Мы жили по соседству

     Прошло  много  лет,   но  об   уральской   женщине  Розе   Алексеевне   Кулешовой,   совершавшей   чудеса,  люди   не    забыли.   Её   феномен,   как   редкостный   цветок  "Роза  из  Иерихона",   умеет   воскресать.  Ведь   это   растение   остаётся   живым    без    воды    практически  полвека.  Сначала   сворачивается    в    шар   и    засыпает,  но   после   полива,   неожиданно  просыпается   и  оживает.  Этот  процесс  может  повторяться   бесконечно.  Я  тоже не   забыл  о  феномене   Розы   Кулешовой,    которую    знал    лично   и    имел    касательство   к    её    необычной   судьбе.  Изложу   свои   воспоминания   подробно,   чтобы   дать правдивую  информацию  новым  исследователям   непознанных   человечеством   тайн   природы.
     В   июле  1973     года    мои     родители,     Хлызов   Аркадий   Григорьевич  (1926 – 2002)  и  Хлызова   Ираида   Васильевна   (1927-2006)    получили   новую   квартиру      в   доме    №144   на    улице    Громова   в  Свердловске.   Дом   был   девятиэтажный,   панельный   и  заселялся     исключительно семьями  военнослужащих.  Заняв   квартиры    и  первично   обустроившись,   новосёлы   стали   устанавливать   дружеские   связи.   
Супруги   Кузнецовы  —  Владимир   Иванович (1929-1987)   и    Нина   Ивановна  (1930 – 1979),    чета Шешениных  —  Алексей  Михайлович   (1927-2016)   и  Ольга  Степанова  (1929  года   рождения)  стали   не   просто   знакомыми,   а   друзьями   Хлызовых. 
     В   доме   № 142-б   на   улице   Громова   в   1970-е     годы   был  овощной   магазин   №8,   в  котором   Нина  Ивановна  и   Ольга  Степановна   стали   работать   продавцами.  Этот  магазин   был   близлежащим    для   жителей   домов    №136,  138-а,  138.1,  138.2   и   144.    В   нём    ежедневно    шла     бойкая     торговля,    происходили  знакомства    женщин-новосёлов     Юго-Западного   района Свердловска.  Именно  там,   Ираида  Хлызова,  Нина  Кузнецова,  Ольга  Шешенина  близко сошлись   с  гражданкой   Розой  Алексеевной  Кулешовой.
     В   пятиэтажном    доме   №136    Роза    Кулешова     с    дочерью    Ириной,   1961   года   рождения,    занимали   однокомнатную    квартиру   №29.    Ирина   училась    в     общеобразовательной     школе    №64      (улица  Громова, 138-а).   В   овощном   магазине   моя   мать   и   её    подруги познакомились  со   многими   интересными    людьми. Нередко  туда    наведывалась  за   покупками    директор    64-й   ШОС   Наталья  Борисовна  Студенок.  При   всеобщем     дефиците,     на    задворках     уральской  столицы   купить    вместо   гнили    качественные    овощи   и   фрукты,   представлялось    делом    нелёгким.    Вместе   с   директрисой    в    магазине,    как    правило,   появлялась  Наталья    Алексеевна  Кузнецова   (однофамилица  супругов   Кузнецовых).   Тридцатилетняя     Наталья    была  техничкой    в     штате     завхоза     школы.    В    свободное      время,   за    разумную   плату   подстригала    волосы    и    делала   причёски  своим  приятельницам.   Жёны   офицеров    также   нуждались   в    красоте,   и   были    в   их    числе.     Кстати,  техничкой    Наталья    Кузнецова   работала    временно   из-за    ребёнка,  обучающегося   в   школе,   а    парикмахером     была     профессиональным.    Жила   Наталья    в   доме   №138    корпус   №1   на    улице   Громова.
     Большой  дружбы  между  жёнами  офицеров  и женщинами   из   соседних  домов   не   возникло,   как поётся  в  старой  советской  песне:  "мы  жили  по  соседству,   встречались  просто  так…"  Вместе  с  тем,  Хлызова,        Кузнецова    и    Шешенина   нашли   с    ними   общий    язык.  Совместно   благоустраивали   придомовую  территорию,   решали    мелкие    бытовые   вопросы,   гуляли   во   дворе  в   часы  досуга.
     От  технички-парикмахера   Ираида  Хлызова    и   её    подруги   узнали   по   секрету,     что    Кулешова    старшая,   женщина      незаурядная,    колдунья,    или    что-то    в    этом    роде.   Сначала    офицерши    не   поверили,   но   вскоре    информация    подтвердилась.   Правда,    Кулешова   оказалась    не   колдуньей,   а   человеком   с  паранормальной   способностью   "кожного зрения".   Об   этом     второй    десяток    лет   писали   все   СМИ.    Однако  реалистов  Хлызову,   Кузнецову   и   Шешенину  не  интересовали   бабьи   сплетни  и  невероятные   газетные   сенсации.   Короче  говоря,  посудачили  и  забыли.
     Нам,     детям  офицеров    в   ту   пору   было   плюс- минус   двадцать.   Молодые,   счастливые    мы   витали    в   облаках    и    не    вникали   в   проблемы,   не   касающиеся  нас    непосредственно.   Светлана     Кузнецова    в    1974 году    училась    на    третьем   курсе    Свердловского  пединститута,   на   факультете   русского   языка   и   литературы.   Татьяна   Шешенина,   мечтая   стать   преподавателем    иностранных  языков,   поступила    в   пединститут     города    Шадринска.   Я,  уже   имея   юридическое  и  военное образование,   определялся   с  выбором   профессии.  Мне  и  моим   подружкам    доводилось   часто   лицезреть   Розу    Кулешову.    О   её   прошлой   жизни    мы   ничего   не  знали,  и  не  имели   ни   малейшего  понятия   о   способности   видеть   мир   с  помощью  кожи.  Узнав  от  своих   предков  о  паранормальных   талантах   соседки   по  двору,   ахнули.
     Внешность  тридцатидвухлетней   знакомой родителей   мало  привлекала  внимание.  Телосложение  она   имела  среднее,  рост  чуть  более   полтора    метра.   У   похожей   на  подростка  женщины,  было  круглое  лицо,  тёмные,   стриженые   волосы.   При   личном   общении   она   казалась  бодренькой,  приветливой   и  словоохотливой.   Одевалась   бедно  и    безвкусно,   так   как   по   рассказам   соседей   имела   нищенский   доход. Работала   то ли  посудомойкой,  то ли  санитаркой.
     —  И  зачем  эта  Роза  научилась  смотреть  руками, ногами  и  прочими  частями  тела.   Сама-то  она   вроде бы  зрячая.  Наверное,  с  приветом? —  недоумевали  будущие  педагоги.
     — Да  вы не  верьте,  журналистам-верхоглядам,  поживём  —  увидим,   что  это  за   редкостный   фрукт,   —  желая   блеснуть  умом,  резюмировал  я. 
     Полные  жизненных  сил  и  энергии,  мы  продолжали   наслаждаться  жизнью. Частенько  устраивали   маленькие  балы  с  лёгким  подпитием   и  танцульками.   Вне   всяких   сомнений    находили    и   более   полезные   занятия:   музицировали   по   вечерам  на   фортепьяно;    возомнив    себя    режиссёрами,   снимали  остросюжетный   любительский   фильм;    носились,   как   очумелые,    на   лыжах    в    лесопарке,    до   которого   было   рукой   подать.
     Шло  время.  Мои  мать  и  отец,  а   также   их  друзья  всё  чаще  становились  наблюдателями  паранормальных   талантов   уроженки   Нижнего   Тагила. Остановлюсь   на   этом   более   подробно,   а   события   разворачивались  так.
     Повторюсь,   дом   №144  на   Громова   заселили  преимущественно   семьями   военнослужащих.   Однако   в   соседних   домах   обитал    самый   непристойный   люд,   выселенный    из     городских    трущоб,   подлежащих    сносу.   Этого   отребья   было   не   так    уж   много,   но  настроение   окружающим   оно  портило. В   тёплые месяцы  года  тунеядцы,   алкоголики,   наркоманы,   женщины    лёгкого поведения   высыпали   во   двор,   и   на   скамейках    для  отдыха    предавались   пагубным   страстям.
   Роза    Кулешова   решила    навести    порядок,    и    ей   это   удалось  сделать.  Она    часто   общалась    с    подлыми    людишками.    В    разговорах   обнаруживала     знание    их    отрицательных    качеств,    семейных     тайн,     подробностей    интимных   предметов     туалета,    скрытых    верхней   одеждой.  Дворовая   нечисть,   чтобы     избежать   огласки   бежала    прочь,   и   старалась  больше   не   попадаться    на    глаза    загадочной     всезнайке    в  юбке.
     Мой    незабвенный    батя    и    Владимир   Иванович   Кузнецов  были   неисправимыми    картёжниками.   В свободное  время    играли   в   преферанс,  в   котором   весьма   преуспели.   Роза   Алексеевна   безошибочно  вслепую  называла   им    фигуры  на  картах  и  их  цвет. Наверно   могла   бы   предугадать    и   результаты  карточной    битвы,  но   игроки   этого  не    допускали.  Они   верили    порядочной,   бесхитростной   соседке    по двору,   у   которой   ума   палата.   В   жульничестве  и   обмане  её  не  уличали,  а  наши  покойные   отцы,  познавшие   суровую  школу   жизни,   были    мужиками   не   промах.   
     Замечу,   старшие   офицеры   Хлызов  и    Кузнецов,   без  всякого сомнения,  имели  сверхспособности  и   профессиональную   интуицию.  Мой   отец,   полковник авиации  Хлызов  возглавлял   зональный    центр    военного  округа   —  службу  воздушных   сообщений      Урала.   Владимир   Иванович   Кузнецов     руководил  подразделениями      радиоэлектронной    борьбы    УрВО.   Алексей    Михайлович   Шешенин   зарекомендовал   себя   на   службе   как   многоопытный   специалист    военной  метеорологической   службы,  Я  глубоко  уверен,  что   упомянутые  люди   были   далеко   неординарными,  но  их   особые  качества  никто не афишировал.
     Осенью   1974-го   семья    Шешениных    получила  новую   квартиру   на   улице   Амундсена   Свердловска.   Ольга  Степановна  уволилась  из  овощного   магазина  №8,   но  с   друзьями   связь  не   потеряла.   Она   постоянно    навещали   Хлызову  и   Кузнецову,  не  забывая   узнать  последние   новости.  Нина   Ивановна  Кузнецова   до  осени  1975-го  продолжала   работать   продавцом,   но  после   свадьбы   дочери    уволилась.   Светлана   в   этом году    окончила   пединститут,    вышла    замуж    и    уехала   жить   на  остров  Сахалин.   В  1976   году    овощной     магазин  моя  мать  посещала  в  компании  Розы  Кулешовой.   Продавцы   там     трудились    уже    новые,   и  на  льготно-блатную покупку  рассчитывать  не  приходилось.   Роза   заранее   чувствовала    нутром       поступление  свежих овощей  и   фруктов.  Если     продавцы   отрицали   это,  публично   разъясняла,    где    дефицит   припрятан   в   подсобных   помещениях   магазина.     Уличённым     во    лжи   торгашам     ничего   не   оставалось     делать,    как     удовлетворять    требования  заумной    покупательницы.   Присутствующая    при    этом    Ираида    Хлызова,  по  нраву   весёлая  и   юморная,   не  скрывала   радость.
     В  75-м   из   квартиры  супругов   Хлызовых пропали   кое-какие   вещички.  Родители  подозревали,  что  их   "позаимствовал"    ближайший    родственник.  Мама   попросила    Кулешову    указать   на   семейной  фотографии   виновника   инцидента.  Экстрасенс    согласилась,    и   безошибочно   опознала     подозреваемое  лицо.  Конфликт  был   разрешён   на   семейном   совете   без   вмешательства    правоохранительных  органов.
     В  76-м   имело   место,  следующее    непостижимое     событие,     свидетелем     которого   стала    чета    Хлызовых.    Дочери   Кулешовой  —  Ирине,     учащейся    8Б    класса    СОШ  №64,    предстояло    сдать   экзамен   по   литературе.   В  грамматике    и   орфографии  девочка   сильна  не   была.   Ирина  попросила  свою   мать    узнать   темы  предстоящих  сочинений  и  заполучить   подлинник    одного    из    них.   Заботливая   и   безотказная    родительница   из   своей   квартиры,   находящейся   в  400-500   метрах   от   школы,   сумела   мысленно   выполнить   просьбу    дочери.   Проверка  знаний  по  литературе   Ирины    Кулешовой   прошла   успешно,  и  вскоре   она   получила    свидетельство  о   восьмилетнем  образовании.
     Во  время   выборной  компании  в  следующем  году    мои     родители    посетили    избирательный    участок   упомянутой   СОШ №64.   Проголосовав,   возвращались  домой.  По  дороге  встретили   Розу  Кулешову,    которую   попросили     показать   одно   из  своих   чудес.   День   стоял  воскресный,   торопиться  некуда,  вот  и  решили  поразвлечься.  Экстрасенс  безошибочно  прочитала   все  записи    в    удостоверении    личности  отца.  Причём,   сделала   это  бесконтактно,  непосредственно  через   обложку    документа.    Записи    же   в   удостоверении   были   выполнены  мелким  почерком  и  с  особенностями,  которые  не  известны   цивильным   людям.      И   в  этот  раз  отец   с  матерью     убедились,   что   проницательная   женщина   видит   все  предметы   насквозь.  Об    этом    событии    они    рассказали    своим    друзьям    Кузнецовым  и    Шешениным.  Уточню, что   Таня    Шешенина   в  79-м   окончила   Шадринский   пединститут,    вышла  замуж  и  уехала  в  город  Миасс Челябинской  области.  Однако   в    предшествующие    годы    учитель   английского  и  немецкого  языков   наверняка  знала  подробности  неповторимых  зрелищ  с  участием  бывшей   соседки  по двору.
     1977  год     для    семейства   Хлызовых   оказался    чрезвычайно  сложным.   Я   уже  пару   лет  служил   в  военной   прокуратуре   Челябинского    гарнизона,   имел     жену     и     годовалую   дочку.    О    беззаботной     юности    пришлось   забыть.  Отец   большую   часть   времени  проводил   на    работе,   мать   часто    выезжала    в  Челябинск,  помогая  моей  жене  благоустраивать      недавно   полученное   жильё.   Встречи   Хлызовых   старших  с   Кулешовой  были   эпизодическими   и  кратковременными.  Соседи   поговаривали,   что   у    Розы  Алексеевны   большие   проблемы   со    здоровьем.   В   конце   января   1978   года   нам   стало   известно,   что  Кулешова   умерла   от   обширного  инсульта   в   виду  наличия   неоперабельной  опухоли   мозга.
     Прошу   читателей    извинить  меня    за    дотошность   и    витиеватость   в   изложении   фактов,   но  иначе  нельзя  —   можно  погрешить  против   истины.   Дело  в  том,  что, анализируя   вышеуказанные   свидетельства,   я   пришёл   к   убеждению,   что   феномен   ушедшей   в   вечность   Кулешовой     заключался   не   только    в    "кожном   зрении".  Сама  того,  не  сознавая,  она   демонстрировала   людям  целый   букет   таинств.  Можно   ли   их    когда-нибудь   исследовать    и    понять,   не   знаю,    пути   Господня   неисповедимы!    Правильно   поёт    легенда    отечественной    эстрады   Алла    Борисовна   Пугачёва  —  "этот  мир  придуман  не  нами,  этот  мир   придуман   не мной…"

                * * *

     Признаюсь   честно,  что  в  70-е   годы   ХХ    века    о    Розе     Кулешовой    я    знал   слишком    мало.   Лишь  сейчас,    спустя   сорок   с   лишним    лет    после    знакомства   с   ней,   изучив   доступные    документы,   могу    проанализировать    её    личность    более    детально.
     Роза  Алексеевна  Бородина  (Кулешова)        появилась   на   свет   29  мая  1940  года   в   селе  Покровском    Свердловской  области,   расположенном    в   двух    десятках    километров    на   восток    от    города   Нижнего   Тагила.  Её  детство  и  юность   не   были  безоблачными    и    счастливыми.    Отец  (Алексей Бородин)   ушёл   на   фронт   и   не   вернулся.   Мать   после   войны,  переехав  в   Нижний  Тагил,  снова    вышла  замуж,    родила   вторую   дочь   Валентину.   В   новой   семье    Роза  чувствовала   себя   приживалкой,   обделённой  заботой  и  лаской.   Большую  часть  времени   жила  в  селе   Покровском   у  родной   бабушки. Роза  цвела  и  взрослела,   а    бабушка   увядала  и  старела.  Пришла  пора,  когда   внучку   малоимущая,   больная   старушка   больше    содержать   и   воспитывать  не  могла.   Не   доделав  дела  земные,  с  тяжёлым  сердцем  она  переселилась   в   мир  иной.   Неблагоприятная   обстановка  в   семье,   смерть  бабушки-кормилицы  и  воспитателя    не  могли   не  сказаться   на   дальнейшем   жизненном   пути   девочки.
     В   детстве    Роза   Бородина   хорошо   училась.   В   средней   школе  №7   города    Нижнего   Тагила     учителя,      одноклассники    характеризовали   её    как  общительного  и   доброго  человека,  увлекающегося   литературой   и   поэзией.    Роза    активно    участвовала   в    художественной  самодеятельности,  на   развлекательных   мероприятиях   читала  свои  стихи. После  окончания   семи  классов,   из-за   смерти   бабушки    ей    пришлось  бросить   учёбу   и  самостоятельно  зарабатывать  на  хлеб.
     Летом   Бородина  работала  воспитателем  в пионерском лагере, а  в остальное  время  трудилась  санитаркой  в  городской инфекционной больнице.  Позднее  руководила   драматическим    кружком  в   филиале Всероссийского общества слепых. Там  смышлёная    двадцатилетняя     девушка     из   любопытства  самостоятельно   научилась   читать   книги   подушечками  пальцев   правой  руки. Причём,  книги   для  незрячих  людей,  изготовленные  с  помощью  рельефно-точечного шрифта   Брайля.  Кроме того, аналогичным  образом читала  вслепую  рукописные  и  плоскопечатные  тексты. Это  очень  важное   событие   произошло   в  1960   году.     Тогда   же   в  жизни  Бородиной  произошли   важные   перемены.  Она   вышла   замуж   за   Валентина   Кулешова, а  через  год  родила  дочь  Ирину.
     Весной  1962  года  Роза   Кулешова   заболела   ангиной   и   лечилась   в  центральной  городской  больнице  №1  Нижнего  Тагила.  Там  ей  удалили  миндалины   и  определили срок  для   восстановления   здоровья.  Однажды  в   больничной   палате    она    продемонстрировала    соседям   свои    успехи   в   чтении   печатных   текстов   вслепую.  Об   этом    стало   известно  врачу   Иосифу  Гольдбергу,   который,   пообщавшись с необычной     больной,    проверив   её  способности, поделился   информацией  с   местными   журналистами.  Первая  публикация о феномене  Розы Кулешовой  появилась  в  газете  "Тагильский рабочий"   9  октября   1962-го, и с этого времени ранее малоприметная  тагильчанка  стала  известной  персоной. 
     В  том  же  году  изучением  феномена   Розы Кулешовой    в   Нижнем  Тагиле    (помимо   врача   Иосифа  Гольдберга)  занялись многие специалисты*.

*Ректор  Нижнетагильского  пединститута   Михаил   Матвеевич  Кожевников  (1913-1997),    доцент   кафедры  педагогики  и   психологии   того  же  института  Абрам  Семёнович  Новомейский (1919–1993), преподаватель  музыкально-педагогического и  педагогического факультетов  кафедры  анатомии  и физиологии  Свердловского  пединститута Яков Рувимович  Фишелев  (1923-2005),   старший   лаборант по медицинской подготовке Нижнетагильского пединститута Нелли  Геннадьевна Свинина (1937 года рождения).
 
     Биографии  названных  людей,  за  исключением Гольдберга,  мне  доподлинно  известны.  Что   касается  Иосифа   Гольдберга,  то   не   понятно   кем   же  он  был  по  специальности,  и   какую   должность    занимал   в   городской   больнице   Нижнего  Тагила.  В  публикациях  некоторые  авторы называют  его  невропатологом   (даже  главным),   другие  —   психиатром,  путают   инициалы.  Сообщая   о  том,  что  Иосиф  Гольдберг, отставной  офицер,  военный  врач,  не  приводят  описание   его   военной   биографии.   Мне    думается,   что   врач  Гольдберг  в  больнице  действительно  работал,  но  заметной   роли   там   никогда не играл. 
Проверкой кладбищ Свердловской области  установлено,   что  там   есть   лишь  одно  захоронение   с   прахом    разыскиваемого   гражданина  —  это   Гольдберг   Иосиф    Пинхасович (17-12-1913 - 07-06-2010).  Уверен,  что  в  этой   могиле   на    Широкореченском      кладбище    Свердловска   покоится  человек,  имеющий   касательство   к     Кулешовой.    Перед   смертью  он   жил    в   столице Урала   на   улице   Белореченской.   Правда,  инициалы  Гольдберга,  упоминаемые    в   большинстве   публикаций,  —    И.М.,  но  у   лиц  еврейской  национальности  имена  и  отчества  порой   замысловаты.   
     Но  вернусь  опять   к   феномену   Розы  Кулешовой. После   её  обследования  уральские  психологи  и  физиологи  пришли   к  убеждению,  что  одарённая женщина  обладает  "кожным  зрением".  Они    доказывали  всему   учёному   миру,  что  под   их  руководством  Кулешова   научилась   вслепую    читать   пальцами   правой руки   не   только   рукописные,   но   и   плоскопечатные тексты,   распознавать  на  ощупь  цветовые  тона  бумаги  и  тканей,  воспринимать  содержание  картинок  и  рисунков.  Позже  они   якобы  научили  Кулешову   делать это  уже  бесконтактно   и   через  самые  различные  среды.
     Полагаю,  что  Роза   Алексеевна   всё   это  умела   и до  производства опытов.  Но не  кожей  конечностей, туловища  и  головы   воспринимала   действительность,  а  всем  своим  существом,    до   времени  помалкивая. Ещё   до   производства   очередного   эксперимента    могла телепатически   считывать   мысли  учёных  и   знать  об  их  намерениях.  Поэтому  природа  сверхспособностей тагильчанки,  видимо,  была   иной.  "Кожное зрение",  "кожно-оптическое чувство", "кожно-оптическое восприятие",  "кожновидение"  — называйте,   как   хотите —  были  совсем   не причём.  Однако  психологи  и физиологи   с  завидным   упорством  придерживались лишь  одной  понравившейся  им  гипотезы.
     Команда  исследователей  феномена Розы Кулешовой   пополнилась   учёными   Добронравовым  С.Н.,   Судаковым Н.Н.,  Гилевым Д.К.,  Колесниковым Н.Н.,   Филимоновым  Ю.М.,  Белоусовым  В.Н.   и   другими. Любитель  паранормальных   явлений   природы   Врач  Иосиф  Гольдберг,  конечно, оставался   членом  добровольного  сообщества   "первооткрывателей".  Из  года   в   год   росло   число  публикаций  о  "кожном  зрении".   И   тут  случилось  непредвиденное  событие: Роза Алексеевна  заболела.  По  мнению своих наставников,  утратила   бесценный  дар. 
     Это   произошло  в  середине   60-х  годов   прошлого   века,   когда   Кулешова  работала  санитаркой   в  коррекционной  школе-интернате  для  слепых  и слабовидящих детей в городе Верхней Пышме Свердловской  области.  Поспешно  заявив,  что  болезнь испытуемой  не  связана  с  производством   безвредных опытов,  вся  команда  психологов  и  физиологов  устремила   свой   взор   на   слепых,   слабовидящих    детей  и  зрячих   студентов  пединститутов.
     По правде  сказать,  уральцы  вовсе  не  были первооткрывателями  "кожного зрения".   Ещё   при   царе-батюшке   врач   психлечебницы   города   Тамбова   А.Н. Ховрин  занимался  этим  вопросом.  Перед Великой Отечественной   войной   пионером   концепции    кожной фоторецепции  в  СССР  был  профессор  А.Н. Леонтьев.   Их  довольно скромные  результаты  практического значения   не   имели.   Что  тут  поделаешь?  По  ряду  причин  и  сейчас не имеют  практического применения,  не  предусмотрены  ни  одной   государственной   программой    достижения   в  области  "кожно-оптического  зрения"  и уральских  психологов  и  физиологов.
     За   три   года   Роза   Алексеевна  пришла   к  твёрдому   убеждению,  что  приверженцы  "кожного зрения"   исследуют  её  однобоко  и  далеки  от  истины. Ведь  не  кожей рук,  ног,  туловища  и  головы  она  воспринимала  действительность,  а  всем  своим существом. Для  ясновидения  Кулешовой  была  необходима  спокойная обстановка,  положительный душевный  настрой,  а  не  экстремальные  условия   и понукание,   вызывающие   апатию   и  раздражение.   Кроме  того,  чтобы   помогать   другим   она   нуждалась  в укреплении собственного здоровья, которое было подорвано небезопасными опытами. Увы, не только ангиной  болела  Кулешова,  при  жизни   она  перенесла   заболевания  и  посерьёзнее.
     И   вновь   перелистаю   страницы  описания   жизни Розы Бородиной  (Кулешовой). Смерть  её   бабушки  отразилась   на   здоровье   девочки.  С   14   лет   Бородина находилась  под   наблюдением   врачей-невропатологов  центральной   городской   больницы   №1    Нижнего  Тагила.  До   конца  70-х  годов  прошлого  столетия  заведующим   неврологическим  отделением  этой  больницы,  двадцать с лишним  лет  был  Анатолий Самуилович Рубаха (1926 – 2006). 
     Врачи-невропатологи   и   нейрохирурги    городской больницы  диагностировали  у  обездоленной  девочки неврологическое   заболевание  в  виде   ревматического  арахноидита  с  эпилептиформным  синдромом   (височной эписиндром  с правосторонней лока¬лизацией процесса).
     Арахноидит – это воспаление мягких  мозговых  оболочек    головного мозга с поражением  паутинной  оболочки.  Его  причиной   могут  быть  грипп,  ревматизм, общие инфекции,  включая   детские  болезни,  перенесённые  Розой  Богдановой. Состояние   здоровья  Розы  врачи не считали тяжёлым. Её жизни ничего не угрожало. Опасность  мог  представлять  лишь  арахноидит задней  черепной  ямки с  окклюзионной  гидроцефалией, но таковой отсутствовал. Богданову  лечили,  при спокойном течении  жизни  наступало  улучшение. О хирургической  операции   речь  не  шла.    Эписиндром  не  имел  отношения  к  истинной  эпилепсии.  Острота  зрения,  цветоощущение,  слух  были  в  пределах  нормы, снижение интеллекта и нарушение мышления отсутствовали. Учитывая  тяжелое  материальное  положение   девочки,  врачи   направили  её  на  ВТЭК  для  признания   инвалидом  II  группы. Сделали  это  с  запасом,  хотя  эпилептические  припадки   у  больной  случались   не   часто.  Следует  заметить,  что  в современной медицине термин "арахноидит"  является спорным  и  ныне  не применяется. Практически,  изолированное  воспаление паутинной оболочки  установить  не  представляется  возможным.  Симптомы этого  заболевания  в  настоящий  момент  доказательно отнесены  к  серозному  менингиту.
     Диагноз  болезни  Розы  не  оспаривал  и  Давид  Григорьевич  Шеффер (1898-1978),  возглавлявший  кафедру нервных болезней и нейрохирургии Свердловского  мединститута  и  Свердловский  НИИ   курортологии   и   физиотерапии  Минздрава   РСФСР.   
     В  октябре  1962  года   Роза  Алексеевна   полтора   месяца   находилась   в  Свердловске  и  лечилась   в   клинике   Шеффера.  Надо иметь в виду,  что  Рубаха  и  Шеффер  были   не   только  видными   невропатологами, нейрохирургами,   но  и  представителями  большой  науки, отрицающей  паранормальные  явления. Заниматься  исследованиями,  на   которые   наложен  табу,  они  не желали  и  не  имели  возможности,  увязнув  по  уши   в повседневной   работе. Их   можно  понять,  но  за    жизнь   больной   женщины  с  неврологическим   заболеванием,  они,  всё  же,   были   в  ответе.   
     Во   второй    половине   60-70-х    годов     Кулешова  с   дочерью   Ирой   жила   в   Свердловске.   Свердловское отделение  Всесоюзного  общества  "Знание"  опекало  их и  оказывало  посильную помощь.  В  начале  1970-го Политбюро   ЦК КПСС  отнесло   Всесоюзное   общество  "Знание"   к   уровню  министерства   I-й  категории,  т.е.  расширило   его  полномочия.     Руководство  свердловского  отделения   добилось  назначения одарённой   женщине  пенсии  и   предоставления  квартира   на   улице   Громова.  Зимой     Кулешова    работала    то    санитаркой   в   больнице,   то   посудомойкой    в   столовой.   В   тёплые  месяцы  года  она   выезжала   на   юг   по   заданию   просветительского  общества.   Как   и  раньше   кто-то  считал    Розу   Алексеевну    знаменитым    экстрасенсом,   а   кто-то —   мошенницей,  использующей  трюк  иллюзионистов   "nose peek".   И   те,  и   другие   хорошо   не  знали  прямодушного,  наивного,  доверчивого,  бескорыстного   человека,   которому  была  нужна  не  слава,  а   вера   людей    в   её   талант,   способный  служить   обществу   во  благо.
     Кулешова  в  период  опалы  избегала   частых  встреч    с   представителями   официальной   науки,   средств  массовой  информации  и   киноискусства.  Многие   из   них   весьма   беспардонно   добивались  от   ясновидящей    демонстрации   чуда   в   атмосфере    гама   и  шума.   В   1970-м   году   экстрасенса   осматривали   в   московском    Институте    проблем   передачи    информации   Академии   наук   СССР.  Затем   на    кафедре    физиологии  нервной   высшей   деятельности  МГУ.  В   Киеве   пытались   привлечь   к   съёмкам   документального  фильма  "Семь  шагов  за  горизонт".
     В    последние    два    года    жизни    Розу   Кулешову     "пытали",   а  затем   нагло  оболгали   журналисты  "Литературной   газеты".   Правда,   в   редакции   журнала   "Техника    молодёжи"  с   ней   обошлись    деликатно,   и   получили   веские   доказательства  сверхспособностей. Одарённая    тагильчанка   их   демонстрировала   ещё   не   раз    в   ходе    неофициальных    контактов     с     известными  людьми.  Так,  доктор  медицинских  наук  Владимир Викторович Розенблат (1927-2000), руководитель    лаборатории  функциональной  диагностики  НИИ  гигиены  труда  и  профзаболеваний  был   убеждён,  что Кулешова  владеет  биодиагностикой.  Писатель  и  исследователь  необычных   явлений   природы,  ветеран Великой Отечественной  войны   Владимир   Иванович  Сафонов  утверждал,  что после бесед  с  Кулешовой  уверовал,  что она   ясновидящая. 
     Так   или  иначе, мир, по-видимому,  устроен  гораздо   сложнее,    чем   нам    представляется,   и    феномен   ушедшей   в   вечность   Кулешовой   заключается не   в   "кожном зрении",  а   в  духовном   видении.   Да   и  зачем,   собственно  говоря,   людям   "кожное  зрение",    когда   матушка-природа  подарила   им   универсальный сенсорный   орган  с  уникальной  способностью? Не создать  ли  представителям продвинутого нового поколения  нечто  подобное,  что  слабо?  Что  касается, слепых  и  слабовидящих  людей  по  зрению,  а  их   в России   примерно  300   тысяч,   то  эксперименты  с  ними  учёным   следует   проводить    крайне   осторожно, дабы  не  навредить.
     Остаётся выяснить причину гибели Розы Алексеевны  Кулешовой  31 января 1978  года. Официальная  версия — атеросклероз головного мозга, острое   нарушение  мозгового  кровообращения.   При  этом  упоминается   и   неоперабельная  опухоль,   неизлечимое   онкологическое   заболевание.  Кто  же   не заметил  его:    врачи   невропатологи,   физиологи, психологи  (о коллегах-журналистах помолчу)?  Есть недокументированная  информация,  что  экстрасенса   в разное  время  обследовали   психиатры   в   городе Свердловске  и  в  московской   психиатрической   клинической   больнице  №4  им. П.Б. Ганнушкина.   Не  знаю,  чем  закончились   их  попытки   диагностировать Розе  Алексеевне  Кулешовой  истинную  эпилепсию  ("падучую болезнь"),   которой  свойственно слабоумие.  Тут   уж  извините-подвиньтесь,   у  Розы  Алексеевны  была   ума  палата.


Рецензии