Из истории сибирского сепаратизма. Авто-реферат

Тема разрыва между окольцованной Москвой и остальной (закольцевой) державой достаточно давняя.
Она началась ещё с тех пор, когда Пётр перенёс столицу будущей империи в Санкт-Петербург, записал Москву в провинциалки и соответственно содержал её, почти как убогую.
В советской России столицу вернули обратно, и Москва, став вскоре опять полноправной столицей огромного государства, взяла убедительный реванш за долгие годы прозябания, добившись того, чтобы её превратили в образцовый, коммунистический город –– лицо всего социалистического лагеря.
Идеология социалистического строительства в СССР признавала разрыв между городом и деревней, но столицы всех союзных республик равнялись на Москву в стремлении заполучить свой отдельный коммунизм. Система не видела никаких политических проблем в верховенстве и превосходстве во всех смыслах столиц над другими городами.
После распада СССР и резкого разворота обратно в капитализм тема неравенства исчезла из повестки дня, хотя она продолжала существовать и даже стала во многих отношениях более заметной, но всё-таки возникшие  и заработавшие рыночные отношения в распределении общедоступных товаров сглаживали картину, лишали её накала на чисто «колбасном» уровне провинциального сознания, а выше этого уровня оно поднимается редко.
Проблема, таким образом, осталась и вросла в почву наподобие московских бордюров, однако её перестали озвучивать, и все столицы новых независимых государств ещё ярче заблистали своей позолотой на фоне серости остальных земель и весей. Столицам во все времена куда важнее соперничать меж собой, нежели заботиться о своих подданных, чьё главное предназначение состоит в уплате податей в казну, а территории –– это лишь ресурсы, которые желательно выкачивать по полной программе.

Проблема неравенства территорий многогранна, возможно, она  как-то и разрешится в исторической перспективе, а в прошлом все попытки самостоятельного решения этого вопроса заканчивались неудачами. И тут я хочу вспомнить о флаге Сибири.
К середине XIX века в среде офицеров Сибирского казачества, зажиточных горожан (в первую очередь купечества), забродили идеи сибирского областничества или автономии. Постепенно эти веяния проникли в умы местной молодёжи, получавшей высшее образование в столице. Желание политической и экономической самостоятельности Сибири возникло на фоне уже сложившегося местного хозяйственного уклада во времена либеральных послаблений в царствование Александра II.
В автономии многим виделся естественный выход из той зависимости, которая считалась колониальной, и что достаточно обоснованно показал в своей книге «Сибирь как колония» Николай Михайлович Ядринцев (см. на иллюстрации).
Николай Ядринцев, уроженец Омска, детские годы провёл в Тобольске, Тюмени, гимназию окончил в Томске. Обучаясь в Санкт-Петербурге, где он уже проживал с матерью, Ядринцев стал членом кружка сибирской учащейся молодёжи. Это были будущие деятели сибирского областничества, среди которых я упомяну ещё одного представителя –– Григория Николаевича  Потанина.

После окончания Петербургского университета Ядринцев и Потанин, служа на различных должностях уже в Сибири (Томск, Омск), вместе вынашивали республиканские идеи и якобы даже подготавливали вооруженное восстание (?).
В 1865 году замыслы заговорщиков были раскрыты властями, и началось разбирательство по Делу
«об отделении Сибири от России и создании республики, подобной Соединенным Штатам».
Все четыре тома этого эпического дела хранятся в Государственном Архиве Новосибирской области, и есть достаточно познавательный видеосюжет по данной проблематике
(по ссылке: Сибирское областничество Потанин и Ядринцев... archportal.nso.ru).

К следствию тогда было привлечено около 70 человек, 19 из которых были осуждены.
После отбытия части наказания, будучи помилованными, умудрённые горьким опытом, «отделенцы» ратовали лишь за автономию Сибири в составе Российской империи, за развитие местного самоуправления. При этом сами «бунтари» активно включились в работу на благо отечества, и те же Потанин с Ядринцевым много сделали для российской науки, став исследователями Сибири, Алтая, Монголии, Китая, Тибета...
Ну а Ядринцев написал и издал в столице научный труд, имевший в своей основе многолетнюю статистику. Книга вышла в свет к трёхсотлетию освоения Сибири с подзаголовками: «Современное положение Сибири. Ея нужды и потребности. Ея прошлое и будущее». Книгу никак нельзя было отнести к числу мятежных, и она через десять лет была переиздана. Жаль, что эту книгу никто не порекомендовал для внеклассного чтения в советских школах, тогда бы мы гораздо лучше представляли процесс освоения земель за уральским хребтом с его промежуточными итогами за триста лет, но сейчас её легко отыскать для прочтения, если уже не поздно кому-то... она не велика по объёму.
Замечу лишь то, что Соединенные штаты Америки не раз упомянуты Ядринцевым и в этой книге, а ведь ему когда-то вменялось в вину попытка создания республики подобной США.
Но автор смело говорит и об опыте США, и других метрополий (Великобритании, Австралии), видя в них некий образец интенсивного и продуктивного освоения новых территорий (колоний), где достаточно быстро сравнительно с Россией (за столетие и менее) достигались высокие показатели развития во всех сферах.
При этом всё «политическое» сводилось в книге к необходимости получения Сибирью не полной автономии, а лишь наконец-то дарования ей свобод и прав, доступных европейской части России. Такие реформы готовились при Александре II, но на престол с марта 1881 года взошёл Александр III, сын убитого царя-освободителя, и первым его Высочайшим повелением стал «Манифест о незыблемости самодержавия», который резко отменял курс отца на либеральные реформы в России, и началось проведение контрреформ.

Строительство Транссиба и Столыпинская аграрная реформа, одним из следствий которой стало массовое переселение европейского крестьянства на свободные земли Зауралья, многое изменило в жизни региона, но эти изменения и реформы не были широкими с точки зрения общественного переустройства территорий в целом.
Лишь в годы февральской революции областникам на короткий срок представилась возможность добиться реализации своих идей хотя бы в плане их декларирования, когда было учреждено сибирское правительства в лице Временного Сибирского областного Совета во главе с постаревшим Потаниным (1918 г.), который встал под флаг Сибири.
Этот флаг был утверждён ещё до Октября 1917 года, а своим прообразом он имел флаг бывшего Сибирского землячества студентов-выходцев из Томской губернии, из герба которой студентами были заимствованы два основных цветовых тона (об этом чуть подробнее в примечаниях к иллюстрации).
Октябрьская революция и Гражданская война внесли свои жёсткие коррективы в планы несостоявшихся «республиканцев». Советская власть в принципе не могла поддержать «отделенцев», в рядах которых постепенно вызрели антибольшевистские идеи. Белое движение отнеслось к ним благосклонно и даже частично использовало в своей геральдике символику флага Сибири.
Но и белые, и красные подспудно или открыто, но стремились к возрождению былой империи, к централизму, сепаратизма областников они не поддерживали, поэтому их политические устремления были исторически обречены, да и по возрасту зачинатели этого движения уже не подходили на роль вождей, а кто-то, как Ядринцев, ушёл из жизни раньше эпохи революций.
Однако о многих из них помнят в Сибири, да и не только там, а в Новосибирске имена самых ярких «отделенцев» сохраняют две из центральных улиц города: Потанинская и Ядринцевская. Впрочем, это скорее дань их вкладу в исследование восточных земель империи с оглядкой на земли сопредельные, нежели признание их политической деятельности.

Однако идеи самостоятельности огромных территорий не могли кануть в вечность. Отчасти их сразу после революции реализовали большевики через создание Советов народного хозяйства, просуществовавших до 1932 года. И много позже, при Н.С. Хрущёве, снова делалась решительная попытка децентрализовать управление регионами, предоставив им максимум полномочий в решении местных проблем через Совнархозы.
Этот период оказался слишком кратковременным и противоречивым, как и всё правление Никиты Сергеевича, а отстранившее его от власти партийное руководство посчитало эксперимент проявлением волюнтаризма и быстро свернуло процесс децентрализации противоположным –– к возврату управления из единого центра.
О периоде 1957 – 1965 гг. в моём городе оставалась память лишь в названии остановки транспорта «Совнархоз», да ещё улицы Совнархозовской, но даже их нет теперь на карте Н-ска, сохранилось только величественное здание бывшего Совнархоза, обращённого в Деловой центр, получивший в наследство прежнее наименование, как звучный бренд.
 
При «демократах» в лице Б. Н. Ельцина был кратковременно провозглашён лозунг на суверенитет: «Берите, сколько хотите (сколько, сможете проглотить)». Правда, лозунг был обращён к крупным национальным образованиям, да и то по соображениям текущего момента, поэтому лозунг так и остался в большей мере звонкой декларацией, нежели обозначил переход к реальной самостоятельности, а вот за «сколько сможете» серьёзно поплатился тот, кто по неосторожности попытался проглотить слишком много.

Исторически так уж сложилось, что в России почти всё решалось и решается в столице и зачастую –– одним главным органом, а то и просто –– лицом, что недостижимо далеко и высоко от какой-нибудь тмутаракани.
Своё личное (достаточно узкое) видение данной проблемы автор публикации попытался выразить так: 
…
Я не стремился жить в тебе, столица, ты слишком суетлива и шумна,
и как избыточно народу копошится, так площадь Красная на всех ––
всего одна.
Мне неуютно в мраморе и бронзе почивших в бозе и ещё живых,
что мчатся мимо, как напыщенные бонзы, в твердыни департаментов своих.

В столицу, как в огромную прореху, стекаются финансы и умы,
там ищут власти, славы и успеха, зарёкшись от тюрьмы и от сумы.
В столицы издавна стремились честолюбцы, в Париж ли, Лондон, Петербург –– одна
дорога, чтоб обратно не вернуться: не голова в кустах, так –– ордена.

Где деньги правят хищно и открыто, чиновный мир вокруг себя плодит
заразу алчности и лицемерность свиты, а плебсу ценности торгуются в кредит.
И твёрдо верует надменная столица, в беспомощность уделов, что вдали,
где не умеют с прибылью крутиться так, как она –– оплот всея земли.

Но оттого со смутным раздражением глядят окраины на торжества господ,
и зреют в землях зёрна отчуждения, таящие разлом, распад, исход.
Ведь если горделивая столица лишь дань взимает с поданных своих,
не лучше ли им, право, отделиться и от забот избавиться таких?

И, как из искры возгорался пламень, как каждому началу –– свой конец,
когда-нибудь да канет в омут камень, пустив круги за грань больших колец…
Но что тогда случится неизвестно,–– стремленье к равенству всегда даёт раскол,
заведомо не поделить, чтоб всем и честно, земли богатства, да ещё престол…
………

Примечания к иллюстрации
Цифрами обозначены:
1. Герб Томской губернии.
Серебряный (белый) конь на зелёном фоне геральдического щита.
2. Флаг Сибири — политический символ сибирского областнического движения и автономной сибирской государственности,  утверждён 5 августа 1917 года на Конференции общественных организаций Сибири.
В 1918 году этот флаг использовался Временным правительством автономной Сибири.
Иссиня-зелёный или тёмно-зелёный оттенки символизируют цвета тайги, а белый — снега.
В советское время флаг или производная от него символика не использовались, однако после распада СССР флаги некоторых административных образований были созданы по форме и цветовому подобию флага Сибири, в том числе:
3. Флаг города Новосибирска
— первоначально был утверждён 1 декабря 1993 года, и тогда диагональная полоса шла в обратную сторону — из правого верхнего угла в левый нижний (то есть, как на флаге Сибири), но в 2004 году диагональ развернули.
Символика:
Зелёное поле — здоровье, природные богатства Сибири.
Белое поле — чистота и снега Сибири.
Голубая перевязь с белыми волнами — река Обь, на которой стоит город.
4. Герб города Новосибирска
Некоторые особенности описания:
В 2004 году была принята новая редакция герба (первая 1993 года), доработанная в соответствии с  рекомендациями Геральдического Совета при Президенте России. В новой редакции российский триколор в цветной ленте перевязи был заменён расцветкой флага г. Новосибирска.
Замена цветов в ленте означала не выделение города в какой-то отдельный статус, а наоборот, ставила его на место в общей иерархии как рядовой областной центр.


В работе использованы материалы, заимствованные с Яндекс-портала.