Петербургская повесть

Бывают минуты, когда хандра и сиротство завладевают всем существом; мир кажется неприветливым и даже мрачноватым - такое обыкновенно случается в начале февраля. В такие мгновения непременно хочется увидеть старинного товарища и побалакать о приятных сердцу пустяках, известных лишь вам двоим. Но ставни плотно закрыты, а солнце нечастый гость в наших северных широтах...

Благою вестью звенит колокольчик в прихожей: его трель и радостна, и вселяет надежду на обновление, и веселит, и ободряет!

<...>

И, вот уже горничная Грушенька, вздохнув и отложив хлопоты, поправляет тяжелую косу и устремляется отворить нетерпеливому посетителю дверь, но... Звонкая трель прерывается так же внезапно, как и началась - то была шалость прохожего, мальчишки-посыльного.

О, эти посыльные! Ветреные и неуёмные юнцы!..ноги их не знают усталости, а душа - грусти поэтической; уподобляясь в стремительности ветру, они так же безрассудны и своенравны.

1833