Мистика в мистификации литературы

Вам не кажется, что потоки информации, формируются кажущимися информаторами, которым постоянно что-то кажется. Одному кажется что нет никакого Бога, другому кажется, что Бог-это любовь ко всем, которым тоже что-то кажется мистическое и оккультное в их любви. У одних правда-это кажущаяся ложь, у остальных ложь-это кажущаяся правда. Мистификаторы всегда настаивают на ложном в характерном, кажущемся им правдоподобном заблуждении. Мистификация характеризует литературу различными подделками, вымышленными именами, фейковыми мемуарами под псевдонимами, литературными масками, и плагиатом. Сказки, устное народное творчество, уходящее в глубокую седую древность, мифы, фольклор, писания, сказания и прочие утопии, притчи, теоретико-философские, теософско-эзотерические парадигмы, фантастика, фэнтези, предромантизм с двойственностью мироздания, которое имеет видимое, реальное и скрытое, тайное, познаваемое интуитивно содержание.

Мистификаторами зачастую становились фальсификаторы при переводах, исправляя порой словосочетания, расставляя знаки припинания, исправляя ошибки, описки и опечатки. В мире, как пример, существует масса подделок, копий, переписанных от руки и приписанных авторству другим писателям, особенно такое распространилось при написании и определении подлинности апокрифов и прочих религиозных манускриптов в монашеских заведениях. К ним можно отнести  фальсификации «отцов церкви», декретов церковнослужителей, подделки исторических документов и разоблачения подлинности с целью обогащения или розыгрыша в одурачивании коллекционеров. Распространялась псевдоэпиграфика, когда приписываемая кому-то, кто не является автором книга, с целью сокрытия настоящего автора, если он не авторитетный и малоизвестный, а так же стилизация, имитирующая особенности произведения, подражания, пародии с целью  авантюрного получения выгоды, награды, признания.

Во многих случаях, ради прикола, розыгрыша или простого дурачества фальсификаторы представляют свои или чужие произведения под иными именами и в этом есть своя привлекательность, притягательность и игровой момент. Так писал об этом А.С. Пушкин: « Читатель, ... смейся: земных утех из-за угла смеяться над всеми». Многие классики любили пошутить и писали шуточные произведения с целью высмеивания или выпячивания каких-то огрехов в искусстве.

Если быть откровенным, то вся мировая литература-это сплошная мистификация, начиная с библейских писаний и кончая публикациями в интернете. Многие из этих мистификаций разоблачены, расшифрованы и разгаданы, Но есть и такие искусно изготовленные, скопированные и организованы так, что их почти невозможно идентифицировать как подлинники. И началом можно считать скрижали, которые Моисей приписал божескому авторству, а потом их разбил, доказав таким образом нелогичность своего поступка. Это и псевдоиздания,  ренессанс «Декамерона» или «Антидекамерона» в стиле огромных реалистических возможностей, построенных на шутке-мистификации (бурле), предметом которой интересовались многие столетия,  а одной из первых литературных мистификаций можно считать "Илиаду" и "Одиссею", приписываемых легендарному древнегреческому поэту и певцу Гомеру, под именем которого, по-видимому, выступал коллективный автор.

Существует немало произведений, приписываемых популярным писателям XVIII-XIX веков, в том числе Ж.-Б. Мольеру, А. Радклиф, В.Скотту, О. Бальзаку и другие, литературная маска Козьмы Пруткова, имеющая коллективный псевдоним, самым же крупным "передельщиком" из русских писателей был М.Е.Салтыков-Щедрин, перу которого принадлежит множество литературных мистификаций. Интересен факт издательских подделок, при которых специально изготовленные фальсификатором произведения печати или рукописи, выдавались им за новые, неизвестные ранее книги, или экземпляры уже известных книг. При этом искусно подделывались все элементы внешней формы книги, в том числе бумага, на которой они  были напечатаны, шрифт, иллюстрации, переплет и т.п. Существовали протоколы мудрецов, писания апостолов, сказания, веды, предсказания ясновидцев, Пушкинский «Конёк-горбунок», приписанный  авторству Ершова и двенадцать стульев с золотым телёнком, отданные Булгаковым Ильфу и Петрову для публикации, и мистификация вокруг романа Шолохова « Тихий Дон», и Краткий курс истории ВКП(б) (1938) Сталина и мемуары выдающихся военноначальников, руководителей партии и правительства на всём протяжения до и после распада СССР, не говоря уже о научно-популярной литературы. Примечательно и то, что мистификация наблюдается не только в литературном жанре, но и в живописи, но об этом в другом материале.

В литературе в основном присутствует мистика выдуманного сюжета, истории, сказки, мифы, фантазии. Писатели выдумывали правдоподобные истории и многие верили в их реальность. Сказки писались в основном для взрослых, но и иногда для детей с целью предать убедительности мифотворчеству, которое послужило неоценимую службу для совершенства цивилизованности. В начале любой сказки видна сплошная мистика с присутствием конфликта при выборе, кроме этого присутствует тень чёрного юмора, трагикомедии и сарказма. Вот например, стоит на раздорожьи стыривший Бога богатырь и размышляет перед камнем с указателями, направо, налево и прямо, так нет же, чтобы вернуться назад к привычной и сытой жизни, выбирает, решает и шагает навстречу приключениям.

Итак мистицизм, мистика связана с какими-то мистериями, магическими церемониями, театральными постановками священнодействий на языке фарса и богослужения, а именно с переживаниями непознанного, необычного и порой трагично комедийного, которое притягивает разум, чувства и сознание. Когда нам бывает страшно от чего-то непонятного, но одновременно становится страшно интересно, а что же, в самом деле это такое, что вызывает ужас или экстаз. Мистика зачастую сопряжена с интуитивно чувственными познанием кажущейся реальности или дурачества под покровом таинственности, демонизма, теософских догм и закономерностей в духовности. Мистики-это приверженцы мистицизма, которые в основном являются одновременно и мистификаторами. Бердяев утверждал, что мистика порой подменяется мистификацией, насыщена иллюзорностью, идеализмом и магией духовного света и галлюцинациями на почве умственного помешательства в теургии волшебства. И тогда по словам философа: «Мистический иллюзионизм переходит в мистический реализм или разлагается и опошляется, угасает бытие, переходящее в небытие». 

«Теория» божественного откровения, лежащая в основе как иудейской, так и христианской догматики, по своей сущности является выражением мистицизма — она исходит из того, что авторы библейских книг писали их в состоянии боговдохновенности, т. е. духовно-мистического единения с Богом. Недавно была опубликована удивительная книга российского футуролога и математика Петрова Ивана под названием "Квазиматлингвофилософическая Скрижаль" это своего рода литературно-кибернетический спуфинг или надувательство, путём подмены понятий, алгоритмов и авторства, а в итоге, в одной из передач спросили представителя экстрасенсорики: « Верите ли вы, что существует нечто чудесное и необъяснимое в этом мире?» В ответ: «Безусловно». Верите  ли вы в энергетику людей? Да. В концепции виртуального канала мистика — это все, что удивляет, что не объяснить логикой. Мы не можем сказать зрителю: читайте, к примеру, Кастанеду, и вам многое в жизни станет понятнее. Но мы можем сказать: сходите к гадалке, возможно, она подскажет решение проблемы. Гадалки, ведуны и ведьмы — тонкие психологи, понимающие систему человеческих реакций и поэтому им легко загнать сознание человека в мистицизм, а затем манипулировать им. Это же происходило в пропаганде марксистко ленинского учения.

Теория построения коммунизма, в которой есть и правый, и левый уклон, и демократический централизм. И чтобы человек не выбрал бы, светлое будущее у него-в конце тоннеля, но при этом неизбежен конфликт интересов среди противоположностей, а особенно, когда выясняют вопрос о том, кто мы, чего желаем, хотим и что выбираем. Поиск смысла, преодоление препятствий ставит вымысел в ранг мистического нарратива, иными словами, сюжет складывается из последовательности словосочетаний, формирующих образы и законы с целой системой нарративов и плеядой нарраторов. И тут возникает мистика материализованных мыслей о том, ради чего живёт человек и чтобы в конце концов не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы.

В мистификации нарратив автора в процессе чтения литературного произведения, заменяется нарративом читателя, воспринимающего смысл прочитанного в виде сказки, которую нужно сделать былью. А после пересказывания, читатель сам становится автором для новых слушателей и таким образом возникает цепь взаимосвязанных наррративов, формирующих мистификацию в характерном литературном жанре, будь-то религиозный трактат, эссе публицистики или юмористический памфлет. Мистификация типа обмана ради шутки, может вылиться в нешуточную мистерию с трагическим исходом. Жертвы мистификации остаются в неведении и со временем и даже мистификаторы верят в реальность того, что было в начале обычным розыгрышем. Так происходило с летоисчислением, когда два академика и ряд учёных математиков обнаружили потерянное тысячелетие в новой хронологии, научная мистификация в теории большого взрыва, в теории относительности Эйнштейна, которая больше, чем теория. Она - основа современного наиболее популярного научного мировоззрения, одна из опор физики ХХ века. Следует заметить, что талантливая мистификация сближает порой абсолютно разных людей и многие фальсификации являются более ценными литературными шедеврами.

Человек мыслит выбирая такие направления как логико-парадигматические вне сюжета или текстуализированные с целью осмысливания или осмысления жизненного опыта и переживания тех людей, которые близки по духу. Любое произведение, сказка или миф воспринимается с определённых позиций с учётом социально-культурного и исторического контекста, о котором ведётся  прямая речь в  преданиях. Это своеобразная медитация медиатора-рассказчика и психотерапевтическое структурирование слушателей на разрешение социального конфликта, приводящего к трагедии, но с ориентацией на хорошее будущее со счастливым концом. Нарративность такой мистификации сводится к тому, что люди начинают жить в моделях, описываемой реальности, созданной во взаимодействии с коллективным мнением. Различаются такие иносказательные повествования по степени согласованности и правдоподобия, а так же по возможностям, представляющим реализацию предпочитаемой истории, сказочной жизни в конкретном культурно-историческом объёме.

 Такой подход отсылает слушателей не только к процессу рассказывания истории, но и к определённому модусу мышления.Религии, философии, искусства, формы социума древнего человека, открытия в науке и технике современного человека и даже сновидения составляют мистицизм, самой незатейливой сказки, которая обладает мистической силой вдохновлять на творчество мифов, страхов и фантомов.Мистика характерного мифа в том, чтобы поведать правду об опасностях тёмного внутреннего перехода от трагического к комическому и юмор заключается в происходящем, которое выглядит нереальным или паранормальным даже тогда, когда в сказке участвуют конкретные исторические лица.

Мистика мистификаций современности отвергает наследие древности, ритуальность мистерии, мораль, искусство сказочности, мифологичность повествования и религиозность в общепринятом смысле, считая всё это пережитками и заблуждениями. Но в свою очередь предлагает новые церемонии, ритуалы, новых героев, священность патриотизма, показной святости и принадлежности к этнической и национальной народности, виртуальному миру информационного наполнения на уровне высших сфер космогенеза, наукообразности оккультизма, эзотерики, теософии и прочих парадигм и доктрин.

И в тот момент, когда верующие разуверятся окончательно и бесповоротно, настанет тысячелетнее царство лжи и его князь взойдёт на престол и станет править миром. Как считают милленаристы, по окончании 1000-летнего Царства наступит время Страшного суда, Конца света и установления будущего вечного состояния — под новым небом на новой Земле Иерусалима (Откр.21:1). Некоторые из них считают, что между окончанием Тысячелетнего Царства и Страшным судом будет короткий период, в который состоится решающая битва с сатаной. И ни у кого нет сомнения о том, кто выйдет победителем.