Один. г16

Женьщины трезво оценивали ситуацыю и обо всем сообщали Одину.
Между ними была прочная связь детей пустыни играющих в карты с доисторическими существами заставляющими стонать-Вольтера.
Импровизации,горящими в огне козами разселяли тайны холодного разума в котором жила сегрегальная имонсанацыя караванов.
Страна пришла к выводу,что истина чем-то больше ,чем четверг ритуалов бразуофаклюя и серии выстрелов заглушали плачь ребенка.
Собрав в руках всю власть Один- двигал разум нации к началам страшной повести об интересных женьщинах.
И женьщины моясь в ваннах приказывали художнику писать портрет Одина.
И рапсодии электоральной фобии пораждали старую кровать на которой спал сержант.
Динамичная выходка с государственным переворотом пришлась не по вкусу многим врагам Одина,- и они чем-то напоминали те шахматы на которых неправильно расставили фигуры.
В тумане этой чудовищной жизни мы не находим ничего кроме боли и так часто нам покровительствует седьмой абсолютизм вчерашнего истукана который приглашает наших женьщин за чашку кофе.Кофе чудовищного экстаза.
Мысли как старые козы молча смотрели в свое детство.
Катдафи смотрел в лицо девушке и видел в нем свой народ.
Он думал о народе как о деревне диких пастухов.
И народ с ним соглашался не имея другого выхода как понимать свое случайное место во вселенной.
Один-это драмма красной земли из которой выходят идолы и тащат за собой гигандский ,черный шар на котором написанно имя Одина.



.........................

......................

..................

..........
Конец г.16.