В порыве

В порыве сердце слышу — не ушами, не слухом, не теми звуками, что заглушают тишину. Другим — внутренним, древним, почти забытым. Поток нравов по воле ищу — не тот, что навязан, не тот, что в учебниках, свой. В утопиях иль в нравственности живой, в бесконечность уносящих с собой, дают глубокий смысл бытия. Утопии не сбываются, но тянут вверх. Нравственность не продаётся, но держит. И то и другое — крылья. Разные, но оба — для полёта.

Как может не быль из небылиц строить козни надо мной порой! Сны, мечты, несказанное — они имеют вес, они влияют, они толкают на поступки. Словно точат камни об меня — не в переносном смысле, в самом прямом. Каждый день — как наждак. Каждая неудача — как удар резца. Гонимым ветром бессмыслиц, в перелёте птиц звеня. Бессмыслица не значит «пустота». Иногда в ней — самая настоящая правда. Просто мы её не понимаем, потому что не на том языке говорит.

Где белеют облака вдали пустыни зорь — там, где нет ничего, кроме неба и надежды. В полёте не видимых бурь — бури, которые не видно глазу, но разрывают изнутри. Гонимым я ветром в страсти, зовущих с собой к власти, ждущих бурь от не Насти. Власть — не над людьми, над собой. Буря — не снаружи, внутри. Настя — не имя, состояние. Когда не знаешь, чего ждать, и ждёшь всё равно.

В порыве сердце слышит. Слышит не только то, что есть, но и то, что будет. И то, что никогда не сбудется. Слышит — и не жалуется. Не устаёт. Не закрывается на замок. Потому что без этого звука — пустота. А пустота страшнее любой несправедливости. Страшнее голода. Страшнее смерти. Потому что в пустоте нечем жить. А так — есть звук. Есть движение. Есть ветер, который гонит, но не ломает. Есть облака, белеющие вдали. Есть камни, которые точат, но не стирают в пыль. И есть этот порыв — сердцем. Он — главное. Он — всё. Остальное — приложится. Или не приложится, но не важно. Важно — что слышишь. Важно — что идёшь. На этот звук, на этот ветер, в эту бесконечность, которая не обещает ничего, кроме самого пути.

Иду. Слышу. Дышу. И это — уже победа. Ежедневная. Моя. Ни у кого не отнять. Спасибо сердцу, что не молчит. Спасибо ветру, что гонит. Спасибо облакам, что белеют. В порыве — жизнь. Вся. Без остатка. Спасибо. И — дальше. Туда, где белеют облака. Туда, где не видимые бури. Туда, где этот порыв превратится в нечто большее. Во что? Неважно. Главное — что не остановлюсь. Пока сердце слышит — иду. А оно слышит. Всегда. Даже когда сплю. Даже когда молчит. Слышит. И ведёт. Спасибо. И — в путь. В порыве. Сердцем. Жизнью. Настоящей. Без прикрас. Без обмана. Только так. Иначе — не надо. .

В порыве сердце слышу,
Поток нравов по воле ищу.
В утопиях иль в нравственности живой,
В бесконечность уносящих с собой,
Дают глубокий смысл бытия.

Как может не быль из небылиц;
Строят козни надо мной порой!
Словно точат камни об меня,
Гонимым ветром бессмыслиц,
В перелете птиц звеня.

Где белеют облака вдали пустыне зорь:
В полете не видимых бурь;
Гонимым я ветром в страсти,
Зовущих с собой к власти,
Ждущих бурь от не Насти.

В просторе бескрайнем без опоры кружусь;
В мыслях своих, утопая, чуть-чуть держусь.
В круговороте таинств будто в сетях заплетаюсь,
С призрачно открытой данью давно борюсь;
В тьме грядущим безудержно дерусь.
 
Заманив, сводит с пути верности растрат,
Где откуда суров порой бывает найти путь возврат.
Блуждаешь в потемках заблудших и падших душ:
Жизнь по мере бытия дает им свой тот куш.

К радости до печали во всех красотах взведено:
Будет в ударе своенравном плыть разрешено.
К стремлением будним взоры дури полны,
В обыденности укора ждет прок, как пуля опоры.
Предпочтет зарок, у виска приставлен курок.

Затаив дыхания, не взглянет на мир бытия,
Решив превознести в жертву тебя вместо себя,
Чтоб не нужно было глядеть туда-сюда!
Меж ними в грани проложен путь бытия.

Меж тем открыл сегодня для себя
Истину одну заветную в мире этом,
К тому удивлению, живущем в том!
Жизнь проста и сложна между тем:
Что был вчера с другом закадычным,
А сегодня стал врагом заклятым!

Как этот мир так изменен?!
Где в черте грани растворен?!
Что разделил? В пути мечты.
В свете иль в потемках?! Живешь ты.
В вечности никогда не будет открыты.

Где же истина их зарыта,
Что же важней, всё скрыто?..
Коли друг стал не другом,
А враг стал другом моим.

Коли ты один в целом мире,
Поди-ка разбери?!
Где вся вселенная кружится
Вокруг одного.

И когда ты стал центром его!
И тебе лишь одному вскружило голову.
И меж вселенными – звезд унесенными
В порыве сладострастном.

Та любовь была осязаема, порывом неземным!
Ибо блуждало в потемках душ приблудных.
Как только сблизились, туже насытившись,
Стали отдалятся друг от друга, будто подуло ветром!
Отгородившись завесой, безвозвратно и навсегда!