Лирика поэзии моей

**МЕЖ НЕБОМ И ЗЕМЛЁЙ**

*Повесть*

---

**Часть первая. Чувство**

Он сидел за столом, смотрел на чистый лист бумаги. За окном — ночь, фонари, редкие машины. В руке — ручка, которую он сжимал уже час, но так и не написал ни слова. Он ждал. Он всегда ждал — пока чувство не коснётся его, как ветер, как волна, как дыхание.

Его звали Сергей. Он был поэтом. Не тем, что печатают в журналах, не тем, кто выступает со сцены. Другим. Он писал для себя, для ветра, для тех немногих, кто понимал. Его стихи были резкими, как осколки стекла, и нежными, как утренний свет.

Он не знал, где рождаются строки. Они приходили сами — в тишине, в шуме, в полусне. Он только записывал. Как будто кто-то диктовал ему свыше. И он подчинялся.

— Меж небом и землёй, — сказал он. — Над чувством витаю, в лирике поэзии своей. Балуясь с откровением...

Он взял ручку, и строка родилась сама собой. Сначала одна, потом вторая. Он не думал, он чувствовал. И это чувство было сильнее его.

Он писал о том, что видел — о дожде, о женщинах, о потерях. Он писал о мрачности мира, о том, как она проникает в душу, как оседает на сердце. Но в каждой его строке был свет. Тот, который он воровал у этого мира. Тайно, по капле, по слову.

Он писал до утра. А когда солнце поднялось, он откинулся на спинку стула и улыбнулся. Он сделал это. Снова. Как и всегда.

---

**Часть вторая. Мрачность**

Люди не понимали его стихов. Они говорили: «Ты пишешь слишком сложно, слишком больно. Где радость? Где лёгкость?» Он молчал. Он знал — радость есть. Она в том, что он может сказать это. Что он может назвать боль своим именем.

Он часто ходил по городу, смотрел на людей. На их лица, на их сутулые плечи, на их пустые взгляды. Он видел их мрачность, их усталость, их отчаяние. И он писал об этом. Не чтобы ранить, чтобы освободить. Чтобы сказать: «Ты не один. Я тоже это чувствую».

— О мрачности мира толкую, — говорил он. — С злачностью своим воркуя, времечко их тихо смакую, тем временем у них ворую...

Он воровал у них время. Их тишину, их слёзы, их невысказанные слова. Он превращал их в стихи. В строки, которые жили своей жизнью, которые могли согреть кого-то, кто тоже застрял между небом и землёй.

Он не считал это кражей. Он считал это спасением.

---

**Часть третья. Вдохновение**

Она пришла к нему случайно. Или не случайно. Она стояла на его пороге, мокрая от дождя, с глазами, полными вопросов.

— Я читала ваши стихи, — сказала она. — Вы пишете обо мне. Обо всех нас.

— Я пишу о том, что вижу, — ответил он.

— Тогда вы видите больше, чем мы.

Она осталась. Они сидели на кухне, пили чай, говорили о жизни. Её звали Мария. Она была художницей. Рисовала то, что не могла сказать словами. Они нашли друг друга. Понимание без объяснений.

— Раскалённой волей, с вдохновением потею, — сказал он однажды. — В красноречии в нём летаю, страсть потех всем даруя.

Она улыбнулась.

— Ты не просто поэт. Ты — тот, кто даёт людям надежду. Ты показываешь им, что даже в мрачности есть свет.

Он замолчал. Она была права. Он не просто писал. Он давал. Себя, своё время, свои чувства. И это было его призванием.

---

**Эпилог. Небо**

Прошли годы. Сергей стал старше, но не перестал писать. Он издал несколько книг, его стихи читали и перечитывали. Он больше не искал признания. Он просто делал своё дело.

Он часто сидел на своём балконе, смотрел на небо и думал о том, как много он успел. О том, как много слов он оставил этому миру. И о том, что его стихи будут жить, даже когда его не станет.

— Меж небом и землёй, — говорил он. — Я остаюсь. В каждой строчке, в каждом слове, в каждом чувстве, которое я подарил людям.

Мария ушла раньше. Он не плакал на её похоронах. Он написал о ней стихотворение. Простое, как дождь. И в этом стихотворении она осталась жить.

Он знал — он не зря прожил эту жизнь. Он был поэтом. Тем, кто видит свет в темноте. И в этом его счастье.

Он взял ручку, открыл новую страницу и написал:

«Меж небом и землёй я всё стою,
И вижу мир таким, какой он есть.
Я в каждой строчке душу отдаю,
Чтобы хоть кто-то смог
В ней жизнь прочесть...»

Меж небом и землей;
Над чувством витаю,
В лирике поэзии своей!
Балуясь с откровением...

Раскаленной волей,
С вдохновением потею...
В красноречии в нём летаю;
Страсть потех всем даруя.

О мрачности мира толкую,
С злачностью своим воркуя,
Времечко их тихо смакую,
Тем временем у них ворую...

Он улыбнулся и закрыл тетрадь.

За окном начинался новый день. С новым светом, с новой надеждой, с новыми стихами.