Агу!

Григорий Петрович любил проснуться на заре и подойти к окну. Он приближался к нему с затаённым любопытством и осторожно, дабы не разбудить сладко почивающую супругу, выглядывал за толстую, едва пропускающую свет кремового цвета штору и радовался нежно-розовому шоу над горизонтом и первым долгожданным солнечным лучам. А потом наблюдал, как они настойчиво и напористо захватывают небо и землю.

Вот и в это августовское утро Григорий Петрович пробудился на рассвете.

Он потихоньку, согласно заведённому ритуалу, проследовал по привычному давно проложенному маршруту, легонько беззвучно отодвинул краешек шторы и занялся экстатическим созерцанием небосвода и любованием радующейся рассвету растительности во дворе. Растительность, надо сказать, на сей раз тонула в белом молоке густого тумана. Григорий Петрович восхитился картиной и почти крадучись отправился в ванную.

Он бесшумно прикрыл за собой дверь спальни, вышел в коридор и сразу увидел непорядок – дверь в комнату дочери была приотворена. Из-за неё раздавались негромкий храп зятя и лёгкое посапывание дочки.

Всепонимающий Григорий Петрович, будучи хорошо вышколенным ранним жаворонком, вечно пребывающим в окружении махровых заспанных сов, стараясь не нарушать тишины, закрыл до конца дверь в спальню, дабы никого не потревожить – «дети» приехали вчера в отпуск, да ещё и с малолетним ребёнком – внуком Витюшей, точной копией своего деда. «Пусть отсыпаются», – заботливо подумал Григорий Петрович и пошёл себе по намеченному пути умываться в ванную.

Но тут опять его чуткое ухо уловило посторонние звуки, доносившиеся из другой комнаты. Дверь в неё никогда не закрывалась, и в комнате никого не было. По идее. Но оттуда слышался чужой женский голос, да не простой, а довольно громкий. Говорившая буквально ворковала – сильным, высоким, полным любви и ласки тоном. Григорий Петрович подумал было, что гостья как-то незаметно для него ещё вечером препожаловала к детям, да так и осталась на ночь. Но он даже представить себе не мог, кто вдруг появился у него дома.

Заинтригованный хозяин прошёл по коридору и заглянул в комнату, всего лишь заглянул, ибо был в пижаме, не ожидая встретить кого-либо неизвестного в своей квартире в столь ранний час.

Увиденное заставило его остолбенеть.

На диване с планшетом в ручонках сидел его почти полуторагодовалый внук Витюша, улыбался во весь рот, смеялся и лопотал в ответ изображению своей бабушки Лилии Сергеевны, матери дочкиного мужа, жившей в другом городе. А её светящееся изображение соловьём пело с экрана:

– Солнышко! Мальчик мой!

Мальчик безотрывно смотрел в гаджет и нечленораздельно, но восторженно тянул в ответ на высоких тонких нотах:

– Ы-ы-ы!

А бабушка умильным тоном сказительницы зазывно и интересно вещала:

– Позвал дед бабку.
Бабка – за дедку,
Дедка – за репку.
Тянут-потянут,
Вытянуть не могут!

Витюша прокомментировал действо словом «ба-ба!» и с широко раскрытыми глазами буквально растворился в ожидании развития событий.

Лилия Сергеевна кивнула головой, сделала большую многообещающую актёрскую паузу и продолжила:

– Никак репка не вытягивается. Что тут делать?

Позвала бабка внучку.

Внучка – за бабку,
Бабка – за дедку,
Дедка – за репку.
Тянут-потянут,
Вытянуть не могут!

Лилия Сергеевна звонко прихлопнула в ладоши и изобразила на лице досаду. Заинтригованный Витюша попытался помочь нелёгкой коллективной манипуляции хотя бы словом и сказал «внучка», но получилось у него только «нусь-ка», что не помешало продолжению театрального представления.

Сказительница снова повременила, наслаждаясь эффектом, и опять взялась за своё интригующее повествование:

– Как тут быть? Позвала внучка Жучку!

Лилия Сергеевна в предполагаемом отчаянии огорчённо покачала головой и стала перечислять дальнейшие действия, обстоятельно пересказывая сюжетную линию и демонстрируя то, как крепко держится Жучка за внучку, а вся спаянная дружная цепочка – за упрямо сидящую в земле неподатливую репку.

Увлечённый перипетиями сюжета Витюша опять вклинился в ткань повествования, с большим энтузиазмом сказав «аф-аф!». Видно было, что конфликт произведения основательно его захватил и он всеми силами стремится принять посильное участие.

А бабушка продолжала приобщать внука к фольклорным традициям:

– Позвала Жучка кошку.

Лилия Сергеевна украсила сообщение  вкрадчиво-мягким движением обеих ладоней, изображая кошачьи лапки.

Григория Петровича тоже увлекла фабула, но больше ему нравилась сама картина. Он откровенно любовался внуком, не отрывавшим глаз от экрана.

А Лилия Сергеевна, не останавливаясь в своём повествовании, победно перечислила всех участников и вскоре дошла до логического широко известного конца:

– Тянут-потянут
И вытянули репку!

В голосе Лилии Сергеевны зазвучал триумф и заискрился фейерверк. Её лучистые глаза в обрамлении россыпи морщинок светились от счастья.

Витюша, довольно улыбаясь во все свои необъятные щёки, вторя бабушке и помогая ей в актёрском труде, коротко прокомментировал:

– Ба-ба!

При этом от полноты чувств широко растопыренной пятернёй он неуклюже схватил за хвост вольготно развалившуюся у его ног рыжую кошку, до сих пор делавшую вид, что спит, и в событиях активного участия не принимавшую. От неожиданности бедная кошка пронзительно взвизгнула и вскочила.

Резкий чужеродный звук отвлёк и разбудил участников спектакля, и Лилия Сергеевна заметила присутствие Григория Петровича.

– Доброе утро! – засмеялась она с экрана. – А мы тут сказки рассказываем!

– Здрасьте! – откликнулся Григорий Петрович, заглядывая в планшет и стараясь показать только своё лицо и скрыть пижаму.

Он взглянул на Витюшу и покачал головой:

– Это получается, что он проснулся,  дверь сам открыл, сюда пришёл и всё настроил! Как же он ноутбук-то включил? Он даже разговаривать ещё толком не умеет!

На что Витюша радостно откликнулся хорошо отработанным словом:

– Агу!

Лилия Сергеевна заулыбалась и гордо пояснила:

– А он все гаджеты включать умеет! И камеру тоже. Он мне всегда утром по скайпу звонит, пока родители спят. Мы с ним сказки рассказываем.

– Да-да! – коротко, отрывисто и радостно поприветствовал Витюша дедушку на своём языке.

– Вот те раз! – восхитился Григорий Петрович.

Действительно, словарный запас внука был невелик и включал в себя несколько осмысленных открытых слогов вроде «ма-ма», «па-па», «ба-ба», «да-да» (под чем подразумевался непосредственно Григорий Петрович).

– Да-да! – повторил Витюша, обращаясь к деду и глядя на него во все свои ясные голубые глаза.

– Ты мой золотой! – умилился Григорий Петрович и с гордостью чмокнул внука в льняную светлую макушку.


«Арт-галерея» (Рига, 2020.)


Рецензии
Да, Светлана, детки нынче продвинутые. Даже удивляешься, как быстро они учатся разбираться в гаджетах. Зачастую лучше взрослых. А сценка у Вас получилась милая и тёплая. А как внуки умиляют дедушек и бабушек, знаю по своему опыту.
С теплом и улыбкой, Ирина

Ирина Борунова-Кукушкина   09.02.2021 19:59     Заявить о нарушении
Да, Вы правы, Ирина!
Буквально на днях рассказали, что ребёнку (7 класс) дали задание снять мюзикл. Урок музыки. Учится он удалённо.
Никто ничему подобному не учил.
То есть, наверное, предполагается, что необходимые навыки у детей уже есть.

Всего Вам самого доброго!

Светлана Данилина   09.02.2021 23:40   Заявить о нарушении
На это произведение написано 17 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.