Первый час

   Я вижу яркий свет, чувствую холод по всему телу. Я ни чего подобного раньше не испытывала. Это не очень приятно, это, как если бы вас вытащили из теплой ванны на холод, и ослепили фонариком, светящим прямо в глаза. Что мне оставалось делать, конечно, я заплакала.    
   И люди поняли, что мне холодно обернули меня в теплую ткань и положили в кроватку. Я согрелась и перестала плакать. Я не очень хорошо различаю лица людей, находящихся вокруг. Мне закапали в глаза какие-то капли. Как вдруг я увидела лицо.  Оно было совсем рядом. Я чувствовала дыхание и легкое прикосновение к моей щеке.
 «Привет Ева». Услышала я и поняла, что это мой папа.
   Он был так близко ко мне, что в его глазах я увидела свое отражение. Маленькое, красное, сморщенное отражение. У моего папы же кроме черных глаз на лице ничего не было. Его голова была покрыта черными, густыми волосами лицо тоже было все в волосах. Только потом я узнала, что это называется борода и усы. Он прижался ко мне щекой поцеловал меня и мне стало так щекотно, от его грубых волос на щеках, что пришлось опять заплакать.
   Через мгновенье папино лицо пропало и появилась неразличимая фигура голубого цвета. Это была медицинская сестра в халате и резиновых перчатках. Я не чувствовала от нее тепла и любви как это было с папой. Она взяла меня на руки и положила на стол с весами и линейкой. Когда она начала вытаскивать меня из теплого и сухого одеяла, я опять заплакала. От холода и голода я уже не переставала плакать. Я вдруг подумала, что если не поем прямо сей час, то непременно умру от голода. Но сестра продолжала делать свое дело, не обращая на мои крики и плачь никакого внимания.
«3250» сказала она.
«Нормальный вес, так теперь измерим рост эээ 52 сантиметра.
   Все отлично, все в норме.» Сказав это, она закутала меня обратно в одеяло и подняв меня передала кому то, кто очень меня любил. Я это чувствовала. Так же как в случае с папой я увидела лицо, очень близко ко мне. Глаза были тоже черные. («наверное у меня тоже черные глаза»). Думала я продолжая рассматривать лицо моей мамы. Она была красивее папы у нее не было волос на лице, а ее кожа была такая мягкая и красивая прикосновения были такими нежными, что мне хотелось чувствовать эту нежность всегда.
Она поцеловала меня сказав «привет мое солнышко. Моя Ева» и самые теплые чувства наполнили меня, я любила маму и папу. Просто, я их любила я не знаю почему, но это так. И они тоже меня любили я в этом уверена я чувствовала это.
   В эту самую минуту, когда я наслаждалась объятиями и поцелуями моих родителей я ощутила острое чувство голода, и конечно же начала плакать. Мама все поняла и подвинула меня поближе к себе, и я увидела, что-то не знакомое и не понятное.  Но я чувствовала прекрасный запах, от него все мое тело как бы таяло. Запах был какой-то родной, теплый и вкусный. Я открыла рот «не знаю почему» и почувствовала на языке капельки теплого и такого вкусного, маминого молока. Этот вкус невозможно передать. Но главное, это не вкус, а неразрывная связь с мамой, которую мы обе чувствовали в этот таинственный момент первого кормления. Наши взгляды встретились, и я чувствовала всю любовь и заботу, которую я получаю с молоком. Я думаю, мама тоже чувствовала всю мою благодарность и любовь.
Так мы и смотрели друг другу в глаза пока я не заснула.