Что вы играете грубо и без смеха

Что вы играете, жестоки и без смеха, над гибелью царства, что скрыла утеха? Играете в богов, в вершителей судеб, в тех, кому всё позволено. Но за вашей спиной — не аплодисменты, а тишина. Тишина, которая страшнее любых криков. Под солёной грозою, под вечной пургой, где волны — как цепи, а лёд — саван густой. Не там, где пальмы и золото, а там, где холод и смерть.

Там, на Полюсе Северном — Антарктида*, в кристаллах проклятых застыла обида. Обида на тех, кто забыл, кто предал, кто продал. Полгода — кромешная тьма над водой, полгода — вьюги звенят пеленой. Там время течёт иначе. Или не течёт вовсе.

Там тюлени, как духи, скользят в полумраке, а медведи — как стражи в ледяном мраке. Они стерегут её, древний оплот, где волны грызут её позолоченный рот. Позолота, которая не блестит, не радует, не греет. Только напоминает о том, что было, но не сбылось.

А ветры там воют, как пьяные боги, кружа над руинами в снежном итоге. И только киты — те гробы живые — поют ей гимны, глухие, слепые. Не видя, не слыша, не понимая, кому поют. Просто — поют. Потому что не могут молчать.

О, Атлантида! Где твой Посейдон? Тебя задушил этот ледяной сон! Но если когда-нибудь лопнет панцирь воды — восстанешь ли снова, царица свободы? Царица, которую не было, но которая снится. Свободы, которую не нашли, но которую не перестают искать. Восстанешь ли? Или останешься под толщей льда, как напоминание, что всё проходит? Даже царства. Даже мечты. Даже надежды.

Что вы играете, жестоки и без смеха, 
Над гибелью царства, что скрыла утеха? 
Под солёной грозою, под вечной пургой, 
Где волны — как цепи, а лёд — саван густой. 

Там, на Полюсе Северном — Антарктида*, 
В кристаллах проклятых застыла обида. 
Полгода — кромешная тьма над водой, 
Полгода — вьюги звенят пеленой. 

Там тюлени, как духи, скользят в полумраке, 
А медведи — как стражи в ледяном мраке. 
Они стерегут её, древний оплот, 
Где волны грызут её позолоченный рот. 

А ветры там воют, как пьяные боги, 
Кружа над руинами в снежном итоге. 
И только киты — те гробы живые — 
Поют ей гимны, глухие, слепые. 

О, Атлантида! Где твой Посейдон? 
Тебя задушил этот ледяной сон! 
Но если когда-нибудь лопнет панцирь воды — 
Восстанешь ли снова, царица свободы?