Юность мушкетеров Глава IX Длинное дело

Глава IX
Длинное дело

Находчивость и смелость де Шарона быстро снискали ему одобрение окружающих. Он без труда влился в ряды мушкетёров и обрел свое место среди гвардейцев роты дез Эссара. Не прошло и недели с момента его прибытия, как старый армейский приятель, шевалье де Монтаран, оказал ему честь приглашением на обед.


Обитель Монтарана скромно располагалась на улице Бак, в добрых пяти верстах от трактира «Рог изобилия», где временное пристанище нашел де Шарон. Готовясь к визиту, шевалье с присущей дворянству щепетильностью подобрал наряд без которого не рекомендовали никому выезжать даже на охоту, и отправился вместе со слугой на на упомянутую улицу,  помня, что обед назначен на шесть часов.

Проезжая мимо величественного храма Сен-Сюльпис, де Шарон услышал, как колокол отбил пять. И в тот же миг его взор выхватил мелькнувшую со стороны аббатства Сен-Жермен группу всадников. Среди них бургундец с нескрываемым негодованием разглядел господина де Жюссака. Тот, возвращаясь, видимо, от самого кардинала, явно спешил на долгожданное свидание со своей дамой сердца на улице Турнон.

Де Шарон хотел было свернуть в сторону, чтобы избежать нежелательной встречи и возможных неприятностей, но было уже поздно. Де Жюссак заметил его и, резко пришпорив коня, направился прямо к нему.

— Ба, какая встреча! — воскликнул он, перегородив ему дорогу. — Теперь вам не уйти от нас, не так ли? Вашу шпагу, сударь.

Пока он говорил, один из его спутников подъехал верхом к де Шарону и Глюму и встал позади них. Двое остальных поступили так же.

Оглядев их воинствующим взглядом, де Шарон схватился за эфес, но не вытащил шпагу.

— Поживей, голубчик, поживей, — поторапливал его лейтенант, — у меня мало времени.

Де Шарон возмутился.

— Но с какой стати вы меня об этом просите? Разве я побеждён или, может, арестован?

— Насчёт второго угадали... Взять их!

Приказ де Жюссака был исполнен мгновенно. Едва де Шарон успел осмыслить сказанное, как двое гвардейцев уже спешились и крепко схватили Глюма за руки.

— Ваше сиятельство! — вырываясь, завопил тот. — Спасите меня, ваше сиятельство!

Мольба слуги вырвала де Шарона из ступора. Выхватив шпагу, он кинулся было к лейтенанту, но вынужден был остановиться, ибо в грудь его упёрся пистолет.

— Тихо, сударь, осторожнее, — насмешливо проговорил де Жюссак. — Мушкетон заряжен.

Такое странное явление не оставило равнодушными ни горожан, ни полицейских. Заметив их скопление, лейтенант поспешил попросить, чтобы все расходились.

— Но что тут происходит, господа? — осведомился один из жандармов.

— Жандармы? Очень хорошо! Подойдите-ка сюда, вы поможете с арестом двух злодеев.

— Двух злодеев? — усомнился жандарм. — А что они сделали?

— Этот, — Де Жюссак пренебрежительно показал на Глюма, — украл у меня кошелек, а тот юнец, будучи с ним в сговоре, не дал мне его задержать.

— Это ложь! — вскричал де Шарон.

— В жандармерии разберутся, — ответил жандарм. — Пройдемте, сударь.

— Что здесь происходит?

Послышался в толпе знакомый голос. Шевалье тотчас узнал его и обрадовался. То был голос г-на де Гермона, а вскоре появился он сам.

— Де Гермон! — радостно крикнул бургундец.

— Не мешайтесь, г-н мушкетер, не мешайтесь, — проговорил жандарм. — Я арестовываю преступников.

— Преступников? Я не ослышался? — удивился де Гермон, подходя все ближе. — Вы арестовываете преступников.  А где вы их видите? 

 — Не морочьте мне голову, господин мушкетер. Если вы имеете глаза, то отлично их видите, ибо они перед вами.

Жандарм указал на раскрасневшегося от стыда де Шарона и еще более пристыженного Глюма. По толпе пробежала волна возмущения.

— Простите, господин полицейский, — поспешил возразить де Гермон. — Должно быть, произошло недоразумение. Эти люди не могут быть преступниками. По крайней мере, за одного из них я ручаюсь своей головой. Он честный, благородный юноша, мой лучший друг, и к тому же служит…

— Если он ваш друг, — перебил жандарм, — значит, вы такой же жулик, как и он.

— Что?!

— Держите их, тут целая банда!

В отличие от де Шарона, де Гермон, не растерявшись выхватил шпагу, и двое нападавших тут же были повержены.

Видя удаль де Гермона, де Шарон тоже освободился от жандармов и бросился в бой.

Двум мушкетерам было бы трудно устоять против постоянно прибывающего числа жандармов, если бы Глюм не воспользовался моментом и не побежал к дому де Монтале. К счастью, дом был рядом.

— На помощь, господа мушкетеры! На помощь! — кричал он во всю глотку, едва забежав за ворота резиденции.

Клич прозвучал — и на него откликнулись все без исключения. Двадцать отважных душ — ровно столько, сколько собралось в тот час во дворе дворца господина де Монтале, — устремились вслед за Глюмом. Когда они достигли места происшествия, перед ними предстали жандармы и гвардейцы Красного герцога. Разгорелась яростная схватка, однако сила и отвага мушкетёров взяли верх. Не выдержав натиска, гвардейцы кардинала и парижские жандармы обратились в бегство, скрывшись за массивными воротами дома. А тем временем израненный де Жюссак, чьи силы были на исходе,  был бережно унесён в карету.

Между тем исступление среди мушкетёров и их единомышленников достигло такого накала, что они, бросившись вслед за гвардейцами (те предусмотрительно заперли за собой калитку на замок), уже подумывали выломать ворота. Однако друзьям удалось успокоить сотоварищей, и все направились в ближайший трактир.

История эта наделала много шума. Де Монтале вслух бранил своих мушкетёров и втихомолку поздравлял их. Нельзя было, однако, терять ни минуты, и он постарался увидеть короля до того, как кардинал успеет предубедить его. Он решил представить всё это дело в выгодном свете для его мушкетёров, но не в выгодном свете для гвардейцев его преосвященства.

Итак, де Монтале поспешил в Лувр, но было уже поздно: король уединился с кардиналом, так что встретиться с ним не представлялось возможным. Поэтому он явился на следующий день — как раз когда Людовик Справедливый завтракал. Монарх пребывал в превосходном расположении духа и искренне восхищался мастерством поваров, оценивая новое блюдо.

— Весьма недурно, господа, весьма недурно, — приговаривал король, завершая трапезу.

Вокруг него стояли слуги и восторженно умилялись.

— А, вот и вы, господин де Монтале! — воскликнул его величество, ещё издали заметив гостя. — Очень хорошо, что вы пришли. Мне надо с вами побеседовать.

— Я весь к вашим услугам, ваше величество.

Король допил вино из бокала, вытер губы салфеткой и небрежно отбросил её на стол. В это время придворные, толкаясь, принялись доедать то, что не успел осилить его величество. Король же взял де Монтале под руку и направился с ним к одному из окон.

— Послушайте, де Монтале: что это вчера за смуту устроили ваши мушкетёры вблизи Сен;Жермена? Кардинал говорил, что они якобы напали на жандармов, изранили гвардейцев и едва не выломали ворота несчастной вдовы Сен;Симон. Они что, у вас с ума сошли от скуки?

— Всё это не так, ваше величество, — ответил де Монтале.

Он рассказал всё в подробностях — начиная с приглашения шевалье де Шарона на званный ужин и заканчивая победой над гвардейцами и жандармами. Дослушав до конца, Людовик Справедливый остался доволен мужеством и храбростью своих мушкетёров и пожелал увидеть их в своей резиденции.