя маленькую коробочку, сказал:
— Вообще-то, Машенька, … я на Новый год хотел тебе сюрприз сделать. … Но, раз уж спросила, … придётся тебе сейчас подарок вручить. — он протянул Маше коробочку, — Это тебе, Маш!
— Мне? … Подарок? — покраснев и отложив в сторону ложку, удивлённо спросила Маша.
— Тебе! — кивнул Вадим и предложил, — Открой!
Маша, улыбаясь, осторожно открыла коробочку. В ней лежала цепочка с кулоном, в виде квадрата, в центре которого был синий блестящий камушек.
Обычная бижутерия, цепочка — даже не золотая, но Маша искренне радовалась этому подарку от любимого парня.
— Ой, … какая красивая! — достав из коробочки цепочку и повертев её в руках, сказала она, — Спасибочки тебе, Вадимушка!
— Надень! — кивнув на цепочку, предложил Вадим, а потом встал и подошёл к Марии, — Нет, Машенька! — сказал он, — Лучше, давай, я сам её на тебя надену!
— Пустячок, а приятно! — вновь подумала Маруська.