Борьба за выживание

                Рассказ

То, что я когда-то вернусь в родное село и буду жить и работать там какое-то время, я, уезжая в город на учебу, и не предполагал. Уезжали почти все выпускники- учиться, получить какую-то специальность и найти себя в новой городской жизни. Не было в деревне такой возможности. А стать всем доярками и трактористами, тоже было нереально, даже смешно: Детей-то в деревенских семьях меньше трех и не было, а в основном по 4 и 5. Вот и уезжали вереницей вслед за старшими. Кто-то и оставался, но были это, в основном , те- кто учился не очень и у кого не было перспективы куда-либо поступить. Но обо всем по-порядку.         
   В феврале 1969 года, уже к дипломной работе, перед выпуском, приезжали к нам в Строительный техникум, агитаторы-"покупатели" из Войсковой части в/ч 01428 -Военно-строительного отряда (ВСО),с предложением поехать на работу-службу к ним. В ВСО, как и в любой другой строительной организации, тоже требовались гражданские служащие: мастера, нормировщики, сметчики,-где их набраться среди солдат? А парням и вовсе хорошо, здесь и отслужите, нахваливали "покупатели". И место работы-службы всего в тридцати километрах от Барнаула. Заманчиво, подумал я. Перед дверью кабинета директора, где и происходило распределение, ко мне  склонилась учительница русского языка и литературы -Галина Ефтеевна, молоденькая, чуть старше нас, знавшая  о наших отношениях с Валентиной, а также мою крайнюю стеснительность, и строго напутствовала мне на ухо: "Вот так и скажи, что вы любите друг друга и хотите поехать вместе!" Так нас сосватали в первый раз.Валентина согласилась.Сердце мое ликовало! А в сентябре,когда я уже был рядовым С.Армии и с Валентиной виделся не часто, лишь в редкие увольнительные, копали мы у мамы картошку. Учитывая, что огород был не маленьким, призывали на копку всю многочисленную семью, даже солдат. И вот, видя мою печаль-кручину, как я все чаще поглядываю на часы, начали зятья по-мужски подтрунивать, подшучивать надо мной. А потом старший зять Яков Петрович, годившийся по возрасту мне в отцы, на полном серьезе и говорит: "Не грусти Николай, вот докапаем картошку и пойдем сосватаем тебе Валентину!" И правда, вечером умывшись и приодевшись, с благословения  мамы, (отца уже год, как похоронили) отправились мы делегацией: два зятя, две сестры и я (за жениха). Не забыли пол-литра - на всякий случай! И вот, с шутками, прибаутками (про купца и товар не забыли), вызвали смущенную Валентину из горницы. Зарделась она,даже веснушек не видно стало, но согласие дала! И вновь мое сердце возликовало! Тут и стол быстренько накрыли, пригодилась и наша бутылка, народу оказалось много, а водки, как известно, много не бывает! Наметили и день свадьбы- на Новый 1970 год.
  25 декабря 1969 года у нас была регистрация брака в Барнауле, где и объявили нас - девятнадцатилетних, мужем и женой!Свершилась моя мечта, мечта с детства, когда увидел я впервые Валю-Валентину в пятом классе Усть-Алейской восьмилетней школы.(Семья недавно приехала к нам в село)Влюбился я в девчонку-хохотушку,с милыми веснушками, сразу и бесповоротно, да так и следовал за ней -"хвостиком", по жизни. Она с подружками в техникум, так и мне туда же! После окончания восьми классов,(больше не было)- в 15лет я и понятия не имел кем же мне стать?- Куда Валя, туда и я. Добивался ее долго и упрямо. Ради нее прыгал с парашютом - в 16 лет,(это другая история), после чего, кажется,заслужил ее уважение и взаимность!
  Но для регистрации этого самого брака, мне,как рядовому Советской Армии,требовалась увольнительная записка, то есть разрешение. Разрешили, а вот 31 декабря, на свою собственную свадьбу, не отпускают!-"А ты вот только был,-недели не прошло, да и "наряды" (объемы работ по наряд-заданиям, для начисления заработной платы) кто будет "закрывать"?-Конец месяца и года! Нет и нет!"- категорично молвил майор Пархоц -старший прораб по производству. Чуть до слез солдата- жениха не довел! И только армейское начальство смилостивилось -вошло в положение (гости-то уже были приглашены), но предупредили -слишком часто,мол,  женишься, чтоб было в последний раз,прижми это место!
  Свадьба прошла весело. Родных дядюшек и тетушек родителей, приглашали лично жених с невестой. Для этого нужно было объехать три окрестные деревни. Теперь уже мой, родной, дядя Коля Духанин - мамин брат, подал праздничную, председательскую кошевку, на лошадиной тяге из двух, заранее откормленных, жеребцов, с лентами в расчесанных гривах. Третьего,- достойного, не нашлось.Но и пары было достаточно, чтобы на небольшом повороте, с раскатом, выбросить нас из игрушечной кошевки.Дядька-кучер, хоть и слетел с облучка, но вожжей не выпустил и геройски тащился по снежному насту   метров 150, пока, с трудом, удалось успокоить разгоряченных жеребцов.Потом мы со смехом вспоминали эту историю.
  Гуляли два дня - у жениха и у невесты, как и положено, дольше и увольнительная не позволяла. Вкушали- что бог послал-все что было:мясное в разных сочетаниях (благо что зима)и куры и гуси- с картошкой и без, холодец,  сало-копченое и не копченое, солонина различная (особенно все нахваливали мамины фирменные, соленые арбузики)- и сейчас слюнки текут! Из питья:водки было мало-ящик всего, зато медовухи было море!- (Держала мама, по настоянию и большой поддержке сродного брата- дяди Гриши Грянко, три улья пчел.) Коварная, как оказалось, штука!  Не смотря на предупреждения,друг-одноклассник Шурка Болгов, по дороге домой,обморозил палец! (Видно на четвереньках достиг родного дома!)  А пошел,-вроде при памяти был! Хорошо, что только палец, вот она какая медовуха! На утро  дядя Гриша Духанин, с братом Петром, поставили бочку Жигулевского.Надарили
 много,по тому времени:И перина, и подушки-две, и одеяло-одно, нейлоновая рубашка-шик! Лишь одна городская тетка Валентины-из Мурманска,подарила цивильный набор каких-то фужеров на длинных ножках!(Как она их довезла только!)Обещал какой-то подвыпивший родственник "добрую"-(в смысле хорошую, детородную) овечку, но видно запамятовал потом-бывает! Вместе с "мусором",на утро, насчитали 63 рубля-новыми!(Бедновато жил народ в то время, особенно в селе) но мы с Валентиной и не задумывались об этом, мы были  счастливы!
  После свадьбы Валентина "прослужила" в армии еще  пол-года,после чего была признана "не годной к строевой службе" и "комиссована" в декретный отпуск. И вернулась она в родные пенаты -в село, к двум мамам.
  В августе 1970 года у нас родилась дочка Наташа. Я еженедельно рвался к ним в увольнение.Но отпускали не всегда. Вот где нервотрепка-то! Последние пять месяцев я дослуживал в Приморском крае,(о чем другая история) откуда и "рваться"-то было некуда! Куда побежишь за тыщи-то верст!? Еще Александр Васильевич Суворов запретил в свое время, призывать рекрутов по месту жительства, все потому, чтобы не "рвались", о дисциплине и боеспособности Армии,думал наш великий полководец, а ну,как всем захочется куда-то бежать?! Началась наша армейская переписка между разлученными молодоженами. В начале июня 1971 года я демобилизовался и прибыл в родное село (Усть-Алейка) к семье. Мой дембель отметили в узком кругу. Гулять широко и времени не было. В селе мужские руки всегда были востребованы -хозяйство, как-никак. А буквально через день, Валентина, подрабатывавшая уже в совхозе мастером,(не хватало специалистов) попросила меня помочь "дать отметки" нивелиром на опалубке фундаментов, строящегося, скотного двора. То, что слабовата была Валентина в знании геодезического инструмента, знал я еще во время учебы- и тогда на практике помогал, и сейчас вот, вовремя подъехал из Армии. Куда деваться, родня ведь просит, пошел- помог. А еще через день уже написал заявление о приеме на работу, в конторе совхоза. Патриотизма здесь было не так и много,- денежки нужны даже в селе, тем более молодой семье. То, что со временем  переберемся на жительство в Барнаул, мы с Валентиной решили давно, еще в переписке армейской - что в селе-то вечно прозябать! А Барнаул стал нам уже родным и близким- здесь учились и влюблялись, здесь были многочисленные друзья, родственники и просто знакомые.Вот только надо подождать, когда дочка Наташа встанет на ноги- в буквальном смысле. "Поставил" я ее ловко и быстро. Григорий Иванович Клабуков, бывший учитель труда в школе, а теперь столяр совхоза, выстрогал мне два бруска- пятиметровых, овальных, как в гимнастике, почистил я их стеклышком, чтоб занозки не занозить, и установил на колышки по травке- муравке. Поставили мы дочку между этих жердочек и стали выманивать ее с другого конца. А  уже на другой день и выманили - пошла девка-то!- на десятом месяце жизни. Дольше
 жердочки устанавливал!
  И вот, к весне 1972 года,решили мы с Валентиной, что пора уже и город обустроить и украсить!- Село мы уже "подняли"- вон сколько дворов отремонтировали, один новый даже построили! Как и положено, я, мужчина и не кормящий отец, поехал первым - обжиться и семью пригласить.
                2
   На работу я устроился, по совету двоюродного брата Геннадия Ивановича, который был старше меня на 15 лет и был уже мужик опытный и "тертый", как говорится.    Устроился в Управление механизации и спец. работ №2 (УМСР-2) треста Барнулжилстрой,где и он работал.Устроился мастером. Была весна, солнышко ярко светило, ручейки звенели и счастье казалось таким близким и неотвратным!
  Квартировал у сестры Полины с зятем Владимиром, недавно переехавших со съемного жилья в свою кооперативную квартиру, благо родители зятя крепко помогли финансово. И вот работаю я уже месяц, второй пошел и опять же,  по задумкам, опекавшего меня брата, пошли мы с ним в Постройком треста,поговорить- где и как будет жить молодой, перспективный специалист? Благо в тресте брата кто-то хорошо знал и разговор обо мне уже предварительно шел. И вот переговоры, хотя и трудные,закончились положительно. Начальник при нас, позвонил другому начальнику,- в Постройком треста "Стройгаз"- соседу по этажу ниже. После затянувшихся "торгов"договорились о том, что "они" нам комнату для молодого специалиста- то есть меня, а "мы" им еще что-то равноценное. На том и порешили. Сказали- ждите  недельки две, когда что-то сдвинется по цепочке. "Движение по цепочке" затянулось, прошел уже месяц, когда меня, уже отчаявшегося, вызвали в Постройком треста. В торжественной обстановке, после краткой речи, гласившей, что руководство только и думает, как помочь молодым перспективным и  надеется на наш самоотверженный труд, вручила мне секретарша, после кивка головой начальника, ордер на комнату 18 метров квадратных в доме №85 по улице Гоньбинской (Советской Армии-81)! После поисков коменданта-завхоза, нашелся и ключ. И вот, счастливый, я поехал в свое первое жилище. Было оно - на втором этаже, двух-этажного дома, когда-то гостиного типа, с коммунальной кухней и общим туалетом. За давностью лет, канализация пришла в негодность, кухню и этот туалет заняли под жилье. Была лишь холодная вода, раковина, с ведром под ней. Уборная- "М" и "Ж"- на улице, метров за 30- на три соседних дома-барака. Ведро "ночное" и мусор выносилось туда-же. Отопление  было от местной кочегарки, маломощной и ненадежной,- уж слишком часто кочегары были не в форме- по причине пьянки, не способные потому "сдержать в котлах пару", по известной песне. Но все равно я был счастлив! Комната была просторная и я мысленно представлял, где будет стоять кровать, стол и небольшой платяной шкаф, больше у нас ничего и не было. Умилившись, я закрыл свое жилище и поехал ночевать к сестре, с мыслью, что как-то надо сообщить жене, чтобы подсобирывались к переезду. На следующий день я замотался на работе и на квартиру не поехал. А на другой день, сразу с работы- часов в шесть, что-то насвистывая, я уже подходил к дому. Через ступеньку деревянного, скрипучего марша, я взлетел на второй этаж.  Ключ был уже наготове в руке. Вот и дверь заветной комнаты, под №11. Но что я  вижу? На дверях был огромный висячий замок. Родного, врезного замка не было, а вместо него зияла сквозная дыра, через которую был  виден и стол, и шкаф, грезившиеся мне в мечтах! Как это, кто?! Почему и что делать?-одновременно  мелькнуло в моей ошалелой голове. Куда бежать, что предпринять?-начал я судорожно соображать. Конечно в родную милицию!- осенило меня. Уж там-то разберутся и восстановят справедливость - обрадовался я своему озарению! Вспомнил, что по дороге к сестре, видел из окна трамвая вывеску - "Опорный Пункт Милиции". Туда я и рванул! На мой сбивчивый, эмоциональный рассказ дежурному лейтенанту, "на голос", как говорится, вышел капитан- важный и самодовольный. Пришлось снова повторять свою историю-драму.Капитан переглянулся с лейтенантом, противно осклабился и поучительным тоном начал втолковывать мне, неразумному, что милиция, мол, этим не занимается, что без суда и санкции прокурора, они права не имеют даже касаться  двери моей квартиры. Вот, если бы на их глазах происходил взлом, они бы схватили этого преступника! Я был в ужасе, подавлен и растерян. И только повторял,- а что же теперь делать? Дежурный мудро, по-житейски посоветовал, что если, мол, ордер есть (хотя я его показывал) и права на твоей стороне, то нужно быть порешительней и сделать так, чтобы комната освободилась. (Если, конечно вы этого хотите- съехидничал лейтенант.)Тут до меня дошло. Я помчался к сестре с  зятем - требовалась поддержка. Зять Владимир пил пивко со старшим зятем Алексеем, кстати здесь оказавшимся. Я доложил обстановку. Решение приняли по-военному, оперативно. У зятя-шофера нашлась монтажка для разбортовки колес, выдерга-гвоздодер, пассатижи и пара отверток. Решили, что этого арсенала достаточно. Завернули все в газетку, чтобы по дороге самих не "повязали". Предусмотрительная сестра Полина скрутила матрац, велев взять мне и свой чемоданчик со сменой белья, и быстро решила мой жилищный вопрос, тем самым "выписав" меня из "съемного"  жилья! Собрались, сев на дорожку и двинулись к "объекту".
  Операция по взлому прошла быстро, словно век этим и занимались. Мебель неизвестного "захватчика" бесцеремонно выставили на площадку. В конце коридора мелькнула женская морда-лица. Но милицию никто почему-то не стал вызывать. На семейном совете было решено: старший зять Алексей остается ночевать со мной  (мало ли что?),да и назавтра его помощь была нужна. Сестре-жене и на работу Полина обещала сообщить. Дав эти распоряжения,они с супругом удалились, как лишние. 
   Утром, оставив зятя охранять "объект", поехал я первым делом на работу- отпроситься и дать задание людям (мастер все-таки). Начальник участка отнесся с пониманием к моей беде. Организовав работу, обратился я к сварщику с просьбой подготовить два металлических уголка, с прорезью отверстий под замок и шурупы, для усиления поврежденных мест коробки и двери. (Дома я  все тщательно замерил и зарисовал на бумажку,- специалист, как-никак.) Забрав через полчаса готовые уголки, поехал в хозяйственный магазин купить замок, шурупы, долото, стамеску и отвертку, и поспешил домой. "Сторож"-зять уже начал психовать от долгого ожидания. Провозились с ремонтом до вечера, распили бутылку "Портвейна"- за ремонт и "новоселье", после чего Алексей засобирался домой. Я не отговаривал, и так хорошо выручил. Впервые ночевал один. И так тоскливо и одиноко было на душе! Уходя на работу, решил просить машину для перевозки семьи из деревни на ближайшую  субботу.
   С мыслями о скором воссоединении с семьей, подхожу, после работы, к своему дому, а бабульки на лавочке, мне вслед: "Вы поглядите, какой наглый, Люськину мебель прямо выставил! Молодой, а такой прыткай!" Шепоток был довольно громкий,чтобы я услышал. Возмутился я, поворачиваюсь и начинаю объяснять бабулькам, что ордер у меня, по закону все, а вы склочничаете! Они не унимаются. Тогда я и сказал,что думал: "А ты-то бабка куда?"-обратился я к самой крикливой,-наверняка заинтересованной,-"Тебе помирать через две недели, а ты туда же!"- бабки опешили и замолчали. Поднимаюсь я на свой этаж, а шкафов-то уже нет! Вот и причина хая, удовлетворенно подумал я.
   Грузовую автомашину для перевозки семьи со скарбом дали сразу. Во-первых дело это важное и первоочередное, а техники в Управлении Механизации было достаточно. Семья наконец-то воссоединилась!
                3
   Начались другие хлопоты по ремонту и обустройству комнаты: два окна и дверь подверглись подгонке и утеплению, куплена и прикреплена вместительная вешалка- гардероб. В углу, где была раковина с краном, решил сделать "кухню". Из брусков и досок выгородил помещеньице размером 2х2 метра, с антресолью-полатями, под различный мелкий скарб. Поставили небольшой кухонный столик, над ним, модную в то время, проволочную сушилку под тарелки подвесили, на него- электроплитку,- появился какой-то уют- жить можно! Все делал вечерами и выходные, с желанием и вдохновенно. Встал вопрос об устройстве двухлетней дочки в ясли-сад. Место опять пришлось "выбивать", с хождением по начальству, заявлениями и письмами. К зиме наконец все утряслось.Валентина нашла неплохую работу в тресте "Плодопром", к которому относился и наш совхоз "Ягодный" и в котором мы кое-кого знали. "Жить стало лучше, жить стало веселее"!, как говорил дорогой Леонид Ильич. С первой   з/платы Валентины, мы вовсе почувствовали себя богачами- начали по-немногу подкупать кое-что в квартиру и одежду на себя и ребенка. Жена быстро перезнакомилась с соседями и однажды приносит новость, что умерла какая-то бабушка и что я,мол, как-то к этому причастен. Я припомнил тот случай "беседы" с бабульками и сопоставив даты, сделал вывод, что прожила после того крикливая бабулька, не две, а три недели! А я все думал и чего это бабки на лавочке крестятся, когда я мимо них проходил? Зато шепотки вслед, прекратились-сразу и навсегда. Видно поняли соседи, что мы сюда всерьез и надолго, зауважали даже,- кое-кто.
   Соседи тоже были разными - многие пили, зачастую на пару. Скандалы и драки были явлением привычным, что тут поделаешь- барак он и есть барак, пусть и двухэтажный. Не повезло тем, что такая семейка жила за стенкой. Доходило до "цирка"- напившись, кто раньше, кто позже, а в основном дружно вместе, один из супругов начинал выгонять, выталкивать другого из комнаты. Возня была долгой и упорной- с пыхтением, ором и матами! Наконец кто-то побеждал, (им мог стать любой, в зависимости от степени опьянения), дверь захлопывалась перед носом, иногда по рукам, тогда визг еще усиливался! Потом начиналось обратное действие- вытесненный начинал ломиться в закрытую дверь, с громким стучанием руками и ногами, угрозами, срамными эпитетами, пока кто-то не обессиливал от борьбы и выпитого, или не "успокаивал" вызванный сердобольными прохожими, наряд милиции. Упорство и длительность борьбы объяснялась еще разными весовыми категориями супругов. Саша-муж был мужик росточка небольшого, хотя и крепенький, в отличие от крупной жены Катьки. Пока еще алкоголь не сбарывал его, Катьку он побеждал (мужик есть мужик),а вот, когда с координацией было уже  неважно, Катька шла в наступление, могла и сковородку в лоб применить! Однажды она вытеснила его, окровавленного, на балкон (были они кое у кого,-ветхие, аварийные, но были). И возопил тут Сашка: "Люди добрые, вызовите "Скорую" или милицию! Цирк, да и только! Позже, когда мы уже съехали из веселого барака, встречала Валентина кого-то из соседок, которая и поведала, что добила-таки Катька своего Сашку,- скончался в больнице. Но Катька как-то выкрутилась-обошлось,-пьяный был супруг, вот сам и разбился. Так решила местная Фемида.
                4
   То, что надолго мы застрянем в этом бараке, никак я не ожидал. Ну, думаю (так и обещали) годика два-три, а получилось на шесть с хвостиком. Когда устраивался на работу, моя очередь на получение квартиры была где-то сто шестьдесят с лишним,а через шесть лет работы "сдвиг" осуществился всего на восемьдесят пунктов! Тут и задумаешься.
   По-началу, года полтора мы и спали плохо, где тут заснешь, когда в пятнадцати метрах от дома трамвайная линия! Стукоток от проходящих трамваев  был такой, что казалось, прямо за койкой и бегали! С вечера до часу ночи, когда в депо №2 "ночевать" проносились, а уже в пятом часу начинался их "развод" по маршрутам, выражаясь армейским языком. Но ничего, затем попривыкли и спали как убитые. Ко всему человек привыкает.
   И вот, в 1978 году, в мае месяце, разговорились мы как-то на работе с пожилым крановщиком Семеном Трофимовичем о жить-бытье. А он и поведал мне. что зять у него начальник строительного управления в Ново-Алтайске, и ему нужны толковые прорабы. А главное- жилье через пол-года - дом уже достраивается. Вспомнив, какая у меня очередь на квартиру, я сразу клюнул на "вербовку", поскольку и зарекомендовал себя за шесть лет работы, прорабом толковым. С бестолковым бы и Трофимыч разговор не заводил! Через день Трофимыч сообщил, что можно приехать на собеседование.Отпрашиваясь, я карт раскрывать не стал, (примета плохая), соврал, что труба потекла. Взял паспорт и диплом, и поехал. Поездка оказалась успешной. Посмотрели и достраивающийся пятиэтажный панельный дом- все правдой оказалось, шла уже отделка. Обратно с собой я привез письмо с печатью, где мое будущее начальство,  просило начальство настоящее, разрешить мой перевод. Тресты были разные, а Главк-то один и вопрос решился положительно, быстрее чем я ожидал. В Постройкоме треста, чья подпись тоже была нужна в обходном листке, даже и обрадовались, что очередь на жилье уменьшится с моим выбыванием. Никто и не уговаривал меня остаться. Даже обидно стало! Винтики мы в большой бюрократической машине!
   Пока не было готово жилье в Ново-Алтайске, началась моя беготня на электрички-туда и обратно. А они, как известно, не ждут, когда ты проснешься!
   Когда дом готовился к сдаче в эксплуатацию, встал вопрос о выписке из этого барака. Оказалось, что тогда нужно  комнату сдать. А мы с Валентиной, уже посмотревшей двухкомнатную квартиру в Ново-Алтайске, подумали, что неплохо бы комнату в бараке сохранить за собой, для лучшего дальнейшего обмена на квартиру в Барнауле. Жить в Ново-Алтайске, где дом был на самой окраине, (район завода ЖБИ), к тому же- первый этаж, было не самым большим счастьем, да и работой в Барнауле Валентина дорожила. В Барнауле жили все родственники, друзья и знакомые, здесь прошла наша молодость. После многих раздумий и метаний, многочисленных советов людей сведущих, пришли к выводу, что единственным способом сохранения комнаты, было расторжение нашего с Валентиной брака. Для меня, любившего жену, это было не простое решение. Успокаивало лишь то, что это все временно, что это жизненная необходимость и это наше общее решение. Написали заявление, месяц ждали, (вдруг одумаемся,) был суд, (Господи, позор-то какой!) К тому же мне был назначен штраф в размере трехсот рублей, за то, что семью бросаю! Стук молоточка судьи известил, что мы разведены. И как-то пусто стало на сердце! (Еще и пожить-то не успели!) И уже квартиру не так хотелось заполучить. К чему это все, когда семья разрушена! А как я добивался Валентины, ее взаимности! Такие вот мысли мелькали в моем воспаленном мозгу. Лишь улыбка Валентины немного смягчила мою хандру, (должно же это когда-то закончиться?)
   Но это было еще не все. А кто, собственно, будет вписываться в новую квартиру в Ново-Алтайске? Кто  присмотрит за пошедшей в первый класс дочкой? Ребенка надо накормить, проводить, встретить, пока мы с Валентиной мотаемся по работе. К тому же Валентина была вынуждена хотя бы раз в неделю ночевать в комнате в Барнауле, что бы создать видимость присутствия. На семейном совете решили просить мою маму, Евдокию Степановну, переехать к нам в Ново-Алтайск. Вопрос был уже глобальный и требовался уже расширенный семейный совет. Были призваны четыре моих сестры с мужьями-зятьями. Решили отчий дом продать. (Сейчас по прошествии многих лет, я осознаю, что можно бы и не продавать, а законсервировать, как дачу, не рвать последнюю ниточку, связывавшую с родовым гнездом.) Но что сделано, то сделано. Продали дешево- за три тысячи рублей. Мать поступила мудро- раздала  по 500 рублей всем детям и дело с концом- все дети для нее были одинаково любимы. (Часто бывает совсем не так и не равный раздел рушит все родство наследников.) Лишь с возрастом я осознал, как  нелегко далось маме решение покинуть с детства родные места, где прошла ее юность, счастливое замужество, где ожидала с фронта любимого, где похоронены все ее родные, в том числе малолетний сын Толя, и поехать в неизвестность, с комом в горле! Как же ты нас любила! Вечная тебе память и благодарность, мама!

   P.S.

   В октябре 1978 года, (как и было обещано) я получил ордер на двухкомнатную квартиру  по адресу Вагоностроительная №36. После небольшого ремонта на свой вкус, перевезли мебель, кое-что подкупив и начали жить-поживать. Распорядок дня был таков: с утра мы с женой на работу, (она- через электричку), дочь с соседкой-подружкой- в школу, а баба Дуня-на кухню. Поскольку я был уже "местный" и времени свободного у меня было однозначно больше, посещение магазинов и занятия с дочкой, в основном были за мной. Маму Валю встречали, как Индиру Ганди,ждали и готовились к встрече- чистили ладошками дешевенький палас,(пылесоса еще не было, да и достать его было большим вопросом), наводили лоск -(мама приедет!) Дочку Наташу почти сразу определили в музыкальную школу, (модно и престижно было в то время, а я был к музыке неравнодушным- с детства уже были и гитара, и балалайка, и гармонь с баяном) Купил я ей с рук, пианино- огромное, старинное, (как у Крупской!)-в хорошем состоянии- тащили всей родней, благо, что первый этаж. До третьего класса, я, немного знавший нотную грамоту, дочери помогал. В зиму учились с ней кататься на коньках, (на валенках я уже умел, а вот на ботинках, ноги по-началу дрожали). А мама Валя времени тоже зря не теряла. Разменяла комнату в бараке на комнату в благоустроенной квартире. И сразу мы занялись обменом этих двух жилищ на приемлемую квартиру в Барнауле. А тут еще одна проблема- в 1980 году управление СУ-11, где я работал, вдруг расформировывают. Меня переводят в СУ-10 этого же треста- "Алтайпромстрой",где меня, не смотря на мой прорабский статус и определенный опыт, через два месяца благополучно сокращают. (Не своих же сокращать) Пришлось искать работу. На перспективу обмена, работу стал подыскивать уже в Барнауле. И стали мы с Валентиной- на пару, мотаться из Ново-Алтайска в Барнаул. Она, непрерывно, три года с хвостиком, а я, довеском ко времени перед заселением, еще полтора года. И только в конце 1981 года нашелся достойный вариант обмена квартир. В декабре 1981 года, под Новый 1982 год, переехали мы в трехкомнатную квартиру в Барнауле (наконец-то!) по улице Шукшина дом №1
   Получается я, строитель, жена-строитель, получили (выцарапали у судьбы) жилье только через 10 лет! (Могли и дольше, если бы не имеющиеся мозги!) Досталось больше всего жене Валентине(конечно жене, развод-то был для нас фиктивным!), помотавшейся в ежедневных разъездах более трех лет! А в 1982 году мы вновь поженились,-второй раз получается, зарегистрировав наш брак навечно! Вот такая история нашей борьбы за выживание и счастье! По известной притче, действительно, бывает "сапожник без  сапог!"- бывает.
   В 2019 году, поехали мы с племянником на базу, за продуктами. (Впервые пассажиром - летит время!) Попросил проехать по своей улице- Советской Армии.  Жадно глядел в окно. А бараков моей юности уже не было. Снесли их, обломки кирпича лишь на их месте. Намечалось, вскоре, строительство новых многоэтажек- красивых, просторных! Радоваться бы надо, я и порадовался- умом, профессионально, а на сердце какая-то грусть закралась.
            
               2020 год.