Квест

— Давид, привет. Звоню тебе сказать, что Ванька квартиру за 30 миллионов в центре купил и кабриолет с комплектацией на 8 миллионов. Ещё дом загородный в 415 квадратных метров. С бассейном. Там вышло оочень много денег. Давид, ооочень много. Он просил тебе не говорить, что устраивает в субботу новоселье. Но я вот звоню тебе это сказать. И ещё сказать своё знаменитое «Я ЖЕ ТЕБЕ ГОВОРИЛА!» — Вдруг закричала в трубку Юлька. — Я же тебе говорила, что он крыса и облапошит тебя, лоха! Тьфу на тебя! — Юлька бросила трубку.

С Ванькой никто не хотел дружить. Никогда. Он всегда обманывал себе в выгоду, что-то таил, что-то скрывал. И кличка была у него «Крыса». Я с ним дружил. Прикрывал его всегда и везде, потому что помимо плохих качеств, которые видели все, я знал его и с другой стороны. Он был великолепный математик и физик. Он мог что угодно заставить работать, двигаться.. жить.

Когда мы выросли, решили открыть свою торговую фирму. Мы продавали серьёзное электрооборудование. И вот, город объявляет о строительстве нового стадиона и к нему что-то вроде олимпийского городка. Тендер на поставку электрооборудования выиграли мы… Мы были в таком плюсе, что никогда и не слышали о таких деньгах. Радости не было предела…

Но… этот звонок… Получается, Ванька все наши деньги потратил на себя. Я же не получил ни копейки… Меня охватила ярость.

«Убью эту тварь» — крутилось у меня в голове, когда я шёл к сейфу. Там у меня лежал пистолет…

Меня накрыло полное отчаяние, когда я взял его в руки.

— КАК ЖЕ ТАК! ВАНЯ! КАК ЖЕ ТАК! КРЫСААА! — Ревел я, словно разбушевавшийся медведь. — ТВАРЬ! ВАНЯ! ТВАРЬ!

— Ты тварь, Ваня! Где ты, мразь?! Я просто найду и убью тебя! Тварь! — Кричал я ему в трубку.

Я не слушал, что он лепетал. Из всего потока слов, я услышал только «прости, Дэв». Простить! Простить? Ну уж нет! Тварь!

Я бросил телефон на пол. Меня охватило отчаяние, бессилие и ненависть. Я засовывал дуло себе в рот, прикусывал его, силясь нажать на курок, потом резко вытаскивал его и просто кричал «ААААААААААААААААААААААА». Я хотел, чтоб это отчаяние долетело до Вани. Чтоб оно его накрыло.. убило.. стёрло с лица земли.

Зазвонил телефон, на экране высветилось «МАМА». Я взял трубку и услышал: «С тобой всё хорошо, сынок?».

— Всё хорошо?! Всё хорошо?! — Кричал я в трубку! Оставьте все меня в покое! Все люди твари! ТВАРИ! — Мой крик перебил голос в телефоне:

— Ну тогда жду тебя на квесте. — Вдруг послышался шёпот из телефона.

— Что? — Спросил я.. Но экран уже погас.

Мои ноги резко стали ватными, я увидел, как по стенам ползёт тьма, я больше не мог стоять, и гулким камнем рухнул на кровать.

***

Я стоял возле дверей какой-то чужой квартиры и внимательно слушал, как мама объясняет мне суть квеста:

— … И там ты должен найти то, что не меняется. — Говорила она, а я кивал головой, ощущая прилив страха. — Давид. Найди то, что не меняется, или ты останешься здесь навсегда. Ну всё, заходим. — Сказала мама.

Дверь открылась.

Квартира эта — типичная однушка, на первый взгляд. Коридор — две двери в туалет и ванную, по одну сторону коридора — кухня, по другую сторону — комната небольшая. Комната светлая, на первый взгляд, даже сделан ремонт по евростандарту, а всё остальное — видавшие виды помещения. Окна на кухне — труха, обои очень сильно грязные и частями просто отвалились. На стенах коридора висят картины в очень старых рамах. В основном портреты людей на тёмном фоне. Лица очень жуткие. И вот эти лица в портретах постоянно меняются, как, собственно, и всё вокруг. Само пространство помещений тягучее такое. Будто ты в прозрачной карамели и кто-то тебя мешает ложкой. Мне вспомнились картины Ван Гога, будто бы я находился в них. Всё закручивается… Всё пространство закручивается.. находится в бесконечном движении, всё меняется. Я посмотрел на свои руки, они будто не имели кожу, всё двигалось сквозь них, и они двигались вместе со всем, будто расплывались и не расплывались одновременно.

Краем глаза я увидел, что мама направилась в комнату. Я же остался в коридоре и взглядом стал искать предмет, который не меняется. Но менялось всё вокруг. Я даже заметил старый круглый будильник, на котором бешенно двигались стрелки, и сам он будто перетекал из круглой формы в квадратную и наоборот.

Тогда я двинулся на кухню, потому что заметил там очень старый телевизор, который тоже менял свою форму. Я нажал кнопку «вкл.». Экран резко загорелся, и из телевизора послышалась музыкальная заставка сериала «Ходячие мертвецы». Выключать его я не стал, я надеялся, что знакомый фильм снимет напряжение, которое росло во мне.

Стараясь ни о чём не думать, я подошел к окну. Старые и рассохшиеся деревянные рамы тоже будто меняли очертания. Я распахнул их и выглянул наружу:

Вместо московских серых многоэтажек по самый подоконник раскинулся лазурный океан.

Невероятно голубое небо практически сливалось с бесконечной лазурью вод. Волны лениво облизывали берег, на котором был невероятно белый песок, а поодаль виднелись стволы пальм. Светило яркое тропическое солнце.

В голове промелькнула мысль: «пусть вот это не меняется, прошу, Господи!».

Вдруг я увидел, что вдоль береговой полосы несутся два белых коня, было сразу понятно, что бегут они к моему окну. Когда они добежали до окна, просто остановились, пристально смотря на меня. Я заметил на столе корзинку с фруктами, взял оттуда яблоко, которое менялось в грушу и наоборот, и угостил коней. Кони, похрустев угощением, резко сорвались с места, и помчались в обратную сторону.

— Давид, как дела? — Я повернулся на голос матери. Мне не хотелось отвечать, я хотел смотреть на это райское место, что раскинулось за этим окном. Не проронив ни слова, я снова повернулся к окну. Пейзаж изменился…

Теперь я видел кирпичный многоэтажный дом, со странным лифтом-платформой, который был прикреплен к фасаду здания. В этот самый лифт шумной толпой ринулись люди. Они лезли в него по головам друг друга, толкаясь и откидывая тех, кто слабее.

Я закричал им:

— Стойте! Вирус ведь!

Но они радостно замахали мне руками, продолжая топтаться на телах, которые они сами же затоптали. Лифт медленно поднялся на последний этаж и упал.. Упал с теми, кого поднимал, на тех, кого они затоптали..

А я стоял и смотрел из окна, как под этой платформой расползается огромная лужа крови, которая все больше и больше походит на красное озеро.

— Вызови скорую! — Закричал я матери.

— Как? — Отвечает мама. — Ведь уже и не знаю, существуем ли мы на самом деле. А ты про скорую.

Я снова посмотрел в окно и обомлел: на останках людей теперь танцевала маленькая девочка в белом платье. Она старательно выводила балетные па и прыгала на носочках. Увидев меня в окне, она вдруг остановилась и грустно сказала: «Ну вот, я теперь не вырасту. И всё из-за этих идиотов». — Она показала в сторону платформы.

Я занавесил окна старыми жёлтыми шторами, которые меняли место положения их дыр и даже оттенки цвета.

— Нам срочно нужно выбираться отсюда, мам. Тут ужасно! — Расплакался я.

Мама указала на комнату, и я медленно двинулся туда. Комната действительно была отремонтирована, светлая, даже уютная. Из неё коридор виделся просто какой-то тьмой.

А вот сама комната, как я сейчас заметил, была наполнена светом. Я не понимал, это был солнечный свет или электрический. Я стал её осматривать, и поймал себя на мысли, что комнатка эта будто отдельно от всей квартиры. Как квартира в квартире. В ней не менялось ничего. Кровать. Кухонный гарнитур зачем-то.. Можно жить.

Я слышу из той кухни телевизор, где играет заставка ходячих, слышу какие-то диалоги, как рычат мертвецы. И я понимаю, что тут я в безопасности. В этой комнате, где все стабильно.

Мама, до этого сидевшая тихо, вдруг повернулась ко мне и с улыбкой спросила: «Ну? Ты нашёл то, что не меняется?»

— Ммммм. Да. — Тихо ответил я.

Не меняя выражения лица, будто восковая фигура, мама спросила:

— И? Что это?

Я пожал плечами:

— Самое сердце души моей, в которой живёт свет.

Тьма из коридора стала рассеиваться. За окнами снова почувствовался ласковый океанский бриз.

Мама взяла меня за руку и вывела в какое-то помещение со сценой, оно было похоже на концертный зал. Я не видел людей, сидящих на зрительских местах, потому что свет слепил мне глаза. Я посмотрел на маму. Она уже была одета, как та девочка-балерина. Всё с той же улыбкой на лице, она произнесла:

— Дамы и Господа! Я нашла этого человека! Это первый человек, который пошёл на свет! И который нашёл то место, где никогда не бывает тьмы!

То место в себе, где не бывает тьмы.

По звукам, донёсшимся из зала, я догадался, что люди встали, послышались аплодисменты. Кто-то крикнул «Браво!».

Мама повернулась ко мне, и теперь я увидел огромные белые крылья за её спиной. До меня дошло, что свет, который слепил мне глаза не от оборудования, а от людей, которые были в зале.

Мама взяла меня за руку и сказала:

— Тот, кто познал истину света, никогда не присягнёт на верность тьме. — С этими словами она протянула мне конверт.

Я открываю его, достаю открытку, а на ней нарисован тот океан, который я видел из окна.

Мама обняла меня своими крыльями и тихо на ушко произнесла:

— Вот твой путь.

Вдруг зал растворился, и я остался на берегу лазурного океана. Я заметил, как ко мне снова бегут те самые две лошади. Мама взяла меня за руку…

Я проснулся.

Не замолкая звонил телефон. Я даже не посмотрел, кто звонил. Просто приложил его к уху:

— Дэв. — Послышался голос Вани. — Дэв, прости меня. Я такой идиот. Я у тебя такой идиот. Ты прости меня. Ну хочешь убить? Убей. — Всхлипывал в трубку Ванькин пьяный голос. — Прости меня, братишка. Я сейчас жду нотариуса на Красной Пресне. Подъезжай. Я перепишу всё на тебя. Дэв! Или скинь мне фотку паспорта! Мне ничего не надо, Дэв. Я всю ночь в аду, Дэв!

— Вань. — Ответил я. — Ты знаешь, Вань. Мир изменчив, удача изменчива.. Богатство. Я люблю тебя, брат, хоть ты и крыса. Оставь всё себе. На новоселье в субботу приду. Что нужно с собой принести?

Я просто слышал, как огромный камень падает с моей души… И с Ванькиной души тоже. Я нажал кнопку отмены вызова и тут же набрал маме:

— Мам, можно я сегодня к тебе приеду?

— Конечно, родной. Ну что ты спрашиваешь? У тебя уже всё хорошо? Вчера напугал меня.

— Да, мам, всё хорошо. Я люблю тебя — просто знай это.

— А вот Ваня квест не прошёл. — Послышался в трубке шёпот.

— Что? — Переспросил я, но уже был слышен только голос мамы. — Купи по дороге хлеба, говорю.

Я улыбнулся. Мне было так хорошо.

П.С.

В субботу я попал к Ване на новоселье. Он переселился за город.. в ящик 2х2.., в кладбищенский уют. Его кабриолет попал на полной скорости в грузовик…

Дом и квартира всё же были переписаны на мое имя. И теперь я выставил их на продажу. Деньги отдам нуждающимся, может, кому-то спасут жизнь…. А сам уеду жить к лазурному океану. С мамой. И…с Юлькой, пожалуй.


Рецензии
Давид, мне хочется сказать - гениально! )))
Наверное, я преувеличиваю, но мне хочется сказать именно так.)))
Удачи,

Ия Белая   01.04.2021 01:46     Заявить о нарушении
На это произведение написано 13 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.