Не расстанусь с землей родной

Попробуйте уехать. Далеко. Настолько, чтобы даже запах родного двора стал воспоминанием, а голоса близких — эхом в телефонной трубке. И тогда вы поймёте: есть вещи, которые не вырвать с корнем. Нужно помнить корни и сказоное слово «не расстанусь с родной землёй», даже если будет за тысячу вёрст. Потому что внутри — клад. Не золото, не бриллианты, а память, которая горит «огненным зарядом». Потому что любая весточка из дома — как глоток воздуха для утопающего. Она заполняет пустоту, которую ни деньгами, ни славой не заткнуть. Этот текст — не жалоба. Это заявление: я свой, я здесь, я помню. Читайте медленно. Там, между строк, стучит сердце того, кто вернётся и ибо скажит так просто...

Не расстанусь с родной землёй,
Где бы ни был — буду вечно рад.
Ибо храню вечно в сердце клад,
Ибо память — огненный заряд.

И любой весточке буду рад,
С родных земель идёт мне сила.
Ими заполню всю пустоту,
Будит в сердце вечный тот вклад.

А над полем — синь. Берёз. Хаты.
Где-то гармонь. Играя. Плачет.
Русь моя. Ты вечно богата.
Ты ли не ждёшь меня в свете?

Мир проснулся в росе. Золотой.
Но я — в стороне. В своей печали.
Всё. Точка. Забудь. Постой.
У Судьбы ведь свой путь. Вначале.

Не расстанусь с родной землёй.
Где бы ни был — буду вечно рад.
Ибо храню вечно в сердце клад.
Ибо память — огненный заряд.

Пусть чужие шумят города,
Пусть дорога метелью дымится, —
Мне родная светит звезда,
Мне родная земля всё снится.

Там, где поле, берёзы, хаты,
Где гармонь над рекой поёт,
Ждут меня, как сына, как брата,
И в ненастье, и в снег, и в лёд.

Я вернусь по росе, по просёлкам,
По тропинкам, где детство прошло.
Поклонюсь я берёзам и сёлам,
Поклонюсь, что душу спасло.

Мать с крыльца там глядит вдаль,
Улыбнётся сквозь годы и слёзы.
И растает моя печаль,
Как туман на заре, у берёзы.

Не расстанусь с родной землёй.
Где бы ни был — буду вечно рад.
Ибо храню вечно в сердце клад.
Ибо память — тот огненный заряд.