3. Зойкины мечты

Ей очень повезло с этим колледжем. Сначала на полставки взяли – днём на рынке торговала, вечером полы мыла, а когда предложили на полный день перейти, то даже обрадовалась. Уборщицами здесь одни пенсионерки работали и никто из них не соглашался за небольшую зарплату целыми днями упираться, но Зойке здесь приглянулось: рядом с домом и трудоустройство официальное, всё честь по чести.

После бестолковой базарной толкотни Зойка словно в другую жизнь окунулась, и в этой жизни ей было очень комфортно, хотя здесь тоже было довольно суетно. Однако всё, что её окружало, начиная с пикающего на входе турникета и заканчивая шумными переменами, было осмысленным и подчинялось строгому порядку. Зойке нравилось приходить сюда и ощущать свою причастность и к этому порядку, и к чистым просторным коридорам, и к сверкающему в туалетах кафелю.

Но с особым удовольствием она мыла учебные классы, где располагались лаборатории для обучения будущих специалистов по туризму и гостиничному сервису. Здесь были карты, глобусы, фотографии разных достопримечательностей и много ещё чего интересного, что поражало её воображение. Зойка трепетно всё разглядывала, заворожённо повторяя замысловатые названия: Хиккадува, Сант Себастиа, Пуэрто-Рико...

В одном из таких классов был оборудован уголок гостиничного номера – там-то она впервые и увидела эту роскошную кровать, а рядом, как некий знак, висела картинка: море, пальмы, белые барашки волн...

С возрастом Зойка абсолютно уверилась, что любовь бывает только в кино, а раз так, то и мечтать о ней нечего. Теперь она точно знала чего хочет: пальто, как у Ольги Борисовны, и большую кровать с красивым изголовьем.

Мечты были долгоиграющие, поэтому с каждой получки Зойка откладывала небольшую сумму – кредитов она как огня боялась. На осуществление первого пункта понадобилось около года, потому что такое пальто можно было купить только в дорогом магазине. С началом зимы, когда появились скидки на демисезонную одежду, Зойка наконец-то с радостным волнением примерила обновку вожделенного цвета морской волны. Реализация второго пункта требовала гораздо большего времени и материальных затрат.

На самом деле мечты о пальто и кровати были подчинены одной главной цели: встретить достойного мужчину, но признаваться в этом не хотелось, поэтому Зойка называла свои желания просто: «пожить по-человечески».

Она так ясно представляла эту кровать, так тщательно обдумывала весь антураж будущей спальни, включая атласное покрывало и ламбрекен на окно, что нежданно-негаданно деньги сами собой упали ей прямо в руки. Точнее, не в руки, а под ноги, осталось только нагнуться и поднять их. Что она и не замедлила сделать, даже не подозревая, сколько мучительных и неприятных моментов будет связано с этим простым действием.

Её нисколько не смутило, что сложенные пополам и стянутые резинкой купюры за несколько минут до этого лежали в чужом кармане. Всё произошло в собственном подъезде, когда она как обычно отправилась утром в колледж. А тут и этот пьянчуга из пятнадцатой квартиры. Еле ползёт навстречу, по карманам шарит, ключи видно ищет, и мычит что-то нечленораздельное. Да она даже не видела, как деньги выпали, они вообще ниже этажом валялись, а раз так, то и воровством это никак нельзя было назвать.

Мужик этот недавно у них поселился, раньше в этой квартире одна старушка жила, но умерла, а он  – вроде бы какой-то родственник. Соседская бабка, которая всё про всех знала, говорила, что новый жилец разошёлся с женой, работает автослесарем и пьёт без просыпу. – И где-только таких алкашей держат? – добавляла она, поджимая губы.

Денег было много. Когда Зойка их пересчитала, то слегка ошалела – хоть завтра иди, да кровать покупай. Выкладывать деньги из сумки она не стала, только засунула подальше во внутренний карман и для надёжности на булавку застегнула...

Завидев издали свою пятиэтажку, Зойка спохватилась: она же так ничего и не придумала. И ещё одна головная боль – Нинка. Сама объявила ей сегодня, что хочет поговорить с ней, но увидев испуганный взгляд, струсила и поспешно сказала: – Потом... Вечером, когда вернусь...

Нинку привёз Николай ещё в начале лета. Зойка давно уже считала себя полноправной хозяйкой квартиры – мать умерла, а брата так и носило неизвестно где. А тут, на тебе, явился как снег на голову, и к тому же не один. Зойка так и обомлела, когда разглядела, что у этой бабы вместо левой кисти обрубок торчит. Да ладно бы только одну эту калеку притащил, так ещё и мальчишку с ней лет пяти. Прямо с порога представил их женой да сыном, чтобы все точки сразу расставить.

– Как же, сын... – подумала потерявшая дар речи Зойка, – Мальчонка-то – вылитый татарчонок, на мать свою совсем не похож, а уж на Николая и вовсе.

– Пожалел, значит, убогую? – шипела Зойка, уединившись вечером с братом на кухне, – А меня кто пожалеет? Каково мне было всю жизнь с алкоголичкой жить? Из нужды не вылезали, копейки от тебя не видели... Только-только грязь повывезла, ремонт мало-мальский сделала. Хоть пожить по-человечески. Если б один – без вопросов, живи, а этих... – она кивнула на прикрытую дверь, – Этих куда хочешь вези.

Николай опешил, видно не ожидал от Зойки такое услышать – всегда  тихой и покладистой была, а тут, как зверь разъярённый. Пообещал, что как только на работу устроится, то на съёмную квартиру уйдут.

– Надоело болтаться... Решил я, сестрёнка, новую жизнь начать.

– И, помнится, не в первый раз, – съязвила Зойка.

– Не в первый... Да только не так и не с теми. А Нинка... – Николай аж засветился весь: – Она знаешь какая? Вот сама увидишь.

– И смотреть не собираюсь, всё и так понятно: куда бабе безрукой да ещё с ребёнком деваться? Тут уж и на судимости не посмотришь, лишь бы прибиться к кому. Небось и на квартиру уже глаз положила.

Николай на это только рассмеялся: – Ну это ещё вопрос, кто к кому прибился... – И, помолчав, добавил: – Ты худого не думай, у нас всё по-серьёзному, и Артёмка мне как родной. А за квартиру не беспокойся, я вообще планирую купить завалюшку где-нибудь в пригороде – силы есть, отстроюсь. Огородик, живность какая-нибудь... Будешь тогда к нам в гости ездить и в баньке париться.

– Господи, – думала Зойка, глядя на сияющего брата, – И этот туда же... Ничему тебя жизнь не научила: как был дураком легковерным, таким и остался. Ловко же тебя окрутили. Да хоть бы что представляла из себя эта Нинка, а то замухрышка какая-то, ни рожи ни кожи.

Но вслух ничего этого говорить не стала, только произнесла ледяным тоном: – Живите, как знаете, обслуживать никого не буду, – и ушла в свою кладовку.



Продолжение: http://www.proza.ru/2020/03/17/970


Рецензии
"любовь бывает только в кино, а раз так, то и мечтать о ней нечего", - тут и поставить бы точку. Но! Пальто и деньги. Стабильная почтигосслужба…
Правда Нинка упала на голову и жилплощадь, но это явление временное.
Посмотрим, что дальше будет. А вдруг любовь еще бывает и в жизни (как у брата)?

Виктор Санин   11.04.2020 21:46     Заявить о нарушении
Пальто и деньги - важные составляющие к достижению заветной мечты "пожить по-человечески", но всё может быть совсем иначе))

Людмила Май   12.04.2020 10:37   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.