Рассветный гимн

Рассвет — дивное чудо. Не огранка ювелира, не коронное сияние, а живой пульс света, пронзающий бархат ночи, подобно неоспоримой истине. Словно первый, долгожданный вздох после тягостных лет забвения, когда утро стало лишь выцветшей тенью, а мир за окном — вечным серым полотном. Но вот, над спящей землёй, в бриллиантовой росе полей, разливается заря янтарных костров, не слепя, не жгучи, но обещая: "Сегодня будет день, достойный жизни".

А там, на границе видимого, где туман, словно седая вуаль, окутывает мир, танцуют тени — безмолвная чета. Не зловещие, не грозные, лишь вечные напоминания: всё, что было, живёт в нас. Прошлое, умытое серебром росы, склоняется перед призрачной красотой, без сожаления, без мольбы — лишь констатируя: "Мы были. И вы будете. А когда вас не станет — придут другие, чтобы повторить наш танец".

О, этот миг! Луч, острый, как лезвие, рассекает чёрную кожу ночи. Не боль, но освобождение. А капля солнца, упавшая на оконный край, льёт в душу позабытый рай. Рай, не выстроенный из золота и мрамора, не купленный, не украденный, не вымоленный. Он — здесь, на лезвии луча, на грани сна и яви, в этом рассвете, рождающемся лишь однажды. Каждое утро — уникально. И мы просыпаемся. Или не просыпаемся, но это уже другая, не менее поэтичная история.

Всё повторится: заря, упоительный покой, шёпот ветра над головой. Солнце вспыхнет, мир пробудится, птицы зальются песней. Лишь мы — словно тени у врат, где свет вечен, а мы — нет. Вечен — не потому, что бесконечен, а потому, что не имеет счётчика. Мы — знаем. И потому восход кажется ещё прекраснее, ещё острее, ещё нужнее. Потому что мы — исчезаем. Потому что это утро может стать последним. Или первым. Или просто — утром, когда, выпив чашку кофе, ты взглянешь в окно и прошепчешь: "Какая красота. Жаль, что она не вечна".

Рассвет чудесен. Алмазный свет. Луч — как нож. Капля солнца. Забытый рай. Всё повторится. А мы — нет. И в этом нет трагедии, нет отчаяния, нет проклятия. Есть лишь безмерная благодарность за то, что мы смогли это увидеть. Смогли проснуться. Смогли открыть глаза, чтобы впитывать. И сердце, чтобы чувствовать. Даже если мы — лишь тени. Даже если стоим у врат, где свет вечен, а мы — нет. Мы были. И это — главное. Спасибо этому утру. Этому лучу. Этой капле солнца. Этому забытому раю, который не забыт, просто мы перестали его вспоминать. И хорошо, что он вернулся. Чтобы напомнить: жизнь — прекрасна. Даже когда коротка. Даже когда больна. Даже когда горизонт полон неизвестности. Красота — не в вечности, а в каждом мгновении. В этом восходе, который никогда не повторится в точности. И мы — никогда не будем прежними. Но это — не потеря, это — дар. Цените его — в этом добром утре. Которое — уже наступило. Или ещё нет, но скоро будет каждый в нём. И — будьте. Не вечными, но живыми в лёгкости этих дней, где тают в лучах её огней, чаруя взором, объемлют кругозором, в изяществе души пленяют дозором, где мы шепнём: "Наш улов — навечно".

Восход чудесен — алмазный свет,
Как первый вздох после долгих лет.
Над спящим миром, в росе полей,
Плывёт заря янтарных огней.

А вдалеке, где туман седой,
Танцуют тени немой четой:
То прошлое в серебре росы
Кланяется призрачной красе.

О, этот миг! Луч, как тонкий нож,
Режет ночи чёрную кожу.
И капля солнца в оконный край
Льёт мне в душу забытый рай.

Всё повторится: заря, покой,
Шёпот ветра над головой.
Лишь мы — как тени у тех ворот,
Где свет вечен, а мы — нет.