Послевоенная история

         В год 75-ти-летия со дня Победы я решила вспомнить трагическую историю жизни семьи друга моего отца по фамилии Гордов, который был главным механиком МЭС (машинно-экскаваторной станции) в городе Чимкент Казахской ССР и вернулся после войны живым и здоровым. Свой рассказ  я адресую современным родителям, поклонникам капитализма, рыночной экономики и прочих ценностей западной цивилизации.

         5 марта 1953 года – дата смерти И.В.Сталина, а также оказался днём серебряной свадьбы моих родителей. Наша семья жила уже в Алма-Ате. В те времена серебряная свадьба отмечалась после 25 лет совместной жизни после регистрации брака. Мы – их дети готовились к пышному празднованию в знак благодарности за подаренную нам жизнь, но пришлось отложить  приглашение друзей. Отец предложил отменить праздник до золотого или бриллиантового юбилея в год 75-тилетия со дня их свадьбы.

        До Войны жена Гордова – Фрося работала в МЭС в качестве уборщицы и дворника, дочка Рая училась уже в девятом классе, а сын – в шестом. Рая  была настоящей красавицей и любимицей отца и после окончания школы в 18 лет выскочила замуж за своего друга – товарища из мужской школы, который практически сразу после свадьбы попал на фронт. Рая родила замечательного и здорового малыша, назвав его в честь отца Игорем... Но муж Раи погиб в январе 1945 года.

        Настоящей ценностью нашей семьи в Чимкенте был  фотоаппарат отца, который мама с двумя детьми сумела вывести в ссылку из Ленинграда. В годы ВОВ отец посчитал своим долгом фотографировать жён и детей всех мужчин, призванных на фронт, поэтому дед и отец Игорька познакомились с ребёнком Раи ещё на фронте.

       Все фронтовики из МЭС, вернувшиеся живыми, обожали моего отца, благодаря которому их жёны и дети не голодали во время ВОВ. Он сумел организовать цех по производству снарядов, где работали и женщины и взрослые дети, а с помощью экскаваторов по договорённости с колхозами при ремонте каналов по выходным дням они расплачивались рисом–шалой и зерном пшеницы, заражённой долгоносиком, который не принимали на элеваторах.
        Благодаря моему отцу сын Гордова сумел поступить в ВУЗ Алматы, потому что отец по прсьбе Фроси занимался со школьником по физике и математике. Дочку Раю, потерявшую мужа, Гордов утешил, что такая красавица скоро найдёт себе другого мужа.

          В 1946 году наш отец получил справку об отбытии наказания и с него был снят надзор НКВД. А все работники МЭС, вернувшиеся к своим женам и детям в знак благодарности отцу стали очень активно спаивать его,  приглашая в пивную после рабочего дня, а по выходным -  к себе домой. Мама поняла, что надо спасать мужа и стала посылать меня за ним. Отказать мне он не мог и из пивного ларька, вблизи квартиры шёл домой, но однажды в квартире главного бухгалтера Винникова, 7-ми летнюю девочку пьяные мужики решили угостить рюмкой водки.
Я до сей поры помню, что выпила большую рюмку и не поморщилась, но когда прибежала в наш двор, то упала с тропинки на грядку с помидорами. Отец шёл за мной с виноватым видом, а мама, поднимая меня по запаху поняла причину падения и предложила отцу приглашать своих друзей по выходным в нашу квартиру вместе с водкой, а она будет делать закуску, да и сама не откажется выпить…

         Наша мама понимала обиду отца на Советскую власть и его  необходимость заглушить эту обиду с помощью алкоголя, поэтому с той поры по выходным  у нас в семье были праздничные застолья, а отец, не стал алкоголиком и чувствовал себя уважаемым и счастливым в кругу семьи и друзей до конца жизни (23 января 1963 г.)

          Однажды, в 1949 году друг моего отца пришёл к нам в один из выходных дней сияющий от счастья и  не только с бутылкой водки, но и с помятой фотографией своей дочери Раи с Игорьком на коленях на фоне нашей тюлевой занавески, которую получил муж Раи перед своей гибелью. (См. иллюстрацию)
           Оказалось, что к Гордовым неожиданно приехал однополчанин  мужа Раи, окончивший Вуз за три года, после мобилизации из армии, как и наш старший брат Женя, попавший на войну с Финляндией ещё в 1939 году.

           Однополчанин был старшим товарищем отца Игорька, украинцем и признался, что влюбился в дочку Гордова по фотографии. Он рассказал, что они воевали в Польше и вместе с мужем Раи попали в госпиталь в одном из последних боёв. Муж Раи  перед смертью отдал другу письмо с фотографией и попросил позаботиться о них или навестить после окончания войны.

          Родители, а главное отец, был горд и счастлив за свою красавицу дочку, но Игорь возненавидел нового друга своей матери и возмущён, что она решила изменить и ему и его родному отцу, которого знал только по фотографии. Ни подарки, ни рассказы нового отца, ни уговоры дедушки и бабушки не могли смягчить сердце мальчика. А когда осенью 1952 года мама Рая вернулась из роддома с дочкой и вся семья с умилением смотрела, как  она кормит дочку грудью, Игорь повесился в сарае деда.
          Для всего дружного коллектива МЭС это был настоящий шок, а дед и бабушка Игоря решили уехать к сыну в Джамбул.
          Я и моя сестрёнка любили Игорька, я уже училась в пятом классе, а сестрёнка в четвёртом. Родители и брат научили нас фотографировать на фотоаппарате отца ещё на стеклянных пластинках и мы не только фотографировали, ребятишек и своих подружек но и помогали брату печатать снимки а готовить появитель и фиксаж.

            Наша умная мама понимала, что дети – эгоисты и ревнуют родителей к младшим детям, поэтому она возложила на меня ответственность за младшую сестрёнку, когда мне было 2 года, а потом и за младенца её сестры, эвакуированной из Ленинграда в 1941 году. Эта, возложенная на меня ответственность с малых лет за младших детей и саму себя позволили мне прожить длинную счастливую жизнь и отдать свои долги и родителям и Государству СССР.

          Недавно мне довелось посмотреть и послушать в ток-шоу «Время покажет» с Е.Стриженовой и А. Шейниным разборку полётов журналистки Алёны Водонаевой и её объяснение, почему «быдлу» не надо давать материнский капитал при рождении ребёнка.

          Если бы мои измученные, больные и абсолютно нищие родители при встрече в ссылке в г. Чимкенте не рискнули родить меня в 1938 году и мою сестру в 1940 году, то они бы умерли. Ответственность за сыновей и двух новорожденных дочек заставила их забыть обиды и оскорбление от власти и даже получить отцу в 1945 году медаль за Победу с профилем И.Сталина и сокращение срока ссылки, что ему позволило выехать в Москву на свадьбу своего старшего сына в 1947 году.

          В  Чимкенте  в то время был один кинотеатр и я до сей поры помню, как весь коллектив МЭС смотрел кинофильм «Молодая гвардия» в 1949 году, после получения Сталинской премии с Нонной Мордюковой в роли Ульяны Громовой. 100% зрителей плакали и рыдали выходя из кинотеатра, даже фронтовики, подтверждающие пережитые ими ужасы фашизма.

          Но кроме осуждения и возмущения словами молодой красавицы Алёны я хочу отреагировать на слова Кати Стриженовой, которая родила ребёнка в 20 лет и спросить её почему она не уступит свою «тяжелую» работу по объявлению рекламы молодой юной красавице и не станет домохозяйкой воспитательницей своих детей и внуков, готовить обед, а не наращивать семейный капитал, задавая глупые вопросы и мешая ведущим передачи, демонстрируя новые наряды, причёски и новый бюст?

         Я не стала матерью не потому, что не встретила свою «половину», а потому что поняла,  что родившись с пороком сердца, могу оставить своего ребёнка без матери. Моя мама отдала свою жизнь мужу и детям, после рождения сестрёнки у неё случилось расширение аорты и врач сказал, что если она поднимет 2 кг, то умрёт. Поэтому во время Войны отец поручил мне следить за мамой и когда она падала при работе на огороде или ложилась на скамейку во дворе, класть на язык мамы кристаллик камфары по совету местного ссыльного врача Жуненко.
        Кроме ухода за больной мамой нам с сестрой пришлось поддерживать старую и слепую бабушку – мать нашего отца и вторую больную раком – мать мамы. Обе бабушки умерли в 1948 году в своих постелях, а гробы им выстругал отец.

         Я решила посвятить и опубликовать свою заметку 2 февраля 2020 года в день 125-тилетия со дня рождения моего отца и в честь 77-ти летия со дня Победы в Сталинградской битве и по сути начала освобождения  страны СССР от фашизма и нацизма.
        Хочу призвать Разумных высоко образованных людей любой национальности, пола (половой ориентации), религиозных предпочтений быть самим собой и идти дорогою прямой…
        А что касается И.Сталина, то вспомните поговорку: -  «Лес рубят – щепки летят!»
        Разные мы ВСЕ! Красота не может спасти мир людей, поскольку нет стандарта «красоты», как и стандарта вкуса.

          За свою длинную жизнь я поняла, что всем нам стоит исполнять своё предназначение. Если хотите стать женой, то будьте хранительницей очага, растите детей, угождайте мужу - защитнику семьи и добытчику еды. Не могу понять актрис и актёров в 90 лет, из которых уже сыпется песок, не держат ноги  и помутилась память, продолжающих зарабатывать деньги не пуская на сцену или в правительство молодых – сильных, смелых, умных…

         26 января в передаче «Вопрос науки» слушала беседу известного психотерапевта с ведущим, было очень интересно и особенно понравилось утверждение, что депрессия – это болезнь. Но я на примере своей жизни и моего рассказа могу сказать, что это заболевание свойственно только безвольным и высокомерным людям, а лучшим психотерапевтом  являются родители, а вернее мать, которая не должна облизывать и обкладывать ватой своих сыновей, как это сделала Рая Гордова из моего рассказа.
 
        Мои родители не заболели депрессией и я тоже, несмотря на предательство друзей, болезни и нищенское существование. Терпение и труд ВСЁ перетрут.
        А вот моя подруга – однокурсница и красавица Светлана, вышедшая замуж по любви и родившая сына и дочку, разочаровалась в муже, который часто болел и мало зарабатывал, разошлась с ним, завела любовника. Дети выросли без отца, сын уехал в Канаду, дочка спилась, любовник бросил, а Света повесилась после своего 60-тилетия.

        После смерти отца в 1963 году, когда маме был только 61 год, она горько плакала, но в депрессию не впала, понимая, что должна помочь сыну с двумя внуками.
        Моя сестра вышла замуж и родила сына поздно, когда маме уже исполнилось 77 лет, что продлило её жизнь до 92-х! Будучи смертельно больными мои родители и бабушки  никогда не лечились у врачей и не лежали, а трудились не «впадая» в депрессию.

       А наши обе бабули умерли в 1948 году. Бабушка Елизавета – мать нашего отца появилась в Чимкенте после освобождения города Сталино УССР, окупированного  фашистами, впоследствии переименованного в Донецк по инициативе Н.Хрущёва. Бабушка была полуслепая, абсолютно седая, а её голова тряслась. Вскоре она окончательно ослепла и слегла, отцу пришлось купить судно, а маме ухаживать за лежачей свекровью.
          А бабушка Александра, оставшаяся после гибели мужа в 1920 году с четырьмя детьми по призыву Ленина пошла преподавать в Советской школе иностранные языки. Её старшей дочери было 19 лет, а младшей 13. Старшая дочь – моя будущая мама, стала учителем в младших классах и в колонии беспризорников. Но когда у дочерей и сына бабушки появились внуки она перешла на должность воспитательницы, а в 1935 году поехала со старшей дочерью и её двумя детьми в ссылку и сумела воспитать своих двух последних внучек до школьного возраста