Ева

                Любовный роман на новый лад

Пролог

           Сад снова благоухал. Розы цвели почти всеми цветами радуги. Снова птицы кружили над их кустами, снова люди ходили и любовались прекрасной природой. Ходили дети, старушки, женщины и мужчины всех возрастов, и можно было спокойно сесть на лавочку и начать разглядывать их, и, я уверяю вас, вы не увидели бы ни одного похожего человека, похожего силуэтом или одеждой, или ещё чем-нибудь.
          Кто-то и делал так, сидел, наслаждался, разглядывал. Знаете, как это интересно – не торопиться никуда, не бежать, а просто сидеть, просто вдыхать сладкий воздух? Немного сощурив глаза, смотреть на слепящее золотистое солнце и думать, думать, мечтать!.. Быть в окружении алых роз и представлять себя их королевой, жить этими мечтами, с мечтами, фантазиями, а потом, однако, нехотя возвращаться.
          …Именно так и делала сегодня она. Девушка с короткими красными волосами, она сама очень напоминала цветок. Сидела на краешке скамейки, той самой, что была больше всех сокрыта среди цветастых листов. Как-то так получалось, и розы, и другие растения сплелись между собой и спрятали эту скамью, сделав сей уголок самым уютным, самым незаметным и тихим. Здесь можно было не только предаваться мечтам, но и, наверное, спать, но не так, как это делают люди, торопящиеся куда-то, прислонившие голову к спинке сиденья автобуса, без конца просыпаясь и вздрагивая, а спать по-настоящему – сладким спокойным сном, птичье пение и розовые духи погружали в особую атмосферу.
           Можно было бы спать, однако она не спала. Просто сидела, смотрела, как казалось, выглядывала из своего тайного уголка и наблюдала за жизнью, людьми. Она как будто бы была вместе с ними, так само в этом прекрасном саду, и одновременно с тем – одна. Она смотрела куда-то немного в пространство, серо-голубые глаза вглядывались в иные пейзажи, и за иными людьми глядели они сейчас. …Приглядевшись, было не трудно догадаться, что на самом деле она просто думала. Над чем, определённо, другой вопрос.
           На коленях девушки лежал небольшой блокнот, яркий, разрисованный цветами и листьями, почти такими же красивыми и удивительными, как те цветы, что склонялись к ней своими головками. Блокнот переливался небольшими разноцветными стразами, но даже они все, вместе взятые, не могли сравниться с той красотой, которая была здесь, в реальности. И не надо большого ума, чтобы понять это, узреть, ощутить. Надо лишь открыться. Всем сердцем. Надо уметь наблюдать.
           Девушка с красными волосами изредка перебирала страницы, тонкие длинные пальцы касались их, точно клавиш старинного дорогого рояля, или такого же фортепьяно. Между листов мелькали и показывались ветру картинки, небольшие узорчатые надписи, кажется, строчки, наверное, даже стихи. Сейчас она вряд ли призналась бы, что писала их, но раньше писала, да. И также между страниц мелькало одно единственное женское имя. Ева. Так звали её, наверное.
           …Созерцание подходило к концу, она больше не следили за тайными мыслями и людьми и думала сейчас про себя, пыталась осмыслить случившееся. Понимала, что вновь убежала сад, и что это было не самой лучшей идеей. Природа помогает нам прийти в себя, но не решает наших людских ошибок, наших проблем, сомнений. Даёт лишь прийти в себя.
            Что было? Очень много всего, и так сразу она бы ничего не сказала. Пришлось бы наблюдать, ходить за ней, даже бегать, так как порою Ева была слишком быстра и проворна. Красива, пусть и не писаная красавица. Умна, пусть и не гениальна. Эта самая девушка, эта самая Ева, да, она была вполне хороша, но мало кто это видел. Мало кто хотел видеть и кто хотел это знать. Она родилась не в то время, когда бы могла раскрыться, когда таланты её стали бы понятны другим, а её озолотили, прославили, когда самое элементарное желание быть понятой было бы удовлетворено отношением, хотя бы искренней дружбой.
            …Но она родилась в нашем времени и в итоге снова сидела на лавочке, молчала, о чём-то думала. Никто не читал её мыслей. Людям казалось, что дева сама выбрала своё одиночество.

           Что же было на самом деле? Снова думала про свою книгу, снова творила миры, которым уже не было счёта. Ангелы, авторы, даже звёзды, всё сплеталось под пером её мысли, но и этого мало кто знал. Ведь, действительно, как можно судить окружающих? Что думать о том или тех, кто всегда весь в себе и молчит? Оттого ли молчит, что не хочет говорить? Вряд ли не мог найти собеседника. Скажу больше, в её время и особенно в её городе, всякий раз подобную картину комментировали лишь однозначно. Считали, что красивая девушка не может не найти понимания, потому что она красивая. А если ещё и умная, то просто цены такой нет. Да только наоборот. Всё наоборот. Совершенно. Так печально принимать этот факт…
            Любовь стала не в моде. Искренность, чувства – ложь. Верность – как сказка, сон. Спали с кем попало, даже мужчины с мужчинами. И это величали любовью, а то, что смешно – так вздор. Время стало такое, осуждающих за людей не считали. Нормальность чушью считали, хотя можно спорить и спорить…
           А каково было быть человеку нормальному, нежному, чувственному? Как найти себя, какое-то понимание и поддержку? Как можно даже просто верить в любовь, если любовь смешали с полом и возложили поверх убитой возвышенности? Как такому?.. Никак. И уж тем более красивому душой, понимающему.
          Ей, действительно, было так лучше, без людей, совсем и всегда одной. Потому что люди встречались, как на подбор, не те, потому что она сама была для них слишком хорошей. Для них, людей, этого времени. Не модно и глупо стало верить в сказку про коня и про принца… И просто в хорошую жизнь.
          Но Ева и не сильно им верила, реальность она увидела очень давно. Хотя она верила в сказки и очень сильно любила. Ещё будучи совсем юной девой, подростком, она увидела то, чего лучше ей было не видеть. Увы, прошлого не исправить. И хотя много лет прошло, и много всего изменилось, и забыла она всё то, в счастье уже больше не верила. Поняла суть людей, осознала заразу этого времени, окрестила её чумой и бежала как можно дальше.
          Вот почему она была одинока, сидела на лавочке среди цветов и ни одна душа не подошла к ней, не спросила, не решила с ней познакомиться. Не нужна она была им. Не нужна и всё, точка. Люди жили своими жизнями. Эгоистично и даже грубо интересовались только собой и своими бытовыми потребностями. Куда им было понять мечты? Мечты о каких-то книгах? О каких-то мирах? Книгах и мечтах в целом? И тем более светлом будущем?!
            Красные, точно огонь, волосы напоминали прекрасные розы, и сама она, повторюсь, так же была девушкой-розой. Источала аромат дорогих фабричных духов, красовалась дорогими нарядами. Или нет, лишь показывала кому-то их. Пыталась хотя бы так привлечь внимание этого мира. Не поддавалась ему, но просто знала приемы. Одевалась по моде, пусть и не так откровенно. Длинная кофта её достигала самого пояса, джинсы не сковывали движения и не обтягивали фигуру, лишь волосы рассыпались, смеялись, играя на лёгком ветру. Красная кофта и красные волосы. Только джинсы, вот, синие.
           Да, можно было легко сказать, что она, действительно, жила в своём мире, своим миром, своими идеями, интересами, тоже не интересовалась другими, показывала своё равнодушие. Да или нет? Всё же нет. Она стала такой не сразу, а ранее много лет положила на алтарь глупой жертвы. Ей не встретился «тот самый друг», «та самая подруга» и просто «тот человек». И поэтому все ушли. Рано или поздно, тихо или устроив напоследок скандал, разошлись они и больше не возвращались. Да только с каждым таким событием грубели душевные раны.
           Иногда Еве казалось, что мир давно съехал с катушек. Его не спасти, но это – одно, а другое – ей также не спасти свою жизнь, она ничего не сможет, не найдёт ни себя, ни счастье, ни того или тех, кто мог бы подарить это ей. Думала, воображала, рыдала, только делала последнее по-настоящему. Иногда, здесь, в этом самом любимом саду, иногда дома, полностью закрывшись подушкой, рыдала, закрывала глаза, не хотела ни дышать, ни думать, ни даже мечтать; всё отошло и исчезло, боль вышла на первый план и заняла его с наслаждением.
           Именно тогда Ева и пыталась уйти в себя, ещё больше зарываясь в выдумки, и клялась, что не вернётся назад, однако каждый раз возвращалась. Видела почти по-настоящему то, как душа её покрывается ранами. И после каждого слова, письма, даже одной единственной фразы, даже мелкого намёка на расставание или непонимание, или боль видела, как есть такой человек (как она), который сидит, точно зверь, в маленькой тёплой квартирке с той только разницей, что добровольно запер себя там. Или нет? В клетку её заперло общество. Оно отчего-то решило, что лучше превратить жизнь в порок.
            …И сгибался человек, рыдала его душа, стояла и она на коленях, уже не моля о пощаде. Какая пощада? Какая любовь?! И раны кровоточили энергией, и разлеталась она по воздуху чуть заметными алыми облачками. И никто не был в силах даже просто унять эту боль, не говоря совершенно о том, чтобы исчезнуть заставить…


Продолжение следует... 

ВЫШЕ ПРЕДСТАВЛЕН ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ ПОВЕСТИ. ПОСЛЕ ИЗДАНИЯ В БУМАЖНОМ ВИДЕ БУДЕТ ВЫЛОЖЕНА ПОЛНАЯ ВЕРСИЯ. СПАСИБО, ЗАХОДИТЕ, ЧИТАЙТЕ РАССКАЗЫ, ОНИ ВСЕ ПРЕДСТАВЛЕНЫ ПОЛНОСТЬЮ!




Содержание:

Пролог

Глава 1. Слишком много мыслей

Глава 2. Воспоминание о вдохновении

Глава 3. С подругами тоже сложно

Глава 4. Депрессия, зима и весна

Глава 5. Альберт и все-все-все

Глава 6. И ещё несколько историй о грусти

Глава 7. До чего иногда доводит «любовь»

Глава 8. Возраст не всегда к лучшему

Глава 9. Психология – не панацея

Глава 10. …А потом она выбрала одиночество

Глава 11. Однажды становится всё равно

Глава 12. С автором навсегда только книги

Глава 13. Далеко-далеко в своих мыслях

Глава 14. Любовь приходит в дом к каждому

Эпилог