Казаки 2. Становление

Последующие месяцы были заполнены хлопотами казачьего актива по всем направлениям. Сотенные добровольцы разбиты на четыре взвода по сорок казаков; каждый взвод по четыре отделения. Взводные получили чины от подхорунжего до сотника, отделенные командиры от младшего до старшего урядника, старшина сотни Бухвостов - чин вахмистра. Сам атаман оставил себе армейское звание подполковника, только на казачий манер: войсковой старшина. Назначил заместителей: по строю(первый) – есаул Давыдов, по воспитательной работе – подъесаул Епифанов и по тылу подъесаул Зверев. Подыскал инструктора по конно-сабельному делу Афанасия Крюкова, возвёл его в чин вахмистра.   Определил медчасть из фельдшера и двух медбратанов. Сформировал тыловые структуры по пищевому, вещевому довольствию и боевому обеспечению. К вещевому присовокупил пошивочное ателье из добровольных казачек, а также скорняжную мастерскую. Из добровольной молодёжи 15-18 годов от роду сколотил подготовительно-учебный взвод. А из «стариков» 41-55 годов, запасной 1-ой категории взвод.

Все эти организационные мероприятия воспринимались казаками с энтузиазмом и на «ура». Некоторые повытаскивали из сундуков ветхие прадедовские фуражки с выцветшими тёмно-васильковой тульей, красным околышем и гордо щеголяли в них по двору. Кой у кого нашлись даже старые казацкие шашки с истлевшей кожей ножен. Те вообще считали себя героями. А все вместе дружно начали отращивать чубы. К этим проявлениям формального казачества атаман относился в общем доброжелательно, как отец к детским шалостям. А чтобы не заигрывались, велел размножить и раздать текст Присяги Первой сотни Войска Донского, где в основе лежали слова: «... не щадя живота своего беречь и защищать Великую Россию и Святую землю Донскую от ворагов иноземных и недругов внутренних». Присягу всех обязал выучить наизусть.

Все эти мероприятия не представляли для атамана особых трудностей. Впереди маячили проблемы, выходящие за пределы компетенции войскового старшины. Решил начать с Исторического музея, директор которого приходился одному из казаков-активистов дальним родственником. Директор, молодой парень лет тридцати пяти, тоже оказался сторонником возрождения казачества, но несколько опешил от сделанного ему Курковым предложения:

- Уважаемый Яков Борисович! Ни для кого не секрет, что ваш музей обладает обширнейшей коллекцией холодного оружия, которая по большей части хранится в запасниках и посетители её не видят. Одних казацких шашек времён Гражданской войны у вас более тысячи клинков. Мы, имеется ввиду Общественная организация «Казачий круг», хотим взять у вас в аренду сроком на один год, с правом продления, двести шашек. Арендную плату можем предложить только символическую – один рубль в год за клинок. Но со своей стороны обязуемся каждую еденицу холодного оружия оснастить новой кожаной перевязью-портупеей. Старые же давно истлели.
- Даже не знаю ... как к этому отнесётся Управление культуры области.
- Прежде чем вас посетить, мы ознакомились с положением об учреждениях культуры РФ, конкретно музеями. Да, вам нельзя ни продавать, ни дарить, ни обмениваться экспонатами без разрешения области. Но можно их временно арендовать, только не частным лицам. А мы в аккурат юридическое лицо. То есть никаких нарушений с вашей стороны нет.
- Хорошо, предположим. А скажите, как к вам поступить на службу, что для этого надо?
- У вас есть какое-либо воинское звание запаса?
- Конечно, у нас в институте была военная кафедра. Да я ещё и служил после неё, так называемым «двухгодичником». Командовал мотострелковым взводом, старший лейтенант запаса.
- К сожалению на сегодня у нас в сотне командных вакансий уже нет. Но в перспективе не исключено, что развернёмся в полк, в котором обязательно будут пластуны, вот там вы взвод и примите. А в виде аванса мы вам пошьём форму сотника, по большей мере почётного, но с правом ношения. Единственное – на погонах у вас будет поперечная галунная нашивка, говорящая о том, что вы в запасе.

Вопрос вооружения холодным оружием разрешился как нельзя лучше. Предстоял следующий шаг – конезавод. Ведь казак без коня – всего лишь пластун, на которого верховой смотрит свысока. А к директору завода на кривой кобыле подъехать уже трудно, по той простой причине, что он ...  то есть она, была женщина. Но казак Куркова, ответственный за конезавод, кое-что к этому времени разузнал. Директриса Анна Павловна Майборода в свои сорок лет отличалась моложавостью и яркой внешностью чернявой красавицы. Под стать внешности были и черты характера: требовательность, жёсткость, бескомпромиссность в работе. Терпеть не могла слюнтяев, рохль и недотёп. И как объясняли её злопыхатели, это из-за мужа, учителя музыки в школе, который всем этим эпитетам и соответствовал. Анна считала себя настоящей казачкой и безумно любила всё, что было связано с лошадьми. По всем этим причинам её конезавод слыл лучшим в донском краю и самым большим по поголовью.

На свидание со столь серьёзной дамой атаман надел только что пошитую форму войскового старшины с золотыми погонами, орденской планкой на десять лент и жёлтой нашивкой тяжёлого ранения. В добавок скрипел новенькими светло-коричневыми ремнями, звенел шпорами и сверкал настоящей атаманской шашкой с посеребренными узорными ножнами и плетёным темляком.
 
В просторном кабинете, увешанном фотографиями, свидетельствами и дипломами, за длинным столом для заседаний, напротив, сидели два человека и внимательно разглядывали друг-друга. Он видел перед собой яркую фигуристую женщину в простом рабочем костюме для выездки, строгим лицом и требовательным взглядом. «Да, - подумалось Василию, - на сей раз попался крепкий орешек, а главное не ясно, чем красавицу взять, как привлечь на свою сторону».

Она видела в посетителе ряженого под казака фанфарона, коих ныне развелось великое множество, эдакого пустозвона, за которым ничего не стоит, кроме громких названий. «Что же ему от конезавода нужно?» – подумалось ей. Ещё раз внимательно осмотрела лже-казачка. Взгляд зацепился за орденскую планку на которой явно просматривались две ленты бордового цвета с серо-голубой полосой посередине. Это уже интересно, надо полюбопытствовать:

- Уважаемый Василий Иванович, прежде чем вы огласите цель своего прибытия, позвольте поинтересоваться вашими наградами. Какие они и за что?
- Извольте, Анна Павловна. Хотя вы меня удивили, женщины редко интересуются такими вещами, по той простой причине, что не разбираются в них. Итак: две ленты ордена Красной Звезды, одна ордена Красного Знамени. Медали «За отвагу» и «За боевые заслуги». Остальные награды юбилейные и так называемые «песочные» - за выслугу лет.
- Впечатляет, и где же вы это всё заслужили?
- Четыре года в Афгане. Последнее время командовал Отдельным мотострелковым батальоном, подполковник запаса.
- Понятно, а нашивка - за тяжёлое ранение? – взгляд Анны явно потеплел.
- Вы правы. Броник не защитил от снайперской пули, которая разодрала лёгкое.
- Хорошо, а сейчас расскажите, что вас ко мне привело? – лицо хозяйки выражало уже радушие.
- Для начала, мы хотим предложить вам помощь в уходе за лошадьми, заготовке кормов, ремонту и восстановлению  сбруи, другого кавалерийского снаряжения.
- Позвольте, минуточку, «мы» - это кто?
- Мы, это Первая Донская добровольческая казачья сотня в двести реальных клинков. К сожалению, пока сотня пластунская. Располагаемся в центре города, в «дворянском» квартале.
- А взамен, за свою помощь, вы что хотите?
- Получить возможность обучать, прямо на ваших манежах, наших казаков верховой езде: первичной элементарной выездке, рубки лозы, фланкеровке, дефиле. В процессе обучения появится необходимость закрепить казаков за донцами. В дальнейшем участие нашей сотни в праздничных мероприятиях, парадах. Но это не для бахвальства, а для рекламы, как нашей, так и конезавода. Любая же действующая организация должна развиваться и расширяться. Мы тоже планируем в будущем развернуть свою сотню в казачий полк.
- Заманчиво, коллега. Только нам нужно будет грамотно составить и подписать совместный договор о шефской взаимопомощи.
- Замечательно. Но я не огласил ещё одну, то ли просьбу, то ли предложение. Не мог ли ваш муж у нас в сотне возглавить маленький духовой оркестр? Инструменты и музыканты есть, а вот руководителя нет. Это должность чина урядника.
- Была бы только рада увидеть мужа в форме настоящего казака, тем более целого урядника.

Конный вопрос для Куркова разрешился положительно. Оставались ещё два, один из которых стоял грозно и неприступно – обеспечить сотню боевым огнестрельным оружием. Но для военного человека, особенно казака, нет не преодолимых преград. Если нельзя перепрыгнуть, то можно обойти. Просто нужно всем сотенным казакам записаться в охотники и получить право на приобретение нарезного оружия. Поэтому Василий вздохнул, взял трубку и набрал номер телефона господина Лысенко, председателя Областной организации охотников. А через час уже сидел у того в кабинете.

Перед атаманом с важным видом, за старинным письменным столом, восседал обрюзгший мужчина с помятым лицом. Его маленькие глазки выражали полное безразличие к посетителю, а в кабинете царил устоявшийся запах винно-водочного перегара. Курков уже был проинструктирован своим казаком о наклонностях председателя, поэтому «подготовился» к разговору. Но сначала, всё равно, решил пойти по официальному пути:
 
- Уважаемый Порфирий Нестерович, я и мои друзья давно мечтаем вступить в вашу организацию. Мы любим природу, диких животных, а ещё больше охоту.
- А сколько у вас друзей, и кто они?
- Да мы все городские, из «дворянского» квартала. А желающих стать охотниками всего-то две сотни.
- Сколько, сколько? – пучил глаза председатель, - да у меня во всей области охотников меньше! Вы что думаете, захотел и стал охотником? Нет, дружочек, это целый процесс, одних бумаг надо оформлять на каждого кандидата кучу, каждому пройти курсы по обращению с оружием, да справку из дурки надо, и вообще ... А мне этим заниматься некогда, итак дел невпроворот, сами понимаете.
- Я ещё далеко не всё понимаю, но думаю вы мне поможете не торопясь с вопросом разобраться. – При этих словах Курков аккуратно вытащил из портфеля две поллитровки «Столичной» и бережно водрузил их на стол.
 
Глаза Лысенко понимающе заблестели и он полез в недра стола за стаканами. А час спустя кабинет председателя оглашали звуки старинной казацкой песни, исполняемой дуэтом нестройных мужских баритонов:

            Ой, да не степной орел подымается,
            Ой, да то донской казак разгуляется.

В этот же день, к обоюдному удовлетворению сторон, вопрос членства двухсот новых кандидатов в охотники разрешился наилучшим образом. Председателю, увидевшему третью бутылку «Столичной» сразу пришла в голову трезвая мысль: открыть филиал местной организации охотников в составе региональной. Вновь образованной организации предоставить права региональной по приёму новых членов, ведению учёта охотничьего оружия, обучению и проверке знаний по технике безопасности на охоте, обучению владения оружием. А гость даже придумал название новой охотничьей организации: «Казачий круг». Которое хозяин принял с восторгом и по этому прекрасному поводу вновь наполнил стаканы.

Решив вопрос с охотничьей организацией, аренда тиров и стрельбищ  ДОСААФ разрешилась сама собой. Осталось выбрать тип основного огнестрельного оружия казачьей сотни. Курков собрал на расширенное совещание своих замов, командиров взводов и отделений,  представителей от Совета стариков, и заявил, что автоматическое оружие не рассматривается, в лучшем случае только самозарядное. Старики сразу заголосили, что иного оружия у казака и быть не может, как только казачий мосинский карабин образца 1907 года. Молодые пошли в разброд, долго кричали, но в конце концов остановились на самозарядном карабине Симонова(СКС). И тех, и других атаману пришлось разочаровать, заявив, что в реестре охотничьего оружия этих видов нет. Поэтому предложил свой вариант: карабин «Сайга МК 7,62», который по внешнему виду точная копия автомата Калашникова, только магазин на 10 патронов, вместо 30-ти. Все присутствующие остались недовольны, но согласились с предложением.

Слухи по кварталу-двору разносились моментально. То, что у строевых казаков сотни на вооружении уже есть настоящие старинные музейные шашки, знали все. А новость, что у них скоро появится нарезное оружие, очень озадачило тех, кто ещё не записался в сотню. Тут и посыпались валом заявления. Впору было формировать один, а то и два новых линейных взвода. Но атаман не спешил. От имени Местной организации охотников «Казачий круг» заказал в Ижевске на концерне «Калашников» двести карабинов «Сайга» и десять тысяч патронов к ним. А своему заму по тылу поставил задачу во втором бомбоубежище оборудовать оружейную комнату на двести единиц хранения карабинов, да с возможностью расширения. Там же стенды перезаряжания оружия, столы разборки-сборки и чистки. Зама по строю обязал предусмотреть  круглосуточный двух постовой караул. Один пост у штаба, другой у ружейки.

На запрос Ижевский концерн отреагировал быстро и сообщил, что такое количество карабинов имеется на складе, и после предварительной 100% оплаты могут быть отпущены. Также обрадовал, что оружие будет иметь оптовую цену, значительно меньше розничной. Но предупредил, что заказчик сам отвечает за сохранность и конвоирование груза к месту постоянного хранения. Курков озадачился, предстояло преодолеть по российским дорогам более 1800 км. Значит надо заказать большой крытый грузовик для доставки, да иметь две легковые машины, желательно «Нивы», конвоя-прикрытия. Но конвой надо же  чем-то вооружить! А у него самого только один именной-наградной АПС. Правда среди «дворян» есть же настоящие охотники, имеющие право на ношение и хранение огнестрельного оружия, вот их и придётся задействовать. Начальником же конвоя быть ему самому.

Не смотря на опасения и страхи, через неделю караван с оружием благополучно въезжал в «дворянский» квартал. Встречать его вышло почти всё население двора. Казачки, облачённые в традиционные народные одежды и файшонки, вышли к атаману с хлебом-солью. Казаки, даже не строевые, поголовно в шароварах с красными лампасами и фуражках. Перед входом в бомбоубежище, где оборудована оружейная комната, постелена красная ковровая дорожка. На лицах у всех присутствующих выражение радости и гордости за свой двор, свою Первую Донскую казачью сотню, за принадлежность к сословию казака.
 
Грузовик разгрузили мгновенно, казалось участвовали в этом все. Тут же есаул выставил у оружейки караул из двоих казаков с шашками наголо. Во дворе стихийно начали появляться столы с разнообразной  снедью: запеченным лещом, кулешом, пирогами, варениками, голубцами, студнями, лизнями. Нашлось на столах место и хмельным напиткам: браге, «государевой» водке, самогонке, чихирю, молодому вину. Два часа спустя с разных сторон двора слышалось в основном  мелодично-растянутое, но одновременно и залихватское, времён Матвея Платова:

                Жалко только волюшку да во широком полюшке,
                Солнышка горячего да верного коня.
                Любо, братцы, любо, любо, братцы жить!
                С нашим атаманом не приходится тужить!

Вильнюс, 10 февраля 2020 года.
Продолжение следует: http://www.proza.ru/2020/02/10/1168


Рецензии
Мне очень нравится Ваша позитивность, даже в такой военной тематике Вы остаётесь добрым сказочником. Захватывающее чтение! Спасибо
С уважением и расположением,
Наталия

Принцесса На Горошине   15.04.2020 11:18     Заявить о нарушении
Благодарю за внимание и оценку.
В конце месяца должна выйти моя пятая книга, один экземпляр Ваш.
С неизменным расположением, Алекс.

Александр Волосков   15.04.2020 18:59   Заявить о нарушении