Котиные истории. Опасная прогулка

     Как-то весной в 82-м году меня и моего друга Володю позвал к себе в посёлок Снегири наш друг Слава, которого все наши звали Малыш. Ему удалось на окраине поселка на болоте получить участок под строительство дома. Он мечтал купить или построить свой дом. Его отец - офицер в отставке - подарил Славе значительную сумму на покупку дома. Мы поездили с ним на смотрины трех домов, выставленных на продажу, но ни один из них нам не понравился. Поэтому Слава занялся получением участка под строительство дома и ему это удалось. Участки давали только семейным, поэтому надо было жениться. Малыш быстро решил и этот вопрос - нашёл себе невесту и быстро женился. Славе достался участок на окраине известного подмосковного посёлка Снегири на заболоченной земле на границе с лесом. А брак оказался удачным.

     Молодожёны быстро построили себе двухэтажный сарай, похожий на большой скворечник. На втором этаже у них была спальня и склад с продуктами. На первом этаже хранился инструмент и материалы. На 2-й этаж молодожёны забирались по самодельной деревянной приставной лестнице.
     Около сарая был сооружён длинный стол, за которым могли обедать человек 10. Этот стол полюбили лесные белки и вороны. Если что-то оставалось на столе съедобного, то белки спускались с деревьев и начинали хозяйничать. Приходилось их гонять и во время приготовления еды, когда продукты складывали на столе. Вороны тоже были не промах. Следили постоянно и при малейшей возможности атаковали еду на столе. Слава иногда доставал ружьё - вороны тут же прятались. Но если он хватал палку и изображал ружьё в руках, то вороны с издёвкой смотрели на такую сцену. Понимали, что палка не ружьё и реальной угрозы нет.

     Осенью Малыш с лесником и с нашей дружеской помощью заготовил лес для постройки дома, а зимой доставил брёвна на свой участок. Нам надо было помочь их ошкурить. Затем топором сделать две параллельные плоскости на каждом бревне.

     Был март и снег на всё более ярком солнышке начинал желтеть и становиться похожим на желтоватый сахарный песок. Я в то время увлекся живописью. Взял с собой маленького сына, чтобы подышал и погулял на воздухе среди елей. Взял этюдник и нашего кота по имени Пух. Кот уже был подростком белой масти с чёрными пятнами. Было ему чуть больше года. Жил он с нами на самом верхнем этаже многоэтажки под крышей в Истре. Кот любил гулять по ограждению нашей 6-метровой лоджии. Отсюда наблюдал за движущимися внизу машинами и людьми. А ещё гонялся за голубями, которые пытались сесть на нашу лоджию. Ну а мы всё время боялись, что он упадёт с лоджии и разобьётся. Я даже натянул на бордюре лоджии, где Пух любил сидеть или прогуливаться над пропастью в 9 этажей, что-то типа сетки из толстой лески. Но с кирпичной стенки ограждения кот ни разу не сорвался.
     Уходя на работу мы закрывали форточки, через которые кот любил вылезать на лоджию. Часто голуби садились в проёме открытой форточки, будто дразнили кота. Кот немедленно прыгал в форточку, защищая свою территорию от непрошенных гостей.

     Правда однажды с ним всё-таки произошла авария. То ли забыли закрыть форточку в спальне перед уходом, то ли её открыло ветром? Когда жена вернулась с работы, то начала искать Пуха по комнатам. Его нигде не было. Когда она вошла в спальню, то увидела бедного кота за окном на скользком жестяном отливе. Не знаю, как жена от страха за кота не упала в обморок. Сколько часов он просидел на узеньком отливе, скользя лапами. Назад в квартиру он сам вернуться не мог. Тамара осторожно открыла сначала внутреннюю створку окна, а потом рывком - наружную - они открывались внутрь комнаты, но как все советские створки окон, многократно крашенные, открывались туго. Однако под действием страха за живое существо она это сделала легко. Кот впрыгнул в комнату, перелетев подоконник, и грохнулся на пол. С тех пор за голубями он стал охотиться только на лоджии.

     Однажды осенью в октябре 81-го года мы с восьмилетним сыном поехали с этюдниками на соседнюю станцию Троицкая. Там был великолепный лесок на косогоре. Взяли с собой кота. Пух спокойно сидел с нами в электричке на диване и даже пару раз выглянул в окно. Ехать-то надо был всего 5 минут. В лесу кот бегал, а мы с сыном недолго писали осенний пейзаж с золотыми осенними берёзами на фоне темных зелёных елей. Иногда сын бегал вместе с Пухом в догонялки. Прогулка удалась.

     И вот весной в марте мы отправились с нашим другом Володей, с моим сыном Мишей и с котом Пухом  на электричке в Снегири. Пух спокойно сидел на диване у окна рядом со мной и дремал.

     На участке, где предстояла работа, лежал снег, но солнышко уже светило ярко. Чувствовалось приближение тепла. Берёзы уже стали розоветь от распускающихся серёжек и растущих молодых веточек. Брёвна от влаги потемнели. Дышалось среди окружающих огромных елей хорошо, свободно.

     Пока шла подготовка, я быстро расставил этюдник и начал писать старую ель с необычно изогнутой нижней веткой, мартовский снег, мокрые брёвна на снегу. Сын бегал с Пухом по снегу вокруг.

     Какое-то время мы ошкуривали брёвна с помощью штыковых лопат, но обрезанных и заточенных, как военные сапёрные лопаты. Потом начали топором делать на каждом бревне по две параллельные плоскости. Слава показал нам интересный способ, как наметить на бревне линию, по которой надо вести обрубку плоскости. Бревно-то не ровное и линейкой ровную линию на нём не нарисуешь. Для этого Слава на нужном расстоянии от оси бревна прибивал гвоздями концы натянутого вдоль бревна шпагата. Затем мелом натирал шпагат. После этого оттягивал его, как тетиву лука и отпускал. Шпагат ударялся по поверхности бревна и на бревне оставалась ровная белая линия. Вот по этой линии мы и срубали лишнее. Сын собирал содранную с брёвен кору и образовавшиеся при обрубке щепки, и жёг костер. Все были заняты делом. Обрубка - дело не лёгкое. Поэтому мы рубили по очереди. Когда выдавался перерыв мне - я становился за этюдник и продолжал писать. Мне очень понравился костерок, поднимающийся над ним сизо-голубой дым на фоне елового леса, и сынишка у костра.

     А наш кот тем временем продолжал исследовать окрестности. Иногда он вскакивал то на бревно, то на ствол дерева и тут же спрыгивал. Однако я поглядывал за котом, чтобы он куда-нибудь не убежал в лес. И вдруг вижу, как Пух полез на небольшую берёзку. Добрался почти до её верха, а потом неожиданно перепрыгнул на ветку рядом стоящей огромной берёзы. Мы стали смотреть, что он будет делать.

     Кот полез вверх. Залез он на высоту метров 20 и там остановился, сел на ветке и смотрел на нас.

     Мы решили сделать перерыв и поесть. Разложили еду на брёвнах и стали звать кота, чтобы он слезал и поел с нами. Но кот мяукал, но сидел на верху на дереве. Мы посмеялись и стали есть. Иногда дразнили Пуха колбаской или кусочком курочки, но кот только мяукал, но не слезал.

     А потом вокруг берёзы с котом на ветках стали летать две большие вороны. Они стали имитировать атаки на него. Но кот сидел вблизи от ствола и ветки его защищали. Подлететь прямо к коту вороны не смогли.

     Тогда одна ворона села на ветку, на которой сидел кот, и стала прыгать на ветке и качать её. Вторая продолжала налеты, пугая кота.  А первая не только качала ветку, но и постепенно прыжками стала приближаться к оравшему от страха коту. Пух пытался отползти к стволу, но сорвался. Задние лапы оказались на ветке ниже, а передними он цеплялся за верхнюю ветку, на которой сидел раньше. Кот стоял, как распятый человек, и мяучил, как мог. Когда ворона подскочила к его передним лапам и хотела клюнуть, Пух изловчился и ударил бандитку когтями. Обидчица тут же ретировалась. Обе вороны ещё с минуту покружились немного вокруг дерева и улетели. Кот слегка успокоился и уселся на ветке, на которой стоял задними лапками.

     Однако через пару минут к березе прилетела целая стая ворон. Они построились в круг и стали на небольшом расстоянии от кроны берёзы кружить. Затем одна из них снова спланировала на ветку, где сидел бедный кот. А с противоположной стороны села другая ворона. Обе стали приближаться к коту - одна спереди, а другая со спины. Причём та, что приближалась спереди, пыталась раскачать ветку и пугала кота, размахивая крыльями.Она отвлекала кота, пока сзади к нему подбиралась вторая ворона. Потом ещё пара ворон сели на берёзу и тоже стали его пугать криками и крыльями.
     В общем, получилась настоящая облава на бедного кота!

     Такой вороньей наглости мы не выдержали. Хотя и высоко надо было лезть к коту, но я решился. Попросил у Славы длинную верёвку. Он принёс из сарая длинную бельевую верёвку. Я взял свою сумку из шёлка или болоньи (тогда были такие сумки по форме, как современные пластиковые пакеты с ручками). Сунул сумку в карман, верёвку смотал и спрятал за пазуху. По высокой лесенке добрался до нижних сучьев березы и стал по веткам подниматься к орущему коту. Вороны испугались, прекратили свою военную операцию и уселись на деревья вокруг нашей берёзы с котом, как в театре.  Пока я лез к коту, вороны громко обсуждали мои действия и, похоже, крепко ругались.

     Когда я приблизился к Пуху, он прыгнул мне на грудь и вцепился в меня когтями. Хорошо, что на мне была стройотрядовская куртка из брезентовой ткани. Пострадала только куртка.
     В 73-м году я со стройотрядом "Тверичи-73" студентов из пяти институтов города Калинин — теперешней Твери, участвовал в строительстве компрессорной станции КС-15 газопровода «Сияние Севера» в посёлке Нюксеница. Я только, что стал молодым папой и аспирантом в Московском институте СТАНКИН. Я, как инженер, помимо работы наравне со всеми в нашей бригаде, должен был следить по толстенной книге чертежей насосной станции, чтобы ребята ничего не пропустили в конструкции. Уже прошло с того романтичного времени 53 года... Это достойно отдельной повести.
     А пока вернёмся к нашему коту.

     Я обнял кота, прижал его к себе, чтобы успокоить. Однако одной рукой мне надо было держаться за ствол с дерева, чтобы не упасть с такой высоты. Ребята и сынок напряжённо наблюдали за нами под деревом. Потом мне удалось из кармана достать сумку.

     Теперь надо было в сумку определить кота, но он крепко вцепился в мою куртку. И всё-таки с нескольких попыток мне удалось оторвать лапы кота от куртки. Для этого пришлось освободить обе руки, а за ствол пришлось держаться спиной, сильно упираясь ногами в толстый сук могучей берёзы.

     Как только удалось засунуть Пуха в сумку, я быстро завязал ручки узлом, чтобы кот не выбрался из неё. Достал верёвку, привязал её к ручкам сумки и начал спускать сумку вниз. Кот вопил жутким голосом от страха. Где-то на половине пути из сумки полилось, как из пролившейся бутылки. Бедный кот описался.

     Внизу Слава подхватил сумку и быстро освободил кота из плена. Пух отбежал от нас на брёвна и там лёг и затих. Только иногда дрожал весь.

     Я спустился с высоты на землю и осторожно подошёл к нему с сыном - хотел его погладить, чтобы успокоить. Но Пух разрешил себя пожалеть только моему Мише. На меня он обиделся за всё пережитое. Постепенно Пух успокоился.

     Какое-то время мы, взрослые, поработали. Но работа шла плохо. Все смотрели на пострадавшего и жалели его. Решили, что надо кота быстрее вести домой. Собрались и отправились на станцию. Дождались электричку. По дороге на станцию и всю оставшуюся дорогу Пух сидел на руках у Миши...

     С той поры Пух больше ни разу не позволил себя брать на прогулки на улицу. Так и жил в нашей квартире под крышей, а гулял только на лоджии.