Мавританский танец. худ. Анри де Тулуз-Лотрек

На ярмарке открылся новый балаган.
Его хозяйка здесь, на этой сцене,
Уже не танцевала яростно канкан,
Что был давно всей  публикой оценен,

А исполняла часто танец живота,
Что назывался мавританским танцем,
Где демонстрировалась  мышц всех суета:
На гибком теле и в  его пространстве.

В костюме ярком, шитом с тонкой мишурой,
Напоминающим костюм восточный,
Здесь исполнялся танец очень  озорной
И  сексуальный, и подчас порочный.

Он так рождает грезы и  ласкает взор,
Пленительный и откровенный танец,
Что возбуждает в зрителях большой задор
И разжигает на лице румянец.

И стан её, к тому ж весьма манящий взгляд,
Сливаясь с яркой музыкой востока,
Сюда пришедшим удовольствие сулят
И массу наслаждений от порока.

Все пианино различают четко звук,
Порхают птицей пианистки  руки,
Звучит тамбУр и бубна звонкий перестук,
Восточные рождая ритм и звуки.

Вдали играет чернокожий тамбурист,
Девица с бубном ближе к краю сцены.
А посредине с танцем живота - солист,
Восторги вызывает у богемы.

На сцене раздается звонкий звук цимбал,
Под этот звук играет своим телом
ТанцОвщица, познав аплодисментов шквал,
За то, что исполняет всё умело.

Она вольна как ветерок большой любви,
Ещё загадочна. И нет мужчины,
Который не хотел её в летА свои.
Наверно, в этом прелесть всей картины.