Циля Израилевна

Циля Израилевна
---------------------------------
  К евреям  отношусь спокойно, без антисемитизма,  а еврейки мне даже нравятся.  Опыта половых отношений с ними, скажу честно, у меня никакого. Говорят у евреек оргазм сильнее, они жарче наших горят и быстрее стареют.  Но если бы нашел подходящую себе евреечку, то кажется вместе с ней бы и сострарился.
  Эта врачиха-невропатолог в нашей заводской поликлинике была просто обалденная. Черные глаза, смуглая кожа и то, что я больше всего люблю - круглый, как яблоко, зад.  Я сперва и не подумал, что такая красивая может быть еврейка. Загорелся вопросом - какой же она нации?
 Заводские  к ней со страхом  идут, потому что все тихие домашние алкаши.  Лично я - потомок алкашей до десятого колена- мутант. Не пью ни вино, ни водку, ни даже пиво, ни в рабочие дни,  ни в выходные или по праздникам, поэтому в хорошей  форме физически и чист морально.  Зашел без очереди, никто не дернулся, пропустили.  Перепонтил, конечно, слегка, потому что когда она сказала раздевайтесь, разделся до гола.   Она совсем не старая еще, лет тридцать.  Яркая, почти не красится. Сказала: "Трусы можете надеть". Какие трусы, если я к женщине иду на прием, надеваю японские плавки. Сама старается не смотреть, но посмотрела и взгляд задержала. Заметил.  Я такие вещи хорошо секу. Говорю, да ладно, вы же мой врач, чего мне вас стесняться, но трусы надел.  Приказала ложиться и стала пальцами трогать.  А я лежу и думаю, вот зачем ты мне сказала раздеться, ты же нашим всем мужикам без раздеваний обходной подписываешь. Взял, ей руку поцеловал.  Она меня своим молотком по лбу ласково стукнула и говорит, одевайтесь.  Я говорю, не буду. А она говорит, тогда забирайте свою одежду и идите отсюда вон.  Меня другие пациенты ждут.
А сама пишет, пишет что-то в книжку и плечом, как школьница закрывает, чтобы я не подглядел.  Такая милая.  Поставила число, подписала. Я дрожащими руками взял и  пошел в регистратуру поставить печать. Спрашиваю:
- Как зовут прекрасную женщину-невропатолога.
Они говорят: - Циля.
- А по отчеству?
- Израилевна.
Вот,  тогда мне все стало ясно...