Промелькнувшая жизнь без любви...

     Павел Иванович позвонил, дверь открылась и он увидел Катеньку. Лёгкая седина на висках, глаза, излучающие тепло, всё та же стройность, а за ней двое мордашек, без экспертизы - его внуки. Каждый завиток в коротко подстриженных чубчиках, родинка у правой губы, глаза с лёгкой косинкой, которая прошла у него к пятнадцати годам. Матушка шутила по этому поводу:

     - Купеческая косинка, хитрость моего рода Ипатовых. Ни один ребёнок без неё не рождался. Так стало и с тобой, так будет и с твоими детьми и внуками. Увидишь, не сомневайся - твои отпрыски.

     Вручил букет Катеньке без лишних слов, поставил торт на тумбу в прихожей, присел на корточки, разглядывая мальчишек. Они тоже с любопытством разглядывали его, услышав от бабушки, что это их дедушка.

     - Познакомимся, добры молодцы? Меня зовут Павел Иванович и я действительно ваш дедушка, бабушка права.

     - Меня Александр Павлович зовут, или просто Сашка, а это мой брат, его зовут...

     - Я сам, я сам! Сергей Павлович меня зовут. Серёга. У нас папа Павел Александрович Соболев. А почему вы никогда не приходили к нам?

     - Ой, я забыл вам сказать! У нас скоро сестрёнка выродится у мамы из животика. Маленькая, малюсенькая совсем, и мама хочет назвать её Анной, давно такая бабушка здесь жила. Вы её тоже знали? - рассказал новости Сашка.

     - А может уже пора чай пить? Так вкусно торт пахнет! - произнёс Серёга, сморщив свой нос.

     - Сладкоежки вы мои славные, - произнесла Катенька. - Пойдёмте пить чай, Павел Иванович. За чаем и поговорим. Не будем внуков лишать удовольствия полакомиться вкусным. Вы угадали, это наш любимейший торт. Спасибо за розы. Мои самые любимые. Только сын и знает об этом.

     Светило солнце в окно кухни-столовой. День близился ко второй половине. Они молча смотрели на внуков. Позвонил сын, предупредив, что ему надо забежать на работу и только ближе к вечеру он сможет принести обещанный торт. Услышав о приходе гостя и узнав кто это, немного помолчав, произнёс:

     - Мам, завтра у отца юбилей, а врачи сказали, что скорее всего Светлана родит нашу Аннушку завтра. Мы обязательно его поздравим из роддома. Обнимай отца.

     И здесь права моя бабушка, - подумала Катенька, а вслух произнесла. - Привет вам от сына, Павел Иванович, и новость необыкновенная, завтра, в день вашего юбилея, родится внучка. Вот это и будет подарком от нас, Соболевых, на ваш юбилей.

     Павел Иванович ехал домой не торопясь, вспоминая удивительный день, каких у него не было со времён жизни в Мантурово. Щебетание внуков, молчание Катеньки. Они ни о чём не говорили, лишними были слова. Обо всём говорили взгляды. Не корила его Катенька, не высказывала упрёков. Казалось ему, что и не было этих долгих тридцати лет. Пришёл домой, где встретило его тепло родных сердец. Прощаясь, отпускали с миром. Сашка шепнул на ухо: - Приходи, скучать будем.

     Загнав машину в гараж, прошёл к себе в кабинет. Он уже несколько лет обитал там, не посещая супружеской спальни. Прилёг на осточертевший диван, спиной к двери, но уснуть не успел. Дверь открылась и вошла Наталья.

     - Куда это тебя, муженёк, носило на целый день? Ты меня за дуру не держи! Вчерашние розы не мне предназначались. Кого-то ты встретил на рынке. Пассию свою, ту, старую, которую папаша взашей погнал с департамента? - перешла она сразу на крик. - Завтра гостей будет полный дом, хочу, чтобы всё по-семейному было! Выбрось из головы...

     - Значит с увольнением Катеньки папаша твой расстарался. И о рождении ребёнка у неё вы знали? - прервал жену Павел Иванович.

     - Знали! Помнишь, папаша на месяц тебя в Краснодар в командировку отправил? Вот тогда твоя сучка и родила. Но она с бабкой никогда не беспокоила нас и я успокоилась. Одна у меня была соперница, и та, чокнутой дворянкой оказалась, не стала у ребёнка отца уводить, стерва порядочная...

     - Только ошиблась она, не было у меня сына с тобой, Наталья. Ты помнишь год, когда я решил этот дом построить на месте дачки твоего папаши? Мы тогда уже с десяток лет прожили. Как-то решил в выходной день всё осмотреть, прикинуть, но служебную машину вызывать не стал, водитель тоже отдохнуть имеет право. Вызвал такси, весёлый кавказец мне попался, всю дорогу до дачного посёлка байки про пассажиров рассказывал. Вспомнил про случай интересный, как он пьяную бабёнку вёз в этот же посёлок и как потом славно с ней ночку провёл. Не простая то ночь была, родила бабёнка пацана со слов таксиста и не сомневался бравый кавказец, что это его дитя. Он несколько лет за ней наблюдал. Если бы пацан на него был похож, может и признал его сыном, но не удался малец, уродился на мать похожим. Болтал, пока к даче не подъехали, замолк и лоб испариной покрылся. Не успел я выйти из машины, а он рванул, не взяв плату за проезд. Ничего не хочешь и ты мне рассказать? Теперь понятно тебе, на кого твои внуки похожи, чернявые джигиты. Хорошо хоть вы невестку не гнобили с папашей за чужой грех.

     - Так что же ты молчал столько лет? Теперь к ней, к Катьке, уйдёшь? Я столько всего наготовила, пропадёт всё, - заохала Наталья. - Надо сейчас же всех обзвонить, не до гостей. Что же теперь с нами со всеми будет. Ты же просто так не уйдёшь, делиться будешь, а жить потом на что? Моя пенсия мизерная. Мы привыкли на твою пенсию большую жить и дивиденды от твоих акций, они же в раздел не попадут по дурацкому контракту, составленному папашей. Он за своё боялся, а оно вон как вышло. Получается не по-людски как-то.

     - А разве мы с тобой по-людски жизнь нашу прожили. Обзвони всех! Завтра чтобы ни одной живой души в доме не было. С утра вызову своего адвоката, посидим, поразмышляем с ним. За дом не беспокойся, он тебе останется. Не привык я чужое брать, а земля под домом твоё приданное. Старые квартиры, в которых твои дети проживают мне тоже не нужны. Не хочу в чужом зле свою старость доживать. Про Катю от тебя, чтобы ни единого слова дурного не слышал! Нет у тебя права её оскорблять и судить. Заруби себе это на носу. А теперь спать хочу! Завтра, пока не позову, меня не беспокоить. Сама рассказывай детям причину развода, но не лги, проверю.

     Наталья ушла, пошатываясь, переваливаясь из стороны в сторону. Павел Иванович позвонил своему адвокату, ведущему все его дела. Обстоятельно ввёл его в курс дела. Тот пообещал к утру весь раздел имущества изложить на бумаге. Спросил в какой из квартир он сам желает остаться, а услышав ответ, предложил:

     - Ежели таково ваше решение, то вмиг всё разделю. Вы не поверите! Вчера целый день в ваших документах копался, всё по полочкам разложил. Самому странно было, к чему это всё  делаю. И есть у меня к вам предложение. Рядом с Садовым кольцом, на тихой улице, в добротном, ухоженном доме продаётся наследственная квартира со всем имуществом, дело мною ведётся. Наследники решили продать и поделить деньги. Второй этаж, квартира большая, даже ремонта не требуется, лишь капитальная уборка. Завтра же и посмотреть можно, ключи у меня. День будний, позвоню в одно агенство, пока мы с вами документы рассматриваем, они вмиг порядок наведут. Не пойму, почему так светло на моей душе стало, Павел Иванович! Рад за вас искренне!

     Рано утром, искупавшись под душем, переодевшись в новый костюм, Павел Иванович позвал Клавдию, но пришла Наталья, принеся чай в чайнике и кусок пирога.

     - Просил же не приходить! Но коль пришла, то давай попьём чайку с тобой, жёнушка, - сказал и крикнул Клавдии: - А подай-ка, Клашенька, ещё чашку для жены моей. Отведаем напоследок пирога и чайку с Натальей Игнатьевной. И себе захвати.
Клавдия принесла на подносе две чашки, поставила на стол поднос и трясущимися руками стала разливать чай. Лицо её покрылось мелкими каплями пота, хотя в кабинете было прохладно. Присев на краешек стула, она, как и Наталья, не спешила пригубить чай.

     Раздался звонок в прихожей. Клавдия кинулась открывать дверь. Наталья сидела побледневшая, прикрыв глаза. Адвокат пришёл не один, а с двумя молодыми людьми,  нотариусом и приставом. Клавдия в кабинет не вернулась. Павел Иванович, увидев её уходящей со двора с небольшим чемоданчиком, попросил пристава вернуть беглянку. Она упиралась, не желая возвращаться, а войдя в кабинет, бухнулась на колени.

     - Простите меня Христа ради, Павел Иванович, чай не я заваривала, а Игнатьевна. Бес меня попутал, промолчала. Не губите меня! Верой и правдой служила столько годков. Не губите!

     - А что здесь происходит? При  чём тут чай? Что с ним не так? Кто нам пояснит? - напирал с вопросами адвокат, принюхиваясь к чаю. - Это так вас решили поздравить с юбилеем, Павел Иванович? Вот так драма! Миндалём от чая разит. Не ожидал я такого от вас, Наталья Игнатьевна! Не ожидал!

     Наталья сидела окаменевшая. Пот градом скатывался по лицу. Неожиданно для всех Наталья схватила свою чашку чая, пытаясь выпить, но Павел Иванович выбил чашку из её рук со словами:

     - Совсем с ума сошла! Не погань наши прожитые годы! Пролетела наша жизнь без любви. Не вернуть эти годы, но можно достойно прожить оставшиеся. Неужто так детей боишься? Много чего тебе достанется. Продай этот дом, содержать его трудно и дорого. Купи себе квартиру, детям раздай сколько не жалко, и живи дальше.

     - Это вы моих слов про запах миндаля испугались, Наталья Игнатьевна? Не пахнет цианид миндалём, выдумка это. Или вы другое что в чай налили? - тихо спросил адвокат.

     Павел Иванович попросил всех забыть об инциденте. Сам под проточной водой промыл чашки. Клавдия принесла из кладовки пустую бутылочку из-под яда, спрятанную Натальей.

     До обеда управились со всеми документами. Клавдия в три больших чемодана укладывала вещи Павла Ивановича. Пристав помогал увязывать книги, папки из сейфа и грузил их в машину адвоката. Чемоданы погрузили в машину Павла Ивановича.

     Наталья, молча подписав все документы, ушла в спальню и не выходила. Когда всё было готово, увидели Клавдию, уходящую в соседний двор с небольшим чемоданом.

     Уже на Садовом кольце Павел Иванович вздохнул с облегчением. Новая квартира его оказалась рядом с домом Катеньки, окнами на её квартиру. Там с утра был наведён тщательный порядок, сотрудники агенства быстро развесили вещи в гардеробной, перенесли из машины папки и книги в кабинете и тихо удалились.

     Адвокат и пристав попрощались, поняв, как важно ему побыть одному. Он сел в удобное кресло в кабинете. Солнце освещало комнату тёплыми лучами. Вспомнил, что не оставил номер своего телефона Катеньке, а значит, и звонка ему не дождаться. Захотелось увидеть внуков, Катеньку. Быстро оделся и пошёл в соседний дом.
Позвонил. За дверью услышал радостные крики малышни. Красивый, бархатистый мужской голос успокаивал их. Дверь открылась и он увидел себя, в его тридцатилетнем возрасте.

     - С юбилеем, отец! Не знали куда звонить. Мы тебя увидели сейчас выходящим из соседнего дома. Там у тебя живут знакомые? - Павел говорил, а мальчишки стояли притихшие, каждый прижавшись к ноге отца.

     - Нет, сын, там теперь буду жить я с сегодняшнего дня. Вот так, на юбилей, кардинально поменял свою жизнь. Как Светлана? Почему ты дома?

     - Дочь родилась у меня, Анна Павловна. Сегодня я стал многодетным отцом.

     - Могу я вас пригласить в ресторан? Посидим, полакомимся. Всё-таки юбилей, - предложил сыну Павел Иванович.

     - Никакого ресторана! Стол накрыт, прошу! Отметим дома! - произнесла появившаяся в прихожей Катенька. - Что же вы держите Павла Ивановича в прихожей?

     Они сидели за большим столом, уставленным разными закусками. Тихо потрескивали дрова в камине. Лучи солнца, отражаясь в окнах его квартиры на втором этаже, освещали комнату в квартире Катеньки. Они слепили Павла Ивановича. Она это заметила и предложила:

     - Возможно, Павел Иванович, вы сядете рядом со мной? Так всегда бывает на закате. Утром лучи-шалуны отражаются от наших окон, слепя соседний дом, а вечером нам подмигивают окна соседнего дома.

     - А мы будем ходить к вам в гости? - спросил Сашка, нахмурив свой лобик.

     - Обязательно! Можем хоть сегодня! Мне только надо кое-что заказать, а то там нет ничего вкусного, - ответил Павел Иванович, улыбаясь. - Многое надо будет прикупить. Хотя, если честно, то я только кабинет и рассмотрел.

     - Так что мы сидим! Пошли быстрее и всё посмотрим! - поддержал брата Серёга.

     Квартира была больше по размеру и количеству комнат. Старинная мебель, камин с изразцами. Четыре спальни выходили окнами на тихую улицу. Павлу Ивановичу показалось, что он жил в этой квартире всегда.

     - Я знаю эту квартиру. Мы приходили в гости к знакомому профессору истории. Чудесный был человек. Жена у него была красивейшая и вся семья прекрасная. Что могло случится, почему они её продали? - удивилась Катенька.

     - Наследники решили продать и разделить деньги, - ответил Павел Иванович. - Пойдёмте на кухню, посмотрим и сделаем заказ.

     Но заказывать ничего не потребовалось. Холодильник был забит продуктами. Большой торт стоял в ожидании чаепития. Добрые руки друга адвоката всё предусмотрели.

     Пожалуй, это лучший юбилей в моей жизни, - подумал Павел Иванович, всматриваясь в родные лица. - Пусть самую малость, но проживу остаток жизни иначе. Звонят уже мои колокола.

Продолжение:

http://proza.ru/2020/04/26/1521

 


Рецензии
Всё хорошо, что хорошо оканчивается.
С уважением
Владимир

Владимир Врубель   23.04.2020 10:18     Заявить о нарушении
Семьдесят лет...До заката времени капелька, Владимир!
Зачем люди так живут? Зачем не ценят время?
И вот оно пришло, внеся сумбур и страх за дорогих людей...
Кто знал из нас? Мы жили расточая время...
С моим теплом,

Надежда Опескина   23.04.2020 10:32   Заявить о нарушении
Надежда, а если за восемьдесят, как некоторым? Лучше молчать.

Владимир Врубель   23.04.2020 21:04   Заявить о нарушении
В 2019 году отметили мужу, главе нашего семейство 80-летие.
Праздник у Чёрного моря, среди детей, внуков, правнуков и друзей.
В интернете, при наборе в поисковик Надежда Опескина, много фото нашей семьи.

Надежда Опескина   23.04.2020 21:38   Заявить о нарушении
Стихи и Проза России. Там есть альбомы:


Надежда Опескина   23.04.2020 21:45   Заявить о нарушении