Непристойное предложение. 2-я часть

      Как известно, человеческая память ассоциативна, а главное, способна забывать невостребованную информацию. Действительно, череда монотонных рабоче-домашних будней уже на следующей неделе изрядно подтерли в «подкорке» текстовый «файл» беседы с Кориной в кабинете главврача. Откровенно говоря, желания повторно возвращаться к озвученным вопросам у меня не наблюдалось, а двухнедельное отсутствие взаимных коммуникаций, давало повод считать тему закрытой. 

      Посреди рабочего дня первой июньской пятницы мне позвонила Карина: «Лена, к Дню медика* в городской департамент на поощрение нужно подать формуляры представляемых, загляни ко мне после работы, сверим твои данные», добавив: «в любое удобное время, буду на месте допоздна». Перед уходом мы созвонились по местному телефону и сдав под охрану помещение аптеки, я направилась в соседний административный корпус больницы. Причина визита показалась мне надуманной, вряд ли в отделе кадров могли допустить ошибку в моем простеньком послужном списке, скорее это был предлог для личной встречи, дававшей мне шанс примерить на себя образ мисс Марпл**.

      Карина встретила меня на пороге пустой приемной и дружелюбно кивнув, жестом пригласила войти, заперев за мной металлическую входную дверь. На ней была одета белая блузка, заправленная в подпоясанную узким ремнем удлиненную черную юбку-карандаш с задним разрезом выше колена. Снизу экипировку завершали уравновешивающие пропорции силуэта тупоносые черные лакированные туфли на среднем каблуке. Внешний вид Карины, дополненный собранным на затылке пучком черных с проседью волос и, не смотря на жаркую погоду, выступавшими из-под подола юбки чулками или колготами телесного цвета, идеально соответствовал образу классной дамы элитарного женского колледжа викторианской эпохи. На таком элегантном фоне, я в простеньком хлопчатобумажном платье и открытых босоножках, смотрелась «воспитанницей сиротского приюта». Усадив меня за свой стол, Карина дала мне вычитать заполненный формуляр. Я бегло пробежала по нему глазами, и поставила подпись об ознакомлении.
 
      - «Как у тебя со временем, торопишься домой или куда-нибудь еще?» – спросила она, убирая со стола бумаги.

      - Может немного посидим, выпьем кофе, потреплемся, клятвенно обещаю не проводить никаких рекламных компаний.

      Не знаю, можно ли считать совпадение случайным, но в эту пятницу у мужа в клинике было суточное дежурство, никаких срочных дел не было, и перспектива вечернего домашнего одиночества в комплекте с интересом к персоне собеседницы сыграли решающую роль в моем согласии на предложение Карины.
   
      - «Давай пройдем в комнату отдыха, главврач сегодня не вернется, кондиционер починили, там будет удобнее моего предбанника», - сказала Карина, открыв дверь сбоку от входа в кабинет «главного». Комната отдыха имела продолговатую форму без окон, но с тремя дверями, в одну из которых мы вошли из прихожей, вторая, судя по расположению, видимо напрямую сообщалась с кабинетом, а на третьей висела поясняющая табличка «WC». Меблировка помещения была стандартная: холодильник, одежный и посудный шкафы, кухонные полки, кожаный диван, по противоположным сторонам журнального столика – пара мягких кресел. На одном из кресел громоздилась высокая стопка фолиантов художественных альбомов.
 
      - Пристраивайся в пустующее кресло, а второе я сейчас освобожу от накопившейся макулатуры.

      - «Наш главврач в обеденный перерыв не прочь взглянуть на живописные репродукции?», - задала я ироничный по смыслу вопрос, перекладывающей книги Карине.

      - В обеденный перерыв «наш главврач» синхронно с приемом пищи просматривает накладные, бухгалтерские счета, инструкции руководящих указаний и аналогичную «хрень», параллельно калькулируя в голове собственный баланс дебета с кредитом. Впрочем, хуже, что он теперь не смотрит «новые картинки» и поясняющий к ним текст в профессиональных изданиях, если вернется к врачебной практике вполне реален шанс попутать анальное и вагинальное отверстия. Последние слова фразы намекали на гинекологическую (по сертификату) специализацию «нашего главврача».
 
      - Впрочем, его возращение в практическую медицину маловероятно, а в плане секса это проблемы моей племянницы, исполняющей обязанности его супруги, касательно альбомов – они мои, угораздило в молодости получить художественное образование», - информативно исчерпывающе ответила усевшаяся в освободившееся кресло Карина, далее сделав резкий предметный переход.
   
      - Елена, поскольку мы затронули художественную проблематику, в прошлый раз не успела спросить, да и обстановка не располагала. Слышала от общей знакомой, что в молодости ты некоторое время подрабатывала натурщицей, как понимаю случалось позирование и в стиле «ню», можешь поделиться несекретными подробностями?

      Разговор принимал оборот, который я менее всего могла предположить, как предмет обсуждения, ссылка на необозначенную «старую знакомую» представляла очередную загадку, секрета из этого жизненного эпизода я никогда не делала, но и прилюдно особо не распространялась. В общих чертах рассказать, конечно, было незатруднительно, но напрягало подозрительное обилие у Карины моих интимных данных, тем не менее почти сразу я начала ответный комментарий.

      - Так это было сто лет назад, когда после декрета сидела в отпуске по уходу за ребенком, да и работала я внештатно, по договору совсем недолго, даже не знаю, что здесь может быть интересного, просто в начале 90-х мы жили рядом с корпусом художественного института, в окрестных зданиях было много художественных мастерских и студий, а я обычно гуляла с детской коляской в близлежащем парке. Время, наверное, помнишь какое было, у мужа в отраслевом НИИ копеечную зарплату месяцами задерживали, меня накануне «Ельцинской революции» угораздило «залететь», родители-пенсионеры, а трудовые накопления Родина реквизировала и расплатились ваучерами, сказав, что каждый стоит два автомобиля «Волга», живите граждане дальше ни в чем себе не отказывая. Короче говоря, «обнулили» по полной программе «государственного рэкета», требовалось выжить, как мамонтам в «ледниковый период», прежде всего для детей, перефразируя Сент-Экзюпери: «мы ответственны за тех, кого родили».
 
      - В соседнем подъезде снимала квартиру молодая женщина с ребенком, и мы часто вместе встречались на парковой детской площадке, как водится, среди мамочек, разговорились о «жизненных трудностях», а она работала в этом институте ассистентом на одной из кафедр «факультета скульптуры». Сообразно ее профессиональный оценке, тогдашнее сочетание в моем тридцатилетнем теле тонких длинных ног с узкой талией, крупной грудью и короткой стрижкой идеально соответствовало «модельным канонам», одним словом – кальке «девушки с веслом»***. Видимо она навела на работе справки и на одной из следующих встреч предложила мне контрактную вакансию натурщицы в мастерской ее «заведующего-профессора», оплата по тем временам вполне приличная, особых специфических навыков не требуется, график присутствия – согласовывается, помещение мастерской рядом с нашим домом, вот только позировать нужно преимущественно обнаженной. Впоследствии для меня такой приоритет стал понятным, специфика скульптуры - необходимость достоверной передачи человеческой фигуры в сложной динамической позе, может видела на Мамаевом кургане монумент «Родины-матери», хотя сама фигура сильно задрапирована, модель позировала скульптору обнаженной. Важным было что предложение исходило от знакомой, она сама, когда училась моделью подрабатывала, до этого на «детских колясочных прогулках» несколько раз с подобным предложением подваливали проходящие мужики, представлявшиеся «художниками», но они «отшивались» мной с ходу. Про начало вроде все, сам сеанс позирования в этой мастерской был трехчасовым с двумя краткими перерывами, только в дневное время, уходя обычно просила посидеть с ребятами маму, ссылалась якобы на почасовую подработку на «додекретном» служебном месте, для маленького заранее сцеживала молоко, оплату за сеанс даже сейчас помню - 20 долларов, в месяц набегало примерно на сотню, по-тогдашнему ежедневно растущему валютному курсу, получалось больше мужниной рублевой «полуэфимерной» месячной зарплаты.
 
      - Прошу прощения, в этом месте на секунду перебью. Обывательское восприятие наготы тождественно сексуальной доступности, а ты девушка фигуристая, спрос гарантирован, сомневаюсь, что твой «сексуальный послужной список» огранивается только супругом. Мужики в мастерской никогда не намекали насчет «траха» и, поскольку муж был в курсе, к голым показам не ревновал?

      - Нее-т! Натура, это святое, художественный процесс требует спокойной сосредоточенности, мозги и либидо развернуты совершенно в другую сторону. Для любовных утех можно выбрать более подходящее время, да и обстановка в мастерской к этому не располагает, даже воздух там какой-то специфический с примесью едкого амбре уайт-спирита, а с мужем, естественно, обговаривалось заранее, решение далось нелегко, но он врач для них режим «одеться – раздеться» тоже рабочий, плюс неблагоприятная финансовая ситуация. Оказаться в необычном виде на новом месте, ситуация сама по себе стрессовая, излишним нарциссизмом я не страдаю и свою внешность оцениваю весьма скромно. Накануне сбегала в парикмахерскую, а дома бритвой слегка подкорректировала отросший после родов волосяной покров промежности. Перед первым сеансом сильно нервничала, утром стоя под душем после прерывистого сна едва пришла в сбалансированное состояние, а когда снимала одежду вообще была как в бреду. Полностью раздевшись, накинула халат и чувствую, что выйти просто не смогу, побледнела, сердце колотилось так сильно, что казалось будто левая грудь подпрыгивает, в целом полнейший «ступор», тут Роза (ассистентка, на позирование меня сосватавшая) в раздевалку зашла, видно сразу все поняла, по щеке меня потрепала, сбросила халат и за руку вывела в студию. Как вошла в ярко освещенный зал сразу глазами в пол уперлась, потом голову приподняла, смотрю модель, видимо позировавшая раньше меня, стоит голая около подиума и непринужденно разговаривает с двумя мужчинами-скульпторами. Немного успокоилась, глубоко вздохнула, поднялась на подиум, меня поставили на колени, так три академических часа (с двумя пятиминутными перерывами) и простояла, ни почесаться, не шевельнуться. Довольно быстро стеснение сменила усталость, мышцы начали затекать, голова кружиться, стало не до эротических переживаний, только одно желание - скорее бы время сеанса закончилось, а скульптор все время напоминал, чтобы стояла смирно, смотря на меня как на «натюрморт», ничего чувственного. Постепенно приспосабливаешься, стыд исчезает, когда поза сложная, особенно стоя – быстрее устаешь, если более удобная, например, лежа или сидя, становилось скучно, время движется медленно, а мышцы от неподвижности тела в любом случае затекают, хотя неудобство от пребывания голой среди одетых, сохранялось у меня весь период позирования, после сеанса старалась сразу убежать в раздевалку.

      Обусловленное пересказом погружение в прожитое провоцировало эмоциональный дискомфорт. Взяв словесную паузу, я выпила минералки из предусмотрительно оставленной на журнальном столике бутылки и затем продолжила.
 
      - Около года так перекантовалась, большей частью в первоначальной скульптурной мастерской, несколько раз позировала в частной студии, там преимущественно среднего возраста жены «новых русских» и подобная им праздная публика, под руководством институтских «преподов», от домашней скуки занимались «изящными искусствами» - рисунком, живописью, лепкой, кстати, заработать там можно было гораздо больше, цену назначали сами модели, а «обучающиеся», обычно группа человек десять, между собой скидывались, как понимаю, суммы для них «некритичные», но в ответ и требования к натурщицам «выкатывали»: по возрасту, анатомии фигуры, оттенку кожи, даже отсутствию или наличию лобковых волос, словом, предварительный «кастинг». Плюс еще один субъективный нюанс: из-за дилетантизма тамошней публики, «преподам» приходилось непосредственно на модели показывать где, к примеру, у человека располагается подвздошная кость или находятся вертела бедра. При этом они могли указать на некоторые индивидуальные особенности натурщицы, например, ширину бедер, специфику формы молочных желез или поставить в малопристойную коленно-локтевую позу, как говорится, «кто платит тот и заказывает музыку». Если женщина эмоционально восприимчива и болезненно реагирует на упоминание недостатков собственного телосложения, ей не следует соглашаться на такие приватные учебные постановки.

      - «Согласна, одно дело оказаться голой в бане, где все такие, а вот обнажиться даже среди женщин, но, допустим в офисе, не каждая найдет в себе силу. Некоторые натурщицы считали личное самоутверждение приоритетным стимулом для начала позирования», - вторично вставила краткую реплику Карина, поощрительно кивнув.

      - «Немножко уточню про собственное восприятие. Первоначально основным «тормозом» позирования было наличие в студии мужчин, а потом заметила, что мужское отношение к обнаженной натурщице гораздо деликатнее, в отличие от художниц-дам, они не обсуждали (во всяком случае в присутствии модели) кажущиеся внешние анатомические недостатки. Вдобавок у каждого существуют личные предубеждения. Однажды персонально позировала лепившему женский торс скульптору, в мастерской было прохладно и мои набухшие соски «доек кормящей матери» заметно затвердели. Будучи не в курсе моего «периода лактации» он, видимо решив, что это мотивировано эротическим возбуждением, ехидно ухмыльнулся. В дальнейшем я с ним больше не работала», - дополнила я реплику Карины.
 
      - После конца полуторагодового отпуска, совпавшего с семейным переездом на теперешнее место жительства, устроилась в эту больницу, во многом из-за удобства расположения рядом с домом, так на двадцать лет здесь и задержалась, муж постепенно материально окреп, семейный бюджет стабилизировался, воспитание детей требовало времени, совмещать подработку стало проблематично, так я с позированием закончила. Правда в институтской картотеке натурщиков некоторое время оставались мои «модельные» данные и, примерно через год меня неожиданно пригласили на рекламную фотосъемку женского белья, после «скульптуры» позировать «манекеном» было легко как лузгать семечки, больше меркантильного привлекало попробовать новое, да и снимавшая сессию «фотографиня» по-человечески понравилась. В основном вроде все, только не понятно, что тебя конкретно интересовало.

      За весь временной отрезок моего монолога на лице сидевшей напротив Карины, в стиле манер консервативно воспитанных леди, не отображалось никаких эмоций.

      - Крайне благодарна за подробный рассказ, уточняющие вопросы, с твоего разрешения, задам позже, многое личного напомнило, у меня, когда жила в Ереване была похожая «эмоциональная завязка», познавательно сравнить полученные ощущения, извини, я минут на пять отлучусь в кабинет шефа, нужно сделать междугородний звонок, ты пока располагайся поудобнее, эмблема на торцевой двери, надеюсь понятна, перекус в холодильнике, напитки в баре, присмотрись пока к их ассортименту, а когда вернусь отсервируем столик.

      Апрель 2020

*День медицинского работника (День медика) — отмечается в РФ в третье воскресенье июня.
**Мисс Марпл (Miss Marple) - персонаж детективных романов Агаты Кристи (Agatha Clarissa).
***«Девушка с веслом» - культовая советская парковая скульптура Ивана Шадра и Ромуальда Иодко. 


Рецензии