Глава первая
Зачарованная страна. Странное явление
Небо в Зачарованной стране розовое и зовущее, как пленительная Тайна, а перечень местных достопримечательностей вызывает любопытство уже одними названиями: Звенящие Ущелья, Ласковый Лес, Лабиринт Поиска… Чего стоит одно только Море Забвения! Многие туристы стекаются сюда ради него, не взяв c собой купальников, но запасшись камерами и фотоаппаратами. Купаться нельзя! Даже местные жители, чьи дома длинной разноцветной цепочкой тянутся вдоль берега, не могут объяснить, что происходит с тем, кто вступит в контакт с Морем. Известно лишь, что Забвение настигает всех дерзнувших. А вот почему, да как от этого Забвения излечиться…
Зачарованная страна является курортным краем, и здесь, в маленьком прибрежном городке Краешек, весьма удачно получившим своё название, мирно проживали парнишка Еня и его подруга, носившая красивое, мягкое имя Оне. Оба – коренные зачарованцы. Дома ребят стояли рядом, разделяемые лишь низким заборчиком, и дети сдружились, лишь узнав, что живут по соседству. Соседство – это, конечно, ещё не гарантия хороших отношений, но Оне было весело и интересно с Еней, а Еня скучал без Оне, если они не виделись хотя бы один день. Бывало, Оне уезжала к бабушке, и тогда становилось грустно даже в Зачарованной стране…
Закончив за день все важные дела и присев на скамейке чтобы расслабиться, больше всего друзья любили говорить о неразгаданных тайнах своей родины. Они считали настоящим везением, что родились именно здесь.
– Подумай только, – сказала Оне с вдохновением, – Сколько людей живёт в других странах! Должно быть, они целыми днями скучают. Иначе себе и представить не могу! Для них Море Забвенья – что-то фантастическое, нереальное, живущее только на картинках в книгах или в фильмах. А для нас это чудо доступно и привычно! Поднимешься повыше на холм – и можно часами наблюдать, как величественно перекатываются тугие, ало-золотистые волны… А как ты думаешь, какую такую важную Тайну хранит Море?
Еня запустил руку в заросли не стриженных волос и озадаченно почесался.
– Вот так вопрос ты мне задала. Разве могу знать я, если этого не знает НИКТО? Много решительных людей проявляло инициативу разведать... Для ныряльщиков придумали специальное снаряжение, которое сначала вроде бы успешно тестировалось на добровольцах… Потом спускали этих дайверов в Море, и мир в один голос нарекал их отважными сумасшедшими…
– И что?
– И – ничего. Они нырнули в воду, а назад – ни-ни. Защитные костюмы себя не оправдали. Говорят, что Забвение мгновенно настигает каждого, кто хоть чуть коснётся воды! Такой человек не умирает, но долгое время лежит без сознания и забывает всё, что было с ним раньше. Так случилось и с теми дайверами, и с чересчур любопытными туристами. Подпавших под чары Забвения помещают в Приют, где им помогают вспомнить себя, родных, близких и мир, в котором жили. Но, как это известно, Море ещё никого не отпустило до конца…
– А корабли? Вертолёты, отправленные в Неизвестность? – Оне в надежде затаила дыхание.
– Их больше никогда не видели. Они не вернулись… – разочаровал её Еня.
– Ох…
Мягкий, тёплый ветерок теребил волосы, но по коже поползли противные, ледяные мурашки. Еня и Оне часто любовались Морем, но боялись его.
– Да ну его, это Море Забвения с его вековечными, надоевшими загадками! Пора бы уже перестать быть таким странным и пугающим. Скажи мне лучше вот что, Оне: ты была хоть раз в покоях Великого Сада?
– А где это?
– Нет?! – Еня чуть не свалился со скамейки, – Фу, какая ты не любознательная! Сад находится за лесом, я там уже под каждый лист заглянул. ЭТО надо видеть… Там ТАК КРАСИВО!
– А ты знаешь, – сказала Оне, – что Великий Сад наделён теми же опасными магическими свойствами, что и Море? Кто тебе разрешил заглядывать там, как ты говоришь, «под каждый лист»? Это заповедник самой Природы, он требует к себе уважительного отношения! Ты не должен больше ходить туда один!
– Конечно, – просто сказал Еня, развеселившийся от серьёзности своей подруги, – Теперь я один не пойду, теперь я пойду с тобой!
– Я имела в виду взрослого человека, гида, который…
– Да-да, конечно. «Который сможет уберечь тебя от глупостей!» – хотела ты сказать. Думаешь, я попаду в беду? После того, как изучил уже больше половины тех мест?
Оне растерялась, не зная, что ответить.
– А разве ты не веришь, что Сад и все плоды на его деревьях – волшебны? Вдруг тебе придёт в голову их попробовать!
– Ну и что? – невозмутимо ответил Еня, – Захочу – и попробую! Для разнообразия в личном рационе питания, хи-хи!
– Дурачок! Ты не боишься, что у тебя может вырасти вторая голова, хвост или ещё что-нибудь?
– Вторая голова?.. А кто ж откажется от дополнительных мозгов? Было бы круто. Держу пари, я тогда закончу школу с отличием! Но если говорить серьёзно, то думаю, твоё волнение напрасно. Ничего не вырастет, и ничего не отвалится. Я считаю, что рассказы об этих чудесах преувеличены. Вдруг со мной останется всё в порядке? Ты же не знаешь точно. А я хочу узнать!
Оне собралась ответить, но в этот момент её внимание привлекли какие-то вспышки: высоко в клубничных небесах Зачарованной Страны что-то громко жахнуло, и разлетелись жёлтые искры.
– Смотри! – удивилась девочка, – Что это там? Ты видел?
Еня задрал голову.
– Да… Интересно.
– Может, это вернулась одна из наших исследовательских экспедиций?
– Можно пойти и узнать.
– Пошли. Должно быть, это где-то близ Моря. Прогуляемся!
Покинув деревню, мальчик с девочкой легко и быстро печатали шаг по зелёным, покрытым мягкой травой холмам, пока не вышли к Морю и цепочке цветных домов, тянувшихся вдоль побережья в необозримую даль. Их обитатели покинули свои жилища и собрались на берегу. Среди зачарованцев и туристов наблюдалось оживление: многие смотрели вверх и указывали пальцами в небо, жестикулируя и о чём-то споря.
– Что случилось? – спросила Оне, подойдя к знакомым. Это была семья, жившая раньше с ней по соседству: девушка Таля и её муж Шолд. Таля держала на руках крошку дочь, а Шолд «боролся» с хныкающим Щеном. Малыш капризничал и вырывался, его совершенно не интересовало, что привлекло сюда родителей и других людей.
– Да вот, – сказала Таля, – Пришли, смотрим… Шолд говорит – в небе что-то вспыхнуло, а после вспышки в воздухе возникли люди. Как ты сказал, дорогой?..
– Три человеческих силуэта… Два детских и один – взрослый. Невесомые, они медленно-медленно спускались вниз, пока не исчезли из вида в деревьях и травах.
Таля пожала плечами и состроила гримаску, выражавшую сомнение.
– Я была дома и ничего не видела.
Еня и Оне переглянулись.
– Люди?..
– Да, – настаивал Шолд, – Я отчётливо их видел. Трое. У девочки были необычайно длинные волосы... Щен, а ну-ка хватит! Никакого мармелада, вспомни, что тётя врач говорила!
Оне теперь поняла, почему малыш капризничал: его пухлые ручонки покрылись сыпью, но, как и многим детям в таких случаях, мальчику было всё равно. Щен требовал сладости, которыми на беду зазывно пестрел один из прилавков для туристов.
– Похоже, что кто-то открыл Портал, – подключился к разговору худой и длинный парень с прямыми, светло-жёлтыми волосами до плеч, – Только удивительно, что открылся он в небе, и почти над Морем. Я тоже их видел! Молодёжь совсем вздурела. Что за глупость – так рисковать?.. Они же могли свалиться в воду! И ещё необычен этот резкий всплеск одуряющей неги в атмосфере. Мою мать хватил френомленический удар, и не её одну. Откуда, о Великое Воображение Творительниц, они открыли к нам портал?! Не удивлюсь, если из самого Нечто.
Парень негодовал и удивлялся. Потом, качнув головой в согласии с какими-то своими мыслями, развернулся и направился к домам. Берег начал пустеть. Пенистые, влажно шуршащие волны Моря Забвенья накатывали и вновь отступали, словно лаская его. Солнце садилось за деревню, где была территория земли и растительности. Лежащие перед Еней и Оне, водные владения казались бескрайними.
По дороге промчалось несколько машин «скорой помощи»: в этот вечер, после странного явления в небе, многих людей свалила крепкая френомления. Хороший «сквознячок» ворвался в город Краешек через тот Портал…
– Еня, а что такое «френомления»?
Мальчик обрадовался представившейся возможности блеснуть своими знаниями: он был просвещён, потому что однажды, от корки до корки, прочёл справочник для туристов. В нём отдыхающий народ предупреждали о возможных последствиях, если неосторожно контактировать с местной флорой.
– Френомления – это болезнь. «Френ» – означает «разум», а «мления» – «млеть». Вот слитно и получается: «френомления»! Что-то вроде мления разума.
– А от чего он разомлел-то?
Еня досадливо закусил губу: этого он не знал. Даже в том справочнике не нашлось грамотного ответа. Туристов просто предупреждали, что такое может быть, и давали совет немедленно обращаться к врачам при первых симптомах эйфории.
Небо стало пурпурным, и всё вокруг – тоже: вечера в Зачарованной стране не синие, а фиолетовые. Еня и Оне не спеша шли обратно к своей деревне. Мир вокруг притих: все сидели по домам и обсуждали странное явление в небесах. А ещё, наверняка, говорили о тех людях. Кто они?.. Может, гости из других миров?!
За историю своего существования, Яселимус ещё ни разу не сталкивался с пришельцами. Конечно, где-то во мраке Ничто скрывалась Тибрина, Тварь из Тьмы, разыскиваемая Александрой, но созданиям об этом не рассказывали, чтобы не посеять в народных массах панику.
Глава вторая
Интересная встреча
На следующий день Оне хотела позвать друга гулять, но дома его не застала. Она стучала в дверь сначала тихо, потом громче по мере того, как возрастало её беспокойство. «Ну, держись, Еня! Если это очередная шутка, мы поссоримся. Если это шутка, я… Ах, только бы это была шутка!!!»
Ей вспомнился их вчерашний разговор.
«Я знаю, где ты, – подумала девочка сокрушённо, – Надо его найти, пока и впрямь не продегустировал какой-нибудь фрукт в волшебном Саду».
И она отправилась на поиски друга, взяв курс к Покоям Великого Сада, где ещё не была ни разу. Дорога туда, судя по рассказам Ени, была проста. Тропинку в лесу не протоптали, но Оне знала, как надо идти, чтобы достигнуть Долины Блаженства. Через неё можно выйти в Сад. Девочка двигалась быстрым и уверенным шагом, обходя опасные места: чудаковатые деревья, способные на непредсказуемое поведение, лже-цветы, норовящие тяпнуть за ногу, и прочую встречающуюся здесь пакость. Ноги путались в высокой, колючей траве, и она ни разу не пожалела, что перед дорогой надела брюки, а не юбку. Жаль, что это обычный, а не Ласковый Лес! Наличие говорящих трясин и пудромозгих растений ещё не делало его особенным в Зачарованной стране. Так, типичная местная флора…
Наконец деревья поредели, и взору, во всём своём великолепии, открылась Долина Блаженства: роскошный «ковёр» из прекраснейших цветов, сотканный силой Воображения великих Создательниц и Богинь мира сего. Нежный аромат расслаблял и вызывал мечты, на сердце становилось легко, а чувство возвышенной, беспричинной радости ласкало душу.
«Еня был прав, назвав меня не любознательной. И что мне мешало побывать здесь раньше? Ведь звали же как-то подруги!»
Прекрасное окружение сманивало отдохнуть: лечь в цветы и несколько минут смотреть в небо, наполняясь очарованием и умиротворением. Но Оне отыскала тропу, ведущую в Покои Великого Сада, и пошла по ней, оставляя прелесть Долины позади. Внутреннее переживание за Еню настолько заполнило её душу, что для остального там места не осталось. Не время сейчас расслабляться!
Тропа утопала в роскошных цветах с голубыми, белыми, жёлтоватыми, сиреневыми и алыми лепестками, из-за чего была почти невидима. Оне шла, задевая цветы ногами, но не топча их. Спустя какое-то время тропа расширилась, превратившись в тенистую аллею. Воздух стал влажным, сладкий аромат цветов, взрывавшийся в сознании ослепительными вспышками радужных гамм, сменился запахом влажной зелени. Небо скрылось. Солнце уже не играло в чёрных волосах Оне, заставляя их блестеть: его основная сила ложилась на зелёный «щит» из веток и больших листьев, что возвышались над девочкой, как потолок. Снова вокруг были деревья, как в лесу.
Дороге не было видно конца. На охлаждённой тенью земле не встречалось следов ни зверя, ни человека. Владения людей казались теперь далёкими, как прошлогодний сон, но беспокойства, которое могли вызвать уединение и тишина в объятьях природы, не возникало. Это место внушало доверие, как родная мать, и ласкающее ощущение безопасности наполняло мысли уверенностью. Оне знала, что на неё здесь не нападёт ни один опасный зверь. Места, где таковые обитали, в Зачарованной стране можно пересчитать по пальцам. Но вдруг…
Оне резко остановилась и прислушалась. Уже второй раз за последнюю минуту ей показалось, что она слышит в зарослях шорох! Он повторился, и паника ударила по нервам, ошпарив, словно кипяток. Звук не примерещился, и теперь совершенно ясно, что здесь, совсем рядом, кто-то есть…
Он довольно крупный, осторожный и пока сокрытый от глаз...
Безмятежно продолжали щебетать птицы, тенистая аллея по-прежнему молчала и не предвещала ничего дурного, но ближайшее человеческое жильё отсюда далеко. Очень далеко, и теперь этот факт ощущался ещё острее, обнаруживая подступающую панику…
Как и Ене, Оне шёл только одиннадцатый год. Далеко ли сможет убежать такая маленькая, беззащитная девочка, если за ней погонится, к примеру, хотя бы средних размеров собака, не говоря уже о хищниках?
Оне не могла не признать, что в этом случае ей грозит опасность. Так же она знала, что если замрёт и станет чего-то ждать, страх перед неизвестным окутает и сожрёт её. На онемевших ногах Оне заставила себя продолжить путь, стараясь ни о чём не думать и быстро печатать шаг в надежде, что неведомая угроза обойдёт её стороной. Но вдруг до ушей донёсся новый звук... Подобно блаженной тени он лёг на воспалённое страхом воображение, принеся несказанную радость: Оне услышала человеческие голоса! Позади раздался хруст веток, и говорившие вышли на дорогу.
Их оказалось двое. Всего лишь обыкновенные девочки примерно одних с ней лет. Первая, короткостриженная, носила жёлтые шорты и незатейливый красный топ. Жгучий взгляд её не по-детски серьёзных глаз заставлял испытывать неловкость. Вторая могла похвастать необычайно длинными, золотыми, как солнце, прядями. Настоящая маленькая Рапунцель!
Увидев Оне, они резко прервали свой разговор. Её появление оказалось неожиданностью, и девочка в шортах инстинктивно сжала руку второй крепче, как это сделала бы старшая сестра. Но, увидев, что Оне не имеет ничего, что могло бы внушить опасения, расслабилась. Широко, приветливо улыбнулась. В чёрных глазах трепетала оторопь и какая-то глубокая забота, омрачающая их в целом мягкий взгляд… Тот же отпечаток беспокойства ощущался и в голубых очах её спутницы.
Оне пришла мысль, что их троих что-то объединяет. Эти двое, как и она, оказались здесь не досуга ради!
– Привет, – первой завела разговор девочка в шортах, – Не ожидали встретить здесь человека. Как хорошо! Ты местная? Можешь подсказать, как выйти к городу, или деревне? Мы с сестрой заблудились в этой прекрасной обители деревьев, цветов и трав. Жалко, что не попали сюда при других обстоятельствах. Но, надеюсь, ещё будет время просто погулять…
– Конечно, подскажу, – опомнилась Оне, – Идите по аллее до конца, пока она не превратится в тропу. Там выйдете на широкую, цветущую поляну, именуемую Долиной Блаженства. Увидите лес. Не пугайтесь, его можно пересечь за полчаса!
– Мы издалека, – сказала девочка в шортах, – Разыскиваем свою сестру. Пришли в ваш мир, так как надеемся найти здесь дом.
Оне часто заморгала.
– «В ваш мир?..» Вы разве не с Яселимуса?!
Тяна и Эннет – а это были они – переглянулись.
– В вашем мире что, никогда не было гостей?
Несколько мгновений они смотрели друг на друга в немом удивлении.
– Нет…
Оне вспомнила вчерашний вечер, странные вспышки в небе, привлёкшие внимание людей, но промолчала.
«Так вот что это было!.. Это ОНИ!»
– Надо же… – протянула Оне, зачарованно глядя на пришелиц, – Что ж, наверно, нечто подобное когда-то должно было произойти!
– Скажи, пожалуйста… Тебе не приходилось встречать или слышать сегодня о высокой молодой девушке? – спросила Эннет, – Её зовут Грейди… Модельная внешность, волосы – короткие, светлые.
В словах девочки звучало волнение. Сосредоточенный в ожидании ответа, взгляд молил сказать «да».
– Нет, – покачала головой Оне с сожалением, – Я не видела и не слышала о такой.
Эннет расстроилась, утомлённо потёрла ладонью лоб. Тяна тоже сникла.
– Не печальтесь, – сказала Оне, – Поспрашивайте в нашей деревне!
– Мы… Мы ведь не в Нечто? – понаблюдав за небом сквозь листву, с сомнением спросила Эннет. Оне чуть не рассмеялась, но сдержалась из вежливости.
– Конечно, нет! Это Яселимус! Наша страна называется Зачарованной, потому что ближе всех находится к Морю, и местная природа несёт на себе его отпечаток. Будьте осторожны, идя через лес. Говорят, его создавала Яселия Безумная, одна из трёх Творительниц.
– Три Творительницы…
– Да. Создательницы, и хозяйки мира. Волшебницы.
– Как тебя зовут? – спросила Тяна.
– Оне, – сказала Оне.
– Очень приятно. А мы сможем пообщаться с Творительницами лично? Грейди, наша сестра, очень хочет с ними встретиться. Вот и убежала на поиски вперёд нас! И потерялась, не можем теперь найти.
– Думаю, без встречи с Богинями не обойдётся. Вы же первые гости за всю историю их мира!
– Это хорошо. Грейди просто не терпится познакомиться с ними! Надеюсь, далеко она не ушла. Спасибо, девочка! – сказала Эннет.
– Да не за что. Удачи!
Они расстались, разойдясь в противоположных направлениях. Оне не стала рассказывать им о Ене. По-видимому, у этих двух и своих проблем хватает.
Думая так, Оне достигла Великого Сада. Красота его была ослепительна! В книгах пишут, что Сад создавала самая младшая из Творительниц, Элианна. А она, как известно, настоящая Светлая.
Отыскать Еню оказалось сложнее, чем представлялось. Сад не зря получил своё имя: размеры его поражали воображение. И всё же, скоро друзья встретились. Еня почти надкусил золотистый плод, сорванный с ветки какого-то дерева!
– НЕ ЕШЬ!!! – закричала Оне, – Это же груша-заснуша, ими бессонницу лечат!
Еня оценил услышанное и пришёл к выводу, что спать сейчас не хочется.
– Спасибо, что спасла. А ты что такая взволнованная, Оне?..
Она хотела было рассердиться и рассказать ему, как переживала, но в последнюю минуту передумала. Вот ещё!.. Пусть не думает, что она влюбилась. Разве она влюбилась? Конечно же, нет! Наверное…
– Я только что встретила двух девочек, которые разыскивают свою сестру и не знают, куда их занесло. Не знают даже, как называется наша планета!
– Они не с Яселимуса?!! – догадался Еня, восторженно вылупившись на свою подружку.
– Да! Это ГОСТИ!..
Глава третья
Дневниковые записи
Из Дневника Ялис
1-я запись
«Меня зовут Ялис, и я – Творительница этого мира. Всё Безвременье и Яселимус принадлежат мне. Но на Земле я – простой человек, и никто не знает, что, благодаря Силе Воображения, мне удалось сотворить другую планету, населив её разумными созданиями!
Ещё у меня есть две «сестры», мои альтеры. Младшая из них – Элиан. Она называет себя Интуицией. А старшая – отвергнутая часть моей личности.
Яселия должна жить на Земле, но я не приняла её, заперев внутри себя вместе с выдумками и Элиан. Из-за этого мой мир и стал называться Безвременьем. Элиан сказала, что, отвергнув часть себя, заточив её вдали от реальности, я обрекла себя на страдания. Это оказалось правдой… На Земле мне уже семнадцать, но чувствую себя безликой. Запертой в Безвременье, безвозрастной Яселией…
Большей своей частью, Яселимус – это планета фантазий. Она делится на множество городов и стран, населённых нашим народом. Но есть ещё и другая. Обособленная, отгороженная от остального мира мрачной, бездонной пропастью Ничто. Это – Безвременье. Мы называем его Дальними Берегами. В этой части мира живут Яселия с Элиан, отдельно от созданий, потому что они – Высшая Власть, Богини.
Владеть Воображением – всё равно, что владеть магией: чтобы построить себе замок, нам не потребовалось денег. Однажды Яселия с Элианной просто взялись за руки, закрыли глаза и помечтали: о роскошном саде во дворе, качелях, бассейне, джакузи в ванной… И вот – всё это появилось в Безвременье, словно по взмаху волшебной палочки. В своём мире, мы являемся могущественными, всесильными Богинями. Вот так…
Не смотря на забитую фантазиями голову, на Земле я притворяюсь нормальным человеком. Только уважения к себе так и не испытываю. Безликая! Не обретшая себя… Сверстницы встречаются с парнями, думают о выборе профессии, а я – всегда одной ногой в Безвременье. В обществе чувствую себя неуверенно. В отличие от Яселии, ещё помню, что являюсь простой смертной… И здесь, на Земле, гордиться мне особо нечем…
В отмеску за то, что я не позволила ей вырасти и превратиться в полноценную личность, Яселия тоже меня отвергла и с комфортом устроилась в вымышленном мире.
«Я – КОРОЛЕВА МИ-И-ИРА! – вопит альтер эго в припадке веселья, – Мне больше не обидно, что ты меня здесь бросила. Не хочу я тобой быть, сама живи на своей Земле, никтошка! Здесь, на Яселимусе, я –великая Волшебница. А ты – кто?..»
Яселия очень властолюбива. Любит афишировать и демонстрировать свой статус. На Яселимусе, нашей вымышленной планете, уже нет ни одного создания, которое бы не знало, кто такие Яселия, Элиан и Ялис! «Сестра» лично позаботилась о том, чтобы «мир понимал, кому он принадлежит». Ребёнок, что с неё взять… Я понимаю, почему Яселия так себя ведёт. Это моя вина… Не её. Ах, если бы знать, как всё исправить!!!
Однажды наш мир пережил, так сказать, Конец Света. Это случилось в связи с нападением монстра, что затаился в глубинах мрачного Ничто. Внутренний мир оказался расколот и почти целиком рухнул в бездну. Но нам удалось всё собрать и «срастить». Общими усилиями, мы восстановили мир и даже создали ещё один – наш Яселимус. Зачарованную Страну и все её города, включая Краешек, расположенный у самого Моря Забвения. Вернули из небытия Страну Мотыльков, (Мотыляндия), Страну Еловов, (Еловус), и яркий край цветаеров, (Цветнус). Собрали из праха такие прекрасные города, как Солнечный, Анга и Лучезарий. Яселимус продолжает расти и сейчас: совсем недавно Элиан создала ещё один город, совершенно новый! Он называется Гредтор, и большую часть его населения составляют люди.
Мне занятен тот факт, что возраст всё-таки подействовал на Воображение. Хотя с виду Элиан по-прежнему десять, её новый город чем-то неуловимо отличается от прежних.
Всё, абсолютно всё, что мы создаём в Яселимусе, отражает наше настроение. Каждый житель этой вымышленной планеты носит в себе частичку от нас. Они – это десятки маленьких крупиц одного целого. Жаль только, что Яселия не понимает, насколько мы «родны». Если Элиан общается с созданиями на равных, то Яселия непременно требует выказывать ей особое уважение. Она даже запретила называть себя просто по имени! Теперь – только с приставкой «Великая»…
2-я запись
Граждане города Солнечного до сих пор помнят о своей первой встрече с Яселией. И не удивительно: ведь она ТАКОЕ вытворила! Но мы-то понимаем, что этого хотела не она, а загадочная Тварь из Тьмы, Тибрина, как её называет Александра Странн. Опасная пришелица до сих пор скрывается во мраке Ничто… И терпеливо ждёт случая, чтобы снова вселиться в кого-нибудь неосторожного…
Александру Странн, синевласую инопланетянку, я больше не видела. Но если помнить, что она охотится за Тибриной, чтобы предать справедливому суду на их родной планете, напрашивается вывод, что Александра тоже где-то недалеко.
3-я запись
Яселию боятся. В памяти созданий за нашей «Великой» змеится не очень-то приятный след. Я слышала, как однажды кто-то назвал её безумной. Хорошо, что Яселька не слышит о себе тех мнений, которые обнаруживаю я, гуляя вместе с Элиан по нашим городам! Боюсь, она бы не только пришла в ярость, но и снова укрепила за собой свои и так не лестные прозвища.
«Безумная» не особо любит простые прогулки. Если она и появляется среди «простых смертных», то только для того, чтоб выпендриться. Например, устроить в столице «Парад Похожих На Меня»… Вот, только вчера на главной площади города Солнечного водрузили гигантский портрет Яселии, (размером с небольшое футбольное поле), а под ним, со скучающими глазами, но вынужденными улыбками, прошествовали похожие друг на друга девушки: в одинаковых рубашках и брюках на манер того, что носит сама Яселия. «Королева Мира» в это время взирала на них со своего царского ложа, (отдельно от других зрителей), и её сияющий, господский лик расплылся в самодовольной улыбке. По окончании «Парада» юная Богиня выбрала из сотни участниц двух или трёх, наиболее ей понравившихся. Как победительницам, вручила им «бесценный» подарок… В виде общего фото рядом со своей Великой особой!!!
С грустью я подумала о том, что единственным, что побудило народ участвовать в Яселькином «Параде», был страх перед её гневом.
4-я запись
Вопреки нашим с Элиан протестам, Яселия Силой Воображения сотворила на нашей вымышленной планете дикий, скалистый остров, окружённый Мрачным Океаном. Назвала его Кукиднусом. Населила кукидами: злыми, беспокойными гуманоидами, хищниками и убийцами. Ну и зачем?..
Чтоб защитить от хищников других жителей Яселимуса, мы намеренно не роздали кукидам Портадаров. Портадар – это Ключ, открывающий порталы для быстрого перемещения из одной точки мира – в другую. Мы называем их «Двери».
Запись из Дневника Элианны
«Меня зовут Элиан, что переводится, как «солнце». Но родное моё имя такое же, как у «сестёр» – Ялис. Я – самая младшая Творительница этого мира. Всё Безвременье и Яселимус принадлежит мне. Следует ли писать «нам», когда мы с «сёстрами» – одна и та же личность?..
На прошлой неделе, Яселия дополнила планету таким краем, как Кукиднус. И этот остров, и его обитатели мне не нравятся. Но я – Элиан, а значит, обладаю способностью даже в плохом находить хорошее. И вот, я создала ЕЁ: Дэогеви, кукидку, которая восстала против своих кровожадных собратьев. Она добрая! И поэтому не охотится. Питается, принимая эликсир. Дэогеви совершенно не такая, как остальные кукиды. Пообщавшись с ней, Ялис подарила Дэогеви Портадар и разрешила путешествовать по миру, так как убедилась, что зла она не причинит».
Глава четвёртая
Таинственные гости
Её Всевышество Яселия Великая возлежала на подушках в покоях собственного замка, поглаживала себя по туго набитому животику, мурлыкала какую-то песенку и дожёвывала уже пятый по счёту банан, когда её высокий покой бестактно нарушила младшая «сестра». Светясь от радостного возбуждения, Элианна ворвалась в гостиную через портал. О том, что она примчалась из Зачарованной страны, Яселия догадалась по розовым небесам, которые успела заметить в проёме.
– Яселька!!! – не успев отдышаться, закричала альтер, – Яселька!!!
– Ну что, что, ЧТО??! – уже без удовольствия давясь бананом, зарычала Всевышняя, – Говори быстрее, что там у тебя, а потом – оставь в покое. Ну?!
Элианна не смутилась.
– Там! У нас!.. В Зачарованной Стране!!! СОБЫТИЕ!
Юная Богиня выбросила банановую кожуру в золотую урну, утёрла губы узорной салфеткой, села прямо и приняла важный вид.
– Какое событие?
– Гости, – Элианна чуть не хихикнула, наблюдая, как её альтер эго пытается скрыть удивление под маской напускного, ленивого величия.
– Ну и что?
– Ну и то! Просто гости. Я пришла, чтобы сообщить тебе об этом. Просто гости!.. А теперь я оставлю тебя, как ты и хотела. Вернусь обратно в Краешек, к ним. Можешь и дальше отдыхать, скапливая жирок!
– У меня НЕТ жирка!.. – зарычала Яселия, – И никогда не будет, ясно?!.
– Да-да, Великая, Вы полностью правы, – прыснула Элианна, исчезая в светящейся арке портала.
– Бестолочь. – Яселия живо вскочила с дивана, разбросав подушки. Нетерпеливо кинулась к шкафу, чтобы извлечь из его недр свои любимые туфли. От напускных лени и вялости, которые, как она считала, добавляют ей важности, на лице девочки не осталось следа.
«Какие ещё «гости» могут быть у нас на нашей вымышленной планете? – размышляла Яселия, – Кто-то из новосозданных? Но тогда бы Элиан назвала их «новенькими», а не «гостями». Гости – это те, кто приходит в дом, или в мир откуда-то со стороны! Что она имела в виду?! Может, просто решила подурачить меня? Ну, тогда берегись, Элиан».
Натянув туфли, «расчесав» волосы пятернёй и бросив в зеркало грозный взгляд, девочка открыла портал и шагнула на цветущие земли Зачарованной страны. В нос ударил дурманящий запах местной флоры, а до ушей донёсся шум накатывающих на берег волн Моря Забвения. Оно простиралось до горизонта, уходя в недосягаемую даль, где кончался мир и начиналось Нечто.
«Что за «гости»?..»
В городе Краешке наблюдалось сильное оживление. Особенно шумно было около ресторана «Незабвенного»: из распахнутых окон заведения лилась музыка, доносились смех и голоса. Вопреки обыкновению, в зале Для Путешественников тоже принимали гостей, что случалось не часто.
«Ресторан Незабвенный! Обед у нас – великолепный!!!» – гласила надпись над входом в дорогое, элитное заведение. Рядом со зданием ошивалась любопытная детвора, привлечённая слухами о необычных посетителях ресторана.
– Эй, малышня!.. – обратилась Яселия, важно уперев руки в бока, – Итак, отвечайте: КТО сегодня пожаловал в город Краешек???
Девчушка захихикала, а мальчик широко улыбнулся.
– Ни кто иной, как САМА ЯСЕЛИЯ ВЕЛИКАЯ удостоила нас чести созерцать Свою высокую персону! – церемонно отрапортовал он. Дети знали, как действует на Творительницу лесть, пусть даже в такой, полушуточной, форме.
– Нет, – Богиня небрежно отмахнулась от лести, как от назойливой мухи, – Я спрашиваю о том, что происходит в ресторане «Незабвенном»!
– А-а, о наших гостях!.. – догадалась Оне, и Яселия испытала облегчение. Значит, действительно пожаловали какие-то гости. Элиан не солгала. Да и вообще, врать не входило в обычаи Интуиции. И всё же, перспектива оказаться удачно одураченной младшей «сестрой» вполне реальна. Ради шутки, Элианна порой так делала.
– Их трое!!! – восторженно шепнула Оне на ухо Яселие, словно делилась большой тайной, – И они… Не из Безвременья!!! И не из Яселимуса…
Еня и Оне выглядели весёлыми. А вот Яселию сковал опустошающий, холодный страх, хотя в Зачарованной стране стоял превосходный, тёплый вечер, и недавно «Великая» даже жалела, что не оделась легче.
«Вторжение!.. Вдруг эти «гости» – как та тварь, что обитает в Ничто?! Существо, способное вселяться в людей, и управлять ими!?»
– Вы чего-то испугались? – осведомилась Оне, удивившись бледности, проступившей в лице Творительницы. Вместо ответа, Яселия походкой хозяйки вошла в ресторан, и сразу же наткнулась на Элианну, которая танцевала в кругу незнакомых людей. Двое из них были детьми, а третья – взрослой девушкой. Увидев Яселию, компания направилась к ней. Девочка заметила, как по пути Элианна оживлённо что-то объясняет своим новым друзьям, и их лица при этом становятся всё более серьёзными и почтительными.
«Ясно. Силой нашего великого Воображения, Элиан привела в мир новых созданий, и теперь ведёт их знакомить со мной, средней из Творительниц. Обычное дело. Точно так же я когда-то знакомила с Элиан Еню и Оне. Но гости, гости-то где?!»
Яселия представляла ИХ чем-то разрушительным. Если «гости» пришли из бездны Ничто – добра от подобных визитёров ожидать не стоит…
– Яселия Анвескеьевна? Вы..?
– Я, я, – важно кивнула головой Богиня, тряхнув неухоженными волосами, – Говори, создание. Тебе дозволено.
– С-спасибо.
Первой из девочек было лет девять. Вторая едва вошла в пубертатный возраст. Получив разрешение говорить, маленькая подняла на Яселию осторожные, светлые глаза, уважительно поздоровалась и робко улыбнулась. Старшая, с коротким, чёрным каре, так же проявила почтение, но Яселие показалось, что в жгучем взгляде маленькой негодницы улавливается недоумение, смешанное с неодобрением… Особенно тогда, когда Эннет смотрела на помятую рубашку и нечёсаные волосы Богини…
– Здрасьте, а я – Грейди! – высокая девушка модельной внешности бодро выбросила вперёд длинную, худую руку, чтобы Яселия, растерявшись от этого простецкого «здрасьте», угрюмо пожала сухую, белую ладонь.
– Приветствую, – буркнула в ответ «Великая», переводя вопросительный взгляд на Элианну.
– А где же наши гости, Элиан?
– Так вот же! – воскликнула её альтер эго, указывая на Тяну, Эннет и Грейди.
«Что-о-о?!! Странно. Выглядят, как обычные люди! У них нет ни щупалец, ни тех жутких глаз, что до сих пор снятся мне в кошмарах… В чём подвох?»
В «Незабвенном» сегодня было многолюдно: таинственные гости, остановившиеся здесь, привлекали в ресторан любопытных посетителей. Яселия ловила на себе стеклянно поблёскивающие взгляды снующих меж столиков официантов: их губы были растянуты в натужных улыбках, но в глазах читались мысли, заставлявшие Яселию сжиматься от стыда. В памяти родилось смутное воспоминание из далёких дней: она взмахивает рукой – и ресторан «Незабвенный», вместе со всем и всеми, летит в Ничто…
«Чертовщина. Зачем я тогда это сделала, ЗАЧЕМ?!. То существо из мрака… Оно вселилось в меня, использовало мою Силу! Тварь из Тьмы. Создание, враждебное нам и нашему Безвременью. Я никогда не хотела уничтожать собственный мир, никогда! Но, тем не менее, сделала это… Хорошо, что мир снова восстановлен».
Среди прочих созданий Яселия увидела и хозяина «Незабвенного», который не мог себе позволить не показаться, когда в его заведении царило такое оживление.
«ЕГО ресторан? – мелькнула в голове Яселии насмешливая мысль, – Да тут всё МОЁ! Весь мир и всё, что в нём есть! Все, кто в нём живёт!!!»
«Кроме этих троих пришелиц», – холодно напомнил ей внутренний голос, и гордая, кичливая ухмылка, появившаяся было на лице Яселии, мгновенно растаяла...
«Грейди, Тяна и Эннет… Не из Безвременья… Не с Яселимуса».
– Привет всем, – раздался за спиной Яселии её собственный голос, и на плечо приятельски легла рука Ялис. «Сестра», конечно, не осталась в стороне от событий собственного мира. Она материализовалась за спиной Яселии, и теперь, приветливо улыбаясь, серьёзно глядела на Грейди, Тяну и Эннет.
– А это – третья Творительница! – поспешила объяснить гостям Элианна, – Ялис. Вместе, мы представляем собой Высшую Власть.
Грейди взглянула на Ялис более уважительно, чем на Яселию, и девочку это задело. Эннет тоже как-то подобралась, и, представляясь, улыбнулась «сестре» вполне искренне.
Не смотря на это, Ялис была озадачена их появлением не меньше, чем Яселия.
– Вы уже поужинали? – спросила она, глядя на Грейди, как на самую старшую из троих.
Высокая и худая, потерянного вида странница согласно кивнула. Она благодарно улыбалась, но в печальных, серых глазах отчего-то лежала тень. Вдруг Грейди понизила голос, и во взгляде проступило то, что таилось всё это время в душе: беспокойство, смятение, и… Надежда.
– Да, благодаря заботе Элиан и доброте вашего гостеприимного народа, мы и отдохнули, и наелись, но… Признаться, я ждала именно Вас, Ялис. Как самую старшую.
– Можно на «ты», – скромно улыбнулась Ялис, стесняясь того почтения, с которым смотрели на неё гости. Она не призналась им, что, не смотря на возраст, самой сильной из троих Богинь является Элианна. Элианна тоже промолчала. Распираемая злостью, Яселия очень хотела сказать правду, но сдержалась. Ни к чему выбалтывать личные тайны малознакомым.
– Мы… странники, – продолжила Грейди слегка замявшись, подбирая слова и не зная, куда деть трясущиеся от волнения руки. Эмоции переполняли её. Лицо было бледным и усталым. Волшебница заламывала пальцы и растерянно, нервно улыбалась.
«Как неловко напрашиваться в чужой мир… А ведь я – такая же, как Ялис! И у меня тоже могла бы быть своя собственная планета…»
– Здесь не слишком шумно? – осведомилась Ялис.
– Да, думаю, да… А нам ещё и переночевать негде… Разве что в ресторане сдвинут столики, и позволят спать, укрывшись скатертями, – Грейди нервно рассмеялась.
– Кое-где у нас пустует дом, – шепнула Элианна на ухо Ялис, – Может, отвести их туда?
– Хорошая мысль.
Ялис прошептала заклинание, открывая портал.
– Идите за мной, – велела им Творительница и хозяйка Яселимуса, – Сейчас мы совершим небольшое путешествие из одной страны – в другую. Причём за рекордно короткое время. Там мы устроим вас на ночь, как своих гостей.
***
Город Фавинон встретил проливным дождём и молниями. Это вам не Зачарованная страна – край чудес и курортов… Местный климат оказался холоднее, а потому Грейди съёжилась, едва прошла через портал следом за остальными.
Ялис ловко выхватила из пустоты зонт, развернула его над гостями. Магия. Тяна и Эннет с уважением посмотрели на хозяйку мира. Дождь ожесточённо барабанил по крышам домов, а порывы холодного ветра пробирали до костей. Если в Краешке было тепло даже вечером, то здесь в самый раз накинуть на плечи плащ с капюшоном.
– Уже близко, – подбодрила Ялис из-за звенящей дождевой завесы, – Вот… Мы у цели.
Следуя за компанией, Грейди поднялась по деревянным ступенькам крыльца дома, потонувшего в сырой мгле. Она услышала, как щёлкнул повёрнутый в замочной скважине ключ. Со скрипом распахнулась дверь, и они прошли в прихожую, где Ялис зажгла свет.
– Ур-ра, мы спрятались от дождя! – воскликнула маленькая Тяна, захлопав в ладоши.
– Здесь тепло, – с облегчением пробормотала Эннет.
– Проходите, – улыбнулась им Ялис, – Здесь ещё никто не жил, дом создан недавно! В спальне есть две кровати, в зале – раскладной диван. И чистое постельное бельё.
– Я надеюсь, вы ПЛАНИРУЕТЕ рассказать нам, как попали на нашу вымышленную планету, и кто, собственно, такие? – тон Яселии «Великой» не терпел возражений. Глаза юной Богини остро блестели, а подозрительный взгляд не скрывал неприязни.
«Возможно, я зря так с ними, но строгость не помешает. Выглядят беспомощными и безобидными, но вдруг это лишь притворство?! И Тибрина когда-то нарядилась в овечью шкуру, назвавшись «доброй волшебницей»… А в итоге – пыталась убить нас!»
Тяжёлый взгляд средней из Творительниц вызвал у Грейди нервный тик, а Эннет нахмурилась и обменялась взглядом с младшей сестрой. Тяна пожала плечами, давая понять, что тоже удивлена такой неприкрытой, и, что ещё страннее, необоснованной враждебностью.
– К-конечно, – заверила Грейди, от растерянности даже начав заикаться, – Конечно, обязательно.
Яселия была удовлетворена.
– «К-к-конечно! О-о-б-бязательно!..» – в негодовании передразнила Эннет Грейди, когда недремлющее око Яселии отвернулось от них, – Ты испугалась эту зазнавшуюся девчонку?.. Грейди, ТЫ САМА – Творительница! А ей – на вид не больше двенадцати.
Но Тяна одёрнула её.
– Эннет, сейчас мы находимся в ИХ мире. Помни!
Сестра печально вздохнула. Крыть было нечем… И как бы ей ни не нравилась Яселия, хозяйка здесь – она.
Ялис предложила им чай, и компания удобно расположилась в зале на диване и мягких подушках. За окнами бушевала гроза, но в приютившем их доме было тепло и сухо.
– Ялис, я рассказала Грейди о нашем ТРВНЛ, (Таинственном Разтроении Вполне Нормальной Личности), потому что она… – Элианна бросила на девушку растерянный взгляд, но Грейди кивнула, разрешая рассказать свой секрет, – …ТОЖЕ им слегка страдает.
Ялис обескуражено взглянула на скромно прихлёбывавшую чай гостью, а лицо «Великой» вытянулось.
– Ты – такая же, как я? – удивилась Ялис.
Грейди ощутила смущение, и осторожно, чтоб не расплескать чай, отставила чашку.
«Ты – тоже Творительница, – интуитивно догадалась Ялис, всё ещё потрясённо глядя на Грейди, – Но где твой мир? Почему ты странствуешь, и выглядишь такой потерянной?»
– Расскажи же нам, – попросила она, – Всё, и по порядку. Я с радостью окажу помощь, если это окажется в моих силах.
И Грейди начала свой рассказ.
– Я много лет прожила на Земле. Так много, что даже забыла собственное имя. Родители и все остальные называли меня Ли! Они были настолько уверены, что я – человек, что даже меня убедили в этом! Но однажды пришла Тяна. Моя сестра, которую я магией вернула в мир живых ещё в детстве. Сама не понимая, как, я впервые покинула Землю, и сёстры помогли вспомнить, кто я. Я – волшебница! А Ли – это личность, придуманная и созданная землянами. Людьми, не смогшими разглядеть за ней меня настоящую.
Вспомнив, кем являюсь, я вновь частично обрела Силу. Теперь я свободна от морока, но это не привело к исчезновению той девушки, которую на Земле привыкли считать мной. Ли – вылитая внешняя копия меня – осталась жить на Земле. Наше различие заключается в том, что она – простой человек, а я – обладаю магией, доступной Творителям.
Но сейчас мой мир находится в упадке. И память, к сожалению, вернулась не до конца, как и Сила. Поэтому мы с сёстрами вынуждены скитаться по гостям...
Грейди смолкла, потупилась. Ялис обменялась взглядом с Яселией.
– Так ты, значит, не из Ничто, – пробормотала Яселия.
Тяна взглянула на неё с удивлением.
– Ничто?.. Конечно, нет! Как бы мы пришли оттуда? Там же нет жизни!
– Ошибаешься.
– То есть… Ты предполагаешь, что..?
– Да. Кое-кто там живёт! И попрошу обращаться ко мне на «Вы».
Некоторое время Тяна смотрела на Яселию, как на сумасшедшую. Жизнь в Ничто?.. Да это же абсурд! А Эннет неодобрительно нахмурилась, услышав требование этой малолетней, хоть и могущественной, ВЫскочки. По её мнению, Яселия вела себя высокомерно. Эннет не любила таких магов.
– Расскажи нам о своём мире? – попросила Ялис, заинтересованно глядя на Грейди, – Как он называется, кто там живёт?
Тяна и Эннет погрустнели. Вместо ответа, Грейди машинально отхлебнула из чашки остывший чай, пряча грустные глаза. Казалось, девушка провалилась в какую-то сумрачную бездну, где её окружили тени и сковало оцепенение. Наверно, нырнула в своё личное Ничто…
– НЕТ у неё мира, – ответила Эннет вместо Грейди. Жестко, зато правдиво…
Задавать уточняющие вопросы сразу расхотелось.
– Сожалею, – тихо сказала Ялис, хорошо понимая, какое это горе… – Я не подумала, что всё настолько… Кхм. Извините.
Улучив время, Ялис, Яселия и Элианна уединились для совещания. А по его итогу, Грейди, Тяна и Эннет получили дозволение не только переночевать, но и временно пожить на Яселимусе до тех пор, пока их дела не наладятся.
«Странно, почему Яселия назвала свою-их планету «вымышленной»? – лёжа в чистой постели, укрывшись мягким одеялом и наслаждаясь давно забытым ощущением домашнего уюта, уже засыпая, рассеянно подумала Эннет, – Она что, не знает, что Яселимус – настолько же реален, как и Земля?.. Да нет. Быть такого не может! Или всё же..?!»
За окном шумел дождь и завывал ветер. В доме было сухо, уютно и безопасно. Уставшая от пережитых волнений и долгих странствий, прислушиваясь к тихому, умиротворённому сопению младшей сестры, Эннет заснула, так и не успев додумать свою мысль.
Глава пятая
Сотворение и разногласия
Элианна сидела перед раскрытой тетрадкой и увлечённо работала карандашом, мыча под нос какую-то песенку. Глаза блестели. Иногда девочка сердито хмурилась и хватала ластик, после чего нетерпеливо сметала с тетрадки ластиковые крошки. Потом снова бралась за карандаш.
Яселия бродила по их большому замку, скучая от безделья. Проходя мимо комнаты на втором этаже, она услышала песенку Элианны и вошла. Но «сестра» даже не заметила: она полностью погрузилась в свой комикс.
– Что делаешь? – хмуро поинтересовалась Яселия.
– А? – Элианна оставалась где-то далеко.
– А-а, рисуешь… – Яселия заглянула в раскрытую тетрадь и сморщилась, – Опять эти твои мотыльки, летунки да еловы… А это – кто?
– Триуголка Юлли! Я придумала новых гуманоидов. Они умнее, чем пепешки, но глупее, чем быстробегие. У триуголок треугольные головы. У еловов – тоже, но у триуголок – как треугольник не перевёрнутый. А у еловов, ты знаешь, наоборот. Ла-ла-ла. Вот эту триуголку зовут Юлли, и она идёт в гости к своему брату Иллиму. И несёт ему большой пакет укропа, потому что они – вегетарианцы. Триуголки не едят мяса, но обожают овощи и фрукты. Иллим живёт на другом берегу реки Прилучезарной, и поэтому Юлли решит переплыть её, чтоб добраться до его домика, который стоит на верхушке большого, старого дуба… Ла-ла-ла, ла-ла-ла. – Девочка опять склонилась над тетрадкой и с вдохновением зашуршала карандашом.
Яселия тоскливо зевнула.
– Скучно. Засоряешь планету всякими триуголками, жующими травы… А чем всё кончится-то, м?
Элианна не обиделась.
– Юлли принесёт Иллиму укроп, и они испекут пирог!
– Из укропа, что ли?!
– Да. Ла-ла-ла…
– И ВСЁ?!! Это – вся история?!
Во взгляде Элианны мелькнуло негодование. Она прекратила петь и отложила карандаш.
– Ну да! А что ещё?..
– Ерунда!
– Ну, знаешь ли! – теперь Элианна рассердилась, – По-моему, у тебя просто нет настроения.
– Да! – упёрла руки в бока Яселия, – Мне скучно в нашем мире!!! Куда ни посмотришь – скучные летунки парят в небесах. Скучные еловы играют с ними в догонялки. А теперь – ещё и скучные триуголки будут скучно жевать укроп…
Элианна дорисовала свой комикс и крупными буквами написала под последней картинкой: «КОНЕЦ». Затем закрыла тетрадь и убрала карандаши.
– Я сама буду дружить с Иллимом и Юлли! – обиженно сообщила девочка, и, покидая комнату, показала «сестре» язык. Яселия услышала, как за дверью Элианна открыла портал.
«Бежит в Лучезарий, чтоб посмотреть на своих новосозданных триуголок»… – догадалась Яселия, рухнув на кровать с видом обречённости. Солнце ослепительно светило в окно. Дальние Берега Безвременья расцвели, каждая травинка дышала покоем и умиротворением. Пропитанный радостью и красками нового дня, мир улыбался…
– «Чудесно», – пробурчала Яселия, – Кажется, всем вполне хорошо. Всем, кроме меня!
То, что создавала Элианна, было добрым и прекрасным, но… Не интересным ей. Яселия была старше «сестры» на два года, но иногда ей казалось, что на целую вечность. Фантазии Элианны вели себя, как дети! Вечно жизнерадостные, румяные и улыбчивые, они звали Яселию то поиграть, то попеть, то попеть, то поиграть, то… И – ничего кроме. Ну, бывало, ещё просили помочь: «Ясе-елия Анвеске-ельевна, помоги-ите, пожалуйста, мне найти мою ку-уклу-у…» Или задавали глупые вопросы: «Почему у Вас за спиной нет крыльев, как у ангела? Разве Богини не должны выглядеть как-то особенно?»
Бр-р.
Внезапно Яселия поняла, что её тоже грызёт желание что-нибудь создать, тоже кого-нибудь придумать. Кого-нибудь, с кем будет интереснее, чем со всякими триуголками, мотыльками и летунками. Или с тем порядочным и целеустремлённым народом, который «плодит» Воображение Ялис… Надо самой кого-нибудь вымыслить. Правда, есть уже кукиды, но Яселие хотелось чего-то нового.
Яселия встала с кровати и уселась за стол, где ещё недавно творила Элианна. На глаза ей попалась тетрадь со свежим, только что дорисованным комиксом «сестры». С обложки гласила выведенная цветными фломастерами надпись: «Приключения триуголки Юлли»… Яселию осенила неожиданная идея. Она раскрыла тетрадь и пробежалась взглядом по цветным картинкам, в которых рассказывалась история Юлли и её брата. На последней, под которой Элианна твёрдой рукой вывела «КОНЕЦ», Юлли и Иллим с воодушевлением уминали укропный пирог: так радостно, словно какой-нибудь торт... На лице Яселии появилась улыбка, которую Ялис, будь она здесь, назвала бы «нехорошей»... Она пролистала оставшиеся пустые страницы тетради до самой корки, и улыбнулась своим мыслям ещё шире. Комикс не занял все двенадцать листов, и последние четыре были нетронуты… Яселия взяла ластик, и тщательно стёрла надпись «КОНЕЦ»! Затем вытащила из полки карандаши, и уверенно вооружилась одним из них…
«…Юлли и Иллим уже почти доели свой дурацкий пирог, как вдруг у Иллима с ужасной силой скрутило живот, – вдохновлёно строчила Яселия, сочиняя на ходу, – Он протяжно застонал, и, вставая из-за стола, согнулся пополам от острой, режущей боли.
– Ой-ой-ой! – вскричал Иллим, – Бедный мой животик!.. Так-растак тебя, Юлли, что за укроп ты мне принесла?!
– Обычный укроп, – растерялась сестра, – Свежий, только с грядки, я всё лето бережно выращивала его в своём огороде.
– Враньё!.. – закричал Иллим в гневе, не переставая хвататься за свой многострадальный живот, который ныл всё сильнее, – Это яд какой-то, а не укроп, я сейчас умру! Ты отравила меня!.. Уходи и навсегда забудь, что у тебя когда-то был брат. Видеть больше не желаю...
Потрясённая таким грубым и несправедливым обвинением, Юлли заплакала и ушла из домика Иллима. Но, только лишь она спустилась с дерева, как оказалась в мешке. Кто-то поймал триуголку!
– На помощь!.. – запищала Юлли что есть силы, – На помощь, братец, меня кто-то похищает, я в мешке!!!
Чьи-то сильные руки взвалили мешок на плечи, и триуголка в отчаянье осознала, что попала, наверно, к браконьерам. Вся надежда была теперь на Иллима, но он не спешил выручать свою сестру.
– Чёрт с тобой, – услышала она его голос, – Так тебе и надо! Может, я и попробовал бы чем-то помочь, но меня так жёстко пучит, что я до сих пор не могу оторвать пятую точку от белого друга…»
На этом месте Яселия торжествующе расхохоталась и быстро дополнила комикс Элианны новыми картинками: на одной из них браконьеры несли мечущуюся в мешке Юлли, а на другой – Иллим со спущенными штанами сидел на унитазе.
– Так-то лучше, – сама себе сказала Яселия, – Можно представить, как удивится Элиан, когда узнает, что в Лучезарии появились браконьеры, а Иллим бросил свою сестру в беде!
Теперь ей стало веселее. Мысль о возмутителях покоя, которых она сама только что придумала, продолжила активно развиваться в голове Творительницы. Яселия снова взялась за карандаш.
«Браконьерами, похитившими Юлли, оказались подростки. Их было двое: парнишка по имени Кэрт и короткостриженная девочка Смард. Кувыркаясь в мешке за плечами Кэрта, Юлли подслушала их разговор и узнала, что они – сектанты. Их Общество называлось «Фобири Фан», что означало «Печаль и Безнадёжность». Фобирифанцы представляли собой группу лиц, отгородившуюся от общения с другими и замкнувшуюся в себе, точнее – в стенах Фобири Фана: пирамидального, зеркального строения, возведённого ими в центре Дикой Пустоши…»
Яселия хорошо представила себе, как раскроет от удивления рот Ялис, когда обнаружит на их-её планете такое большое, чёрное пятно, и снова рассмеялась, склоняясь над тетрадью.
«Кэрт и Смард, как и их единомышленники, поклонялись Богу Уныния. Они красили волосы в чёрный цвет и носили одежду серых тонов, исключая любые яркие. Раз в неделю Бог Уныния требовал от них не только депрессивные песнопения и норму выплаканных во имя Печали слёз, но и жертвоприношение. Для последнего подростки и похитили Юлли. Им нужны были её волосы, волосы триуголки, ибо только их одобрял Бог. Считалось, что лишь у триуголок они достаточно крепки, чтобы сплести верёвку, которая бы не порвалась. Такая верёвка символизировала неразрывные узы, объединяющие всех фобирифанцев, их Веру и Преданность… Впрочем, на самом деле её никто не плёл: волосы триуголок просто сжигались на алтаре под молитвы и песнопения сектантов, и этого считалось достаточным.
И вот, Кэрт и Смард побрили Юлли налысо, после чего она была освобождена, а подростки ушли в свой священный «Дом Безнадёжности» на Дикую Пустошь, чтоб исполнить там обряд. Осознав себя больше не такой красивой, какой была раньше, помня, как поступил с ней её горячо любимый брат, триуголка впала в длительное и глубокое уныние…
Спустя месяц она снова повстречала Кэрта и Смард, которые, как и тогда, искали триуголок с длинными косами, чтоб похитить их. Узнав Юлли, они поприветствовали её, словно были добрыми друзьями.
– Как у тебя дела? – спросила Смард, – Выглядишь поникшей, юное создание, да прибудет с тобой Великая Печаль, ниспосланная нашим Депрессивным Богом! Что с тобой случилось?
Юлли переполняли боль и гнев, но вызваны они были Иллимом, бросившим её в беде, а не поступком браконьеров, временно лишивших её красоты.
– Я сильно изменилась, – сказала триуголка подросткам, – И мир больше не выглядит для меня таким, каким казался раньше. Даже укроп больше не радует, потому что напоминает о брате… Моё сердце наполнилось унынием и разочарованием. Наверно, ваш Бог и правда возлюбил меня.
Кэрт и Смард заинтересовались её словами.
– А не пойти ли тебе с нами? – сказал Кэрт, – В Фобири Фан мы можем часами говорить об Унынии, твоём и нашем, а так же проливать скорбные слёзы и изливать свою вечную боль в проникновенных, душевных песнях. Услышав твой искренний стон, Бог Уныния непременно снизойдёт и дарует тебе утешение, ты полюбишь плакать так же, как раньше любила смеяться!
– Наверно, так и правда будет лучше для меня», - подумала Юлли, и навсегда ушла с Кэртом и Смард в Фобири Фан. КОНЕЦ!!!»
Яселия снова торжествующе расхохоталась. Потом нарисовала ещё пару картинок и закрыла тетрадь, сияя улыбкой ликующего ребёнка.
– Достойный конец дурацкой истории! – торжествующе закричала она, шокировав безмятежную тишину своего пустого, (кроме неё и Элианны там никто не жил) замка, – Наконец-то на нашем Яселимусе станет немного интересней. А то слишком всё мирно и сказочно. Просто до неправдоподобия!
Скоро вернулась Элианна. Альтер эго вошла в комнату и положила свой Портадар на полку. Похоже, девочка была в замешательстве.
– Что-то не так? – миролюбиво осведомилась Яселия.
– Не твоё дело, – угрюмо пробормотала «сестра», доставая из шкафа кукол.
– Играешь с куклами? – не отставала Яселия, – А почему не с Иллимом и Юлли? Проведала своих новых созданий?
Элианна взглянула на неё недоверчиво. Но «сестра» казалась искренней.
– Я разговаривала с Иллимом, и он сказал, что больше не общается со своей сестрой. «Около месяца назад, – сказал он, – Юлли принесла мне просто несъедобный укроп, отчего я долго болел». Странно. Мой комикс о них заканчивается сегодняшним днём, и я ожидала застать триуголок пьющими чай, как это было на последней картинке! А вместо этого Иллим сообщает мне, что они ели «тот злополучный пирог» не раньше, чем месяц назад. И куда же пропала Юлли? Почему они поругались?.. Ничего не понимаю.
– Да, – философски согласилась с ней артистичная Яселия, – Иногда с нами происходят вещи просто необъяснимые…
Ближе к вечеру на Дальние Берега Безвременья наведалась Ялис. Она не вошла в замок с помощью портала, а постучалась во врата.
– Иди, открой, – увлечённо рисуя что-то в альбоме, распорядилась Яселия «Великая». Элианна спустилась на первый этаж и впустила Ялис в свой гигантский дом.
Вообще-то поселиться в замке было идеей Яселии. Элианне было хорошо и на прежнем месте. Но, поскольку «Великая» не отставала от неё, Элиан согласилась, надеясь, что однажды Яселия наиграется в своё величие, и сама решит переехать обратно.
– Привет. Зачем стучишься, Ялис? Можешь заходить в мой-наш замок сразу через портал. Мы же знаем, что это ты. Жители Яселимуса ограничены в доступе сюда.
– Хорошо, – сказала Ялис, – А почему на Берегах так пасмурно? Ты в плохом настроении, Элиан?
Местный климат всегда отзывался на душевное и эмоциональное состояние девочки, которая являлась Солнцем мира.
– Да, есть чуть-чуть.
– Наверно, я понимаю, почему, – сказала Ялис, – Ты тоже узнала об этих… «Фобирифанцах».
– О ком?..
Ялис удивилась.
– Нет? Ты не знаешь о поклонниках Уныния?.. Они называют себя «Дети Фобири Фана», и возвели большое пирамидальное здание в центре Дикой Пустоши. Некий «Священный Дом Безнадёжности»... Я считаю, они угроза для общества.
– Откуда они взялись?!
– Не знаю! Появляются же на Земле всякие секты, культы… Никто их об этом не просит, а они образовываются. Наверно, так же и на нашем Яселимусе. Мы предоставили нашим созданиям свободу воли, не контролируем каждый их шаг... Вот и результат. После рождения каждая фантазия живёт так, как ей хочется. Кто-то женится, кто-то рожает детей, а кто-то – основывает секту… Гр-р. Хуже всего, что количество этих «Детей Фобири Фана» быстро увеличивается. Они втягивают в свою паутину всё новых созданий… Кстати, не только людей. Я, разумеется, уже побывала в Фобири Фане. Вошла туда с помощью своей Силы. Там мне встретились летунки, и даже одна… Как она себя назвала? Триуголка, кажется. Первый раз вижу такое существо. Твоё создание?
– Это Юлли!!!
– Твоя, или Яселькина?
– Моя!.. Но Юлли не должна была попасть в Фобири Фан!!! Я дорисовала комикс только утром, и ожидала застать её вдвоём с братом, в его домике на дереве… А вместо этого Иллим сообщил мне, что не видел сестру уже месяц.
– Покажешь мне этот комикс, Элиан? – Ялис просила не из праздного любопытства.
– Да, сейчас… Он где-то здесь, на столе, лежал… Блин… Может, я куда-то убрала? Яселька, ты не видела мою тетрадь, в которой я сегодня рисовала?
– Нет, отстань.
– А что это ты делаешь? Что-то пишешь?..
Ещё секунду назад Яселия вдохновлёно развивала в своём альбоме продолжение истории о Юлли, Кэрте и Смард. Но только лишь на неё обратили внимание – сунула работу под подушку.
– Это не твоё дело.
– Она постоянно мне грубит!.. – пожаловалась Элианна Ялис.
– Ведёшь личный дневник? – попыталась заговорить альтер с «Великой».
– Да. Не лезь, – отрезала Яселия и отвернулась к стене, так и не рассказав им правду…
Глава шестая
Праздный образ жизни юных Богинь, и как с ним бороться
Ялис задумалась о том, что Яселия и Элианна ведут слишком праздный образ жизни. И от праздности этой ничего хорошего нет: Яселие от скуки лезут в голову дурные идеи, а Элианна, целыми днями придаваясь играм и веселью, глупеет. Лентяйки и бездельницы – вот как можно их охарактеризовать одним словом! Позор!.. А что скажут юные создания, узнав, что высокочтимые Богини Яселия и Элианна чураются науки, и только прохлаждаются в день изо дня, ничем другим себя не утруждая?.. Сто процентов, уже сейчас в мире ходят разговоры на эту постыдную тему. Дальше так продолжаться не может! Яселия с Элианной должны подавать детям и подросткам Яселимуса ПРАВИЛЬНЫЙ пример! Их манеры и поведение должны вызывать уважение, быть достойны похвал!
«Создания почитают их, как Творительниц неба и тверди, флоры и фауны! – рассуждала Ялис, – А значит, Яселия с Элиан должны оправдывать это почтение, являть собой пример для подражания! Во-первых, им пора начать посещать школу. Во-вторых – прилежно учиться... Хм. Ладно, пусть хотя бы просто посещают… Зная себя, и это будет неплохо».
С такими мыслями она легла спать, решив на следующий день поговорить со своими альтерами.
***
…– Нет, так не пойдёт! – возмутилась Элианна, когда Яселия на всю громкость врубила рок, – Я же по телефону разговариваю! С Тяной!
– Началось!.. – вспыхнула Яселия, – Что бы Яселия Анвескельевна ни затеяла, всё ей, голубушке Элианне, мешает! Ладночки, ладночки. Болтайте. Только меня не ищите, мне скучно, и я ухожу гулять! Когда вернусь – не знаю!.. Есть себе сама сваришь, а если не получится – позови на помощь свою подружку. Только сомневаюсь, что она умеет!
– Ну вот, опять Яселька бесится! – сокрушённо пробормотала Элианна Тяне в трубку.
– Не называй меня Яселькой!!! Сколько раз тебе повторять! Я – Яселия!.. Яселия Анвескельевна ВЕЛИКАЯ!!!
– …Хочет оставить меня без ужина.
– Мда-а, это ещё что, – сочувственно ответила Тяна, – Вот Эннет мне недавно настоящий разнос устроила за то, что я школу в пятницу продула. Ой, Элиан, ты прости, но мне пора делать уроки!.. Скоро Грейди придёт, начнет проверять – а у меня все тетради пустые, и стих не выучила. Пока!
– Пока… – понуро попрощалась с подружкой Элианна, и положила трубку. «Молодец, Тяна. Жалко, что Яселька не ходит в школу. Вот бы и ей такую занятость, тогда бы точно не скучала!»
В этот момент Яселия включила «RAMMSTEIN» и зашлась в одиночном, припадочном танце.
– Эй, Яселька!.. – незаметно убавляя звук, обратилась к «сестре» Элианна, – А я вот как пожалуюсь на тебя Ялис за то, что ты со мной так плохо обращаешься! По телефону говорить не даёшь, без ужина грозишься оставить!
– Бла-бла-бла! – ехидно послышалось в ответ, – Да если я по-настоящему начну с тобой «плохо обращаться», она твоих костей не опознает!..
И понеслось в том же духе.
– От тебя ни одного волоска не останется! Потому что к тому времени, как я потушу тебя с картошкой и угощу этим Ялис, которая, естественно, останется в неведенье на счёт моего кулинарного секрета, ты уже поседеешь и облысеешь от той «хорошей жизни», какую я тебе устрою! Даже хоронить нечего будет, разве что твой телефон.
– Если мне сколотят гроб, то придётся и второй. Вслед за мной погибнешь и ты!.. – решительно выкрикнула Элианна.
В разгар этой «интересной» беседы в воздухе открылся портал, и в комнату ступила явившаяся с Земли Ялис.
– Привет всем! – бодро начала она, – Большой и… тёплый. Так, что здесь происходит?.. Яселия, ты куда-то собираешься? Элиан, а ты почему вся красная и надулась? Опять грызётесь?.. О-о-о, Свет…
– Я те не «Яселия», а Яселия Анвескельевна ВЕЛИКАЯ, – напомнила альтер эго, – Выучите вы это наконец, или нет? Я хочу, чтоб меня называли только так.
– И обращайтесь ко мне на «Вы», – съязвила Элианна, корча возмущённой Яселие гримасу.
– Желательно!.. – воскликнула Яселия.
Ялис весело рассмеялась.
– Что ж, – сказала она, – А я завтра распоряжусь, чтобы впредь, в моём присутствии, создания обнажали головы и падали на колени. И пусть во всех школах Яселимуса, в каждом классе повесят портреты с Моей Великой Физиономией, а внизу, на рамке, подпишут золотыми буквами: «Наша Создательница и Творительница мира, несравненная Ялис Анвескельевна!» Кстати, раз речь зашла о школах, продолжим… У меня есть к вам предложение.
– «Предложе-е-ение» у неё! – пробубнила Яселия угрюмо, – А у меня к тебе – словосочетание! Сказать, какое?!
– Хорошо, что ты хоть помнишь такие слова, дорогая. Я рада за это потому, что осенью ты снова пойдёшь в школу, и там они тебе пригодятся. Элиан составит компанию. Вы продолжите когда-то прерванное вами на Земле образование. Как вам такая мысль?
– В ШКОЛУ??? В одну из наших, что ли? – удивилась Элианна.
– Да, в самую лучшую.
«Сестра» оживилась.
– Интересная идея! Можно попробовать! Только отправь меня в класс самый смышлёный, чтоб дураков не было.
– Смысла нет. Когда ты придёшь в школу, их станет на одного больше! – съехидничала Яселия.
– Хватит! – строго сказала Ялис, – Яселия, так как тебе моя идея?
Яселия выразила своё мнение в неприличных жестах и гримасах, после чего покинула комнату, давая понять, что разговор окончен. Но Ялис решительно отправилась за ней.
– Эй, ну куда же ты? Послушай!..
Яселия остановилась и удивлённо повела бровями. Её взгляд стал подозрительным.
– Что я забыла в этих школах?.. Что мне там делать? Неужели ты серьёзно?..
– Совершенно серьёзно.
Яселия погрузилась в задумчивость. От тяжёлых умственных усилий её густые брови сдвинулись, лоб сморщился, а зубы стали нервно покусывать нижнюю губу.
– Я бы не прочь, – после паузы сказала она, – Может, я и пойду, если ты мне сначала объяснишь, на каких основаниях принято тобой это решение. По каким причинам?
«Настал щекотливый момент, – подумала Ялис, – Как же её убедить?..»
– Ты – человек не глупый, и мы обе это знаем, – начала она, – Но подумай: если к твоему уму прибавить ещё и знания, ты станешь сильнее! Заметь, что сейчас в нашем мире нет ни одного ребёнка или подростка, который оторван от образования и бьёт баклуши. Даже Тяну с Эннет мы определили в школу! Необразованность – вот твоё единственное слабое место! Получив полное школьное образование, закончив 11 классов, ты станешь Личностью с большой буквы! Личностью, которую станут уважать вдвое больше! Ты же и сама понимаешь, что не подходит человеку… Э-эм, Богине, имеющей такие Силу и власть, обладать помимо них ещё и ветром в голове.
Яселия продолжала напряжённо думать.
– А кто это, ты говоришь, считает, что у меня есть слабое место?..
– Извини, но я не буду называть тебе имён. Просто боюсь, что ты начнёшь мстить.
– Конечно!.. А как ты думала?! Кто посмел…
– Ну, вот видишь. Значит, я права. Я не хочу, чтобы это произошло.
Яселия фыркнула.
– Я не завишу от чужих мнений… Мне фиолетово!
– А как же твои ПОДРАЖАТЕЛИ? Ты не задумываешься о том, как начнут вести себя те, для кого ты являешься примером? Они, равняясь на тебя, скажут: «Яселия Анвескельевна и не думает занимать себя такими скучными вещами, как учёба. А мы что, лысые, что тратим время на школу?.. А ну её вместе со всеми науками и учителями!» – и убегут гулять на улицу. Что же получится из этого? Яселимус снова потонет во мраке Ничто!
Сахар, которым Ялис снабдила свою речь, подействовал. Глаза Яселии загорелись и заблестели от восторга, а лицо осветила ликующая улыбка. «У МЕНЯ ЕСТЬ ПОДРАЖАТЕЛИ…» – вострепетала в её сознании мысль... Торжество самолюбия и гордости было так велико, что Ялис даже сделалось стыдно за свою ложь. На данный момент она не знала из их-своих созданий НИКОГО, кто желал бы подражать агрессивной, самолюбивой и бесшабашной Яселие, «головной боли» и источнику многочисленных проблем мира.
«Впрочем, такие всегда могут появиться, – мысленно успокоила свою совесть Ялис, – Какие-нибудь фобирифанцы, или кукиды... С тягой к риску, они легко могут вбить в свои головы дурные мысли и разжечь в своих душах влечение к дурным идеалам».
– Хорошо, я пойду в школу, – решительно сказала Яселия, – Только пусть в каждом классе мне поставят кресло и особую золочёную парту, чтобы мои одноклассники всегда помнили, кто Я, и радовались, что им выпала честь узнать Меня ближе. А ещё я закажу себе пинал, на котором золотыми буквами будут выгравированы мои инициалы. И учителя должны ко мне обращаться по имени-отчеству! На «Вы».
– Это ты сама себе устроишь, – сказала Ялис, вздохнув.
«Зато она тоже согласилась. Главное, чтобы я потом об этом не пожалела…»
Глава седьмая
Набережная из прошлой жизни
Яселия бродила по набережной. Лёгкий ветерок колыхал её короткие волосы, щекотал щёки и целовал в шею. Шутливо налетая, он приносил запах реки, весны и свежести. Утренний час звенел тишиной, а холодная солнечность апреля улыбалась, как любящая мать.
Яселия чувствовала одиночество. Набережная была залита светом, звенела тишиной безлюдности. Около часа назад сюда забрёл какой-то человек. Посидел на скамейке, полюбовался на реку и ушёл, провожаемый взглядом невидимой для его глаз девочки… С тех пор никто не появлялся. Теперь Яселия стояла, облокотившись об перила, и глядела, как бежит внизу вода.
Этот мир казался прежним. Наверно, даже спустя сто лет она придёт сюда, на Землю, и вновь узнает свой город. Возможно, к этому времени он разрастётся пышнее, появится очередной развлекательный центр, или ещё что-то… Но Земля не изменится. Яселия всегда будет смотреть в это небо, щуриться на это солнце и вспоминать, как родны они ей, и знакомы.
Вспоминать, вспоминать, вспоминать… Она не забудет этот мир. Она никогда не была здесь ни «королевой», ни «Яселией Великой»… Она сама себя здесь чувствует воспоминанием. И ностальгия раз за разом приводит её обратно на Землю. Просто чтоб немного побродить по памятным местам. В сердце при этом боль, и какое-то тихое, знобящее волнение. Как бы сложилась жизнь, не случись Ялис по глупости заточить её в Безвременье?..
Яселия пнула подвернувшийся под ногу камень, и он улетел вниз. Упал в воду, оставляя на поверхности колеблющиеся круги. Сколько лет прошло с тех пор!
«Ялис совершила ошибку. Не надо было ей бросать меня в Безвременье. Не надо было отказываться от себя, и рвать личность на части. Кто она теперь? Пустышка!.. А я могла быть другой! НАСТОЯЩЕЙ! Полноценной…»
Яселия почувствовала прилив ожесточения. Она не хочет жить в вымышленном мире! Лучше быть одной из простых людей, чем Королевой, но только в фантазиях.
«Меня не существует…»
Яселия заплакала. Она отошла от перил и побрела вдоль набережной, роняя слёзы под ноги. «Яселия Вели-и-икая»!.. Красивое имя для пустого места...
На встречу шла молодая пара. Парень и девушка весело о чём-то болтали, не заметив её на пути даже тогда, когда приблизились в упор. Через секунду они уже прошли насквозь, и даже ничего не почувствовали.
– Ты – НИКТО, – злорадствуя, шепнула притаившаяся в Ничто Тварь…
Глава восьмая
1 сентября
Пришла осень. Листья на деревьях позолотели, а дети и подростки пошли в школу на торжественную линейку. Туда же собирались и Яселия с Элианной. Нарядившись в новую школьную форму, они крутились перед зеркалом, причёсывались и волновались.
– Ну как я тебе, а, Элианка? – спросила оживлённая Яселия, – Как брюки, как пиджак? А туфли?.. Я думаю, круто! Чёрные, блестят, на каблучках!.. А кудряшки мне идут?!
– Прекрасно выглядишь, – одобрила Элианна, – А я? Ой!.. Опять у меня один хвост ниже, а другой – выше!.. Яселька, помоги! И бант развязался!
Разобравшись с причёской Элианны, Богини покинули замок и с помощью Портадара перенеслись в центр мира – город Солнечный. Там Яселие и Элианне предстояло обучаться в престижной, завоевавшей хорошую репутацию школе.
– Вон твой класс, Элиан. Ничего так, милые соплявки! А вот и мои остолопы стоят, глазами хлопают, уже таращатся на нас. Интересно, среди них есть мои подражатели?.. Ой, а мальчишки-то какие! Приосанились, наряженные, в галстуках! Загляденье.
Яселия с Элианной примкнули к своим классам. Сначала линейка проходила, ну… Так, как и должна проходить. Поздравлялись первоклассники и будущие выпускники, произносились принятые торжественные речи, наставления, пожелания… Всё-всё, что было знакомо, но, тем не менее, полузабыто. Потом директор школы, худенькая, остролицая женщина, пригласила Яселию и Элианну подняться к микрофону. Долго нахваливала их, и, в конце концов, выразила надежду, что им в её школе понравится, и что они останутся довольны своим выбором. Потом с почтением попросила сказать пару слов. Смущённо произнося приветствие, Элианна заметила, что школу плотнеющим кольцом окружают любопытные.
Кто такие Яселия и Элианна? Некоторые из присутствующих на линейке были убеждены, что они родные сёстры Ялис. Другие спорили, что Яселия и Элианна, не взирая на их разный возраст, клоны Творительницы. О ТРВНЛ, (Таинственном Разтроении Вполне Нормальной Личности), в народе упоминали редко.
***
Встречать имена Яселии и Элианны на первой полосе в газетах, или слушать выступления Богинь по телевизору население Яселимуса привыкло. Создания знали, что эти простые с виду девочки являются представительницами Высшей Власти, а так же – их Творительницами. Теперь представьте: в каком любопытстве пребывали собравшиеся на школьной линейке!.. Никогда ещё за историю школ не случалось такого шумного 1 сентября! Со всех концов города сюда стекался народ, чтобы поглядеть на Высших вживую, а не с экрана телевизора. Вокруг школы выросла «живая стена» из людей и других разумных жителей планеты. Кроме того, сюда съехались репортёры. Все стремились задать хоть парочку вопросов знаменитостям лично, и заснять с них «крупный план».
Яселия любила давать интервью, поэтому она чувствовала себя, как сыр в масле, и не скупилась в речах. Элианна же излишнего внимания избегала. Когда ей стали задавать вопросы, она застеснялась. А потом, неловко улыбаясь, потихоньку скрылась... Яселия осталась купаться в лучах славы одна. Она позировала перед камерами и с важностью отвечала на сыпавшиеся со всех сторон вопросы.
– Что Вас подтолкнуло к решению продолжить образование?
– Почему именно эта школа, а не другая?
– Как относится к Вашему решению Ялис?
– Где Ваши телохранители?!
– А зачем Мне телохранители?.. – вскинулась Яселия, – Вы считаете, что в этом мире есть кто-то, кто способен причинить Мне вред?.. Вы забыли, что в Моих силах любого испепелить прежде, чем он только успеет об этом подумать?! Да Я, (длинное перечисление всех её сверхспособностей)..!, и после этого вы допускаете предположение, что Мне нужен какой-то телохранитель?.. Я, (ещё одна тирада самохвальства), и Элианка, кстати, тоже. Думаете, есть вероятность, что Мои обезумевшие от восторга поклонники станут напирать, и случайно растопчут Меня? МЕНЯ?! Ещё чего!.. Да стоит Мне только щёлкнуть пальцем, и вы, вместе со всеми своими камерами и микрофонами, разлетитесь в стороны, как сухие листья! Продемонстрировать?!
– Нет-нет, любезная госпожа, не надо, мы знаем!
– Кто бы сомневался в Вашей силе и столь очевидном могуществе!!?
– Да кто посмеет!?. – ослепительно сверкали льстивыми улыбками знавшие, как получить расположение самолюбивой Яселии.
– Вот. То-то же, – самодовольно ухмыльнулась «Великая», церемонно надкусывая бутерброд с чёрной икрой, который на подносе принесла ей директриса.
Сверкали вспышки фотокамер. Линейка давно уже превратилась в шоу, апогеем которого стало прибытие третьей Творительницы: Ялис. Сильно подозревая, что приобщение Яселии с Элианной к школе не останется незаметным, она пришла взглянуть и при надобности проконтролировать. Мало ли, вдруг что-то вызовет у Яселии такую ярость, что она препроводит в Ничто и само здание школы, и всех собравшихся?.. За ней не станется… И тогда даже дежурившие здесь хранители порядка будут беспомощны. Лишь Ялис сможет вернуть Яселие здравый рассудок и уберечь народ от опасности!
Ялис не хотела давать интервью, и воздвигла вокруг себя невидимый барьер, который мешал подойти к ней ближе, чем на двадцать шагов. С виду отрешённая и безучастная, она внимательно наблюдала за бурлящей толпой и выделывающейся под объективами камер Яселией.
«Ещё одно доказательство, что у Ясельки давно атрофировалась скромность… – подумала Ялис, – А где Элиан? Неужели не пришла?.. Нет, скорей всего, спряталась».
– Ну, всё, тусовка, отдыхайте, – повелительно изрекла малолетняя Богиня, натешив и насытив своё тщеславие, – Отхлыньте от школы! Я теперь ученица, и Мне пора идти на первый в этом году урок.
– Ещё один вопрос! Ещё один вопрос!.. – приставали к ней.
– НЕТ, – холодно сказала Яселия и угрожающе подняла руку, демонстрируя возникший в ладони сгусток энергии, готовый превратиться в огненный шар.
– Уходим, уходим… – испугались создания, согласно кивая головами. Возвращаясь в свои машины, они попутно утаскивали рабочую аппаратуру. Помня печальный исторический опыт родной планеты, (когда одержимая Тварью из Тьмы Богиня до основания разрушила собственный мир), они знали, что угрозы «Яселии Безумной» даром не проходят.
Яселия, её классный руководитель и одноклассники скрылись в недрах школы. Держа в руках серебристый поднос с бутербродами и сладостями, которые затребовала «Великая», директриса выглядела уставшей.
Из Дневника Яселии
«Когда-то давно я жила на Земле. Не существовало тогда ещё Безвременья, и Внешний мир был куда больше, чем Внутренний. И с Ялис мы являлись одним целым, неделимым…
Забытые, утраченные времена. Я ходила в обычную, земную школу. Помнится, даже неплохо училась. И верила, что однажды закончу школу, а потом…
Увы, «потом» для меня так и не настало. Я оказалась заперта во Внутреннем мире, не без причины получившем имя «Безвременье». Время остановилось… Всё, что имела на Земле, стало мне недоступным. Всё, в чём раньше был смысл – обессмыслилось… И школа в том числе. Впрочем, о последнем жалела не слишком. Ведь в школах учатся те, у кого ЕСТЬ будущее… А в Безвременье у меня его нет… Ради чего же продолжать учиться?
Да, здесь я – всемогущая волшебница. В вымышленном мире нам с Элиан не требуются знания, чтобы получать всё, что хотим, по одному лишь желанию. Воображение, с помощью коего Творим, не нуждается ни в одной из наук, которые необходимы людям, живущим на Земле. Земля – материальный мир… Безвременье – нет.
Я много об этом размышляла за последние года. Делая свои выводы, находила в них утешение. И всё же…
Когда Ялис пришла к нам с Элиан и выдвинула своё предложение о продолжении прерванного образования, что-то внутри встрепенулось. Став Богиней на вымышленной планете, я давно уже разучилась не только быть, но и чувствовать себя человеком… А ведь это всё таки обидно! Прислушавшись к своим чувствам, поняла, что хочу вспомнить, ощутить себя вновь той, кем была когда-то… Простым, обычным подростком...
Если не реальность, то хотя бы – симуляция реальности…»
Глава девятая
Новые фантазии. Воспоминания о том, чего не было
– Пыль, – угрюмо констатировала Элианна, – Это – пыль, Яселия.
Яселия стояла рядом и с недоумением смотрела на пальцы Элианны, которыми та только что провела по подоконнику. На последнем остались три чистых дорожки, а на пальцах – серая грязь.
– Ну, да, – согласилась Яселия, – Пыль! Потому что твоя очередь убираться, а ты – не хочешь. И перестирай, наконец, моё барахло в ванной! Оно уже протухло в тазиках! Три рубашки, брюки, носки и нижнее бельё. Всю неделю стоит…
Элианна была на два года младше Яселии, но иногда казалось, что наоборот. Младшая «сестра» была аккуратней и хозяйственней старшей. Она периодически проводила в замке влажную уборку, (что совершенно не просто, учитывая РАЗМЕРЫ их «скромного» жилища), безропотно мыла посуду и сама стирала свои вещи. Теперь, когда рядом больше не было Агнес, пришлось учиться самостоятельности. Но Элианне это даже нравилось. Она почувствовала себя маленькой хозяйкой. Не Золушкой, которую «пасло» сварливое семейство, но свободным и уверенным в себе человеком, который сам отвечает за свою жизнь.
Жалко, что Яселия, напротив, была от подобного не в восторге.
– Яселька, ты спутала, – сердито глядя на свою альтер эго, сказала Элианна, – Я убиралась на прошлой неделе. Теперь – ТВОЯ очередь. И одежду твою я стирать не обязана! Совсем обленилась! Я же не прошу тебя стирать мои платья.
Яселия почесала затылок, потом – пятку, потом – с тоской посмотрела на «сестру».
– Солнышко, а может, снова приберёшься?.. А я пока своими тряпками в ванной займусь?
Вот умеет же она, эта Яселька, так ласково взглянуть и тепло улыбнуться, когда ей что-то надо!.. Элианна негодующе фыркнула, взяла тряпку, отодвинула Яселию с дороги и занялась подоконником.
– Спасибо, – сказала Яселия, с хитрецой глядя в спину «сестре», бодро работающей тряпкой, – Только запомни, наконец, что я – не «Яселька», а Яселия.
– Свари что-нибудь покушать, – попросила Элианна, – Есть хочется.
«Да, хочется», – мысленно согласилась Яселия и понуро отправилась на кухню. Шаги гулким эхом отдавались от стен в величественных, полупустых залах и коридорах замка. Единственное, чем ещё не владела в их хозяйстве младшая «сестра» – это готовка пищи. В холодильнике Яселия нашла колбасу, сыр, фрукты, и… Шпроты.
«Интересно, помнит ли Элианка про эту консерву?»
Печально вздохнув, Яселия Анвескельевна «Великая» набрала в чашку картофеля, перечистила его, вымыла и поставила на плиту. На душе у неё скребли кошки. Ну что за наказание!.. Каждый день торчать у плиты! Под длинные, наманикюренные ногти Богини забилась грязь, и теперь она с ожесточением её отмывала, проклиная всё на свете.
«Не буду стирать! Если займусь сейчас одеждой, вообще весь маникюр в Ничто полетит, к Тибрине!»
Когда картошка сварилась, Яселия открыла шпроты, и, не моргнув, все их умяла. А банку – тщательно спрятала на дне мусорного ведра…
– Обед готов! – ворчливо, и, как можно небрежнее, сдерживая рвущееся наружу «хи-хи», доложила она Элианне, – Иди, ешь.
Проголодавшаяся «сестра» опрометью бросилась на кухню и разочарованно замерла перед дымящейся в кастрюле картошкой. «И всё?!» – вопрошал её полный тоски взгляд.
– А чё, тебе блины и мёд нужны вприкуску? – огрызнулась Яселия, слизывая с губ рыбный жирок, – Возьми хлеб – и вперёд, девочка, вперёд!..
– Кажется, шпротами пахнет… – печально принюхавшись, пробормотала Элианна.
– Ну-ну, а ещё – ванилью и пряниками, – съязвила Яселия, – Ешь давай, пока не заглючило от голода… Какие ещё, к тьме, шпроты? Откуда б они тут взялись?..
Элианна тяжело вздохнула и приступила к обеду.
– Яселька, ты видела наш сад?
– М?..
– Сад наш, спрашиваю, видела?
– Что за вопрос, каждый день вижу!
– И что ты заметила?
– Как это – что? – Яселия уже обеспокоилась, догадавшись, куда клонит Элианна, – Деревья, цветы, кусты! Всё на месте, всё в порядке!
– На месте, но не в порядке, – наяривая картошку, продолжила Элианна с деловым видом, – Кусты – пора стричь. На грядках с цветами проросла трава, и с каждым днём становится гуще! Ты же говорила, что будем ухаживать за садом вместе! Я не справляюсь одна, мне, знаешь ли, тоже и погулять, и поиграть хочется после школы!
– Ты начинаешь меня бесить, – предупредила Яселия и убежала от разговора на улицу. Там, взобравшись на свой любимый тополь, юная Богиня в рваных джинсах с высоты обозревала цветущие просторы Дальних берегов Безвременья, замок, игровую площадку, бассейн и сад во дворе. Сад действительно превращался во владения сорняков и пир паразитов… Вода в бассейне была уже несвежей, и на поверхности плавал мусор. Как ни хотела Яселия забыть о словах своей альтер эго, жестокая реальность всюду бросалась в глаза! Отвернуться, притвориться, что ничего не видишь, не удавалось.
– Да что же это такое! – с досадой воскликнула Яселия, слезая с тополя, – Столько возни с этим хозяйством! Почему Я, Великая Создательница небес и тверди Яселимуса, должна торчать у плиты, полоть грядки, стирать бельё и ломать ногти?! Ну, справедливо ли это?
И тогда ей пришла в голову неожиданная идея...
***
Однажды, когда Яселии не было дома, сделав уроки и прибравшись в своей комнате, Элианна увлечённо шила новую тряпичную куклу. Может, сотую, а может, уже и сто первую за свою жизнь… Рядом с девочкой лежали ножницы, нитки, иголки, пуговицы, и много цветной кошмы. Для того, чтоб сшить тело куклы, Элианна использовала белую.
Её самые первые куклы были, мягко выражаясь, «не пропорциональны». У них не имелось талии, чересчур большие головы «росли» прямо из плеч, а руки заканчивались, едва начинаясь. Но теперь, как Элианна думала с гордостью, она «повзрослела». То есть поняла, что руки должны быть длиннее, тела – не квадратными, да и наличие шеи тоже желательно…
Сейчас она создавала куклу-доктора. Чуть позже это станет настоящий, живой человек, ещё один достойный житель Яселимуса. Он будет умён, образован, собран, серьёзен, аккуратен и спокоен. Все эти качества будущему Василису Васильевичу крайне понадобятся, так как ему предначертано работать с беднягами, подвергнувшимися коварным чарам Моря Забвения.
Наращивая кукле на голове волосы, а под нижней губой – элегантную бородку, Элианна не сдерживала на лице радостной улыбки. «Вот я какая молодец! – думала девочка, – Сколько полезного делаю для своего мира!»
Осознание своей нужности народу Воображения делало Элианну счастливой. Она имела власть стать тираном для своих созданий, но вместо этого являлась благодетельной и доброй правительницей. Это было ей ближе.
Вдруг, когда девочка уже почти дошила белый докторский халат, во врата снаружи замка кто-то постучал. Элианна отложила работу и встала. «Неужели это уже Василис Васильевич пришёл, чтоб попросить выдать ему документы?» – подумала она. Обычно все новосозданные жители Яселимуса приходили к своей Творительнице, как только та заканчивала в своём уме их формирование. Они, как новые жители вымышленной планеты, нуждались в обычных бумагах: удостоверении личности, справке по месту жительства, прописке, гражданстве, свидетельстве о собственном рождении, и так далее.
«Нет, всё же это не может быть он. Я ещё не дошила куклу. Но кто же тогда пришёл?»
Девочка подошла к окну и выглянула во двор.
Внизу, на крыльце, стояла странная троица. Они могли бы быть похожими на людей, если б не экстравагантность внешности, от которой Элианну даже слегка передёрнуло… Этих точно придумала не она. И, конечно же, не Ялис!
Самой старшей женщине за сорок, средней – нет тридцати, а младшей – не больше четырнадцати.
– Здравствуйте. Чем могу помочь? – вежливо спросила юная Богиня.
– Ах, Элиа-анна! – не искренне расцвела улыбкой некрасивая, не по годам морщинистая физиономия старшей из фантазий, – Добрый день! Я – Анхасия! Анхасия Нертос!.. А это – моя сестра Анграська. А девочка, дочка сестры, моя племяша – Понопонна.
Элианна не переставала удивляться их необычной внешности. Нос Анхасии напоминал клюв: очень большой, длинный, и кончик его заворачивался вниз, почти касаясь верхней губы. Щёки отсутствовали, как если бы провалились сами в себя: из-за этого лицо казалось истощённым, а своим цветом и морщинами оно напоминало грецкий орех. Голова представляла собой обтянутый кожей череп, на котором величественно и нелепо царствовал Господин Нос… Короткие, нечёсаные волосы небрежно убраны за уши. Длинная, коричневая юбка делала женщину похожей на учительницу деревенской школы.
От Анхасии веяло затхлостью, коричневые губы явно не привыкли улыбаться, а маленькие чёрные глаза смотрели из-под кустов лохматых бровей с недоверием лесной ведьмы.
Чтоб не показаться невежливой, Элианна распахнула врата и запустила гостей во двор.
– Приятно познакомиться, юная властительница! – более тепло улыбнулась вторая сестра, протягивая девочке руку. Элианна пожала её ладонь, ощутив твёрдость мозолей. Анграсия светилась жизнелюбием и энергией, её глаза, такие же маленькие, как у сестры, улыбались. Кончик очень длинного и курносого носа смотрел в облака. Коричневые губы лежали бантиком. Анграсия выглядела свежее и опрятней своей сестры, на ней были светлые, потёртые джинсы и неброская, застиранная футболка.
– Добро пожаловать в Безвременье, – сказала Элианна.
Понопонна, высокая и нескладная, была смугла, как тётка. Но нос и губы материны, только большие глаза, наверно, Понопонна взяла от отца. Девочка беспрестанно улыбалась, косые карие глаза радовались всему, на что падал их взгляд.
Пришедшую троицу нельзя было назвать симпатичной, но в странности и специфике их лиц было что-то даже притягивающее. Эдакая шалость шутницы Природы. Только Элианна знала, что «шутницей» этой является кое-кто другой…
– Кто ваш Творитель? – поинтересовалась Элианна, глядя на пришедших знакомиться созданий. «Только Яселька могла придумать людей с такой странной внешностью!» – подумала она.
– Яселия Анвескельевна Великая, – улыбаясь, подтвердила её догадку Анхасия. По Анхасие нельзя было сказать, что она любит людей. Но Яселия была одной из этих счастливчиков, и стояла в коротком списке на первом месте…
– Вы очень интересно выглядите, – заметила Элианна, подбирая слова, чтоб они не прозвучали, как оскорбление.
– Да, мы – интересные!.. – дико захихикала Понопонна, искрясь беспричинным весельем. На ней был ярко-красный сарафан, надетый поверх голубой блузки, и белые колготки. Девочка закрутилась на одной ножке, схватила с полки кепку Элианны, примерила и скорчила обезьянью гримаску.
– Понопонна, положи головной убор Всевышней на место, – мягко, но строго сказала ей мать, – Ах, Элиан, извините нас, пожалуйста!
Элианну смутило, что к ней обращаются на «Вы».
– Ко мне можете на «ты», – простодушно сказала девочка, улыбаясь, – Я не обижусь.
– Ого-о!.. – одобрительно воскликнула Понопонна, – Ты мне начинаешь нравиться, девчонка с хвостиками!..
Анхасия побагровела от гнева.
– Понопонна!.. Как ты разговариваешь с Богиней Элиан?! Вот я отлуплю тебя дома!.. – возопила тётка, метая глазами молнии.
Элианна рассмеялась. Происходящее стало её забавлять.
– Прошу, не ругайте её! И не думайте о моём статусе. Она права: я – обыкновенная девочка. Просто немного владею магией…
– Анхаська – злая! Анхаська – злая!.. – радостно дразнилась Понопонна.
– Ох… Это не ребёнок, а обезьянка! – сокрушённо вздохнула Анграсия.
«Это не обезьянка, а приблизительная копия Ясельки, – подумала Элианна, – Вот уж с кем моей альтер не будет скучно. Создала… «По образу и подобию Своему…» Как говорится. Эх, ты, Яселия…»
…Чем дольше эти создания задерживались в замке, тем больше крепчало подозрение, что они пришли не просто знакомиться. Их создала Яселия. Значит, все необходимые документы они уже получили от неё. Но почему фантазии не торопились покидать замок? Даже тогда, когда Элианна угостила их чаем, и они просидели в трапезной за болтовнёй без малого часа два.
– Анграсия, ты помнишь, как родила Понопонну?
– Конечно! Разве такое забывают? Это было четырнадцать лет назад. Четырнадцать лет назад, конечно, меня самой ещё на свете не существовало: ведь Яселия Великая придумала нас только сегодня! Но у нас есть воспоминания. История жизни «до появления», которую Творитель сочиняет для каждой фантазии. Эти ложные воспоминания похожи на мутный, полуреальный сон. Но они необходимы, чтобы новосозданная фантазия не чувствовала себя свалившейся с неба. Так, я «помню» свою первую любовь, наш первый поцелуй, гражданский брак… «Помню», как держала на коленях маленькую Понну и рассказывала ей сказки. Доча, скажи госпож… Э-эм, Элианне… как звали твоего папу?
– Виктерик!.. – сочно чавкнув яблоком, объявила девочка с гордостью, – Мама говорит, что у меня – его глаза.
– Сейчас мне тридцать два, – продолжила Анграсия, – Но выгляжу я моложе, не так ли? Яселия Анвескельевна Великая разрешила мне помолодеть до двадцати пяти. Безвременье!.. Я обожаю наш мир!
Титул «Великая» сильно огорчал Элианну. Просто слух резал. Элианна перевела взгляд на хмурую, морщинистую Анхасию и подумала о том, помнит ли она их с Анграсией родителей. Наполнила ли Яселия их разум воспоминаниями о якобы существовавшем детстве?
Элианна украдкой взглянула на часы. Те её удивили. Впрочем, она и так уже чувствовала, что гости задерживаются в замке неприлично долго…
– У вас сегодня больше нет каких-нибудь дел? – с мягким намёком поинтересовалась юная Богиня.
– Как же?.. Конечно, есть! – неподдельно удивилась Анхасия, – Разве не знаешь? Яселия Анвескельевна Великая распорядилась, чтобы мы с сестрой следили за порядком в вашем храме! Стирали вам, готовили, мели полы... А Понопонна будет ухаживать за садом и цветами.
«Что-о-о?..»
Элианна на некоторое время потеряла дар речи. Яселька создала фантазий-домработниц?!. Увы, это действительно так… Анхасия, Анграсия и Понопонна были приведены Яселией в этот мир из небытия только для того, чтоб ухаживать за замком вместо неё…
«А, нет, не замком. Теперь Яселька называет наш дом «храмом», судя по словам Анхасии. О, Свет… Это ужасно! Скоро она, наверное, потребует от созданий, чтобы сюда приходили ей поклоняться… А портреты свои назовёт иконами… Как же бороться с этим безумием?!»
Глава десятая
Школа
Потянулись серые, будничные дни. Яселия и Элианна были вынуждены отказаться от привычки спать до обеда, и стали вставать гораздо раньше. Каждое утро они расклеивали глаза под бодрые вопли «говорящего» будильника Элианны, заправляли свои постели, собирались и топали в школу, куда стекались в это время все учащиеся.
Элианне очень понравились выбранные Ялис школа и класс. Яселия тоже не нашла ни в чём изъянов: всё удовлетворяло. Возник один раз инцидент с буфетчицей, которая осмелилась сделать замечание за то, что «Великая» потребовала обслужить её без очереди... Но Яселия быстро «уладила» этот конфликт… Вне себя от возмущения, она просто сразу отправилась к директрисе и потребовала, чтобы дерзкую работницу немедленно уволили. Что делать?.. Видя, что госпожа Яселия Анвескельевна раскраснелась от гнева, как огнедышащий дракон, и боясь, как бы не навлечь его на себя, Анаста Инарьевна уволила «виноватую» женщину и взяла на её место другую… Яселия, лично за этим проследив, осталась удовлетворена.
Элианна стала прилежной ученицей. На уроках она яростней всех тянула руку и нередко за контрольные и проверочные получала «отлично». Её успехи так радовали классного руководителя Елисантию Василарьевну, что она всегда старалась помогать Элианне там, где девочка не успевала. Что же касается Яселии, то её интерес к учёбе медленно угасал, и, в конце концов, пропал совсем. Надоело ей по шесть часов в день чертить под линейку графики и функции, зубрить правила и пересказывать до тоски скучные тексты. Мучительно долгими и нудными стали казаться объяснения учителей, рассказывающих, как сложнее и как проще справиться с тем или иным заданием... А выполнять эти задания НА ПРАКТИКЕ получалось так утомительно, что просто голова раскалывалась. И пылала в ней, в этой голове, лишь одна мысль, только одно вопиющее и всепоглощающее желание: как хорошо было бы выскочить из опостылевшего класса на улицу, и в припрыжку броситься куда душа пожелает!..
– Я не могу вбить себе в голову все эти мудрости! Не под это заточены мои мозги! – в отчаянье призналась Яселия Элианне, – Я скоро спячу, если продолжу в том же духе! Учёба мне явно противопоказана, тут даже никаких медицинских исследований проводить не нужно, чтобы это постановить. Не для меня это! Не для ме-ня!.. Ты, я вижу, не прочь погрызть гранит науки, а я устала, больше не могу. Ответь: когда я в последний раз по-настоящему веселилась?.. А всласть высыпалась?.. Вместо этого теперь каждый вечер тупо сижу дома, мрачно вылупившись в книгу.
– И что же, ты бросишь школу? – поинтересовалась Элианна.
– Бросить?.. Нет, теперь отступать уже поздно… – грустно покачала лохматой головой Яселия, давно забывшая о кудряшках и любых других видах причёсок, – Сделай я так – и вся планета станет меня осуждать, во всех газетах будут рассказывать о позорном бегстве Яселии Великой из дворца знаний… Ну, нет! Объявив однажды себя ученицей, я ею и останусь. Ради своей репутации, ради своих подражателей, я не уйду из этой школы, разве только что в неё не ударит молния, и она не развалится на части.
– Уж не вызовешь ли ты эту самую молнию?.. – спросила Элианна, тревожно готовясь к худшему.
– Не-е, можешь не переживать! – рассмеялась повеселевшая Яселия, – Школа эта слишком хороша, чтобы превращать её в руины. К тому же, я думаю, мои подражатели не одобрили бы этого. Просто… М-м-м, как бы выразиться? Просто с этого дня я начну вести себя немного… Беззаботней…
В течение следующих дней стало понятно, что подразумевала Яселия под этим «вести себя беззаботней». И первыми, кто это ощутил на себе, стали учителя. Что же случилось с госпожой Яселией?.. Она является в школу в положенное время, выглядит здоровой и внешне ничуть не изменилась, но всё-таки что-то стало с ней не так. А именно: она совсем перестала УЧИТЬСЯ! Приходит в класс, усаживается на своё место и просто терпеливо ждёт, когда кончится урок! В тетрадях, вместо записей, она теперь рисует чёртиков и сочиняет глупые, иногда неприличные стишки! Когда учитель спрашивает домашнее задание и другие ученики тянут руки, Яселия либо лежит на своей золочёной парте, притворяясь спящей, либо равнодушно отмалчивается, делая вид, что погружена в глубокие раздумья о чём-то важном…
Так она стала поступать на всех уроках. Бедные учителя, помня горький опыт буфетчицы, слухи о котором облетели уже не только весь город, но и вышли за пределы, боялись делать ей замечания или ставить «двойки». Все знали вспыльчивый характер «Великой», и помнили, что в случае недовольства юной Богине не составит труда любого отправить в Ничто и стереть с лица Яселимуса.
Трепеща от этих мыслей, преподаватели стойко рисовали Яселие «пятёрки», лишь бы не гневать «Великую». А видя в её дневнике и тетрадях дикие «художества», только уважительно улыбались, смеялись и хвалили Яселию за «несравненное чувство юмора».
Но когда её рядом не было, они жаловались друг другу.
– Что же делать!? – сказала Лаиса Влатаревна Подсчёткина, учитель алгебры, Дматию Дматиревичу Живолюбову, преподавателю биологии, – Эта малолетняя госпожа Яселия полностью перестала работать на уроках! Ей уже «два» пора ставить! Большего она своим поведением не заслуживает! А требует «пять»… Вчера подошла ко мне и взяла, словно так в порядке вещей, со стола журнал. Когда бы не увидела там желаемого, сегодня со мной Вы бы уже не разговаривали!.. Не просто же так ходят слухи о её мстительности! А мне что остаётся в таком случае делать?! Я не хочу остаться безработной, или вовсе перестать существовать, упаси меня Воображение!..
– Да-а… – невесело согласился Дматий Дматиревич, – Положение одно из непростых. А как, если попробовать пожаловаться Ялис?.. Может, она поговорит с ней…
– Рискованно, – с досадой закусила губу Лаиса Влатаревна, – А вдруг Яселия дознается, кто обратился с жалобой?! Тогда мы с тобой на пару отправимся в Ничто, и без долгого промедления!
– А Ялис придумает нас в мир обратно! – оптимистично предположил биолог, – Не поверю, что она допустит такие варварские действия.
– И всё же, лучше не играть с огнём. Я жаловаться никому не стану, и Вам, Дматя, тоже не советую.
– А как младшая, Элиан? Мне вначале вообще не верилось, что они – настоящие. Но теперь, когда поверил… Лучше б не верил!.. Не дай Воображение обидеть ту, или другую, хотя бы и нечаянно… На лестнице встречаю – уже и в сторону бегу, как бы место освободить, чтоб не выглядеть непочтительным…
– Нет, Элиан – это другой разговор, – сказала Лаиса Влатаревна, и лицо её просветлело, – Правдой оказалось, что у этой девочки голова намного чище, чем у старшей. «Тараканов», так сказать, в ней нет. Тех особенных, Яселькиных, «тараканов»… Манией величия не страдает точно. Приветливая, добрая, всегда здоровается… Дружелюбная, и не психует, как Яселия, по каждому поводу. Той всё время что-то мешает и раздражает, даже то, каким цветом отливают шторы в классе, ей может придтись не по настроению. На прошлом уроке вот что было. «Лаиска, – говорит, – сними эти дурацкие тряпки с окон!.. Они Мне надоели. В это время суток бардовый цвет не катит. Или поставьте для Меня Ваш урок на другое время, или, в Моём присутствии, снимайте шторы на… время урока». Не буду рассказывать дословно, как она выразилась… Я для неё – «Лаиска»! Везёт же Елисантие Василарьевне! Они с Элиан прекрасно ладят. Да и кто же с ней, с Элиан, не ладит? Нет таких. «Очень аккуратная и старательная девочка, – говорит Лисанта, – А главное – ко всем относится уважительно». Чего уж точно нельзя сказать о Яселие... Рядом с Яселией, с этой маленькой демонессой, я чувствую себя словно раба, не имеющая собственного имени и достоинства!
– Кем же всё-таки приходятся друг другу Ялис, Элиан и Яселия? – сменил тему разговора Дматий Дматиревич, – Правы ли те, кто говорит, что Элиан, Ялис и Яселия – ОДНО ЦЕЛОЕ? Один человек, ОДНА, А НЕ ТРИ?..
– Точно нам этого пока не узнать, – сказала Лаиса Влатаревна, – У всех есть свои тайны. Почему бы не иметь их и Творительнице?
Этих разговоров Яселия не слышала. Её в это время в школе уже не было: в добавок к своему «беззаботному» поведению она взяла в привычку ещё и сбегать с последних уроков.
Единственный предмет, к которому Яселия ещё питала что-то тёплое – это плаванье. В школе имелся прекрасный бассейн. Яселия любила демонстрировать перед классом свою «отвагу»: взобравшись на самый высокий трамплин, она бросалась с высоты в ровную голубую гладь… Обычно «солдатиком» или «топором», трепетно веря в то, что со стороны это выглядит бесподобно. Так, по сути, и было... В том смысле, что забыть подобное зрелище представлялось сложным…
Яселия не умела и не хотела учиться совершать действительно головокружительные, зрелищные прыжки с кувырками: слишком это было страшно. Даже «ласточкой» она ныряла редко, и отнюдь не так, как ей хотелось бы. В классе были девочки и мальчики, умеющие не в пример лучше, но «Королева мира» делала вид, что не замечает и не знает этого, хотя на самом деле такое положение вещей сильно её огорчало, уязвляя больное самолюбие. Как говорила, посмеиваясь, Элианна, «Великое Яселькино Я» жестоко страдало при каждой чужой победе, и каком бы то ни было ином над ним превосходстве.
– Взять бы, да ка-а-ак сигануть «ласточкой» на глазах у всех! – мечтала Яселия, – Чтоб брызги разлетелись во все стороны, девчонки с досады поотворачивались, а мальчики – разинули рты…
– Ну, так сделайте это! – сказала Понопонна, поливая в комнате цветы.
– Нет, – буркнула Яселия, – Не получится – и будут потом рассказывать, что я топталась на краю трамплина, словно бегемот, а потом, как корова, ударилась животом об воду, и нахлебалась… Я же стану предметом всеобщего посмешища!
– Может, Вы преувеличиваете? Урок плаванья слишком занятная вещь, чтобы всё внимание было приковано к Вам. Может, кто-то и заметит, но не факт, что…
– О, этот ЖИР!.. – сокрушённо перебила Понопонну «Королева мира», рассматривая в профиль перед зеркалом свой слегка выпирающий животик, – Я жирная, жирная толстуха! Почему нет на свете купальника, который сделал бы меня килограмма на три стройнее?!
– Вы не правильно сформулировали вопрос, – пошутила садовница, – Надо так: «Почему нет в холодильнике ЕДЫ, которую б я сегодня ещё не поела?..»
– Отвянь, – махнула рукой на Понопонну Яселия, – У меня отец крупный, я в него. Не в аппетите дело!
Любопытство сильно взыграло в садовнице, и даже осторожность не пришла ей на помощь, чтобы удержать на языке вопрос:
– Яселия Анвескельевна, а… А кто Ваши родители? Почему никто в Яселимусе о них не слышал? У Вас с Элиан мама и папа общие?
– Наши родители на Земле, и лично меня с ними ничего не связывает… Кстати, ты забыла постричь в саду кусты. Займись ими, Понопонна...
Твёрдый, недвусмысленный взгляд и ставший предостерегающим тон «Великой» могли означать только одно: тема закрыта и будет лучше, если она останется такой навсегда. Понопонна прикусила язычок.
В школе школьную форму не отменяли, но Яселие быстро наскучило носить одно и то же, «уподобляясь», как она выразилась, «простым смертным». В одно прекрасное утро «Великая» решительно махнула рукой на правила и надела в школу одну из своих любимых клетчатых рубашек с многочисленными пуговицами, приплюсовав к ней брюки с карманами, ремнями и цепями.
– В этом образе я известна миру, как его Хозяйка, – объяснила она свой поступок Элианне, – Это – мой стиль, «Яселькин», единственный и неповторимый. В сиём образе создания видят Меня по телевизору и на фотографиях в газетах. А теперь они будут видеть Меня в нём и в школе, чтоб не забывать о Моей важности… – Девочка самодовольно улыбнулась и зажмурилась сладко, как сытый кот на солнышке. Элианна скорчила гримасу, хоть и знала, что толку от этого не будет.
– А ты, – продолжила Яселия после паузы, – если в голове у тебя пустовато, носи свою школьную форму дальше, как какая-нибудь рядовая Тяна или другие твои подружки. Хотя было бы круче, если б ты не снимала своего платья. О, это знаменитое розовое платье Элианны!!! Создания слагают о нём легенды!.. Маленькие девочки ноют и упрашивают мамаш купить им что-нибудь похожее, чтобы потом хвалиться перед подружками и тоже воображать себя Элианнами! А ты прячешь это платье в шкаф и натягиваешь на себя дурацкие колготки, да ещё пристаёшь ко мне каждое утро, чтобы я завязала тебе твой дурацкий фартук. Есть у тебя ум, девочка?..
– Не твоё дело! – огрызнулась Элианна, – На праздник я, что ли, каждый день хожу, чтобы наряжаться в такое платье?! Оно же БАЛЬНОЕ! Это просто нелепо, что обо мне подумают?
– Э-эх… Бестолочь ты, Элианка, бестолковая бестолочь! – позёвывая, вяло махнула на неё рукой Яселия, – Не умеешь держать свою марку, и у меня этому учиться не хочешь. А надо!.. Ты – Королева мира! МИРА!.. Так же, как и я. Помни об этом, и не позволяй забывать другим. На твоём месте я бы запретила на Яселимусе шить и продавать платья, похожие на твоё! У меня сердце сжимается от досады, когда вижу такое твоё безразличие к своему статусу. Подумай: ты – маленькая богиня, ты – Творительница, в твоей власти – ВСЁ! В твоём праве…
– Я НЕ ХОЧУ носить в школу бальное платье! – твёрдо сказала Элианна, перебив её, – Я буду ходить на занятия в школьной форме, как и подобает адекватному человеку. А ты можешь хоть корону водрузить на свою пустую, лохматую голову, если совсем потеряла скромность!
Яселие уже приходила на ум такая мысль, но она с досадой от неё отказалась. Просто, чтобы носить корону, нужно ходить осторожно и медленно, а Яселия любит бегать…
– Ладно, поступай, как хочешь! – разочарованно сказала она.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…
Ялис и Безвременье, часть 3
© Copyright: Олеся Дубиковская, 2020
Свидетельство о публикации №220010901231
Свидетельство о публикации №220010901231
Рецензии