Мясо из коровы

            У Трофимки на параде Победы деньги из трусов вытащили. Когда он из деревни своей в столицу приехал. Мясо продавать. Из коровы. Продал…   
            Потом полиция вызывалась. Протокол, понятые. Трусы проверили, засвидетельствовали, а в конце заключение дали:
          — Всё в порядке. Подтверждаем. Денег нет, — и уехали...      
            А один старый фронтовик Трофимке так сказал:
         — Наплюй и разотри. В войну и не такое терпели, не до трусов было, не до жиру, — и ушёл. В бессмертный полк собираться. К двум пополудни...
         Да женщина в платочке. Смириться предлагала. Будто бы так утраты легче переносятся. Денежные.
          — Поплачь, сынок. И покорись своей судьбе, авось полегчает. И молись... на коленях... на образа, — сказала да в церковь пошла. Свечки поставить…
          А кто-то сказал, что все мы на этом свете лишь проездом. И что всё ещё впереди. И что надо просто подождать. Терпения поднабраться. А уж потом...
          В общем, много чего сказали, много чего посоветовали. Разного. Стихи писать, прозу, на Тибет. Карты раскинуть. Паломником... Подали немного. На проезд до дому...
          А потом мероприятие с танками закончилось, и все потихоньку разошлись. Кто куда...
          Весь путь назад Трофимка проплакал. Безо всяких советов. Не удержался, не вытерпел. Ведь на мясо из коровы его семья надеялась продержаться ещё несколько месяцев. И что делать теперь, было совершенно непонятно...    
          А в деревне каждый про парад спрашивал. Как да что? И правда ли? Про пушки, про танки. Про Красную площадь. Видел ли Путина? Мао Цзэдуна? Удивлялись, восхищались…
           В общем, посидели. Потолковали. Выпили. За жизнь, за парад, за людей. За всё. Поплакали.  Стих про бессмертный полк прочитали. Слава Богу…
           А утром позвонили Трофимке. Из Москвы. Сказали, что деньги нашлись. Он их в бухгалтерии забыл. На рынке.
           Вот радости-то было…