Летописи природы. Глава 20. Соединение пространств

– Такое бы не происходило. – Ответил Юрий. – Она и стала пробуждаться полностью, как встретились, соединение восстановилось. Ты думаешь, она просто так сделала круг по Сибири и приехала ко мне на минутку? Думаешь действительно по просьбе своей тёти? Наташке гостинцы и письмо передать?
Это всё второстепенное побочное, повод.
– Как-то об этом не думал. – Ответил Макс.
– Нет, её уже вели. Тот же Радмир и отец мой, он не проявлялся перед ней, но вёл её.
– Что она там говорит?
– Что-то о любви. Пусть отдохнёт.

Навстречу шла встревоженная Нюша  и с ней шли Полина и Софья, матери Ирины и Даши.
– Как она, Юра? Угорела что ли?
– Всё нормально, перепарили её девчата повидимо. Отдохнёт сейчас, придёт в себя. Не волнуйся Нюша, пожалуйста, не волнуйся, тебе вредно.
– Любовь, движущая сила, да дедушка, сила творения.
– Она что бредит?
– Нет, с дедом разговаривает. Успокойся всё нормально уже.
А Светлана продолжала свой монолог.
– Да, осознала, она открыла во мне мои возможности. Полюбить всё? А я ещё не люблю? Люблюююю. Конечно же, люблю. Когда приехала сюда, мне показалось всё здесь родное. Удивительно, и людей, словно я их давно, давно знала. Это правда дедушка? Да я всех, на всей земле. Надо всех любить, земная жизнь не райский сад. Как сказать людям, чтобы поднялись, а ведь они сильные. Ох, испытания им идут. Надо помочь им дедушка. Научить их любить. А как? Позже подумаю, позже. Любить. И последнее слово произнесла с нежностью.

– Кому она это говорит? – Спросил рядом идущий Максим. – Отчего я не вижу? Смотрю, силюсь раскрыть пространство, и не получается, всё мимо идет, она не появляется.
– Ты же дал ей слово не смотреть её, оно действенное, и тебе не нарушить его, пока не попросишь у неё разрешения. А она никому не говорит, себе утверждение делает, она ещё там, с отцом моим разговаривает.
Светлану положили в комнате на кровать, она с наслаждением вытянулась, потянулась, затем свернулась клубочком. Юрий накрыл её пледом, подошла Нюша спросила.
– Как она?
– Нормально, всё с ней хорошо. Не волнуйся. Это хорошо, что с ней до свадьбы произошло, потом было бы ей тяжелее, значит беременность её не за горами. – Произнес, счастливо улыбаясь, Юрий.
– Юра, о чём ты? Какая беременность? Они, что уже были вместе?
– Нет, не были, не волнуйся, но будет Нюша, будет. Не сейчас, а после свадьбы. Это же не минуемо, девочка наша выросла.
– Дали бы девочке пожить счастливо.
– Она и будет счастлива, Нюша, она уже счастлива она. Полное раскрытие её идёт полным ходом. Она чувственная и тяжело воспринимает, все, что происходит с людьми. А там она увидела, что предстоит людям пережить. Порой я сам удивлялся её любви к людям, Но мы рядом поможем.
– А это должно обязательно произойти, что она там увидела? Как ты говоришь на тонком плане.

– Не обязательно, сценарий меняется, если рассмотреть, то каждый миг по осознанию людей. Люди сами строят жизнь. Нюша, тебе ли это не знать. А уж, как у каждого получится неизвестно. В какую сторону, в хорошую или в не очень.
И услышали шепот Светланы.
– Любовь. Да, да, дедулечка, я знаю, точно знаю, она сила. И сила свободная она источник знаний. Как красиво у тебя здесь, мне даже показалось ещё красивее. Ярче всё. Да? Восприятие у меня другое? А какое?
– О чём она? Юра? –  Спросила Нюша.
–  С дедом разговаривает. Пусть говорит и отдыхает. Сейчас она уснёт часа на два, а может меньше, может больше. Проснётся уже другой. А мы пойдём к остальным. Сейчас девочки придут, расскажут, как началось всё это.
– Ты же знаешь, скажешь, нет?
– Не совсем, можно конечно заглянуть, но если во всё заглядывать, не интересно жить будет. Это Максу ещё хочется во всё заглянуть. Вот, он дал ей обещание не смотреть её и всё. – Юрий развёл руками и рассмеялся. –  Теперь её не видит.
– Это плохо или хорошо?  Совсем не видит? Удивилась Нюша. Я считала он такой же, как и ты.
– Всё он видит, кроме Светки. – Смеялся Юра, посмотрев на Светлану и тише добавив. Теперь ему это надо заслужить и попросить её. Идём к ним.
– Я с дочерью останусь.
– Идём Нюша, она уже крепко спит. Взяв её за руку, и вышли через дверь в сад. Как же я рад, что мы вновь вместе. Нюша, ты, я и наша Светка. Обнимая её, идя по саду.
– Юра, люди же кругом. Что ты?
– Ну и что же люди. Мы, что воруем? Это наше, наше счастье. Я долго ждал его. И Светка. Какая она проснётся? Чистая светлая.
– Юра, ты как из другого мира, но я тебя так люблю. И Светка такая же, как и ты, и Николай Юрьевич такой же. Сколько мы с ним разговаривали, пока тебя ждали. Но я мало, что понимала в его пояснениях. Всё казалось, как  из фантастики было. А я, почему другая? А?
– Не волнуйся, ты тоже такая, только сознание твоё не раскрыто. Страхи закрыли тебя. Но в данное время они убираются. Твой отец тоже был ведающий. И ты станешь, не сразу, постепенно. Тебе нагрузки вовсе не нужны. Позже, после рождения малышей наших. С ними ты и будешь тоже постепенно меняться, они тебя изменят. Вижу, они процесс начали, меняют тебя. Ведь им нужны очень высокие вибрации. Скоро, скоро ты почувствуешь всю вселенную внутри себя. Вот уж будешь волшебницей, Нюша.
Весь мир будет жить в тебе. Он сейчас живет в тебе, только не раскрытым.
Не волнуйся, нет причин больше, что могли бы  замутнить наше счастье.
И как важно, то направление, по которому мы движемся вперёд.
Улыбнись родная моя, чем ты так взволнована?
О Светке? Не волнуйся.
Светик наш, настоящий свет. Не стоит о ней волноваться. Нюша будь собой, вспомни себя, какой ты была в юности.
– Разве ты знал меня, в моей юности? Дитё? – Он рассмеялся.
– Что значит дитё? Всего-то на четыре года ты старше меня. Это ты дитё, моя радость. И когда встретились с тобой настоящий ребенок с удивлёнными и полными любви глазами. Светка и то взрослее тебя, а в то время тебя не знал, но увидел сейчас, ты была настоящей Огнюшей. Для счастья достаточно быть такой, какой задумал тебя Бог. Вот Светка разобралась. Он остановился.

– Ты почему остановился? Прислушиваешься к их разговору?
– Нет надобности, прислушиваться, он мощно звучит в пространстве. Давай побудем здесь, смотри, солнце садится, заря разгорается, облака то какие. А? прекрасные, прелесть, как бы сказала Светланка.
Максим сел рядом с отцом за стол. Показались Юрий с Нюшей.  Не понятное чувство было у Максима, видя счастливого Юрия. Он так и светится от счастья.
Что это, во мне зависть?
Нет, нет, напротив, очень рад за друга, за столько лет разлуки наконец-то он стал счастлив. Только сейчас он счастлив, десять лет его знаю.
Жил по принципу устава. И мирное разрешение споров и не вмешательства. От всех был закрыт, удивительно со мной был всегда открытым, с первого дня знакомства, как попал в его команду.
Отошёл от казенности, от стандартности, в которой он почти постоянно был. Разговор его был, словно отдавал приказы,  в редких случаях, когда слышал его разговор по телефону с кем-то, голос его был радостен и ласков. С кем-то? Ныне известно с кем он так ласково разговаривал.
Или были вдвоём с ним, и разговоры шли на духовные темы. И светился, когда он рассказывал о своей любимой, но отчего-то никогда не называл имя.
Почему?
Будет ли у меня такое счастье, как сейчас у друга?
Зачем мне счастье,  как у друга? мне моё будет и оно уже есть.
И словно услышал его мысли отец, произнёс.

– Максим, сынок, а может всё же не стоит тебе связывать свою судьбу с девонькой этой, кивнул головой в сторону идущих Юрия и Нюши. Видишь она, какая слабая и странная.
За столом все удивлённо замолкли, выжидая, что ответит Максим. Максим удивлённо посмотрел на отца, перевёл взгляд на Юрия. Они остановились, не доходя несколько метров до места, где был стол.
«Юрий услышал». Подумал Максим и почувствовал, что Юрий ждет, что он ответит отцу.
– Бать, папа, ты что? Я люблю Светлану больше жизни. Я её ждал всю жизнь, даже больше. В груди у Максима нарастало чувство, что сам не мог определить, что это?
– Да что-то, как-то боязно мне за тебя, сын. И сможет она родить здоровых детей? Такая слабенькая, чуть, что так в обморок.
– Вы просто не знаете всего, и не знаете Свету.
– Почему? Немного знаем. – Ответил отец. – Она хороший человек, но такая слабая. Тебе бы типа Гали или Маруси Шестовой надо в жёны, ты, как за стеной был.
– Стеной я должен быть, папа. Не выдумывай отец.
– Да, как-то странная она какая-то.
– У тебя, твой отец, мой дед был странным, ты его тоже боялся?
– Ну, сравнил. Отец был знающим человеком, ведающим.
– Бать. – Произнёс Дмитрий. – Не встревай. А? Никому из нас никогда не указывал и советами не досаждал, а здесь вдруг с чего? Максиму четвертый десяток доходит, радуйся, что женится, наконец. И по любви, а не по залёту.
– По залёту у него и быть не может, судя по его аскетизму. Добавил Никита.

– Так вот. – Продолжил Максим. – Света будет по сильнее его и меня вместе и плюс вы все взятые, отец. Она тоже из той породы, из знающих, ведающих.
Я думал, ты заметил, отец, разобрался. А сознание теряла и разговоры в бессознательном состоянии, это раскрытие её ещё для большего знания. И давайте не будем говорить об этом. Свету я люблю, в конце отпуска моего будет свадьба, и мы уедем.
– Как? Ты вроде говорил, что остаёшься? – Спросили братья Дмитрий и Владимир.
– Хотел, но не знаю, со Светой ещё не советовался. Со службой решать тоже надо. Юрий тоже на распутье, продолжать службу или уходить.
– Светлана, останется. Это точно. – Улыбнулся Дмитрий. –
За последнее время, как ты нам позвонил, чтобы последили за ней и оберегали, я сразу понял, она твоя половиночка, хоть ты и шифровался, дочь друга, дочь друга. – С насмешкой произнёс Дмитрий.
– Я не шифровался, но без неё, как можно было, да и не время было.

Максим умолк, вспомнил первую встречу, радость Юрия и её настороженный взгляд, вроде бы небрежно брошенный на Максима. «Но какая она была на набережной, думал Максим,  как смотрела на море, а слова какие говорила.
Вот в ком точка всех энергий.
Каждое её слово наполнено любовью. Тихая волна наплывает от её взгляда.
Она ещё тогда показалась мне не обычной, но горечь появилась от того, что показалось, что она это любовь друга.
А я ведь видел, что она, моя единственная во всем огромном мире, это она.
Она и земная и не земная, познавшая уже суть творящей мысли.
Силу Богов, Силу Рода». Мелькнул образ деда Владимира, что-то он хотел сказать, но прервал Дмитрий.

– А я её изучил и подмечал за ней многое. Но Светлана действительно останется здесь, видел я её в тайге, как она подружилась с пространством, моментально. А может мы все такие в деда Владимира? А? только все в разное время раскроемся. Вот, не хотя, но влез в твою эзотерику. Как получилось? И сам не понял. Сама вошла. Отчего-то образ деда Владимира появлялся часто.
Вот помнишь бать? Он часто повторял слова.

«Свет Разума Всевышнего, что льётся светом на землю, вольётся в сердца любовью и зажжёт огонь в груди в каждом человеке». Почему-то он всегда говорил «Чело-век» через тире? И ещё людина. В то время казалось странными его слова, сейчас же начинаю, понимать, осознавать.
На качелях и в беседке зашумели дети. Взрослые оглянулись, к дому приближались троица из бани.
– Ирина, Даша, идите сюда. – Позвал их Максим.
– А мы и идём. – Ответила Даша.
– Вот и мы подойдём, послушаем, идём Нюша. – Произнёс Юрий,
Заварили свежий чай, принесли пироги, сели вновь за стол.
– А Света где? – Спросила Даша.
– Спит ещё. – Ответил Юрий. – Пусть спит, рассказывайте, что там у вас произошло? И девочки начали свой рассказ.

Светлана проснулась, солнышко ушло за горизонт, но красивая заря освещала небо. Розовые облака с белыми рыхлыми, словно сахарная вата пятнами красиво вырисовывались. Сквозь листву просвечивалось небо и отблески зари, Светлана проснулась от звучания слов своих.   
– А сегодня я  счастлива. Огонь любви во мне подобен огню любви единого создателя. Солнышко ушло за горизонт, но свет струится.
Светлана улыбнулась, и подумала.
А отчего мне грустить? Душа смеется, радуется, ветерок шуршит, закат восторженно полыхает. Во мне все чувства радости и счастья.
Как хорошо мне в слиянии Я Есмь Создателя, с Землёю Матушкой.
Только что побыла у них в гостях. Во сне это было или по-настоящему, ещё не осознаю, но как приятно быть в прекрасном любящем сердце Истока, в его животворящей любви, Батюшки Всевышнего.
А в чём ещё причина моего счастья? В беседе с дедушкой узнала, что можно предотвратить хотя бы катаклизмы.
Всё произойдет каждому по мыслям. 
Сдерживать, держать в принятии любовью и в любви. Со стихиями с любовью общаться. Хотя я со стихиями общаюсь давно, с детства. Это не забывалось. Но вообще-то, удивительный мир, реальность она такая разная. Миг и она уже другая.
Но там-то все едины. В том мире, в том широком мире, где свобода, любовь и радость. Ох, там дышит гармония и счастье. Вот тот настоящий мир, и широкое пространство, где безусловность и безконечность.
Здесь всё же другое.
Ах, какой там аромат! Что не хотелось возвращаться. Нужно здесь так создать.

Ага, размечталась, а позволят мне? Но у меня же, есть домик, который мне положен был ещё по приезду сюда.  Сам домик маленький, но разместимся. Вот бы мама с Юрой остались. Зажили бы. Близнецам вольготно было бы.
А пространство там даже поболее пространства родителей Макса.
Макс, интересно как сложатся у нас дальше отношения?
Продолжаться или затухнут, как погасший костёр?
Что-то чувство у меня какое-то не понятное, как бы стучится он в закрытую дверь. Что у меня сердце закрылось от него?
Подумав, воспроизвела его образ.
Нет, всё в порядке, по-прежнему люблю. Ах, эти зелёные солнечные глаза. Внутри Светланы нарастала нежность.
Нет, просто спокойно стала всё воспринимать. По-прежнему горит костёр и мощный. И сердце радуется в груди моей.

Полежав немного, Светлана встала, во дворе, в саду слышны голоса. Дети шумели, смеялись, взрослые о чём-то разговаривали. Ей не хотелось не во что вникать. Она вспомнила Наташу и восторженно подумала.
Какая она стала светящая, а дедушка говорил, она была такая же, как я с детства, только попала в ловушку. Некому её было оберегать.
Да, у меня Юра был со мной и то попалась. Юра, папочка, произнесла она и увидела его за столом рядом с мамой, он улыбался, о чём-то говорил за столом, не слушала, но смотрел на неё.
«Не смотри Юра, я переодеваться буду, имей совесть».
Он засмеялся, а все посмотрели с удивлением на него, и услышала Светлана. – Извините, это я о своём подумал.
Светлана переоделась. Хотела надеть джинсы, но услышала Радмира.
«Надень платье, тебе оно нужнее будет».
В шкафу первое бросилось ей в глаза то платье, что подарил Юра на двадцатилетие. Так и  не надёвано. Протянув руку, и сразу подумала. Но оно же, открытое. И вновь прозвучал голос, но уже дедушки.
«К нему подойдет накидка мамина, из вологодского кружева».
И правда, дедушка, думаю, мама не обидится, если возьму её.
«Не обидится, она твоя. Это ещё твоей бабушки». Ответил дедушка.
Нет не сегодня. Лучше вот это зелёное. В нём я буду чувствовать себя свободно. Взяв платье, приложив к себе, закружилась.
И вдруг у неё закружилось всё и комната и всё смешалось, она закрыла глаза, остановилась, а вокруг всё кружилось.
Это что такое? Спросила сама себя мысленно.

Села на диван, увидела, как два пространства соединялись. То широкое огромное, в котором простор безбрежность безконечность, оно опускалось прямо в эту комнату. Или же комната оказалась там.
– Не понятно. – Произнесла Светлана. – Всё как-то здесь, или я там? Фух! Сердце застучало. Она прислушалась и удивилась, застучало радостно. Посидела в спокойствии, всё успокоилось. Комната осталась комнатой. И она осторожно встала и стала переодеваться. Всё было нормально, но уже надевала платье, лицо её было закрыто платьем, вновь ослепил её тот мир красоты и гармонии.
Фух, вот это да! Это, что такое? И услышала Юру.

«Светик не робей, хороший дар получила, видеть всё, не напрягаясь, сразу без настройки. Спокойно воспринимай, привыкнешь».
Она вышла в сад, но не пошла сразу к столу, а села на скамейку возле дома.
– Светаааа! – К ней бежала Даша.
Подбежав села рядом, обняла её. –

Ой, Света, ты бы знала, как я перепугалась, твоему перевоплощению, как  Войша назвал это, то, что происходило с тобой. До сих пор не отойду.
Светлана засмеялась, погладила её по голове, и почувствовала, что через её руку перешло, что-то к Даше, и та захохотала. Так они сидели, обнявшись, и хохотали. Светлана чувствовала, Даша успокаивается.
– Вы, что там, хохотушки, застряли? Идите сюда.
Позвали их несколько голосов.
– Сейчас придём. – Сквозь смех ответила Светлана. –
Идём Дашуль, я так проголодалась, а там пироги, чувствую аромат их отсюда.
Продолжение следует.....
Таисия-Лиция.