Как с гуся вода

Как с гуся вода, тянутся жизни провода. Тонко, звонко, под напряжением. А в семнадцатом году, полно в меру, событием в награду, Владимир Ульянов указал — свой Ленинский путь нам показал. В октябре на штурм нас призвал, у Зимнего дворца руку ту протянул в деле жизни творца. Взлетел на пьедестал, да так, что до сих пор осколки летят. Тот образ Ильича нам величал, что перед нами всегда вставал с пушечного залпа на крейсере «Аврора». В знамение ведущего обстрела начался век новой эры.

Мир зашагал по путям революции, за резолюцией — резолюция. Возведённым по тем Ленинским стопам, подкреплено в Сталинских рядах советам, под строгим надзором в Бериевских лагерях. По заветам вождя, развёрнутым на все четыре стороны. Как с гуся вода, тянутся жизни провода. Именем революции и вождя шли под Бериевским надзором, в Орджоникидзевских казематах, жизнь советов в мир неся. Строили вроде коммунизм, со Сталинским замером, за Сталина-отца.

У Берия-юнца в тех казематах, при старых матах, тихо скрыли Российский народ — снизу и сверху попадал в комлагеря. А жизнь хороша, когда можно её прожить не спеша, в забытьи, уносящем в скитаниях прочь, по миру сему в казематах Сталинских тех лагерей. Именем революции и всемирного вождя. По Беломорканалу течёт безобидная ныне река, что Беломорскую Морду, как сволочь контрреволюционную, плашмя сложили там навечно.

Как с гуся вода, так тянутся в жизни провода. Жизнь хороша, когда можно прожить не спеша и с водкой горло полоща. Время, проведённое в тех казематах, Сталинских лагерей, не измерить ничем. И зачем же строила страна тот коммунизм, что вечным клином меж нами забит, если через столько лет неустанных побед опять встал перед нами вечный капитализм? Вот так и закончилась история Сталинских лагерей — в Хрущёвских оттепелях. Сменили времена кукурузного хлеба с кузькиной матерью. Управляли страной, стуча каблуком по столу, до тех пор, пока не затащил нас товарищ Брежнев в застойные свои времена, что восемнадцать юношеских лет страна в застойном периоде жила.

Как с гуся вода, тянутся в жизни провода. Черненко и Андропов не успели дать ничего стране — за ними шёл Реформатор Михаил меченый. Устроил перестройку и борьбу с пьянством, да быстро с поста своего слетел, а вечно хмельной нахрапом встал Борис у руля. Держал штурвал крепко, даже на полной отключке, под скальпом хирургического ножа поменял об этом. Правят нашей страной кому не лень. У руля — все, начиная с нуля. Реформаторы рушат и крушат страну, а затем опять начинают, словно по кругу.

Как с гуся вода, тянут в той жизни к нам провода. Дабы историю, канувшую в вечность, вспять не повернуть. Ибо что вырублено на корню топором, то уже не склеить — никогда. Так и живём: с оглядкой назад, с болью в боку, с водкой на столе и с надеждой, что когда-нибудь выплывем. И построим не рай, не ад, а просто дом, где не будет лагерей, казематов, оттепелей и застоев. Где провода будут тянуться не в прошлое, а в будущее. Где каждый сможет прожить свою жизнь не спеша, без страха, без доноса, без Сталина-отца и Берии-юнца. Где революции останутся в учебниках, а не на улицах. Где капитализм не будет вечным, как и всё остальное. Но пока — как с гуся вода. Тянутся провода. И мы — где-то посередине. Между прошлым, которого не вернуть, и будущим, которого не разглядеть. А жизнь — она всё течёт. Даже сквозь пальцы. Даже сквозь века. Даже сквозь всю эту боль, которую мы называем историей. Спасибо тем, кто выжил. Вечная память тем, кто не вышел. И дай нам сил не повторять ошибок. Хотя бы в этот раз. Хотя бы на чуть-чуть. Аминь. И без аминь. Просто — помним. Просто — не забываем. Просто — живём. Дальше. Как умеем. А умеем мы много. Но не всё. Главное — не врать себе. Ни про прошлое, ни про настоящее, ни про будущее. Иначе мы те же самые, только в новых декорациях. Спасибо. Всё. Конец. И — продолжение. В каждом новом дне. Который мы можем прожить иначе. Если захотим. Не пора ли? Решайте сами. Время не ждёт. Провода поют. Как с гуся вода. Тянутся. Ждут. Напряжение — высокое. Не ударьтесь током истории. Она не прощает легкомыслия. Помните. И будьте людьми. В любой системе. В любой эпохе. Это — самое главное. Занавес. И свет в зале. Который не гаснет, пока мы помним. А мы — помним всё...

Как с гуся вода,
Тянутся жизни провода.
А в семнадцатом году
Полно в меру,
Событием в награду,
Владимир Ульянов указал,
Свой Ленинский путь нам показал.
В октябре на штурм нас призвал,
У Зимнего дворца
Руку ту протянул
В деле жизни творца.
Что так его и воздвигли
На этот пьедестал.
Тот образ Ильича нам величал,
Что перед нами всегда вставал.
С пушечного залпа
На крейсере «Аврора».
В знамение ведущего обстрела,
Начался век новой эры.
Предвестником великой революции,
Мир зашагал в пути за резолюции.
Возведенным по тем Ленинским стопам,
Подкреплено в Сталинских рядах советам.
Под строгим надзором в Бериевских лагерях.
По заветам Вождя революции развернутым,
Ибо указал Ленинский путь над нами воздвигнутым.

Как с гуся вода,
Тянутся жизни провода.
Именем революции и вождя.
Шли там под Бериевским надзором,
В Орджоникидзевских казематах,
Жизнь советов в мир неся.
Строили вроде коммунизм,
Со Сталинским замером,
За Сталина отца,
Где у Берия юнца,
В тех казематах,
При старых матах.
Тихо скрыли Российский народ,
Снизу и сверху попадал в комлагеря.
Как жизнь хороша, когда можно его прожить не спеша,
В забытье уносящих в скитаниях прочь,
По миру сему в казематах Сталинских тех лагерей.
Именем революции и всемирного Вождя.
По Беломорканалу течет безобидная ныне река,
Что Беломорскую Морду, как сволочь контрреволюционную,
Плашмя сложили их там в нем навечно.

Как с гуся вода, так тянутся в жизни провода.
Как жизнь хороша, когда можно прожить не спеша,
И с водкой горло полоща.
Ибо время, проведенное в тех казематах,
Сталинских лагерей, не измерить нечем.
И зачем же строила страна тот коммунизм?
Что вечным клином меж нами оно забито.
Коли через столько лет неустанных побед,
Опять встал перед нами вечный капитализм.
 
Вот так и закончилась история
Сталинских лагерей в Хрущевских оттепелях.
Сменив времена кукурузного хлеба с кузькиной матерью,
Управляли нашей страной, и стуча каблуком по столу.
До тех пор, пока не затащил нас товарищ Брежнев
В застойные свои те времена.
Что восемнадцать юношеских лет
Страна в застойном периоде жила.

Как с гуся вода, тянутся в жизни провода.
Черненко и Андропов не успели дать ничего стране,
Ибо за ними шел Реформатор Михаил меченый,
Устроил перестройку и борьбу с пьянством.
Что быстро с поста своего тут слетел,
Где вечно хмельной нахрапом встал Борис у руля.
И так крепко держал штурвал, даже во полной отключи,
Под скальпом хирургического ножа поменял об этом.
Правят нашей страной кому не лень.
У руля все, начиная с нуля,
Реформаторы рушат и крушат страну,
А затем опять начинают, словно.

Как с гуся вода, тянут в той жизни к нам провода.
Дабы историю, канувшую в вечность, вспять не повернуть,
Ибо что было вырублено на корню топором,
То уже не склеить те щепки никогда.
27.03.05.