П-ланета

Вольность буквы "П"

* * *

"Стихосложение от стихоплётства может ли само по себе дорасти до Поэзии?" - этот вопрос юноша записал в тетрадь с красивым орнаментом. Написал и хотел перевернуть страницу, но тут... 

...Ему показалось, что стилизованные львы на полях грозно рыкнули на неровную букву "П": она дала сильный крен ВПРАВО* - да так, что почти расплющила "о", затронув при этом и её звук, который из восходящего стал приземлённым и стелющимся... ползущим... как таинственная саламандра...

   Юный лирик тяжело вздохнул и покачал головой: "Так сможет ли?" 

Как часть человеческой массы он был никем, ничем.
Его, неуклюжего и угловатого, вызывающего у "хамоватого другого" подозрения по поводу адекватности, толпа (или даже не  толпа, а не такая уж и многочисленная МАССА) легко могла затоптать, если бы ринулась куда-то в определённую сторону... Также, раздавить его мог и какой-нибудь великосветский ВЕЛИКАН, разочаровавшийся в его литературных способностях.
   Об этом подумал наш вопрошатель и снова услышал, как будто бы откуда-то издалека донеслось: "Р-р-рр... Стихоплётство никогда - НИ-КОГ-ДА - не сможет дорасти до Поо-э-э-зии... Р-р-рррр..."

   Юноша потерял самообладание. Он покраснел. Потом побледнел. И, наконец, стал ПЕПЕЛЬНО серым, покрывшись холодной испариной. Щёки его, которые ещё недавно, - когда он жил под эгидой отчего дома - были румяные и налитые жизнью,  сейчас ещё больше осунулись, а кожа его лица истончилась до полупрозрачности... Дрожащей рукой юноша поднёс ко лбу синий батистовый платочек, но, не успев протереться им, услышал продолжение: "Р-р-ррр... Стихоплётство никогда - НИ-КОГ-ДА! - не сможет дор-р-расти до Её Величества Поэзии... Это пррр-р-равда! ... Р-р-ррр... Но Она Сама, Поэээзиия,  может снизойти до... р-рр-ррр ... неуда-а-ачникаа-а-а... " - последнее слово львы (они рычали в голос) произнесли мягко и растянуто, будто сочувствовали кому-то...

... В великом смущении юноша приподнялся и, пошатываясь, подошёл к плотно закрытому целую вечность пыльному окну... Он распахнул его, подставив лицо струе воздуха и солнечному свету. Краски! Краски мира были живыми! Как же он раньше не замечал этого?..

   А за окном был обычный день средней полосы. Ветер как обычно качал старую знакомую с детства ветку, которая успела побывать и пышной красавицей, и обломиться, и вновь воспрянуть...

   "Да, я - не поэт... Я - не...не..." - внезапно юноша замолчал, а потом  вернулся к своему столу и аккуратно прорисовал две маленькие чёткие вертикали, стремительно и плавно сведя их друг к другу "колпачком": буква "П" отныне была похожа на стрельчатую арку, к которой справа приближались витиеватые линии сказочного растения. В плавных загогулинах его внимательный читатель мог распознать великолепный дар УТАИВАНИЯ...


Правка: 3 марта, 2020 г., правка 22 мая 2020 г., правка 25 мая (через отчаяние и бессилие).   


   *Сегодня, подумав о том, как же могла буква "П" в слове "Поэзия" дать крен влево (а изначально я написала именно так), - решила, что допустила фактическую ошибку. Буква "П" наклонилась больше чем нужно... именно ВПРАВО. 

В моём символическом измерении крен вправо - это вынужденное "падение в общество", в Erdgeist (по причине ухода от творчества в решение бытовых проблем), что для творческого человека смерти подобно.
(Вот тебе и путешествие на Восток!)

   Нужно быстрее восстанавливать равновесие!
(О, где же вы,... ZEFIRO TORNA?)


   Быть БЕЗНАДЁЖНО ОДИНОКОЙ В ТОЛПЕ...

   (Хочу жить в П-итере*... опять... мне кажется, там Т О Л П А ЛУЧШЕ, точнее - НЕТ ЕЁ... Впрочем, там свои проблемы: сам дух Города Петра - это  Утончённый Интеллект и Глубокая Осведомлённость, чего у меня нет и быть не может... )

   Вольность "П" - это всего лишь... констатация факта моей спасительной "шаткости". Именно так. СПАСИТЕЛЬНОЙ. Отрицая то неприятное, что мною заслужено, я отказываюсь от РОСТА. Принимая же за ДАР то, что брошено мне как утешение - я становлюсь незаслуженно гордой.

Aufheben.


--------------------


На изображении: Ив Кляйн,"Антропометрии"

*Воображаемый Питер может быть заменён воображаемой пещерой Платона