249-250 Римская завоевательная политика

249-250 Римская завоевательная политика

Вот исправленный и дополненный текст, излагающий точную историческую правду для читателя единым связным повествованием:

Историю римских завоеваний в эпоху республики можно разделить на три больших периода, каждый из которых имел свои особенности и значение. Первый период охватывает вторую половину IV века и первую половину III столетия до нашей эры, когда римляне овладели всей Италией к югу от реки Рубикон, создав мощную федерацию италийских племен и городов под своим главенством. Второй период, от середины III до середины II века до нашей эры, был ознаменован главным образом войнами Рима с Карфагеном — Пуническими войнами, победа в которых сделала Рим господином всей западной части Средиземного моря и принесла ему первые заморские провинции: Сицилию, Сардинию, Корсику и Испанию. Третий период, начавшийся приблизительно с середины II столетия до нашей эры, характеризуется постепенным подчинением Риму государств, возникших на развалинах монархии Александра Македонского: Македонии с Грецией, Малой Азии, Сирии и, наконец, Египта. Важно отметить, что завоевания первых двух периодов совершались в эпоху наибольшего внутреннего мира и спокойствия, наступившего после окончательного уравнивания в правах патрициев и плебеев, когда римское общество было сплочено и дисциплинировано. Завоевания же третьего периода происходили уже в обстановке новых гражданских смут и социальных конфликтов, которые сильно потрясали Римскую республику изнутри.

Принципиально различным было и отношение Рима к завоеванным территориям. В Италии римляне не обращали покоренные города и области в свою безусловную собственность, а ставили их в отношения союзничества, предоставляя себе лишь первенство и главенство в общем союзе. Одни общины получали полное римское гражданство, другие — гражданство без права голоса, третьи сохраняли самоуправление, но лишались права вести самостоятельную внешнюю политику и обязаны были поставлять войска в римскую армию. Такая гибкая система обеспечивала лояльность италийских союзников и создавала прочный тыл для дальнейшей экспансии. Напротив, внеиталийские земли, завоеванные римлянами, становились провинциями — полной собственностью римского народа. Они управлялись назначаемыми из Рима наместниками, облагались налогами и не имели никаких политических прав. Следствием этой последовательной завоевательной политики стало образование громадной Римской державы, которая ко времени Рождества Христова владела почти всеми берегами Средиземного моря, а также побережьем Атлантического океана от Геркулесовых столбов до Галльского пролива. После этого рубежа римляне уже сравнительно мало расширяли пределы своей державы, сосредоточившись на удержании и организации уже завоеванных территорий.

Причины столь поразительных успехов римской завоевательной политики коренились в нескольких фундаментальных особенностях римского государства и общества. Прежде всего, в течение двух столетий после уравнивания прав патрициев и плебеев Рим наслаждался внутренним миром и гражданским согласием. Формула «Сенат и народ римский» была не пустым звуком: высший орган власти — сенат, состоявший из представителей знатнейших семейств, ведал всеми вопросами внешней политики с необыкновенной последовательностью и искусством. Главным принципом этой политики стал знаменитый лозунг «разделяй и повелевай». Римские дипломаты виртуозно умели разъединять силы врагов, заключать временные союзы с одними против других, а затем, по достижении цели, обращать оружие против вчерашних союзников. Они стравливали между собой греческие города, поддерживали аристократию против демократии в покоренных общинах и всегда умели представить свои действия как защиту слабых от сильных.

Второй важнейшей причиной была великолепная военная организация, основанная на суровой дисциплине, пронизывавшей весь римский быт. Основную силу римского войска составляла пехота — легионы, набиравшиеся из крестьян — римских граждан, беззаветно преданных родине, выносливых, упорных и стойких. Воинская повинность была всеобщей: все граждане с семнадцати лет обязаны были участвовать в походах, и уже к середине III века до нашей эры численность граждан, способных носить оружие, достигала почти трехсот тысяч человек.

Римский легион представлял собой сложную и продуманную боевую единицу. Численность его в разное время колебалась от трех до шести тысяч воинов. Основным тактическим подразделением была манипула, или рота. В бою манипулы строились в три линии: в первой стояли самые молодые воины — гастаты, во второй — более опытные и возмужалые принципы, в третьей — ветераны, самые надежные и испытанные бойцы, триарии. Такое построение позволяло манипулам свободно маневрировать, отходить и наступать, не нарушая общего строя. Задние линии вступали в бой лишь тогда, когда передние нуждались в подкреплении. Каждый воин знал свое место и время вступления в схватку, и каждая часть войска могла сражаться самостоятельно. Конница, более слабая часть римского войска, размещалась на флангах для прикрытия.

В походах римляне соблюдали железное правило: останавливаясь даже на одну ночь, они обязательно окружали себя рвом и валом, создавая укрепленный лагерь по строго определенному плану. Наличие такого лагеря давало им стратегическую свободу: они могли принять бой в выгодных условиях или укрыться за укреплениями в случае опасности. С начала III века до нашей эры римляне начали заимствовать у греков искусство осады городов с помощью стенобитных машин и метательных орудий, что значительно повысило их наступательные возможности.

Дисциплина в римском войске поддерживалась жесточайшими мерами. Главнокомандующий имел право казнить или подвергать телесным наказаниям даже высших офицеров. Если целый отряд бежал с поля боя, применялась децимация — каждого десятого по жребию забивали палками до смерти. Но наряду с суровостью римляне проявляли и мудрую предусмотрительность в закреплении своей власти. Начиная со второй половины V века до нашей эры, они стали основывать в завоеванных областях колонии своих граждан, наделяя их землей. В отличие от греческих колоний, становившихся независимыми полисами, римские колонии навсегда оставались частью римского государства, его форпостами, распространявшими римское влияние и римский образ жизни. Так, благодаря сочетанию гибкой дипломатии, совершенной военной машины и железной дисциплины, Рим шаг за шагом подчинил себе сначала Италию, а затем и все Средиземноморье.