На пустом берегу

Долгожданные лучи солнца снова пролились на залив, просеивая сквозь воду слегка зеленоватую морскую плоть. Они добирались до рельефного дна и словно выставляли напоказ лица камней, уставших от вечного давления толщи воды.

Свет позволял уверенно различать в мутной среде движения хищников — тех, что несли угрозу не дожить до очередного рассвета.

Укрываться от зубастых убийц приходилось снова и снова — так подсказывали нерушимо заложенные инстинкты. Пока везло каждый раз.

С самого рождения кораллы и узорчатые камни оберегали его в расщелинах и недрах — дом защищал своих отпрысков.

Но в этот раз будто сама судьба поманила подняться к прогревающейся кромке водной глади — чтобы показать неведомый облик вселенной.

«Рискни», — мелькнуло в голове. «Там есть нечто, чего ты ещё не видел. Нельзя вечно дрожать от страха. Плыви на поверхность».

Он не знал, как выглядит смерть, но ощущал её присутствие с самого рождения. Она прогуливалась рядом под маской безразличия, пристально следя за каждым, кто решался выйти за безопасные пределы своего мирка.

И он рванулся наверх, навстречу свету. С каждым метром становилось теплее. Вода ласкала, словно щекотала брюшко свежими побегами водорослей.

Проказник не успел опомниться, как вылетел из воды и на пару секунд завис в воздухе. В этот миг великий океан будто разжал тиски и позволил крошке сбросить с себя вечное давление. Непривычная лёгкость опьянила юнца.

Подгоняемый эйфорией, он снова и снова повторял прыжки, теряя всякое ощущение времени и пространства. Теперь ему хотелось выпрыгнуть как можно дальше — за грани мокрой вселенной, которая не желала отпускать его на свободу.

Вымотанный, но счастливый от своей игры, он вдруг вспомнил о друзьях, оставшихся в глубинах бескрайнего водоёма. «Они должны это ощутить. А то помрут незнайками», — подумал он и начал погружаться вниз.

Но рельеф недалеко от кромки воды оказался совершенно незнакомым и пустынным. Малыш потерял ориентировку и пытался понять, с какой стороны его сюда занесло.

Лёгкая паника сковала разум: «Как же так? Где я?» Он вглядывался в горизонт, надеясь увидеть знакомые силуэты.

Его отрезвил блеск, мелькнувший впереди. «Это охотник. Беги!» — скомандовал внутренний голос. В следующее мгновение он рванул в противоположном направлении. Погоня началась.

Уставшее тело с трудом разрезало толщи воды — мышцы хвоста немели от напряжения. Но выбора не было: нужно было набирать скорость и отрываться от преследователя.

Хищник сзади в точности повторял маршрут беглеца. «Негде укрыться», — остро резануло в мозгу.

Вокруг простиралось пустынное днище бухты — оно лишало жертву последнего шанса на спасение.

Вдруг с правой стороны выскочило второе чудище и двинулось наперерез. Опасность удвоилась.

Путь оставался только влево — и наш счастливчик, не раздумывая, сиганул туда.

Дно резко сходилось с гладкой плоскостью бухты и вскоре потеряло с ней связь. Бедолагу выбросило на сушу.

По инерции он ещё дёргал хвостом и плавниками, пока не осознал: водные просторы остались позади, а убийцы больше не гнались за ним.

Песок облепил его мокрое тельце. «Так, и что делать дальше?» Левый бок, на котором он лежал, нагревался от горячего кварца. Всё тело стягивало от иссушения.

Он начал неистово изгибаться, пытаясь выброситься обратно в родную стихию, но лишь ещё дальше отдалялся от неё. «Лучше мне вернуться назад», — занервничал он.

Кварц осыпался, обнажая фигуру морского создания. Сознание мутилось из;за нехватки кислорода, жабры почти слипались. Он бился до тех пор, пока, измождённый и обессилевший, не остался лежать на увлажнённом песке берега. «Это конец. Мне конец».

Над головой скользнула размашистая тень. Хозяин тени приземлился прямо на голову страдальца.

Сквозь мутную пелену глаза горемыка разглядел тварь с длинным и острым жёлтым наростом на морде. Она вытаращилась на свою жертву, затем устрашающе раздвинула нарост и попыталась сжать глаз острыми наконечниками — но они соскользнули.

«Эй, ты! Мне же больно! Оставь меня в покое!» — он попытался отпугнуть кровожадную бестию неуверенными ударами хвостового плавника. Чешуя задубела, движения становились всё слабее.

Его мольбы и крики не утихомирили наглую тварь — напротив, лишь раззадорили её охотничий азарт. Вскоре к ней присоединилась вторая обжора. «Теперь они меня не отпустят», — понял он.

Первая, после настойчивых попыток, вырвала и проглотила беззащитный глаз. Затем принялась клевать жабры…

«Не дадут спокойно умереть», — почти равнодушно заключил мученик. «Ну и пусть… Всё это было не зря».

С этими мыслями он соединился с вечным небом.

29.02.2020