Где-то во вселенной

Где-то во вселенной, вечной и тленной, во власти сферы плена, и поныне живут, наверно, бестелесные наши предки, давно ушедшие в мир иной. Невидимые, неслышимые, но не ушедшие насовсем. Мера биосферы покрыта туманом, и лишь доносится к нам эхом — слабым, прерывистым, как старая радиопередача сквозь помехи. Иногда поймаешь слово, обрывок мелодии, вздох. И не поймёшь: почудилось или вправду?

Бесконечной жизни игла, как в стоге сена, могла быть потеряна навеки, вечно, образно миром затеряна. Мы ищем её, тычемся во тьму, надеемся наткнуться на золотое ушко, а в руках — пустота. Ибо уходит куда-то во вселенной, вечной и тленной, в силе разума не достижимо, оку света непостижимо. Живет оно не по нашим меркам, в вечности бесконечной и тленной. Наши часы — не для него. Наши карты — не туда ведут.

В догадки теряются немыслимой разгадки, ученые толкуют нам в разуме лишь догадки. Один говорит: «Матрица!» Второй: «Случайность!» Третий: «Божественный замысел!» И среди мудрецов открыты торги, ведущей до изнеможения оргии — кто громче крикнет, кто красивее упакует свою гипотезу. В правдивости былой истории, а мы видим лишь изгой в округе: ни к одной теории не примкнуть, ни в одну правду не поверить до конца.

Далеко и близко целомудрие той веры, что была у предков. Но оно нам не достижимо. Дабы потерян он в нраве устоев, тот язык веры истинной, предками для нас с вами возведенной, в истине чрева жизни обретённой. В корысти умах ученых, для нас, простаков, изложен он так, что не разобрать: где правда, где вымысел, где подтасовка. Достиг он цели бесконечной пыли? Той самой, из которой мы вышли и в которую вернёмся? Где по праву нервы завыли от бессилия что-то изменить. По достижении цели мы напрочь всё забыли. Как забывают сон на рассвете. Как забывают чувство полёта, когда ноги касаются земли.

В порыве жизни поневоле ищем на виду следы предков в пыли. Перебираем старые фото, расшифровываем обрывки писем, вслушиваемся в шёпот ветра. Как дыры в теле, что глотаем, слюни в сердце от боли, как пилюли. Зачем? Затем, что без этой боли — не понять радости. Без этих дыр — не оценить цельности. Без предков — не стать потомками. И мы ищем. И будем искать. Пока хватит дыхания. Пока вселенная, вечная и тленная, не примет нас в свои объятия, как приняла их. И тогда, может быть, мы тоже станем эхом. Для тех, кто придёт после. И будем шептать им: «Не бойтесь. Мы здесь. Мы рядом. Мы — в каждом вашем вдохе». И они, замирая на секунду, скажут: «Слышите? Это они». И продолжат жить. Круговорот. Ни начала, ни конца. Только пыль. Только эхо. Только вечная, непостижимая наша связь. Которую не разорвать ни смертью, ни временем, ни расстоянием. И это — всё, что у нас есть. И это — бесконечно много.

**Куплет 1** 
Где-то во вселенной, вечной и тленной, 
Во власти сферы плена, поныне живут, наверно, 
Бестелесные наши предки, давно ушедшие в мир иной. 
Невидимые, неслышимые — но не ушедшие насовсем.

Мера биосферы покрыта туманом, 
И лишь доносится к нам эхом — слабым, прерывистым, 
Как старая радиопередача сквозь помехи. 
Иногда поймаешь слово, обрывок мелодии, вздох — 
И не поймёшь: почудилось? Или вправду?

**Припев:** 
Бесконечной жизни игла, как в стоге сена, 
Потеряна навеки, вечно, образно миром затеряна. 
Мы ищем её, тычемся во тьму, надеемся наткнуться 
На золотое ушко. А в руках — пустота.

**Куплет 2** 
Ибо уходит куда-то во вселенной, вечной и тленной, 
В силе разума не достижимо, оку света непостижимо. 
Живёт оно не по нашим меркам — в вечности бесконечной. 
Наши часы — не для него. Наши карты — не туда ведут.

В догадки теряются немыслимой разгадки, 
Учёные толкуют нам в разуме лишь догадки. 
Один говорит: «Матрица!» Второй: «Случайность!» 
Третий: «Божественный замысел!»

**Припев :** 
И среди мудрецов открыты торги, 
Ведущей до изнеможения оргии — 
Кто громче крикнет, кто красивее упакует 
Свою гипотезу в правдивости былой истории.

А мы видим лишь изгой в округе: 
Ни к одной теории не примкнуть, 
Ни в одну правду не поверить до конца.

**Куплет 3** 
Далеко и близко целомудрие той веры, 
Что была у предков. Но оно нам не достижимо. 
Дабы потерян он в нраве устоев — 
Тот язык веры истинной, предками для нас с вами возведённой.

В корысти умов учёных, для нас, простаков, 
Изложен он так, что не разобрать: 
Где правда, где вымысел, где подтасовка. 
Достиг он цели бесконечной пыли — 
Той самой, из которой мы вышли 
И в которую вернёмся?

**Припев :** 
Где по праву нервы завыли 
От бессилия что-то изменить. 
По достижении цели мы напрочь всё забыли — 
Как забывают сон на рассвете, 
Как чувство полёта, когда ноги касаются земли.

**Куплет 4** 
В порыве жизни поневоле ищем на виду 
Следы предков в пыли. Перебираем старые фото, 
Расшифровываем обрывки писем, 
Вслушиваемся в шёпот ветра.

Как дыры в теле, что глотаем, 
Слюни в сердце от боли, как пилюли. 
Зачем? Затем, что без этой боли — 
Не понять радости. Без этих дыр — 
Не оценить цельности. Без предков — 
Не стать потомками.

**Припев :** 
И мы ищем. И будем искать. 
Пока хватит дыхания. 
Пока вселенная, вечная и тленная, 
Не примет нас в свои объятия — 
Как приняла их.

И тогда, может быть, мы тоже станем эхом — 
Для тех, кто придёт после.

**Финал :** 
И будем шептать им: «Не бойтесь. Мы здесь. Мы рядом. 
Мы — в каждом вашем вдохе». 
И они, замирая на секунду, скажут: 
«Слышите? Это они». 
И продолжат жить.

Круговорот. Ни начала, ни конца. 
Только пыль. Только эхо. 
Только вечная, непостижимая наша связь, 
Которую не разорвать ни смертью, ни временем, 
Ни расстоянием.

**Окончание :** 
И это — всё, что у нас есть. 
И это — бесконечно много. 
Где-то во вселенной… 
Вечной и тленной… 
Мы ещё вернёмся. 
Не прощай. 
До свиданья.