Роза. Ода Женщине

     Это была необыкновенная роза, нежная и удивительная, меняющаяся, как рассвет и хрупкая, как тончайший китайский фарфор. Она просто и естественно заполняла пространство вокруг своим ароматом и своей красотой, соседствуя с другими розами. Её белоснежные и, как будто холодные лепестки, ближе к краям наполнялись лёгким алым стыдливым румянцем, а по самому краю неожиданно — яркой красной канвой, дерзко подчёркивающей её красоту. Так юная женщина дополняет свой макияж яркой помадой на губах, иногда, чтобы просто скрыть свою робость и неуверенность.
 
      Её прекрасные бутоны распускались на  довольно тонких стеблях с маленькими, но очень острыми редкими шипами, нужными для того, чтобы всё же защититься, если очень потребуется. 

      Поначалу небольшие, бутоны день ото дня крепчали, становились крупнее, и, доверчиво раскрываясь навстречу лучам дневного солнца, всё больше и больше румянились алым цветом.

      И даже срезанная с куста, роза продолжала жить особенной жизнью. В притенённой комнате она теряла свои яркие красные тона и становилась бледно-алой, почти белой, словно обнажаясь для зрителя. Но стоило перенести её в освещённую солнцем комнату, роза вновь ярко румянилась,  стыдливо пряча свою наготу.

     Это была необыкновенная женщина, свежая, как утренняя заря и прекрасная, как цветок, с нежной душой и глубокими глазами. Её каштановые волосы, схваченные на затылке хвостиком кверху, ниспадали фонтанчиком на тонкую шейку, словно лепестки розы. Её ушки не были знакомы с серёжками, а, не знавшее обильной косметики, лицо светилось естественной красотой.

      В коротких, выше щиколоток, облегающих брючках и белых кроссовках, по последней моде — на босу ногу, быстрая, и грациозная, она легко перемещалась по офису, отдавая распоряжения, беря необходимые приборы и инструменты и, даже находясь у своего рабочего места, казалось, заполняла собой офисное пространство, привнося в него гармонию и наполняя особым смыслом всё происходящее.

      Ей не нужны были шипы. Она жила естественно и без лишних тревог, просто и достойно, доверчиво открывшись миру, всецело отдаваясь работе, а в редкие часы досуга — любимым занятиям. Её муж источал силу и уверенность, и она была за ним, как за каменной стеной. Он мог быть жёсток с окружающими, а ей, её мягкой силе подчинялся, как телёнок, потому что  безгранично любил. Она заполняла собой его жизнь без остатка. Потеряй её, он потерял бы всё.

      Обычный, приземлённый уклад жизни внешнего мира с несовершенной действительностью существовал как будто отдельно, не вовлекая её в свой круговорот. Она жила своей отдельной жизнью, и наполняла своим особым смыслом окружающую действительность. Она творила действительность, и действительность подчинялась ей.

      Сегодня она проснулась рано. Легко порхнув с кровати, устремилась к окну, отдёрнула тяжёлые шторы, распахнула окно навстречу восходящему солнцу, его первым лучам, запрокинула голову назад, зажмурила глаза и потянулась вверх всем своим грациозным телом, легко угадывающимся сквозь ночную сорочку в ореоле солнечных лучей. Подняв высоко над головой сцепленные пальцами ладони и приподнявшись на цыпочки, глубоко вдохнула аромат утра и цветущей акации. Разжав пальцы, медленно развела руки широко в стороны, и, открыв глаза, плавно опустилась. Склонившись к розе на подоконнике, шепнула ей: «Доброе утро!» и нежно тронула лепестки. Потом подошла к спящему в кроватке малышу, слегка наклонилась над ним и расцвела.
                2018г.

     Фото автора


Рецензии