13-15. Итоги очередного дня рождения

Я - Толику 02.01.19.

Здравствуй! Я очень хорошо понимаю, как тебе трудно сейчас. Но маме твоей сейчас легко, и это должно тебя утешать. Контакт с ней у тебя останется, она будет твоим ангелом-хранителем и помощником даже в большей степени, чем была при жизни. После 40 дня тебе станет легче, поверь! Страшна не смерть, а наш страх перед потерей, страх перемен, страх ухода и мучений... Я в этом состоянии прожила почти год- страшное было время... Не знаю, стоит ли что-то к этому добавить, нужны ли формальные соболезнования или поздравления с Новым годом - я всего этого не люблю и стесняюсь пустословия, просто знай, что я с тобой рядом, переживаю и понимаю тебя.

Я очень рада твоему письму, потому что думала, что нашей переписке уже конец. Думала, что пропаганда СМИ в Молдавии свое дело сделала: Россия сейчас всем - враг, и мы даже привыкли к этой русофобии, отчего ко всем относимся насторожено. Может, не все - про всех я не знаю, но я совсем закрылась от тех на сайте, кто не из России, и очень сильно переживаю за то, что происходит в мире, воспринимая  как несправедливость, подлость, неблагодарность и  предательство. Причем, к поведению граждан из Запада или к поведению наших эмигрантов отношусь спокойно: ничего другого от них и не ждали, а вот лицам  из СНГ и из бывшего соцлагеря отношусь странно: предавший соотечественник  для меня хуже врага, я не могу простить им русофобии, даже понимая, что поэты далеки от политики. А я не могу быть далека, не умею. Впрочем, понимаю свою дурость: страны - это не отдельные люди, все гораздо сложнее, все мы разные, да и я не знаю, как там сейчас на самом деле. Мне очень хотелось бы откровенного рассказа от очевидца о том,  как вы живете (в Украине, Белоруссии, Молдавии), что чувствуете, что слышите о нас по СМИ, за что и насколько нас ненавидите, где в СМИ правда, а где ложь... Но никто из моих знакомых по сайту не напишет, по самым разным причинам...А может, и не надо - легче не станет.

Я дура, да? Россия ведь тоже разная, кто-то - патриот, кто-то - предатель и злослов, но я люблю эту землю (не просто свой Северо-Запад), а всю большую Россию, весь бывший СССР, и очень хочу, чтобы нас за рубежом оставили в покое, дали нормально работать, пока нам дан такой президент, в которого верю и хочу им гордиться. С ужасом думаю о том времени, когда президент должен будет переизбираться - второй раз нам так не повезет, опять какая-нибудь сволочь или предатель на вершину власти выскочит... Раньше я считала себя очень терпимой, а сейчас хочу закрыться "в домик" и не доверяю именно славянам, свои корни предающим, именно потому, что это свои корни... Боюсь войны, которая идет к нам с Украины. Нашего бессилия - не можем мы в своих братьев по крови бить, но и укротить этих сволочей-братьев тоже не можем, и это - неразрешимо. Как найти силы все это пережить, как пройти по узкому переходу в новый исторический мир, не потеряв себя, не опозорив и не поддавшись на провокации? Я не знаю. И я восхищаюсь политиками и дипломатами, которые это могут. Путиным восхищаюсь - храни его Господь!

А теперь о себе. Стихи не бросила, долгое время не писала, а с этого лета опять стало получаться, не скажу, что гениально, но душу изливаю, и это меня лечит. Издала три толстых книжки своих стихов малым тиражом. Получилось очень дорого, но все равно куда выгоднее, чем платить почти те же деньги за  пять стихов в сборниках "Поэт года" нашего Литклуба - обдираловка это страшная. А книги их все равно кроме самих авторов не читают - очень слабые стихи там, многие из них я даже на конкурсах своих в шорт-лист не включила бы! Видимо Литклубу нужно кушать, кто платит за страницы, тот для них и поэт. Взяли меня в "Антологию русской поэзии" (все жду, когда она будет готова!)- я аж плакала от умиления - неужто оценили? Думала там приличная компания мастеров - победителей конкурсов... Увы. Запредельные цены большинство авторов от участия отвадили, а те, кто там будет издан... увы и ах... Впрочем, не мне судить, я тоже не поэт, но почему -то поверила сдуру, что мои стихи профессионалы оценили, а не просто меня потребили...

Так вот, плюнув на все другие нужды, я впервые  издала в СПб три свои книжки стихов  малым тиражом, половину их раздарила, вторая половина лежит дома - дарить больше некому. Нет таких друзей, кто будет стихи читать. Я как тот Шарик из Простоквашино, который зверей наснимал, а теперь должен еще и бегать, чтоб "фотографию вручить". Всем некогда читать, у всех свои дела. А раздать тем, кто будет страдать, куда мой подарок положить (в доме книги не держат нынче...) мне не хочется. Я и сама сейчас не читаю бумажных книг- зрение падает. Слушаю аудиокниги и смотрю фильмы по интернету или ТВ. Нахожу там то, что стоит... А книги... У нас дома 16 книжных секций от пола до потолка до сих пор стоят (хотя места для внуков нет), надо бы как-то избавляться от них, но выбрасывать - рука не поднимается. В библиотеку ношу на полочку ("бери даром"), но и там тоже не особо нужно. Такая жизнь. Дети читают новые книжки - хорошо изданные, не чета пожелтевшим советским томикам... И совсем другие книжки. А больше в интернете играют...

Из друзей сайта, с которыми я начинала, почти никого не осталось. Кто умер, кто житель украины (не рискую общаться), кто из виду пропал. Есть новые знакомые, но дружбы нет - я сама никому не открываюсь. Ты вот "воскрес" - и это радость!
 
Здоровье хреновое (об это не хочется), внучок не радует школьными успехами и вообще дурно воспитан (моя вина). Мыслей много в голове, только изложить их путно нет ни времени, ни умения...

Мне кажется, что у тебя межпозвонковая грыжа - нельзя тебе тяжестей поднимать , плюс нервные стрессы. Операция тебе не поможет, а упражнения постепенно могут... Я сама с позвоночником маюсь. Смешно, но мне помогает при острой боли рассасывание полтаблетки пенталгина (под язык). Как только язык онемеет, выплевываю (микродоза!) таблетку, а боль купируется. Попробуй. Иногда простой способ оказывается действеннее, чем сильные препараты. Я верю, что ты выстоишь, у тебя все будет хорошо. Я этого очень тебе желаю. Если мое письмо тебя не испугало, еще напишу. Если что не так - извиняй. С Новым годом! Но, пожалуйста, пиши...

Наталия - мне, 18.01.19.

Мне отчего-то подумалось: вдруг у тебя сегодня День рождения, - я решила тебя поздравить - на всякий случай, хуже ведь не будет - правда? - даже если я и не в тот день поздравляю... От всей души поздравляю тебя и желаю здоровья, семейного счастья, душевного света тебе и твоим близким! Помощи Божией во всех добрых делах! Спасения души! Посылаю тебе фотографию солнечного луча, - я на днях сфотографировала. С теплом! Наташа.

Мне повезло родиться в Богоявленский Сочельник и еще - в день начала снятия блокады Ленинграда: оба события для меня особо значимы. Настроение плохое,  дни рождения - это не моя радость, но хочу поделиться с тобой чудом Богоявления. Я в этот день (поскольку он совпал с моим ДР) всегда стараюсь сходить в храм, причаститься, а заодно и крещенской воды взять. С первой частью понятно - тем более, что 18-го и толп народа особых нет, и песнопения крещенские люблю, а со второй- хуже. У нашей Чесмы баки с водой ввиду малости храма обычно стоят на улице, их закачивают где-то вечером, а первое Водосвятие после службы 18 января - с 19-00. Обычно, пока я в храме, народ вместо службы уже с 17-00 толпится на улице - очередь занимает! Потом происходит Водосвятие с опусканием креста и раздача воды. В сочельник народу не очень много, а 19-го очень, и тоже раздача воды начинается по завершению Литургии и Водоосвящения - на улице, на морозе. Как только баки опустеют, мы ждем пока их снова заполнят (где-то минут сорок), и снова - опускание креста с молитвой и новая порция раздачи воды очереди. Помню годы, когда я весь день на это тратила, промерзала"вусмерть", поскольку принципиально сначала шла в храм и заранее очередь не занимала. Можно, конечно, было и в другие храмы поехать, где бак стоит в помещении, но тут ключевое слово "ехать". И вообще я, как кошка, к месту привыкаю, мне в чужом храме неуютно. Так было раньше, а потом года три подряд я перестала за крещенской водой ломиться - каждую субботу у нас ее освещают  в храме - не крещенская, но все равно освященная. Не в воде Бог, а всюду. В сердце. Водичка крещенская мне не доставалась.

А вчера, 18-го, я пришла на Литургию к 10, исповедалась как положено, с подготовкой, не наспех. Стою и ничего не понимаю - служба какая-та странная. Иереи не на своих местах находятся, а в середине храма. Оказывается, это были Часы. Причастилась, гляжу народ уже с бутылями находится в храме. Зачем, думаю? Сочельник начинается с вечерней службы, какой смысл с утра с бутылками идти в Храм? Выхожу из храма - на улице толпа, очередь. Иерей совершил Водосвятие и началась  раздача воды (это в 13-00 18 января?) Может, я страну попутала или мир с ума сошел?  Спросила свечницу, когда можно еще с посудой подойти, то есть  будут ли еще закачивать  и святить воду до начала Всенощной? Говорит, в любое время приходи... ???? Я ничего не поняла, пошла домой, пообедала, взяла посуду для воды, оделась потеплей (в очереди же стоять) и где-то к 15-00 снова подошла к храму. А очереди нет, воду все время качают и разливают, бери и иди! )))

Что-то в мире меняется. Жить стало проще, вероятно, так жить удобнее, правильнее - когда хочу, тогда и объявляю воды Крещенскими, наверное, все это разумно, по современному, но я хоть и не очень упертая на христианском богословии, все же ценю в нашей РПЦ именно ее упертость в соблюдении догматов, а не удобств, а тут три года прошло всего, а все так изменилось...

И еще: я не считаю правильным визг прихожан по поводу отсутствия платка на голове или брюк у женщины в храме (хотя сама, уважая обычаи, стараюсь их не нарушать), но не могу понять, почему в нашей Чесме все матушки (жены священников), по крайней мере трое из пятерых  тех, кого в лицо знаю) всегда находятся в храме без платка? ВСЕГДА. Есть какое-то правило для них, которого я не знаю? Мне кажется, что именно матушки (чтобы они там не считали) должны показывать пример соблюдения обычая. Других не надо критиковать, но жена священника не должна быть вызовом традиции. Или я чего-то не знаю? Меня давно этот вопрос  мучает, хотя ни разу вслух никого спрашивала - и так часто языком себе разные проблемы создаю, не хватает еще и в храме "прославиться"... Понимаю, что не суди, понимаю, что сама грешная... Но каждый раз  моя Чесма меня чем-то удивляет... То ли я чего не понимаю, то ли храм этот - не мой, но в этот я хотя бы 14 лет постоянно хожу, мне там все привычно и от дома близко, а менять храм - это  тратить время на дорогу, и деньги на проезду, и нервы на долгое привыкание... Да и надо ли? Я разве к клирикам в храм хожу? Нет, к Богу. А Он меня везде узрит.

Еще странность... Почему у меня всегда после причастия и исповеди - срыв? Как только приду домой из храма, обязательно снова сорвусь - поведением с ближними, языком своим поганым, эмоцией, истерикой на ровном месте... Кому я служу? Страшно подумать... Почему я такая неуживчивая? Умом понимаю - хороший у меня зять, но постоянное (вот уже шесть лет) присутствие в доме чужого мне человека, напрягает меня неимоверно, и чем дальше, тем больше. В детстве я жила в коммуналке, а потом оказались в отдельной квартире, и это сделало меня эгоисткой. Нетерпимой к присутствию чужого человека (пусть сто раз положительного, пусть отца моей внучки), но для меня все равно  чужого - гостя, а я гостей терплю полдня, а потом мне всегда хочется теплого прощания...

Как можно жить безгрешной,  не знаю. Все время вижу в себе столько неправильного, не только вижу, но и выплескиваю его на других, и очень страдаю от этого. По большому счету исповедь не приносит мне облегчения, как об этом многие говорят. И редкие встречи с друзьями молодости тоже оставляют тяжелое чувство. Во мне слишком много претензий, мы все каждый по своему уперты на своем, разном, все хотим учить и советовать  как жить, и не умеем слушать и слышать. Я тоже не умею. И это мне очень тяжело.

12.01.19. Никола - мне

Со мной была проделана очень дорогостоящая операция по квоте но неудачная был инфаркт но я пока жив бог вмешался

13.01.19. Я - Николе

Как я понимаю, ты уже дома, если пользуешься Контактом... Все время думала о тебе, спасибо, что написал. Оптимизма надо бы, добрых, обнадеживающих слов, веры... Так мало этого во мне, друзья (а друзья ли - просто попутчики) все так постарели, у каждого и свое горе, и свои... тараканы в голове... У меня опускаются руки, сама живу не так как мечталось, ничего не осуществила, ничего по-настоящему нужного для мира в своей жизни не сделала. Вот и тебе не умею помочь, только сострадаю и надеюсь на чудо. То, что в мире - не самое правильное, мир несется в какую-то пропасть... Может, я просто старая, оттого такие страшные мысли?

Коля, молись за Ирину: что бы ты ни говорил (к счастью - редко и сдержанно), она тебя не бросила, дала дом, видимость семьи (а может, и не видимость), дала уход и поддержку, которую судя по всему не дали тебе те, кто должны были - твои законные супруги и родные дети. Молись за нее, обязательно скажи ей добрые слова благодарности и понимания, Бог будет на твоей стороне и Ирине это важно слышать (кстати - твоя жена Ирина, я не путаю имя?) Думаю, что она тебя любила и сейчас любит, и это твое главное утешение. Мне очень хочется, чтобы ты выкарабкался, хотя даже в добром твоем здравии мы как-то странно разговаривали - почти никак... Я этого никак понять не могу, потому что самой мне всегда важно было выговориться - это меня лечило и спасало.

У меня тоже сейчас много проблем, но зачем их мне на тебя вешать. Борись. Молись. И благодари Ирину - твоего ангела-хранителя, которого ты мало ценишь, мне кажется. Будут силы - пиши. Болею за тебя душой. И это все, что могу сделать, к сожалению.

18.01.19. Никола -мне
 
Ангела Хранителя!

Я -Николе
 
Спасибо, Коля! Это как раз то, что нужно сейчас и мне, и тебе, и всем, кто понимает, о чем я...


20.01.19. Все время понуждаю себя записать новости, точнее, впечатления о происходящем, но ужасно не хочется. Почему - не знаю. Начну с конкретики. 12 января Олег пригласил на квартиру Наташи тех, кого он посчитал нужным и кто смог придти. Это в его стиле. Наташа угощением как всегда не заморачивалась, поставила на стол посуду и банку шпрот, остальное - дары: кто что принес. Пришли Олег, Надя Смолина, знакомая Нади - Ирина, чуть позже - Галя Созинова и Алексей - молодой парень, друг Марины, дочери Крюковой, ныне безвременно ушедшей. Алексей не женат, пассионарий и психопат, он когда-то ездил с Крюковой за границу и в походы с ней вместе ходил. Открыт, не в меру разговорчив и оттого сразу сбил общий разговор на  рассказ о своем обучении в православном центре (хотя сам - не крещен!): ему был нужен документ для получения опекунства над детдомовским парнем. Погрузился в судьбы детдомовцев и увлечен этим, хотя в голове у него (на мой взгляд) каша из морали, веры и поведения, но такие, как он, нужны детдомовцам: он деятелен, а я только философствую, ничего не делая.

Я единственная пришла первой - точно к назначенному часу. От метро шла пешком по садику, застала яркое солнце и ослепительно белый снег - полный восторг! Кировский район до сих пор очень советский - и по символике архитектуры метро, и по памятнику Кирова, и по архитектуре домов, построенных при советской власти. В нашем Московском эта символика менее заметна. Прошла мимо той самой инфекционной больницы, куда когда-то согласилась отдать маму - сердце сжалось от стыда и боли. За этот мой поступок  мне нужно тяжко платить, и я плачу - ко мне дочка также равнодушна сейчас, впрочем, это совсем другая тема. Старость - трудное время, не всем удается встретить его и пережить достойно. И не всегда.

Итак, я пришла первой. Наташа, как всегда, была в русском наряде (они с Галей увлечены народными танцами, шитьем народной одежды и выступлениями), мне это совсем не близко, хотя по-хорошему я ей завидую - есть постоянное увлечение. Наташа тоже издала в одном экземпляре свои записки об эзотерике, но у нас обеих прочитать книги наспех не получилось, а давать их на руки обе не захотели, кроме того, Наташа мое творчество не принимает (считая меня неэмоциональным, "правильным" сухарем), а для меня ее эзотерика с заглавными буквами для "Свет", "Истина" и пр. - это литература в духе агностиков, она мне уже не интересна. Я не то что бы отрицаю ее взгляды, нет, просто я тону в символизме и неупорядоченности их ощущений и фантазий, я давно ушла от эзотерики, хотя и православие для меня по-прежнему узко, где я нахожусь - не знаю. Даже не между мирами, а в какой-то пустоте, где ничему всерьез не доверяю, почти ничего из теории уже не помню и мало чего вспомнить хочется. Нет, вру, хочется чувствовать себя полезной, что-то оставить после себя нужное в этой жизни хочется, но по сути уже ничего не оставлю, а то, что я с таким тщанием так долго собирала и пыталась сделать понятным и нужным для друзей и близких, оказалось им совсем ненужным. Ни книги стихов (их хвалят, но и подарить их некому - мало друзей, а кому уже подарено, те заняты совсем другим), ни проза, которую даже мне самой перечитать утомительно и уже многое  непонятно, ни мысли о мироустройстве, которые и слушать-то  сейчас некому и почти никому не интересно, а я пересказывать их  интересно и ясно совсем разучилась. Но я не одна такая. 

У Наташи почти сразу же общего разговора за столом не получилось. Снова, как на Памире, случилось  несколько кулуарных разговоров о своем. Ирина - посещающая православный храм староверов, пыталась вовлечь меня в крюковое песнопение при каком-то храме СПб - агитация её  увлечения. Я бы ходила к ней, будь я свободна от внуков и режима работы их родителей, но это невыполнимо, поэтому я слушала ее вяло. Олег толковал с ней о здоровье - Ирина учила его, а потом меня (хотя я вроде бы и не спрашивала) системе Михаила Ивашкевича, домашнего костоправа. Надо бы его статьи в интернете посмотреть... Олег, как всегда молчал и ел. Он живет один, без дочерей, с едой у него плохо. Олег  очень сильно похудел. На общение со мной он не тянулся - неприязнь у него ко мне есть на подсознательном уровне, я это чувствовала. Но книжку "Моя Россия" он по тихому себе забрал, хотя я ее для Наташи Крюковой принесла. Наташа придти не смогла - она поехала к подруге в больницу. Галя Созинова взяла мою "В мире моих надежд" - сама попросила ее и даже ее читает (она писала об этом в Контакте).  Еще одну книжку - "Себя предоставляю" я подарила Наде - она в православной семье живет, её дочка Маша (от Маланичева) родила второго ребенка, работает  регентом в церкви. Надя,  как и прежде, среди нас самая нормальная, самая терпимая, говорит она мало, но всегда по делу, ни с кем не спорит, ничего не навязывает, говорит доброжелательно. Мое же отношение к выступающим почему-то всегда написано на моем лице, яду во мне много, сарказма, чувствую, что если я не молчу, как Олег, то симпатии я у людей не вызываю. Хотя это - сугубо по моим ощущениям.

Наташа, Галя и Алексей весь день шли на волне выступлений Алексея, в том числе,  в его рассуждениях по мату, который я ни объяснять, ни оправдывать не склонна, для меня мат однозначно темен, хотя иногда я и сама выругаться про себя могу. Но публично слышать его или читать, или обсуждать - не имею  никакого желания. Наша беседа за столом казалось мне странным смешением очень разного и  пестрого, где общего совсем ничего не было, не было ни общей цели (как прежде), ни взаимного желания единения, ни  обсуждения наболевшей и единой для всех важной проблемы. Все мы как бы себя уже нашли, считая свой путь самым правильным. Да и встречаемся мы  редко - душевной близости уже не было, было только общее для всех одиночество в толпе, где  у каждого из нас - своя толпа и свое одиночество, о котором одни стеснялись говорить и не хотели, а другие остро это чувствовали, но брали из общения то, что есть, грелись у общего огня, который меня, к сожалению,  почти не согревал. Только грустнее мне становилось.

Мне нужен этот "памирский" коллектив скорее для самоуспокоения, для заплатки на картину ощущения полного одиночества, мне и хочется поговорить с каждым (у нас одно поколение, одна судьба, общая  тяга к духовности), и есть во мне неумение слушать других, есть наша разрозненность душ, нехватка времени на долгий разговор, а главное нет потребности слушать, вместо которого проявляется во вне  желание говорить, что и никому не нужно, и не получается.

Я ушла чуть раньше других - засветло. Надя попрощалась еще раньше меня, тоже ушла одна. Олег со мной не пошел - он поесть хотел... Ирина тоже собиралась уходить. За столом выступал Алексей, а остальные (Наташа и Галя) ему поддакивали. Мне его речи были уже понятны и не особо значимы - я-то хотела не с ним, со своими старыми знакомыми и с ровесниками  о прошлом вспомнить. А по сути что там вспоминать? Все уже сто раз все общее вспоминали и ничего с этим не поменялось для всех, это только я, как дерьмо в проруби, все время картину мира новую и все более адекватную ищу, во всем сомневаюсь, все себя в ней, в картине этой, найти не могу, хочу пристать к тихой гавани, к миру в душе. Я так и не повзрослела. Кто-то (не из наших) хорошо сказал: "взрослые - это те же дети, у которых просто все время что-то болит".

Что мне хочется? Пожить спокойно последние годы, насладиться старостью, в которую можно и нужно наконец пожить для себя, итоги подвести, вещи перебрать и выбросить лишнее, творчеством заняться и внуками. Это ведь здорово так жить, когда тебе никуда не нужно спешить и ни о чем особом (о внешности, о производимом на других  впечатлении, о карьере или заработках) можно не заботиться. Мне сейчас всего хватает, была бы только дочь здорова. Но и с этим  не все ладно, и зять мой, хоть и  хорош, но он совсем не тот, кто Машу счастливой делает, хотя видимость и комфорт проживания с ним мы имеем, но... я бы в него никогда не влюбилась! Не мой персонаж. Так я и в своих мужей не смогла по большому счету влюбиться, разве что в Валеру, да и то с оговорками. Разные мы с ним...

А что в итоге? Я жутко боюсь всяких медобследований, все время нервничаю, предвидя самое плохое, меня очень напрягает эта боязнь диагнозов и предстоящих мучений, необходимость каждый год ходить проверяться, потому что возможностей для скорого ухода по любой болезни у меня и так много - по каждому врачу (почти) есть какая-то болезнь, которая в принципе не лечится, но которую нужно как-то контролировать, чтоб хуже не стало... А лечение на все болезни одно: если что - под нож. А после ножа какая же там будет жизнь и сколько ее останется? И кто будет мне помогать после операций? И на что ее делать, на что жить, если Маша из-за меня от работы отойдет? Это хорошо, когда в семье есть резервные деньги... А у нас их только минимум на проживание. Достойное (по моим запросам), но... только лишь по моим:  ни тебе поездок на море, ни замены машины (Валеркина "лада" пока еще на ходу, но внешне - это битый лешак, грязная и ржавая). А брать кредит на новую. Кредит возможен только с Машиной белой зарплаты, а я этого решительно не хочу. Мы никогда не жили в кредит. У Маши  на работе до сих пор то и дело случаются непонятные сокращения... А Михаил получает плату по серому, ему и кредит не дадут, и заработки у него - много мелких: где когда халяву себе найдет. По выходным он ездит на дачу (добивает нашу машину вусмерть), чтобы там за лишние 15 000 (или 10 000?) в месяц работать как электрик на садоводстве "Звездочка", а заодно со своей  мамой на даче увидеться и выспаться. Слава Богу, и мы без него в выходные немного отдыхаем - я ведь до сих пор сковано себя чувствую в присутствии в квартире чужого мне человека.

Если Валера - трудный, но прямолинейный человек (как что скажет, так уши вянут, но зато прямолинейно!), то и Михаил, и Маша - это совсем другая порода. Молчуны. У них на словах все хорошо и нормально, а что там на деле - только случайно об этом узнаешь. И это - принцип их жизни. Может он и правильный - разумный, но мне недоговаривание хуже всего, я сразу теряю интерес к общению с такими людьми, с которыми только внешне легко и приятно, а внутренне - неизвестно как. Хотя Михаила мне жалко: ему тоже неуютно со мной, он не хозяин в нашем доме, а ума ему не хватает на что-то большее, только видимость одна его умений. Мне с ним говорить не особо интересно еще и потому, что у него много самоуверенности  - он, если не молчит и не просто вежливо поддакивает, судит обо всем, чего толком сам совсем не знает - типичный Овен! Мне слушать посредственность и делать вид, что я им восхищена, не хочется, да я и не умею, не хочу. Хотя надо бы. Хотя бы ради счастья дочки. С нею мы совсем стали далеки, я ее мучаю, а она меня. Я ее - резкостью, категоричностью, осуждением, недипломатичностью, а она меня - замалчиванием, боязливостью, неумением руководить  и решать, вниманием к мелочам, медлительностью и невидением цели. А может, это её счастье, что она не умеет смотреть вперед и руководить - за это ее все и любят! Мы очень разные, но и я без нее не выживу, а она без меня да, хотя и трудно будет. А тут ко мне вдруг толпой пришли болезни, возраст и тьма, плывущая  в конце туннеля - все мои изменения в жизни - только в минус, в плюс они не возможны по определению, точнее - по закону возрастания энтропии.

Отмучаюсь в этом году с медобследованиями и положу на них всех: как Бог даст, так и буду дальше жить! Прорвётся ведь всегда там, где совсем того не ждешь, а не там, где боишься. Лучше ходить в храм и  заниматься стихами - писать свои и править написанное, а не связываться с конкурсами и с чужими стихами. И поменьше гонору - не всем же быть знаменитыми, надо делать то, что можно и так, как хочется и  как получается. А там - время покажет. Конечно, мне очень хочется обойтись без угрозы по части онкологии - но... заслужила ли я этого? Хочется еще не ослепнуть, как мне угрожают по линии офтальмологов, но - заслужила ли я? Я и так очень счастливую жизнь прожила - без войны, без катастроф, без бед с детьми (и с наличием оных). Кто еще может этим похвастаться? Далеко не все. У каждого свой крест. У меня семьи своей не было по сути, так  надо хотя бы дочке помогать ее иметь. Она этого заслужила - хорошая дочка.

Зато я СССР посмотрела - везде поездила. Философией занималась, много забавных мыслей набрала (половину уже забыла, а читать их в моих записках или даже в интернете вряд ли будут даже самые ближние!). Но это всё было мне в радость. И стихи я с радостью писала, и их хвалят - профессионально научилась писать. Не все так могут. Богатств не нажила, ярким специалистом на работе не стала, но своя крыша над головой есть. Наши "мужчины", кроме Валеры и дяди Миши - все к нам пустые приходили, причем, в наш дом, а не мы в их. Так что ничего чужого мы не брали и при этом  не бедствовали, внуки и дети все еще живут за счет трудовых накоплений дяди Миши и за счет нашей постоянной работы на государство - не на воровстве необходимое нажили! Сколько смогли заработать, на то и живем.

Есть у меня грех зависти и есть обида на жизнь, этого скрывать не буду. С обидой я читаю фразы писем Нади  о том, как она  жалеет о Петербурге, но при этом ее дочь  взяла кредит на новую квартиру, каждый год они ездят отдыхать за границу, а внучка хорошее высшее образование получает. Для нее этот уровень жизни - норма, а мой предел счастья - это сделать раз в 20 лет ремонт в квартире или достроить сарай на даче. И это - реально наш предел. Зачем я отлично училась? Любила учиться? Не халявила никогда и нигде, не предавала никого, не делала хитрожопых поступков, всегда была законопослушной? Даже в советское время я не ездила по бесплатным путевкам в санаторий (и моя мама тоже), не получала от государства бесплатной жилплощади (мы сами копили на ЖСК), а от обмена квартир мы только теряли, а не приобретали, потому что соблюдали закон. Почему наша семья не умеет жить, а только выживает? Причем, все мы - точно не дураки и не лентяи, у каждого есть свой талант.

Почему другие, кто и учился не так хорошо и добросовестно, и о лишнем - возвышенном особо никогда не думал, жить умеют. Вот и у Вероники все тип-топ - и с жилплощадью, и детьми (с их работой), и с их образованием. И даже у соседей на даче.  А что у нас с Мишуткой будет, я даже не знаю. Учится он без интереса, без стимула, ничем, кроме компьютерных игр не увлечен, привирает, ленится...  Заберут его в армию, а он там не выживет с его физподготовкой и характером. Пока других родители от армии отмажут, у кого деньги или знакомства есть, мой пойдет туда безропотно. Но это уже отдельная - очень больная для меня тема, потому что я очень люблю Мишутку, хоть и ору на него. Но он все равно мне самый родной и важный для меня человек в нашей семье сейчас.