Знание-сила

          Знание – сила! Особенно, если это знания о конкретном человеке. Не из автобиографии, где отсутствуют мелочи, а из них-то и состоит жизнь. Мелочи, не совсем приятные для вас, вы их почти забыли, и вдруг кто-то незнакомый о них напоминает в пугающих подробностях, которые, по вашему твердому убеждению, никто знать не может. Когда вам их безжалостно выкладывают, поверьте, любой впадет в ступор, воля будет парализована и готово – делай с ним, что хочешь.
      
        Я вам отнюдь не наставление по подготовке разведчиков прочитал, хотя допускаю, что метод для вербовки подходит идеально. Но я, как видите, простой инженер, про разведчиков знаю только из книжек. Недавно студентом был. Как большинство из вас, подвиги совершал только в своем воображении, особенно после фильмов о суперменах. Грешен, раз не удержался, побывал в шкуре контрразведчика. Воспользовался этими самыми сведениями
      
        Как-то на 4 курсе случилось мне заехать домой на пару дней. Еще тянуло, старался завернуть при каждом удобном случае. Вышел с поезда уже в сумерках, а до поселка еще двадцать километров на автобусе.  Перед этим умаялся, конечно, в дороге и дремал на сидении. Автобус был полупустой, сзади расположились двое ребят, они, видно, давно не виделись, и один из них с какой-то циничной откровенностью пересказывал свою жизнь. Второй больше слушал.
      
       Меня клонило в сон. Старый ЛАЗ натужно ревел на подъемах и гремел передачами на спусках. В салоне стояла духота с запахом бензина и всех перевезенных за день пассажиров. За окном в полумраке проплывали легко узнаваемые дома и деревья. Тревожные, еще не забытые ощущения детства теснились в груди.
        Я не прислушивался к разговору сзади. Но тонкий самодовольный голос с повизгиванием, означавшим смех, в местах, где, по мнению рассказчика, он проявлял хитрость и расторопность,  царапал мозг.
       Этот оболтус  отслужил в Армии,  умудрился после каких-то курсов вернуться младшим лейтенантом. Устроился в пожарную часть, якобы  ни за что уволили: девок водил по ночам во время дежурств.  Жениться обещал, кому-то из них – обманул. Машину купил – «москвич» подержанный,  у родной тетки денег на это занял, с возвратом, не вернул. Зачем? Тетка ведь, не чужая. Сейчас работает в магазине. Снабженцем, дефицитом приторговывает.
    
        Это сейчас я детально рассказываю эту хвастливую чушь. А тогда вышел из автобуса и забыл, думал, навсегда,  мало ли чужой болтовни мимо ушей пролетает.
        Но говорю – домой тянуло. Сейчас не помню, когда звонил туда в последний раз, а в двадцать два года еще интересны события, что происходят с родными тебе людьми.
      
        Полгода не прошло, как я вечером спрыгнул с поезда на перрон родного города. Люди возвращались с работы, и я жадно всматривался в лица, уже с трудом узнавая знакомых.  На остановке ждал автобуса мой младший брат Сашка.  Он тоже ехал с работы домой.
        До сих пор экономлю на телеграммах о приезде.  Так встреча выглядит естественней.  Сашка быстро набросал мне хронику событий из недавнего минувшего, не опускаясь до сплетен из-за своей врожденной интеллигентности. Тут какой-то подошедший малый в шляпе начал громко изображать из себя общего знакомого и бывшего одноклассника брата, надолго лишив меня возможности вставить хоть слово. Он оказался почти соседом, с параллельной улицы.
      
          Небольшой жизненный опыт позволял мне еще любить все человечество, как в целом, так и поодиночке, и даже надеяться на взаимность.  Но инстинкты, привитые босоногим детством, заставляли с недоверием относиться к холеным самодовольным типам, которые одеваются в ателье и пахнут духами. Я считал, что люди жиреют либо от обжорства, либо от лени, а, скорее, и от того и другого. К тому же, вопреки общепринятому мнению, упитанные хлопцы, встречавшиеся в моей жизни, добродушием не отличались.  Как то, все больше - злопамятные и мстительные. Я невольно покосился на свою дешевую куртку, измятую в дороге.  А этот, кроме шляпы, носил на себе дорогой шуршащий плащ и лакированные туфли.  Ростом он был поменьше меня, но в объеме превосходил на пару размеров.
         
        Разумеется, он меня знал. Младшие всегда лучше знают старших, даже с соседних улиц.
        - Как дела?  И на каком курсе уже? -  попытался он изобразить заинтересованность.
        - Все своим чередом, – отвечаю я неопределенно.  Такие шикарные шляпы я видел только в голливудских фильмах.
         - А что, городские пацаны по-прежнему цепляются к поселковым, когда те вечером с девушками… на их территории ...? -  затронул я актуальную тему недавнего прошлого.
        - Зачем? Всегда можно договориться.  Закуривайте, угощаю. -  Тонкие сигаретки заманчиво выглядывали из золотистой пачки. Ему определенно нравилось быть хозяином положения.
        - Нет!  Только махорку, – сплюнул я на пыльный асфальт, среди моих приятелей не было любителей дамского курева, как, впрочем, и махорки.  Волнение от приезда в родные края еще не улетучилось. На языке вертелись вопросы к брату, но в присутствии постороннего проявлять любопытство было неудобно.  Ожидание автобуса начинало тяготить. Ничуть не обидевшись на мое молчание, подошедший парень переключился на Сашку  и с веселым цинизмом в голосе обсуждал общих знакомых. По всему выходило, что люди эти были сплошь никчемные.   
      
        В автобусе Витя Бабий, так Сашка представил нашего попутчика, уселся на сидение напротив и продолжил   болтать. Тема была одна: восхищение мира тем, как по закоулкам жизни легко скользит любимец судьбы -  Витя, изящно решая свои проблемы. Разумеется, сегодня он бы воспользовался такси, но  он так мало слышал о студенческой жизни.
        Хотелось бы знать, откуда берутся деньги на такую шикарную одежду.  Мне был доступен только один способ заработка, не считая стипендии, -  разгрузка вагонов на товарной станции по ночам. Покупка шляпы при этом по важности стояла на последнем месте среди прочей одежды.
      
         Шум мотора и покачивание автобуса убаюкивали. За окном стремительно чернело, и водитель включил внутреннее освещение.  Фасонистый тип напротив  раздражал своей вызывающей непохожестью на меня. На фоне усталых сонных лиц вокруг, он выглядел так, будто только что встал из-за праздничного стола.  Неужели  в глубине души я завидую его устроенности в этой жизни? Нервы у парня в порядке, вот и поправился.
         В глубине мозга вдруг пробудилась крошечная клетка и стала подавать слабые сигналы. Мысль в сознании еще не оформилась, но ощущения подсказывали:   это уже было. Шум мотора, сумерки за окном и главное – этот голос. Я впервые внимательно всмотрелся.  Нет, готов поклясться,  это лицо, с гладкой розоватой кожей и вежливым снисходительным выражением, за последние годы мне не встречалось.
      
        Бабий уловил мой взгляд. В сущности, своим бахвальством он хотел произвести впечатление и на меня.  У моих ровесников высшее образование в системе жизненных ценностей было не на первом месте, поэтому лишь два человека из Поселка, я – в том числе, учились в вузах, и  наверняка,  наши имена были на слуху.
        - Каким таким чередом? – любопытство его не было удовлетворено. – Ты ведь на каникулы к нам?
        Кивнуть головой и можно дальше дремать.  Тощая спортивная сумка, кроссовки, потертые джинсы исключали дальнейшие расспросы.
        -Да нет …. Проблемы. - Я устало откинулся на сидении. Приглушенный гул голосов в салоне, бледный свет будили неясные образы. Сколько нам ехать?  По-моему, минут двадцать. Случайная встреча. Завтра не вспомнишь. Нет, про этого типа я определенно что-то знаю. 
        - Какие каникулы! - Продолжаю я, как бы задумавшись. – Если бы! Тут не знаешь, как оно завтра все обернется.   
        - Ну да, у кого их нет, проблем, - Бабий после секундной паузы дипломатично поддержал разговор.
        - В той конторе, где я числюсь, отпуска не предусмотрены, отдыхаешь только в засадах, и то по очереди, – неожиданно для себя обозначил я тему своих суровых будней.
    
        Сашка   помалкивал. Не далее  десяти минут назад  речь шла о прозаических вещах, приправленных студенческим фольклором.
         - Вы, молодые люди, и представить себе не можете, что происходит вокруг. Вражеские агенты активизировались. Доверия нет никому.
         Витя не был идиотом, видел, что я валяю дурака, но, будучи человеком веселым и без комплексов, включился в игру.
         -  Понятно.  Шпионов, значит, ловишь. Занятие, вижу, не прибыльное. - Быстрый взгляд на мои старые кроссовки. - Ну а в Поселок-то зачем едешь? -
         - Послали, вот и приехал. Неделю назад. Задание такое -  ребята-москвичи просили помочь. Деталей не могу рассказывать, но вы вроде люди не чужие…. Помните, в лесочке мужика ножом пырнули  полгода назад? – Этот случай был на слуху еще в мой прошлый приезд.  Какая-то пьяная разборка. Я даже не помнил, чем там все закончилось. - Так вот, это был наш резидент. Устранили его.
         -  Резидент? Это у разведчиков? Ну, допустим. У нас такие резиденты после получки пачками по кустам валяются. В засадах отдыхают.  Ты-то тут причем?
         - Не гони. В прошлом месяце «Волгу» якобы угонщики разбили на трассе перед поселком. Должен знать. Их потом по лесу менты искали. -   Про эту машину мне сегодня успел рассказать брат при встрече. Для небольшого поселка случай был незаурядный и годился для кровавой разборки.
         - На явку они ехали, наши засаду организовали.  Жалко живыми никого взять не удалось, отстреливались до последнего патрона. Шифры уничтожили, последнюю пулю себе. Я постарался придать лицу скорбное выражение.
       
         Главное, я сам толком не понимал, зачем несу такую околесицу. Вроде, как кто-то рассказывает, а я со стороны слушаю и жду продолжения. Наверное, дальняя дорога сказывалась.
          Но из этого триллера надо было как-то выбираться. Эта шляпа уже откровенно потешалась надо мной.  Непрочную ткань вдохновенного вранья пора было подвесить на надежные крючки реальных фактов. Нейроны, недаром самые умные клетки в организме, наконец, с организовались и начали подключаться к разговору.
          -  В наш поселок они прорывались, здесь у них база и передатчик.  Ну и сообщники, конечно. Ребята вычислили.  Море недалеко, аэродром военный. В Пентагоне всех наших летчиков оттуда по именам знают.
          ……….?
           - Поэтому я здесь. Узнали, что я местный,  попросили помочь. 
           Послушайте, я уже три курса отучился в соседней области, приезжал домой десятки раз, часто с товарищами. Этот бред должен был позабавить любого нормального человека.
           А Витя, несомненно, считал себя таковым.   Пора было браться за эту личность всерьез. Он просто обязан задать следующий вопрос.
           Есть!
           -Ну и как помогать будешь?
           - Ты, наверное, слышал, что КГБ на каждого с рождения заводит дело. – В подобном тогда мало кто сомневался. – Так  что сейчас у меня чисто бумажная работа - проверяю личные дела всех жителей поселка, подозрительные папки   откладываю. Дальше не мое дело. Одежда, чтобы не выделяться, инструкции получаю на месте. Легенду не надо выдумывать – мол,  к родственникам в гости приехал.
           Я замолчал.  Бремя ответственности застыло на лице. Тысячи раз в детстве я ездил этим маршрутом, и тело угадывало каждый поворот автобуса.  Я почти угадал следующий вопрос.
          - И что, получается,  мое «Дело» там тоже есть?
          Он без труда заглотнул наживку. Теперь спешить не стоило.
          -  Невозможно помнить все дела. Их же тысячи. Черт знает,  что там напихано.    Соседи пишут доносы друг на друга. Читать противно.  Да и подписку я давал о неразглашении.
          - Ну, тогда понятно, - мимолетная настороженность испарилась, что-то вроде презрения в интонации уловил. – Тайна, значит. Видно, никогда не узнаем. Некачественно вас готовят, раз ничего не помнишь.
           Я посмотрел с укоризной.
           - Юноша, я никогда ничего не забываю.  Просто меня учили не запоминать  детали бесполезные для дела....  Разве только для тренировки памяти. Так, говоришь, тебя интересует твое досье?
            -Ну!  - Видно, как напрягся чуть. Но ухмылка еще присутствует.
           - Та-ак. Зовут тебя Бабий  Виктор.-
           - Это каждая собака знает.-
           - Верно! Помнится, « дело» твое проходило по категории офицеров запаса. Звание небольшое - младший лейтенант. Курсы какие-то.
           - И это я ни от кого не скрывал.   
           - Не скрывал!  А давай сейчас спросим в автобусе, где по твоему утверждению, тебя каждая собака знает, какое у тебя звание...?  То-то же!
            
           Я сидел, прикрыв глаза, слегка покачиваясь. Показалось, что в автобусе смолкли разговоры.  Неспешно складывались фразы:
           -Родился здесь. Учился в школе.   Кстати, хреново учился, учителей и товарищей часто обманывал, – предположил я. – Дальше – Армия,  это отдельная тема. Работа в пожарной части, откуда тебя выперли.  Выписка из приказа на этот счет имеется. Негативная... Да! Девочки на тебя жаловались. Начальству твоему. Света, вроде! Обманул ты ее, жениться обещал.
           - Светка написала! Не может быть, она мне никогда об этом не говорила. 
           -  Не говорила?  Ты это брось. Притон на работе кто устроил?  Женщинам нашего брата загубить - раз плюнуть. Особо, если справочку подсунуть от гинеколога или, предположим,   от венеролога.
           Может зря я углубился в эту область, не уверен ведь, да и любит он себя сверх меры, а потому бережется от случайностей.
            
          Ну, вот:  рожа вытянулась, губы скривились, запричитал. Гонору – как ни бывало. Даже сильно фантазировать не пришлось.  Пот из-под шляпы заструился. Так ведь жарко в автобусе.
А мы еще пару гадких подробностей из его давнего рассказа добавим, и как это вдруг всплыло - секунду назад не помнил.   О чем же ты, дружок, еще тогда трепался?
           - Кстати, тебя в милицию еще не вызывали?  Странно.  Медленно работают, значит. Твое дельце мы им передали, в числе прочих.  Где нарушения законности разные обнаружились. Инструкция на этот счет имеется. Непорядок. Жалоба твоей тетки там подшита. Деньги какие-то ты ей не отдаешь. Давно уже. Замучилась она ждать.
           - Да я же ей хоть завтра отдам. Вчера видел, даже не намекнула. - На Витю стало жалко смотреть, бессвязная речь прерывалась всхлипываниями. Рукавом плаща некультурно размазал сопли. Не бережет плащ. Да, государственные органы – действенная штука.
         
           - Да не переживай так. Госбезопасность ты не интересуешь. У нас дела поважнее твоих пакостей  будут.  А ты кто? -  Просто мелкий жулик.  На работе подворовываешь, там давно следят за тобой, компромат копят.  Тетке отдашь долг и – всех делов. Машина то хоть цела, что купил на ее деньги? Может, административкой отделаешься.  Только не вздумай болтать, где попало, что про документы знаешь. Не одобряют это в нашей конторе. Я-то уеду скоро, а тебе здесь жить.  Ну все, не мешай, отдохнуть надо.  Ночью работа предстоит.
         
           Какое-то время сидели молча. Брат осторожно выдохнул.  Он ничего не понял, такой развязки явно не ожидал, и опасливо косился то на меня, то на Бабия. 
           - Скажите, - голос жалобный, - а вы можете из милиции «дело» забрать?  Как-нибудь.  Я больше не буду.
           Я оскорбился  и поправил под мышкой несуществующую кобуру с оружием.
           -  Мы серьезная организация.  Как ты себе это представляешь?  Извините, мы передумали?  Он больше не будет! Да и не я принимал решение. А просить того сотрудника? Чего ради подставляться, карьеру себе портить.
Я был удовлетворен, приличия и усталость требовали прекратить издевательство. Но как в истинном детективе сюжет уже развивался по своим законам жанра.
      
          Собственное перевоплощение понемногу увлекло.  Я понятия не имел, как готовят на контрразведчика, а именно им я сейчас и был, поэтому вкратце пересказал книжку о боевой подготовке американских рейнджеров в джунглях: ну, там рукопашный бой, стрельба с обеих рук из любого вида оружия, выживание в необитаемой местности.
       
          Помнится, эта потрепанная книжонка без обложки валялась в общежитии, и была рассчитана на недоразвитых, но по части описания всяких мужских забав  вполне годилась.  Кредит доверия был на высоте, и я поведал о стрельбе навскидку:  главное тут - мышечная память тела. Поделился «совершенно секретной» информацией о методах тренировок.  Как стреляем из всех видов оружия до рези в глазах от порохового дыма: на свету и на звук в темноте…
    
           Дальше развивать тему не хотелось. Показались огни поселка. Не знаю, во всем ли верил мне земляк, но «папочка» с компроматом прочно засела в его мозгу. В ее существовании Витя не сомневался  и уже на правах Сашкиного друга просил о милосердии. Его пришибленный вид даже стал вызывать сочувствие. Казалось, даже края шляпы обвисли.
           - Насчет «личного дела»,  даже не проси. Поговорить могу, но аккуратно. Рекомендацию дать. От «них» просто так не отвяжешься. Сам должен понимать. Могут попросить об услуге. Тайной, естественно.
            -Да я, если надо…
            - Например, проследить за кем-нибудь. Поработаешь на государство на теткиной машине, и оно тебе все простит.  Надо договориться о пароле, чтобы знал, что это «свои», когда подойдут.  Какое-то простое предложение, известное только нам.  О чем вы дома обычно разговариваете?
           - С кем. С мамой?
            - С мамой, теткой, какая разница.
            - Ну, про еду в основном. - Похоже, Витин мозг парализовало.
            - Вот! К  примеру,  годится: - не продадите ли пару килограммов парной говядины?
            Отзыв:
            – Говядину съели, осталась свинина.  Для сельской местности подойдет.  Да и позывной агентурный тебе надо бы присвоить.
              Бойцы невидимого фронта преувеличивают трудности своей профессии.   Вербовка агентов не представляет особой сложности.
            
           Автобус уже заходил на остановочный круг. В голове вертелось «шляпа» - в качестве оперативной клички  и «я дам тебе парабеллум» - для завершения разговора. Но эта замечательная фраза уже была использована классиками литературы в похожей ситуации.
            Я разрешил при прощании пожать себе кончики пальцев.
           - Смотри пароль не перепутай. «Говядину съели» – это твое. Запасная связь через братишку. 
          Витя был растроган моим великодушием.  Новоиспеченный секретный агент бочком ускользнул в темноту.
            Мы с братом остались одни.
          - Я все понимаю, но откуда?..  – он с трудом подбирал слова.
          Я хлопнул его по плечу.
          – Не забивай себе голову.  Пойдем домой, слыхал, мне ночью еще засада предстоит.


Рецензии
На это произведение написаны 3 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.