Когда улетают журавли. Осенние эскизы

Ночью под свист утиных крыльев  над головой, выплывал к берегу,  луна красным и зловещим  шаром поднималась над камышами,  и я, работая вёслами,  несколько раз с тревогой оглядывался  на неё, казалось, что  ночное светило  предвещает мне что - то недоброе. 

Мой товарищ по охоте  всю  зорьку простоял на старой хатке ондатр, где я его  высадил с самого начала вечера.
-Саня, та жив?-крикнул я ему.
-Жив, замёрз совсем!

 Собрали возле  камышей стреляных им  ондатр и уток,  и я продолжил  грести к берегу.
- По-моему ты не сюда плывёшь!- засомневался Александр.
- Тут  я каждый закоулок знаю, смотри вот и пристань!

-Ты выплывал в одну сторону, а стрелял в другой.
-Приходится  пользоваться только известными  проходами в тростниках!

На ночной  берег вышли под гортанный крик цапель в небесах, и стало видно, как   у горизонта мерцают огни   ближней к нам деревни.

У товарища был свой «Москвич» и я отпустил его домой, а потом, забравшись в спальный мешок, стал ждать рассвета.

В темноте, возле самого  лица, светила  белая  ромашка, пахло полынной горечью,  волглыми камышами, спелой пшеницей,  и всем тем, чем пахнет жизнь.

Предрассветные  плёсы дышали холодным туманом,   чучела уток к концу охоты оказались  в  каплях росы. Ещё при звёздах  добыл трёх уток, а когда рассвело, увидел, что многие перья камыша успели покрыться охрой,  первыми признаками  увядания.

На берегу увидел двух охотников,  и тот, что  был  в очках и в длинной зелёной фуфайке, сказал:

-Добре стреляешь, парень!
-Спасибо!
-За что спасибо?
-За комплимент!
-Это не комплимент!

- Вы тоже хорошо стреляете.
- Да я умею.
-Вы с Армизона?
-Нет с Омутинки.

-То ли свиязь, то ли гоголь идёт?- я поднял со дна лодки белеющую брюхом птицу и показал её старику.

- Это свиязь пошёл, гоголь на этом плёсе не бывает.
После обеда играл с мальчишками и учителями  в футбол, над селом с  печальными криками кружились журавли.

- Журавли! – крикнул я
- Это они прощаются с нами! – подметил один из мальчишек.

Это были последние дни сентября, дубравы сорили листвой, в полях      уютно желтели кучи обмолоченной  соломы.   Ненастье стерегло нас уже несколько дней. К вечеру оно прислало  нам затяжной дождь, и он отрезал меня от  дальних озёр.

На авторском снимке: В пору золотой осени журавли начинают откочёвку к южным широтам