Азбука жизни Глава 1 Часть 86 Выстрелила?!

Глава 1.86 Выстрелила?!

На экране ноутбука расцвела улыбка Франсуа.
—Викуль, расчёты на почте. Привет, красавица!

«Здравствуй, француз», — мысленно ответила я, глядя на его сияющее лицо. — Почему смеёшься?

— Впервые от тебя такое слышу, — произнёс он, не скрывая веселья. — Как в Петербурге? Не соскучилась в изоляции?

Я бросила взгляд на Надю, сидевшую с ним рядом в парижской гостиной. Всегда радовалась, если...

— В изоляции ты, подружка, была только на родах, — парировала Надежда своим бархатным, но неумолимо точным голосом.

— Права! Но я быстро оправилась, — отозвался Франсуа, и в его глазах мелькнула привычная нежность, когда он говорил о ней.

— Именно поэтому Николай тебя и сослал в Петергоф, — не унималась Надя, сверкнув глазами. Было видно, что эта лёгкая словесная дуэль доставляет им обоим удовольствие.

— Только она и там умудрялась исследованиями заниматься, — добавил он, и в его голосе прозвучала знакомая нота восхищения, которую я всегда ловила с внутренним, тихим торжеством.

Надя иронизировала напрасно. Я из парка почти не выходила, каждый день убеждая Вересова, что с ребёнком гулять под сенью вековых лип должна именно я, а не какая-то нянька. Хотя сегодня, с этим липким снегом и ветром, конечно, не погуляешь.
—Да, родная! — тепло отозвалась я, позволив себе на миг погрузиться в тёплую волну воспоминаний. — А я те прекрасные мгновения сегодня вспоминаю с огромным удовольствием.

Потом, поймав себя на этой слабости, резко перевела разговор на дело — так было безопаснее для души:
—Иностранцы много вопросов задавали? Зачем историю из сети стёрла? Сами же провоцировали.

— Это детки под влиянием Вересова. У меня на такое времени нет. — Я откинулась на спинку кресла, чувствуя приятную усталость от хорошо прожитого дня. — Сегодня звонила в Подмосковье Ромашовым, ребята там на удалёнке учатся. Спрашиваю Валька с Игорем, как им нравится такая учёба, а младший Воронцов вдруг заявляет, не моргнув глазом: «Я людей не люблю, поэтому чувствую себя прекрасно».

Со стороны Парижа донёсся новый взрыв смеха Франсуа. Он всегда смеялся легко, как ребёнок.

— Напрасно смеёшься, — сказала я, делая строгое лицо, хотя уголки губ сами потянулись вверх. — Ты же мои дневники читал. Знаешь, с чего всё начиналось.

— Но эти, Виктория, дальше пошли! — еле выговорил он, стараясь сдержать хохот. — И как ты выстрелила?!

«Выстрелила» — это было гениально и точно подмечено. Мой ход был действительно похож на изящный и неожиданный выстрел.

— Нет! — ответила я с наигранным возмущением, расширив глаза. — Я же не монстр. Я тут же, с места в карьер, позвонила старшему Воронцову и с неподдельным восторгом доложила об этой философской максиме его отпрыска. А тот... представь себе, промолчал!

Надя на экране хитро прищурилась, будто разглядывая сложную диаграмму.
—Догадываюсь, что ты ему сказала. О том, что промолчала и не сказала младшенькому. Оставила этот интересный тезис без педагогической оценки.

Франсуа перестал смеяться, его взгляд стал аналитическим, учёным:
—А зачем бы она звонила ему, родная?! Чтобы просто доложить? Нет...

— Не возражаю, Надежда! — рассмеялась я, видя, как в его голове складываются пазлы. — Наш француз уже соображает. До него доходит.

Он действительно сообразил. Я увидела, как его выражение лица сменилось с весёлого на ошеломлённо-восхищённое. Он оценил всю глубину манёвра.

— Догадываюсь, — медленно, растягивая слова, сказал он, — что ты сделала ещё один звонок. Самый важный. Где с фирменным викторианским юмором, между делом, напомнила о тридцатилетнем идиотизме разномастных нелюдей и их картонного «мирового правительства». И что новое поколение растёт, глядя на их «успехи».

Надя согласно кивнула, и в её глазах читалась гордость:
—Угадал, Франсуа. Смотри на её плутоватую улыбку — всё написано на лице. Она даже бровью не повела, а флеш-память всей их системе подчистила.

Всё, хватит откровенностей. Меня ждал массив данных от Франсуа, требовавший внимания, а внутреннее напряжение после этих звонков начало потихоньку спадать, сменяясь ясной, холодной готовностью к работе.

— Всё, хватит меня отвлекать, — сказала я, но уже без прежней игривости, собравшись с мыслями. — Ваши цифры не проанализируют себя сами, а у меня ещё тонна моделей в очереди.

— А мы скучаем! — почти хором сказали они, и в этой простой фразе прозвучала такая искренность, что на миг стало тепло и неуютно от этой теплоты.

— Мы тоже! — ответила я, уже смягчив тон, возвращаясь к деловому. — Переключайтесь на Вересова, он в кабинете у Дедули. Ждут вашего звонка. Уверена, им тоже не хватает вашей аналитики.

Целую. Обнимаю.

Отключив связь, я ещё секунду сидела в тишине, глядя на строки цифр в открытом файле. «Выстрелила», — повторила я про себя, и чувство глубокого, беззвучного удовлетворения наконец разлилось внутри. Да, выстрелила. Тихо, точно, без суеты. Как и должно быть. Теперь можно позволить себе главное — погрузиться в чистую, прекрасную логику чисел.