Поздний вечер

Работа, которую Андрей взял на дом, так и не шла. Второй час он сидел за ноутбуком, закрывшись на кухне, чтобы никто не мешал, и гонял шары. Игра называлась «Приключения пиратов», но от пиратского там была только заставка. Все остальное – разные комбинации цветных шариков, которые нужно было уничтожить за определенное количество ходов. Игра сегодня расщедрилась и дала ему три часа безлимита. Похоронить такой подарок он не мог. Но как только проходил очередной уровень, где-то глубоко внутри начинала подзуживать мысль, что надо бы взяться за отчет. Часы на микроволновке показывали уже 00:01, на сон оставалось семь часов.
Ноутбук звякнул: в ВК пришло сообщение. «Потом посмотрю», - решил он. Настолько лениво было сейчас ввязываться с кем-то в переписку. Но от игры оторвался: в глазах начиналась резь, словно песку бросили. Было у них в детстве такое глупое развлечение летом на речке. Он поморгал, оглядел кухню. Над плитой горела лампочка, в раковине высилась пирамидка немытой посуды. Андрей устало подумал, что дочь так и не научилась за собой убирать. То уроки у нее, то подруги. Решил, что с утра вымоет сам или загрузит посудомойку. Если жена не опередит. Прошелся по кухне, выключил свет, полистал распечатанный отчет. Оставалось перенести правки листов на семь. «Давно бы уже закончил», - разозлился сам на себя. Ноут снова звякнул, и Андрей решил все-таки посмотреть, кто же так настойчиво стучится к нему в полночь.

- Привет! Не спишь?
Ирина Кампфман. Имя ему ни о чем не говорило. На аватарке – «Поцелуй» Климта, общих друзей нет, в фотоальбоме - цветы, пейзажи, котики, на стене – афоризмы как бы Раневской и Омара Хаяма и пара ссылок на страницы из серии «Помогите собачьему приюту». Только в видео небольшой ролик про родной город. «Какое название глупое, - подумал Андрей. – «Расти и расцветай, наш край!» Чему там цвести?! Если только химзавод красок в воздух подпустит?»
- Мы знакомы? – помедлив, написал в ответ.
Через несколько секунд пришел подмигивающий смайлик, а за ним: 
- Почему-то не могу заснуть, всю свою сознательную жизнь хотела сказать тебе это и, наконец, скажу... Я благодарна судьбе, что какое-то время ты был рядом.
Андрей задумался. Розыгрыш? Или сейчас на бабло начнут разводить? А, может, проститутки так клиентов ищут? Или, в самом деле, кто-то из давних любовей пишет? Хотел было забанить, но решил подождать. Вышел на балкон. Приоткрыл раму, закурил. «Смотрю на город свысока», - пошутил про себя. Двадцать пятый этаж. Городская окраина, но центр с куполами церквей как будто в паре-тройке километров. 

В городке, где он жил до переезда в областной центр (а потом в Москву, а из столицы уже в Петербург), в конце 80-х самым высоким зданием была панельная девятиэтажка. В школьные годы они бегали туда, чтобы покататься на лифте. Такая это была диковина. С тех пор больше тридцати лет прошло. За это время, наверняка, понастроили еще, высотками и лифтами нигде никого теперь не удивишь. Если, конечно, на городе крест не поставили. Новостной сайт райцентра он изредка пролистывал, даже порадовался однажды, что химзавод снова запустили: значит, будет какая-никакая работа, зарплата и развитие. Но домой, на родину Андрей давно не ездил. Поначалу не тянуло, а потом не хотелось. Родные всегда были для него настолько далекими, что расставание с ними он воспринимал как должное, вполне естественно, что ты погостил и уезжаешь. Созванивались по праздникам и в дни рождения. Раз только пришлось отметиться, когда бабушка умерла. Двое суток без малого тащился поездом, попал только на поминки. Отец, как обычно, с утра был пьян, мать как-то неприлично громко причитала, комкая бабушкину фотографию, а потом рыдала, уткнувшись ему в грудь, брат и дядя подрались, деля квартиру, в которой пахло ладаном и воском. Андрей тогда даже ночевать не остался, чем смертельно обидел всех. Снял номер в гостинице, а утром первым же проходящим уехал.
   
- Кто это может быть? Ирина? – он затушил сигарету в банке из-под маринованных огурцов, закрутил крышку. – Соседка? Та двумя классами старше училась, я для нее малёк был. 
В ВК его ждало новое сообщение.
- Я за тобой тенью следовала. Везде. Училась у тебя. Конечно, достичь твоего уровня мне всегда было не по силам, но это стимулировало. И тогда, и сейчас.
- Значит, не соседка, если «следовала и училась». Кто тогда? - он напряг память.
Среди его школьных, институтских и даже детсадовских больших и малых любовей не было Ирин. В конце седьмого класса встречался (тогда у них говорили «ходил») с новенькой Таней, но она даже восьмой не доучилась: переехала на Дальний Восток, отец военный. Год еще переписывались (Андрей до сих пор помнил номер военной части), а потом переписка сама собой заглохла. Безо всяких там «прости – прощай». Раз она не ответила, другой – он, на третий выяснилось, что и писать не о чем. В старших классах – Ольга, Алла и Оксана, это так – если более или менее серьезные отношения вспоминать. Оля и Алла – походили и бросили. Меньше месяца на каждую. Одна все время смеялась, на любые его глупости заливалась, и это бесило. Вторая обиделась, что он ее в кино не дождался. Договорились у ДК, но не у входа, а чуть сбоку, чтобы глаза прохожим не мозолить. Андрей стоял мерз, цветок какой-то прятал за пазухой (или это придумалось уже сейчас?). Хватило его на полчаса ожидания, решил, что та уже не придет. В школе на следующий прошла мимо, фыркнула, надувшись, ни слова не произнесла, ну и он подходить – объясняться – не стал. А вот из-за Оксаны дрался даже, встретили трое, бывший ее с дружками. Отмахался едва. Она целовала его в разбитую губу, эта боль и сладость долго еще накатывали. Даже когда она к бывшему своему вернулась. 
На втором курсе - четверокурсница Инна, которая, казалось, раз и навсегда, такая любовь вроде сумасшедшая, но как-то в один момент разладилось все, он и сейчас не понимал, что случилось. Потом – жена. И уже никаких Ирин быть не могло. Ну, или могло, но эта часть истории к делу уж точно не относилась. Ирина – откуда? В школе он всегда был активистом и заводилой. В институте тоже. Не красавец, конечно, но девчонки вокруг постоянно. В параллельном классе было целых две Ирины. Может, кто-то из них? Но Андрей даже лиц их вспомнить не мог, ни одна не проявляла к нему явного интереса, да и он тоже.   

- Ты мне очень часто снился по ночам, даже когда вроде бы и не думала о тебе. Не суди меня за этот порыв и не ищи грамматические ошибки (их наверняка много)...
- Это розыгрыш? – написал он. – Женщина, вы кто?
- Извини меня.
- Не понял. За что?
- За мои чувства и мою одержимость. Ты ни в чем не виноват. Просто я не знала, как с этим жить.
- С чем, женщина? Вы меня с кем-то путаете.
- В общем, прости. В итоге я по-своему счастлива. Но всё равно ты в памяти. Не сотрешь эти чувства. Они были первыми и самыми прекрасными.

«Сумасшедшая же, - промелькнуло. – Осень. Самое обострение». От этой мысли стало легче. А тут вспомнилось еще, что вчера буквально, пока шел с парковки домой, встретил бомжеватую тетку с пакетом, набитым алюминиевыми банками, и та поначалу что-то бормотала себе под нос, а потом, словно рассмотрев в Андрее слушателя, стала кричать прямо ему в лицо: «Я в газету буду писать! Думаешь, умный такой! Найдется управа!» Эта сцена, всплывшая в памяти, его отчасти успокоила, убедив в правоте насчет осени и обострений.
Андрею вдруг подумалось, что сумасшествия – в хорошем смысле – ему всегда не хватало. Даже когда гормоны бушевали. Теперь вообще настоящий ариец: собран, спокоен, невозмутим. Карьера потихоньку движется. Пусть десять лет в одном комитете, но с главного специалиста дослужился до зама. Дома полный порядок: дочь иногда взбрыкивает, но это возрастное, пройдет. Главное, жена все понимает, не истерит. Сейчас даже как-то и забылось, что в свое время долго думал и взвешивал: жениться или нет? Со стыдом признался себе, что хоть и любил Надю, но, принимая решение, учел и то, что у нее своя квартира. Хотя любил ли? У них были очень ровные отношения: что в первые дни знакомства, что сейчас. «Скучные», - невольно проскочило. «Ровные», - поправил сам себя. А с теми, тогда, в юности, было так же ровно или все-таки кипел, переживал, с ума сходил? 

- Ты вообще счастлив?
Этот вопрос испугал его. Андрей поставил подмигивающий смайл, потом устыдился: желтая мордочка словно разрушала что-то в переписке - и удалил его.
На кухню вышла жена. Подтянула пижамные штаны, налила воды из-под крана.
- Ты на часы смотрел? – прищурившись, кивнула на микроволновку. – Второй час. Не проснешься же.
- Проснусь как-нибудь.
- Поцелуй меня, - жена подошла, подставила щеку. – Тебя не дождешься. Обещал погреть.
Андрей быстро свернул ВК, открыл отчет, привстал, заслоняя собой ноутбук, чмокнул жену в теплую помятую щеку.   
- Что прячешь? – жена словно почувствовала что-то. 
- Что мне прятать? – обиделся Андрей. – Отчет пишу.
- Ладно, пиши. Тебе утром яичницу пожарить?
- Пожарь.
- Два яйца?
- Два.
- Я спать. Не засиживайся.
- Последние страницы остались.
 
Андрей для вида постучал по клавишам, забил все-таки несколько поправок в отчет. Услышал, как в их комнате скрипнула кровать. Прикрыл клавиатуру бумагами, чтобы не дай бог, и вышел на балкон. На этот раз не курилось. Он сделал пару затяжек, швырнул сигарету в окно. Не удержался, посмотрел, куда она упала. Разобрать было невозможно, но он успокоил себя, что вряд ли в такую погоду соседи держат окна открытыми. На кухню он вернулся, решив, что сейчас пошлет эту неведомую Ирину Кампфман туда, откуда она появилась. Но вместо Ирины увидел белое поле с грустной собачьей мордой. «Страница была заблокирована по жалобам пользователей. Возможно, она была взломана». «Все само собой решилось», - выдохнул Андрей. Открыл игру, чтобы продолжить, но безлимит давно закончился. Начинать заново не хотелось.


30 января – 02 февраля 2020 г., Санкт-Петербург


Рецензии
Очень хорошая ирония по поводу обывательщины...

Светлана Шакула   21.04.2020 12:56     Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.