Никарагуанские картинки
Симпозиум "Маленькая Суббота"
"Жизнь - не те дни, что прожиты, а те, что запомнились"
- Леонардо да Винчи
Манагуа. Изнуряющая февральская полуденная жара. После шести утра из-за горизонта выкатывается огромный раскаленный диск тропического солнца, а на небе нет и малейшего облачка. После обеда даже деревья сворачивают свои листья. Все нормальные живые существа стараются укрыться в тени. Только реликты игуаны, не насытившись теплом в своем ящурном палеозое, выползают на стены и крыши домов, чтобы погреть спину. Да еще стайки смуглых торговцев водой и прочей дребеденью атакуют машины на светофорах.
И так будет каждый день до середины мая. Это у нас называется Сухой Сезон.
Но до мая еще два месяца или, проще, шестьдесят раскаленных дней
Вечером, с заходом солнца, после шести часов, на землю начинает опускаться живительная прохлада. Наконец-то можно будет выбраться из под кондиционера и полной грудью вдохнуть свежий воздух.
Но до вечера еще далеко, и медленно плавятся мои бедные мозги, а грешному телу жара грозит превращением в мумию. Измученная страшной пыткой сибирская душа бьется в судорогах и кричит - "Ну, дай ты мне хоть немного снега и мороза! Ведь сейчас у нас в России зима. Если нет снега, то хотя бы окати меня холодным пивом". Пиво - это еще одно доказательство того, что господь любит нас и хочет, чтобы мы были счастливы!
Торможу возле ларька и вежливо спрашиваю, сколько стоит бутылка Тоньи. Смуглый продавец таращит глаза на мою белобрысую гринговскую наружность и на спанглише (страшная ядерная смесь английского с испанским) требует два доллара.
Шел бы ты, чавало, разводить кроликов!
Применяю против противника проверенную тактику.
Делаю рожу профессионального киллера, смотрю прямо в наглые черные глаза и ласково выдаю: "Putis maje. No me jodas chabalo. No me metas cobas, diga la verdad. Si intentas jodarme, estas chicle. Jueputa."
Что в переводе на нормальный язык это звучит - "Бля чувак. Не разводи меня, парень. Не вешай лапшу на уши, говори правду. Если будешь разводить, то снесу твою башку. Засранец".
Чавало выпадает в осадок, а цена бутылки сразу опускается до нормальных 70 центов. Эффект гринго, который вдруг заговорил на вполне понятном ему языке.
И только я жадными губами припадаю к живительной влаге, как звонит сотовый.
- Привет команданте Алекс!!!
- Привет капитан Малиныч.
- Алекс. Симпозиум - Сабадо Чикито,. Пато де Элефанте, Гран Резерва.
- Нет проблем, борщ. Малиныч
- В 7 пойдет?
- Аллах Акбар, Малиныч
Шифровка принята, все четко понятно,
Сегодня у нас пятница, время после получки. В Никарагуа этот святой день называется Маленькая Суббота. Симпозиум в переводе с латыни означает "совместное возлияние".
Значит в 7 часов вечера у меня на террасе соберутся товарищи. Ребята принесут 3 литра рома Гран Резерва (бутылка- Пато де Элефанте или Нога Слона), а я им сварю огромную кастрюлю русского борща. Как водится у нас в России, сколько бы на столе не стояло, всегда будет мало. Чтобы по ходу дела нормально "прочистить клапаны" придется еще раз послать гонца в ближайшую лавку к Донье Майре.
После первого стакана начинается горячее обсуждения текущей международной обстановки.
Взбодренный ромом наш партийный комиссар Чепе предлагает создать бригаду добровольцев и поехать в Эквадор, чтобы показать "кузькину мать" колумбийским засранцам. Эти гады лижут грингам жопу, посягнули на Эквадор и нашего друга Хуго Чавеса. А заодно мы отберем у Колумбии наш кровный никарагуанский остров Сан Андрес.
- Алекс. Ты поедешь с нами защищать Эквадор и освобождать Сан Андрес?
С таким количеством рома в крови я готов совершать не только утренние подвиги, но и вечерние и даже днем - в этом пекле.
- С вами ребята я пойду хоть на край света. Только сначала давай допьем ром и поедем танцевать с кулитами (девчонками). А потом уже рванем на защиту Эквадора.
Беседа сразу поворачивает в русло обсуждения особенности национальной охоты на горячих колумбийских женщин. В этом вопросе главный специалист Товарищ Виктор. В Колумбии этот бравый мачо покорил сердце страшной (сам признает, что она была похожа на бегемота) владелицы борделя и заодно взялся контролировать обслуживающий персонал. При отсутствии хозяйки, в порядке международной пролетарской солидарности, никарагуанские товарищи осчастливливали своими визитами работниц фирмы. Причем, как истинные офицеры, они с прекрасных дам денег не брали.
С тоской в глазах Чепе вдруг вспомнил, как они с Вальтером в Киеве покупали пирожки. Тогда подошли к продавщице два молодых симпатичных смуглых парня в новенькой военной форме и выдают: "Здравствуй Бля.... Дай нам четыре мандавошки." Ответная реакция прекрасной половины гражданского населения их повергла в шок. Это наши советские курсанты дали первый урок русского языка иностранным салагам - "Бля.. , это красивая девушка, а мандавошка, это пирожок".
Малиныч тоже пытается упражняться в могучем русском языке. От советских военных специалистов он почему-то легко и в совершенстве освоил только крепкий русский мат. Вообще-то настоящее имя товарища Мануэль Молино. Но мы его зовем Малиныч.
Товарищ Рональдо вдруг выдает тираду на казахском языке и заявляет, что казахские девчонки самые лучшие в мире. Он когда-то учился в Алма-Ате.
Возмущенный Феликс ему возражает, что самые красивые девушки- одесситки, а Одесса-Мама самый прекрасный город на земле.
Ребята погружаются в воспоминания о девчонках, украинском самогоне, сале, черном хлебе, селедке, сухом пайке и еще многих прекрасных вещах из своей молодости.
В полночь Малиныч вдруг встает и громко рапортует: "Разрешите идти?",
Отдает честь, выполняет команду "кругом, шагом марш". Пошатываясь, он марширует в тачку и на автопилоте "улетает" домой. Удерживать Малиныча бесполезно. У опытного боевого пилота работает врожденный инстинкт - баки и боекомплект под завязку, нужно лететь отоспаться и утром как огурчик быть в аэропорту.
У Малиныча могут отказать голова и ноги, но баранку, он всегда держит крепко как штурвал и курс выбирает правильный. Но почему-то часто пытается разогнать джип как будто идет по взлетной полосе. Еще он тянет баранку на себя, вроде как собирается на взлет. Если к джипу приделать крылья, то Малиныч точно полетит.
Заканчивая симпозиум словами никарагуанского поэта-классика Рубен Дарио- "О молодость, божественное сокровище.....", наш комиссар Чепе вливает в себя последний стакан рома. Окинув строгим взором пустые бутылки, он предлагает перейти к следующему пункту повестки дня - Братанию с "кулитами".
Живо грузимся в тачки и несемся в кубинский ресторан Аче, где нам всегда найдется место.
В промежутке между танцами знакомый диск-жокей громко извещает публику о прибытии бравой команды. Мы встаем и раскланиваемся, одновременно выискивая взглядом свободных дам. В свою очередь, кулиты устремляют горячие взоры на прибывших мачо.
Дальше дело техники, "от нашего стола, вашему столу"... и идем танцевать.
Вместе со всей округой и пальмами открытый ресторан до утра содрогается от грома ритмичной латинской сальсы и меренги. Разгоряченные пары извиваются в неистовом танце. Танцоры упражняются в Колумбийском, Карибском и еще многих непонятных экзотических стилях. На улице неистово гудят и снуют от одного ресторана к другому потоки машин. Шум, визг и гам захлестывает улицы.
Манагуа веселится до рассвета.
Благословенный святой день - Сабадо Чикито - Маленькая Суббота.
На следующее утро город похож вымершую пустыню.
Часов так в 11 утра приезжают комиссар Чепе с подполковником Феликсом. У ребят "горят радиаторы" и мы летим к ближайшей лавке охлаждаться пивом. Конечно идет подробный "разбор вчерашних полетов".
И только после обеда нескончаемые потоки машин повезут заспанных жителей прочь из душного города на песчаные морские пляжи.
16 марта 2008 г.
Свидетельство о публикации №219121200316