Касьян и Кащей. Корреляции мифов народов мира

Илл. 1. Иван Яковлевич Билибин «Кощей Бессмертный». Иллюстрация к сказке «Марья Моревна», 1901
Илл. 2. Виктор Михайлович Васнецов «Кащей Бессмертный», 1926.


Касьян и Кащей. Корреляции мифов народов мира.


В римском юлианском календаре, принятом в 46 г. до н.э., был  установлен четырёхлетний цикл, состоявший из трёх простых (невисокосных) лет по 365 дней и четвёртого года – високосного, с 366 днями. Эта система сохранилась в  более продвинутом римском григорианском календаре, введение которого началось в 1582 г. В России летоисчисление новой эры от РХ, введённое Петром I, сменилось григорианским календарём в 1918 г.

 
Один добавочный день, отличающий високосные годы от простых, стал приходиться на 29 февраля и получил народное название Касьянова дня в честь римского Св. Иоанна Кассиана Римлянина (ок. 360г. – ок. 435 г.),  монаха и богослова, родом из Марселя (или балканской Добруджи, бывшей Малой Скифии).  Житие Св. Кассиана находится в определённом противоречии с  отрицательным образом  Касьяна и Касьянова дня, бытовавшим в восточнославянских легендах. Это обстоятельство позволяет предположить, что Св. Кассиан соотносится с Касьяном (Косьяном) тем же образом, каким Св. Власий с языческим Велесом (Велнясом), то есть, имея в новой эре свою отдельную историю. Следует, однако, отметить, что существуют легенды, связующие эти два лица в единый образ.
 

Образ Касьяна в современных работах


В легендах о Касьяне можно выделить некоторые мотивы, присущие разным персонажам мифов народов мира, причём эти персонажи объединяются также определённым созвучием имен.  В сборнике «Приметы на каждый день» (Сост. И.И.Комарова. М.: «РИППОЛ КЛАССИК», 1999 г.) для дня Касьяна-завистливого указаны следующие черты:
1. Считается, что Касьяновы именины празднуют раз в четыре года (три года до этого Касьян пропускает этот день в связи с тем, что пьян).
2. Касьян имеет дурной глаз.
3. Касьяну подчинены все ветра.
4. Касьян зол на крестьян.
5. Касьян всё косой косит.
6. Касьян на что ни глянет – всё вянет.


В статье Е.Л.Мадлевской «Касьянов день» (Материалы Российского этнографического музея, электронный ресурс РЭМ) указывается на легенду, где Кассиан был стражником ада, которому Господь даёт 29 февраля отпуск на землю. Мадлевская упоминает повесть о Касьяне-Кассиане, относящую его рождение ко времени царствования Константина Великого. При  этом автор сообщает: « Особенность "книжной" судьбы Касьяна отмечена и необычным рождением "по сновидению" (т. е. рождению предшествовал вещий сон), и тем, что в младенчестве его украли и воспитали в своем жилище бесы. Но однажды в церкви во время литургии служивший ее Василий Великий заметил Касьяна в бесовских одеждах и ударил его крестом по голове. На челе Касьяна запечатлелось крестное знамение, которое с тех пор стало жечь бесов, как только Касьян приближался к ним. По молению св. Василия Бог дал Касьяну человеческую речь, после чего он стал чтецом, а впоследствии достиг епископского сана. Книжная версия, как и устно-поэтическая, сближает образ Касьяна с миром бесов, но его губительный взгляд заменён крестным знамением, сила которого направляется против демонов».


Автор приводит также вологодскую легенду, согласно которой «Касьян сначала был светлым ангелом, но соблазнившись на обещания нечистой силы, предал Бога. Он рассказал дьяволу о намерении Бога свергнуть сатанинскую силу в преисподнюю. Но позже Касьян раскаялся в предательстве и пожалел о прежней близости к Богу и житье на небе. Господь сжалился над грешником, уменьшив его наказание: Бог приставил к Касьяну ангела, которому велел заковать его в цепи и в течение трех лет бить тяжелым молотом в лоб, а на четвертый выпускать на волю. Мадлевская указывает, что имеется легенда, где Касьян все дни, кроме именин, бьёт дьявола по голове, но в Пермской губернии считали, что, наоборот,  дьявол бьёт Касьяна молотом по голове всегда, кроме его именин. Известна, пишет автор, притча о том, как Касьян не помог мужику воз из грязи вытащить, а Св. Николай помог. В результате лукавому Касьяну определены именины раз в четыре года, а Св. Николаю – два раза в году.


В статье К.Миллинга «Стрибог и святой Касьян в индоевропейском контексте» (электронный ресурс) подчёркиваются такие характеристики Касьяна как повелитель ветров, пьяница, страж иного мира, покровитель мёртвых (в связи с поминальными днями), уничтожитель и разрушитель мира (в смысле создания хаоса раз в четырёхлетие накануне мартовского нового года, смертоносного взгляда и т.п.). Касьян в этой статье сопоставляется с другими божествами ветров (Стрибог, Боняк, Вий). Приводится  вологодская легенда, где «Касьян держит на двадцати цепях, за двадцатью замками все ветра. В его власти спустить ветер на землю и наслать мор на людей и скотину. По другим легендам Касьян заключен под землю или завален камнями за помощь дьяволу. Согласно верованиям, записанным на Полтавщине, Касьян — черное, покрытое шерстью существо; живет в темной пещере, лежит в яме, засыпанный землей... Эти детали не удивительны и для мифологического образа Ветра. Скованный и плененный, но в свой день вырывающийся на свободу (29.02), Касьян имеет аналог в вологодской быличке согласно которой двенадцать ветров прикованы цепями к скале посреди океана; срываясь с цепи, они попадают на землю».


В литературе встречается предположение о связи  образов Касьяна и Кащея Бессмертного, известного по русским сказкам и иллюстрациям известных художников-сказочников (илл. 1-2)


Некоторые корреляции


В мифах Евразии и Америки существовали некоторые мифонемы с близкими, но варьирующими  во времени и пространстве основами (KSS, KS, КZ, КSH, KCH, HSS, HS, HZZ; видоизменения мифонемов зависят не только от языка носителей мифа, но также от взглядов переводчика), имеющими определённые черты близости в своих характеристиках. К перечисленным основам могло добавляться N. Возможно, добавление  терминального N (an) свидетельствовало об обретении персонажами небесного статуса,  и это же придавало мифонемам c основами типа KSSN (KSN) некий «сыновний» статус относительно KSS (KS).


В работе ««Письменность индейцев майя» Ю.В.Кнорозов писал: «Жрецы майя разработали сложнейшие мистические учения о богах. Согласно этим учениям, четыре бога — Хобниль, Кан Цик Наль, Сак Кими и Хосан Эк — правили миром поочередно, ежегодно сменяя друг друга у власти».  Братья-бакабы Хобниль, Кан-Цик-Наль, Сак-Кими и Хосан-Эк стояли в четырёх углах вселенной и поддерживали небо, чтобы оно не упало на землю. Бакабы были связаны с цветовой и календарной символикой стран света».


Каждый из богов-бакабов имел в свите трёх соправителей, из которых бакабы-соправители были (предположительно) связаны с гигантскими кувшинами,  чаки были божествами дождя, павахтуны – божествами ветров. В статье Р.В.Кинжалова «Бакабы» («Мифы народов мира. Энциклопедия в двух томах». М: БРЭ ОЛИМП, 1998)  представляют определенный интерес  следующие строки: «В 10-16 в.в. Б. в значительной степени слились с богами ветра – павахтунами и богами дождя - чаками. В этот период существовали представления и о подземных Б., поддерживавших своды преисподней». Таким образом, присутствие Касьяна в подземном мире в качестве стражника, держателя свода в патале (sensu lato) и повелителя ветров находит своё соответствие в индейской мифологии.


Год буквы Кавак имел правителя Запада – Бакаба Хосана Эка (Эк «чёрный») и трех соправителей (Экель Бакаб, Эк Павахтун, Эк Шиб Чак). В главном источнике сведений, работе Диего де Ланда «Сообщение о делах в Юкатане» (XVI в.), где описаны подробности празднования индейцами начала года буквы Кавак, указано, что этот год считался плохим, и, помимо большой смертности, «жаркое солнце должно было погубить поля кукурузы, а множество муравьев  и птицы — съесть то, что они посеяли; но так как это не должно было произойти во всех местах, в некоторых оказывалась пища, которую они доставали с большим трудом».* Большая смертность приносит пищу для птиц-падальщиков, поэтому Хосану Эку атрибутивна птица Kuch (сопоставляется с грифом).


Такие приметы високосного года как: «Касьян имеет дурной глаз», « Касьян зол на крестьян», «Касьян всё косой косит», «Касьян на что ни глянет – всё вянет», – вполне согласуются с приметами года правителя Бакаба Хосана Эка, где речь о жаре, увядании растений, голоде и моровой смертности.  В обоих случаях имеется также связь с ветрами, но Касьяну предписывается владение всеми ветрами, а Хосану Эку – западным ветром Эк Павахтун («чёрный ветер»), что может быть объяснимо привносом пеплов с запада Мезоамерики, территории активного новейшего вулканизма.


В мифологии мезоамериканских сапотеков известен Косаана (Кочаана). По сообщению В.Е.Баглая в статье «Косаана и Уичаана» («Мифы народов мира. Энциклопедия в двух томах». М: БРЭ ОЛИМП, 1998): «Косаана и Уичаана, в мифологии сапотеков божественная пара, давшая начало всем вещам. Косаана соотносится с солнцем и небом, Уичаана — с землей и водой. Как создатель диких зверей, Косаана был и богом охоты. Уичаана, давшая жизнь человеку и рыбам, считалась покровительницей новорожденных». 
   

Книжная повесть, о которой упоминает Е.Л.Мадлевская, содержит сведения о запечатлении на челе Касьяна крестного знамения, которым Касьян стал жечь бесов. Эта история находит соответствие в китайской мифологии, где Хо-Син («звезда огня»), имевший в атрибутике лук, стрелы и огненное колесо,  враждовал с магом и повелителем бесов Чжань-Тянь-Ши, устраивая пожар в том месте, где тот останавливался на ночлег.** Крест и огненное колесо сутью являлись символами солнца.


Что касается вологодской легенды, то история изначальной чистоты Касьяна, отягощённой затем в общении с бесами предательством Бога, последущего  раскаяния Касьяна и смягчениия божьего наказания, имеет некоторые общие черты с историей охотника Кесси (Кешши), героя  неполностью сохранившейся клинописной хеттско-хурритской поэмы II тыс. до н.э. «Песнь о Божественном Кесси, отце гор». Удачливый охотник Кесси, женившись на Синтальмене (Синтия ex grega эпитетов Артемиды, Мена – лунная богиня), забросил охоту и в праздности перестал приносить дичь матери и своим собакам и жертвы богам.

 
В ответ на материнские упрёки Кесси всё же снова отправился на охоту, но боги в наказание не дали ему увидеть дичь. Он вернулся голодным, худым и больным, поведал матери о семи странных снах и получил в путь синий клубочек в виде оберега. Встретив заходящее в ворота подземного мира Солнце,  Кесси ушёл вслед за ним по подземному пути с запада на восток и должен был на выходе умереть. Солнце, вспомнив его изначальную прилежность, простило прегрешения и выпустило Кесси из подземного пути, но отправило не на землю, а на небо – вместе  с супругой и её сестрами в виде двух созвездий (по Борхесу – это созвездия Орион и Плеяды, в переднеазийской традиции Орион соответствует созвездию Кесиль).***


Мотивы голода, худобы, болезненного состояния сопутствуют  эпизодам истории охотника Кесси, вернувшегося к матери после неудачного путешествия, и то же касается охотника Хасын-гета из кетских сказок.  Хасын-гет в жалком состоянии вернулся после злоключений к Хоседэм, которую называли его матерью, бабушкой или супругой. Хоседэм в кетской мифологии представлена злой богиней севера, подземного мира и холодного моря в устье Енисея. В мифологии селькупов этой паре соответствовали Кызы, главное злое божество подземного мира и моря мёртвых, и его сын Кызын Ия (Кызы был сыном чужеземного богатыря Касы и селькупки). Ия отправлялся в путь при холодном восточном ветре. В мифологии североамериканских индейцев лакота присутствовал персонаж по имени Ия, сын главы пантеона, бывший монстром шторма, метели, урагана, грозы. Представляется, что в мифологии северных народов злые боги контролировали север, но в жарких областях они могли иметь иной локус (к примеру, Хосан Эк у майя контролировал горный запад, откуда по ветру летели вулканические пеплы, а в Древнем Египте к западу от нильской долины лежала жаркая пустыня с песчаными ветрами, в  других регионах были губительны южные ветры-суховеи). 


Мотив слепоты проявляется в легендах и мифах по-разному: иногда это не-видение дичи охотниками – как у Кесси из древней хеттско-хурритской поэмы,  как у кетского (югского) Хасын-гета и второй пары близнецов из эпоса «Пополь-Вух», иногда же  – подлинная слепота, как у древнегреческого Ориона и кельтского Оссиана, также – некий дефект глаз или характерная особенность зрения, как у гоголевского Вия и ему подобных, в числе которых оказывается и Касьян.

 
Мотив пленения имеет место в древней «Песне о Божественном Кесси, отце гор»: охотник Кесси видел  во сне самого себя, связанного женскими ожерельями, и это было представлено в мифе о созвездии Орион (Кесиль). Попав вместе с Солнцем в подземный дом мёртвых, Солнце разрешило далее следовать за ним, но в связанном виде, и его связали. Следуя за ночным Солнцем,  Кесси увидел, как мёртвые духи – кузнецы бога Солнца – разжигали огонь, чтобы ковать новые солнечные лучи. Представляется, что подземная кузня, описанная в древней поэме, могла послужить прототипом геены огненной, и легендарные эпизоды битья молотом по голове (то ли Кассиан бьёт дьявола, то ли наоборот) возникли, видоизменившись во времени, из давнего описания встречи Кесси с духами кузнецов на подземном  пути Солнца. В легендах о Касьяне упоминался эпизод с заковыванием его в цепи.


Следует отметить, что мотив восхождения на небеса мифологических героев, так или иначе уподобленных Кесси, обнаруживается в мифах и легендах разных народов мира, причём речь идёт о воплощении в светила различного рода (созвездия, «звёзды»-планеты, месяц). История Касьяна в легендарном аспекте отмечает его пребывание на небе в виде светлого ангела (средневековые представления соотносили ангелов со светилами).


Истоки образа Кащея


Что касается Кесси, то возможно его типологическое родство с Кашшу, божественным предком коссеев  (кашшу, касситов), обитавших в Загросе, покоривших Месопотамию и правивших в там в XVI – XII в.в. до н.э. Последний касситский царь, правивший в Вавилоне около 1160 –1157 г.г. до н.э. был пленён эламитами, но Южная Вавилонская провинция в Месопотамском Приморье продолжала существовать до XI в. до н.э.  И.М. Дьконов (История Древнего Востока. Часть первая. Месопотамия. М: Наука,1983) писал: «Источники говорят о голоде в Вавилонии при Кашшунадинаххе, последнем касситском царе II династии Приморья (1006 — 1004 гг. до н. э.)».


Представляется, что образ Кащея (Кощея, Коша, Кошькея) Бессмертного, известный из восточноевропейского фольклора, был сформирован, в основном, из сведений о династиях коссеев и их божественном предке Кашшу, который, вероятно, и представлен в литературе хеттско-хурритском сказании о Кесси. Природный катаклизм с исчезновением дичи, зафиксированный в сказании и поданный как наказание богов, возможно, произошёл во второй половине XXII в.до н.э. (событие Бонда 3), о чём рассказано в легенде о Гудеа, шумерском правителе, которому привиделся вещий сон с богиней Нанше. Она предрекала, что засуха и смертность от голода будет продолжаться в его стране до тех пор, пока Гудеа не выстроит храм богу Нингирсу. Легенда гласит, что ветер переменился и засуха отступила, когда закладывался фундамент храма. Запись неполностью сохранившегося сказания о Кесси была создана существенно позже, и там упомянуты вещие сны Кесси, предрекавшие некие события в будущем и, в частности, поход на Сенаар (Вавилонию).
 

В одной из версий сказки «Кощей Бессмертный» (№ 156 – 158 по А.Н.Афанасьеву) Иван-царевич в поисках похищенной Кошем Бессмертным матушки добыл богатырского коня и поехал на нём далеко, к пребольшущей горе, у которой лежал чугунный камень пудов в полтораста с надписью: «Кто этот камень бросит на гору, тому и ход будет». Иван-царевич забросил камень на гору, и в горе показалась лестница. Зашёл на гору, там нашёл огромный дом с девицей, царской дочерью, утащенной злодеем, а во втором доме нашёл свою матушку и узнал, как погубить Коша Бессмертного.


Вероятно, в этой сказке (№ 156 по А.Н.Афанасьеву) речь шла о горе Кассия, получившей эллинское название от хуррит. Hazzi. Гора расположена в западной части Передней Азии, близ восточного побережья Средиземного моря  (примерно, напротив о. Кипр) и сложена известняками. Она имела много названий и долгую историю в качестве священной территории многих народов, среди которых были угариты с культом Баала, хурриты, древние греки с храмом  Зевса Кассия, римляне (упоминаются визиты на гору Траяна и Юлиана), монахи-христиане со Св. Варлаамом (IV в.), грузины, армяне и др.  В древней «Песне о Божественном Кесси, царе гор» гора упоминается в четвёртом сне Кесси: «А потом приснился ему блок [каменный]. Он рухнул с неба и поразил не только слуг, что были с ним, но и одно из божеств», в другом переводе: «Четвертый сон ему снился: тяжелый камень Кункунуцци упал с неба и придавил домашних служителей и человека богов».


Камень Кункунуцци упоминался в хеттском переложении несохранившейся хурритской поэмы «Песнь об Улликуми» (XIV в. до н.э.). Улликуми приходился сыном верховному богу хеттов и хурритов Кумарби и внуком небесному богу Ану. Кункунуцци – это каменное тело Улликуми, которое вырастил на своем плече атлант Убеллури как свой меч для борьбы с врагами, но когда каменное тело достигло небес, то аккадское божество Эа (Энки, Эйа) по просьбе врагов срезал Улликума резаком с плеча Убеллури и каменное тело рухнуло. Вещий сон  Кесси представлен сбывшимся, и огромный камень (метеорит?) у подножия горы Кассия был увиден Иваном-царевичем спустя тысячелетия.


Описание смерти Кащея, сопряжённое с сундуком, находящимися в нём представителями фауны и яйцом с иглой, представляет определённые сложности для интерпретации. Возможно, эта тема связана с происхождением эпитета Кащея – Бессмертный. В аналитическом каталоге «Тематическая классификация и распределение фольклорно-мифологических мотивов по ареалам», принадлежащем Ю.E. Берёзкину (позднее в соавторстве с Е.Н.Дувакиным) описан мотив, наиболее характерный для американской Арктики и Субарктики:  «Ворон добывает солнце», – где Ворон добывает светила в виде мячей у их хранителей, следующим образом: превращается в хвойную иголку (варианты: пушинку, лист, перо и др.), дочь хранителей светил проглатывает с водой хвоинку и беременеет, рождается мальчик, он просит спрятанные в коробе светила для игры в мяч, но выпускает светила людям, превращается снова в Ворона и улетает.


Таким образом, Ворон в этой теме являлся мужским началом для девицы и, одновременно, сыновним для самого себя, что зафиксировано в русских сказках и заговорах соответствующим именем и отчеством: Ворон Воронович (Уран Уранович, если вольным образом сопоставить с мифонемом древнегреческой традиции). В сказке «Три царства» (№ 130 по А.Н.Афанасьеву) похищение матушки Иван-царевича относится не к Кащею Бессмертному, имевшему ипостась ворона, а к Ворону Вороновичу, обитавшему в жемчужном царстве. Оно находилось в паталах ниже медного, серебряного и золотого. Золотое царство в античной мифологии связывалось с Кроносом, соответственно жемчужное царство должно было относиться ко времени Урана. Таким образом, если истоки мифонема Кащей связываются с бронзовым периодом Западной Азии (II тыс. до н.э.), то смерть Кащея в виде сломанной хвойной иголки объяснима через северные мифы, а его эпитет Бессмертный апеллирует к неким изначальным временам существования жемчужного царства. 


Игла (хвоинка) находилась в яйце – мировом или тем самым, что называлась древнеегипетская богиня: «Исида - яйцо утки (селезня?)». Иероглифом утки (селезня?) писалось имя Геба, бога земли, отца Исиды.  Утка (селезень?) была спрятана в зайце, а заяц – в сундуке, который: то ли был зарыт  под дубом, то ли был подвешен на дубу. Зайцем изображался первый иероглиф имени  Венега, сына Ра, бога неба и смерти, который в Текстах пирамид отождествлялся с Шу, богом ветра, отцом Геба. Следует отметить, что культ Исиды и Гора получил весьма широкое распространение в Евразии в эллинское время, когда он стал заметным соперником других культов.

*  -  Подробнее: Хосан Эк и Косаана в мифах Мезоамерики. Корреляции (2018)
**  - Подробнее: Хосин Хо-син Асинадзути в мифах Восточной Азии (2018)
*** - Подробнее: Корреляция азийских сказаний о Кесси и Хасыне (2016) 


Рецензии
Очень интересно!

Остапенко Александр   17.02.2020 22:11     Заявить о нарушении
Спасибо. Старалась...

Мара Рушева   18.02.2020 09:21   Заявить о нарушении