Странная штука жизнь!

Странная штука жизнь! Свела судьба двух жителей земли; он и она нашли друг друга в млечном пути — не в космосе, на земле, но так казалось: звёзды сошлись, и мир заиграл другими красками. Да славен был их союз! В начале, как водится, всё было хорошо. Венок счастья вместе сплетали из надежд, из улыбок, из общих планов на завтра. В любви той детей рожали — двух сыновей, таких желанных, таких долгожданных. Казалось, что так будет всегда. Но нет.

Меж тем незаметно-тихо подкрадывалась беда. Не с грохотом, не с криком — на цыпочках, как вор, которого не ждут. Всё начиналось безобидно! Первый признак — лёгкое опьянение мужа. Вернулся с работы чуть весёлым, чуть расслабленным, чуть чужим. Само собой, всё ему прощалось поначалу, ибо были доводы и причины вполне объяснимые: устал, нервы, работа тяжёлая. Она прощала. Верила, что это пройдёт. Не прошло.

Но вскоре беда всё сильнее давала о себе знать — уже не пятнами, не намёками, а открыто, нагло, беспощадно. Всё больней выкручивался он из того положения — выкручивал себе руки, выкручивал ей жизнь. Затем нашёл выход иной, пошёл в наступление. Стал на супругу кричать и руки распускать! Сначала — крик, потом — удар, потом — ещё один. И ей уже не оставалось места — ни в доме, ни в сердце, ни в разговоре. Только терпеть. Или бежать.

Дабы к тому же ещё боялась общего позора. А что скажут соседи? А что подумают родные? А как же семья, которую венчали в церкви, за которую молились? Терпела все замужние дела без упрёка. Получала тумаки, под ножами была. Не в переносном смысле — в прямом. Нож на кухне — не для хлеба, нож в его руке — не для нарезки овощей. Жизнь её, может, где-то на волоске висела. Волосок — тонкий, может порваться в любую секунду. Но она держалась.

Ибо не только сама страдала! Но и дети меж тем страдали, где травил, душил её перед ними. Маленькими свидетелями, заложниками чужих отношений. Они видели отца, который вместо того, чтобы защищать, нападал на мать. Они слышали крики, плач, грохот падающих тел. И запоминали. Навсегда.

Всё не хотела детей сиротами оставить при живом отце. Страшный парадокс: сироты при живом отце. Отец, который должен быть опорой, стал угрозой. Но она верила. Думала, одумается ещё. Перестанет пить. Перестанет бить. Перестанет быть чудовищем. А он пуще прежнего бушевал. Масло в огонь подливал, искры раздувал, пожар разжигал. Было ли терпению предела?!

Всё же решилась бедная женщина, мать, на развод подать. Долго решалась. Трудно решалась. Со страхом, с сомнениями, с молитвой. Ибо давно концы разбрелись судьба людская, между мужем и женой расторгнут брак. Не просто бумага — жизнь разорвана пополам. Стыд, боль, облегчение, неизвестность. Осталась женщина одна с детьми. Нелегок её путь судьбы.

Ведь надо двух сыновей вырастить и на ноги их поставить. Одной. Без алиментов, без поддержки, без надежды на чью-то помощь. Дабы не были ущемлены ничем они — ни в еде, ни в одежде, ни в ласке, ни в чувстве защищённости. Так и взрастило мать сыновей. Заменяло отца и мать. Стала она и папой, и мамой, и нянькой, и добытчиком. Уставала, падала, вставала, шла дальше. Ради них. Ради мальчишек, которые смотрели на неё и учились, что такое настоящая любовь. Не та, что бьёт и унижает, а та, что спасает и защищает.

Странная штука жизнь — сводит и разводит судьбы людей. Сводит — чтобы мы поверили в чудо. Разводит — чтобы мы поняли цену покою. И дети вырастают. И мать, седая уже, смотрит на них и знает: всё было не зря. И боль не зря, и слёзы не зря, и тот страшный развод не зря. Потому что теперь её сыновья никогда не поднимут руку на женщину. Потому что они видели, как это больно. Потому что мать научила их главному: любовь — это не власть, любовь — это защита. Сильный не тот, кто бьёт, а тот, кто бережёт.

И вот, когда они выросли, когда стали выше её на голову, когда завели свои семьи, когда сами стали отцами — она может вздохнуть свободно. Не до конца, конечно — материнское сердце всегда в тревоге. Но уже легче. И она оглядывается назад — на ту молодую женщину, которая когда-то стояла на пороге и не знала, что делать. И шепчет ей: «Ты справилась. Спасибо, что не сдалась».

Странная штука жизнь. В ней есть место и боли, и счастью, и отчаянию, и надежде. И пока есть те, кто любит по-настоящему, не предаёт, не бьёт, не унижает — мир держится. На таких женщинах, как она. На её любви, на её терпении, на её вере в то, что дети не повторят ошибок отца. И они не повторят. Потому что мать — самый главный учитель. Самый главный пример. Самый главный человек в жизни. Тот, кто заменяет и отца, и мать, и целый мир. Спасибо вам, матери, которые выстояли. Спасибо вам, сыновья, которые не предали. Спасибо этой странной, трудной, но такой прекрасной жизни. Которая — несмотря ни на что — продолжается. И дарит нам шанс. Каждый день. Начать сначала. Улыбнуться. Простить. Но не забыть. И идти дальше. С высоко поднятой головой. Как эта женщина. Как её сыновья. Как все те, кто знает: любовь не бьёт. Любовь лечит. И помогает жить. Дальше. И это — главный урок. Который мы должны выучить. Навсегда.

Странная штука жизнь!
Свела судьба двух жителей земли;
Он и она нашли друг друга в млечном пути.
Да славен был их союз!
В начале ведь венок счастья вместе сплетали.
В любви той детей рожали.
Меж тем незаметно-тихо подкрадывалась беда.
Всё начиналось безобидно!
Первый признак — легкое опьянение мужа.
Само собой, всё ему прощалось по началу,
Ибо были доводы и причины вполне объяснимые.
Но вскоре беда все сильней давала о себе знать,
Все больней выкручивался он из того положения.
Затем нашёл выход иной, пошёл в наступления.
Стал на супругу кричать и руки распускать!
Коль ее не оставалось место и словом обмолвиться,
А лишь только терпеть иль бежать от выходок мужа,
Дабы к тому же ещё боялось общего позора.
Терпела все замужнее дела без упрека.
Получала тумаки, под ножами была.
Жизнь ее, может, где-то на волоске висела.
Ибо бы только сама страдало!
Но ведь и дети меж тем страдали,
Где травил, душил ее перед ними.
Все не хотела детей сиротами
Оставить при живом отце.
Все верила, думала, одумается ещё.
А сильней масло в огонь он подливал.
И пуще прежнего бушевал!
Было ли терпению предела?!
Все же решилось бедная женщина, мать,
На развод подать.
Ибо давно концов разбрелась судьба людская,
Между мужем и женой расторгнут брак.
Осталось женщина одна с детьми,
Нелегок ее путь судьбы.
Ведь надо двух сыновей вырастить,
И на ноги их поставить.
Дабы не были ущемлены ничем они.
Так и взрастило мать сыновей.
Заменяло отца и мать.
Странная штука жизнь,
Сводит и разводит судьбы людей.