Её загнали на самую вершину горы, как раненного зверя. Ей осталось не долго. Скоро всё закончится, и она наконец-то обретёт покой.
Здесь пришедшая издалека вода вначале тихая, спокойная, превращалась в бурный поток, и неслась вперед, не ведая преград. Княжна из последних сил перепрыгивала с камня на камень, продвигалась к краю. Вот и преследователи её показались. Им она нужна живой. Но, они не получат её. Ещё один прыжок. Последний. Те, кто гнал её, видимо не ожидали, что молодая женщина рискнет, подобраться к самому краю, все замерли. Она же повернулась к ним лицом, но не видела их и не слышала. Не хотела. Она выпрямилась. Руки положила на сердце. Красивые русые волосы рассыпались по спине. Ветер тут же подхватил и стал играть с ними. Она грустно улыбнулась. Смотрела на небо.
- Простите меня. Простите. Не бойся ничего, девочка моя. Будь очень сильной и любимой. И ты, прости меня, любовь моя. Вспоминайте меня иногда. – По щекам катились слёзы. От сердца подняла руки к небу. – Простите. Не в этой жизни.
И раскинув руки в сторону, спиной полетела вниз. Вода подхватила её, и вот они уже вместе. Вода и молодая женщина. Женщина, которая была любима и сама любила. Женщина, которая познала радость материнства. Женщина, которая хотела дарить людям радость. Радость от того, что спасала их жизни.
Глава 1.
За пять лет до этого.
Татьяна карабкалась по раскатанной горке. Ребятня устроила горку на холме, где возвышался великокняжеский терем-дворец. Её сбивали детишки, проносившиеся с горы. Она хохотала и опять начинала карабкаться вверх. Уж больно хотелось и ей скатиться с самой вершины. И вот. Ура! Победа! Она наверху. Села. Помчалась вниз. Как здорово! Внизу подбила какого-то мальчонку. Тот в отместку навалился на неё, пытаясь накормить снегом. Вот и клубок образовался. Кто-то за мальца, кто-то за княжну. Мимо них промчался всадник. Гости едут? Или… Всадник лишь на несколько секунд отвлёк внимание. А княжна с малышней уже карабкается в гору. Нет ничего лучшего, как покататься с горы с ветерком.
Через некоторое время показалась процессия. Её заметили сверху с холма. На время дети замерли. Всадники и обозы направлялись к терему. Они миновали городские ворота. Вот они уже проезжают боярские усадьбы, амбары, лабазы, хозяйственные постройки. Пространство холма не могло вместить много строений. И из-за этого строили вплотную друг к другу.
По знамёнам и гербами стало понятно, что это русские князья возвращались из орды с ярлыками. Их ждали. Поднялась суета. Князья со своими небольшими отрядами, за ними ордынцы. За ордынцами навьюченные сани. Казалось, что этой процессии не будет конца. Уставшие кони тяжело ступали по укатанной снежной дороге. Казалось ещё немного, и свободного места не останется совсем.
Ребятня, сбивая её с ног, ринулась за процессией. А девушка замерла и смотрела немигающим взором на искрящийся на солнце снег. Что-то тревожное зарождалось в её сердце.
- Княжна, вам велено явиться ко двору. Князь батюшка ждёт. У нас гости.
Татьяна тряхнула головой, прогоняя тревогу. Не спеша направилась к дворцу. Войдя во двор, она увидела спешившихся всадников. Вид у них уставший, измождённый. У входа в терем стоял хозяин, князь Переяславе – Рязанский, приближённые бояре.
-Благодарим тебя князь, что встречаешь нас, как гостей. За хлеб соль благодарим. Заехали к тебе с поручениями от Бату-хана.
Когда сказал, что с поручением все вздрогнули. Молодая княжна подошла совсем близко, и с интересом рассматривала гостей. Своим видом внесла улыбки в напряженную обстановку.
- Кто это у нас? – Спросил князь Андрей Ярославович.
- Это моя приёмная дочь, княжна Татьяна.
- Княжна!?- В один голос воскликнули Ярославовичи.
Они уставились на девчонку, похожую на сугроб. Её полушубок, платье, зимние расшитые сапожки, даже платок всё в снегу. Из-под платка выбились волосы. Лицо, раскрасневшееся от мороза и игры, горело пламенем, на длинных ресницах повисли льдинки, смешливые серо-синие глаза уставились на гостей.
- Княжна, иди в дом.- Князь сдвинул брови. Создалась неловкость, от которой нужно было избавиться.
Девушка слегка склонила голову в поклоне и прошла мимо гостей. Легко взбежала по ступеням терема и скрылась за дверью. Из-за дверей, послышался её заразительный громкий смех.
- Ну, что ж, гости дорогие, милости прошу. Пройдите в дом. Вам покажут ваши опочивальни. Дружинников и всадников ордынских, проводит Егор, разместит их в молодечных. Там они смогут хорошо отдохнуть после дальней дороги. Для вас топятся бани. А потом, трапезничать будем.
- Вот за бани тебе огромное спасибо князь.
Княжна между тем переоделась и через чёрный ход выскользнула из терема. Прибежала на кухню.
- Нянюшка, я квас разнесу в бани, проверю веники на месте ли.
- Хорошо. Помоги мне.
Девушка пробежала по всем баням. Проверила наличие веников, льняных тряпок. Квас поставила в предбаннике на столы. Вот и последний кувшин. Резко повернулась, чтобы уйти и в дверях увидела князя Андрея.
- Вот так подарок. Кто ты красавица?
Она уже хотела возмутиться, но поняла, что он её не узнал. Да и темнеть стало. А в бане горела, только одна свеча.
- Тебя что, князь послал, скрасить моё одиночество?
Княжна смотрела на него во все глаза. А он такой молодой красивый, сильный, стал надвигаться на неё. Смотрел в её глаза, загоняя в угол предбанника. Скинул с себя верхнюю одежду.
- Вот чёрт!- Тихо выругалась княжна. Что же ей делать? Мысли прыгали в её голове.
Князь подошёл к ней вплотную. И если сначала он хищно улыбался, то сейчас глаза его потемнели, он тяжело дышал.
- Красавица, будь со мной. – Она не успела сообразить, как он наклонился и стал целовать её губы.
Девушка не имела таких близких отношений с парнями, никогда не целовалась. Поцелуй взрослого искушенного мужчины ввел её в состояние транса. У неё подкосились ноги. А поцелуй становился всё настойчивей. И руки, ранее державшие её за плечи, стали скользить под её верхней одеждой. Что она делает? Она, что было силы, оттолкнула князя.
- Ты что, сдурел? – Пулей вылетела из бани.
- Так значит, не подарок. А жаль. Хороша.- Андрей улыбнулся.
У неё горело всё тело. Ноги ватные подгибались. Она дотронулась до губ рукой. Так вот, что значит страсть и желание мужчины. И главная в этой ситуации женщина или мужчина? Оба. Она притопнула ногой и засмеялась. Она всё ещё улыбалась, трогая припухшие губы.
- Княжна, батюшка приказал тебя трапезничать вместе с гостями. Будь готова.
- Зачем меня? Я не хочу. Там ещё и ордынцы.
- Велено явиться княжна. Готовься.
В дверь тихо стукнули, и вошла Дуняша.
- Княжна, давай помогу одеться.
- Я не хочу, не пойду.
- Ты должна.
Как ей было сказать Дуняше, почему она не хочет идти туда и встречаться с Андреем.
- Хорошо, - обречённо промолвила девушка.
Дуняша достала сарафан из дорогой ткани, рубаху, расшитые сапожки. На столе стала раскладывать украшения.
- Даже не думай. Одежду надену. Украшения даже не готовь.
- Князь-батюшка ругаться будет.
- Поворчит и перестанет.
- Ой, божечки, княжна, а ты и косу плести не будешь.
- Нет. Не буду. Не мужняя жена, зачем мне.
Дуняша закачала головой.
- Смотри. Я готова.
- Хороша, матушка, хороша.
Девушка преобразилась. Теперь она выглядела, как настоящая княжна. Но! Вместо косы, собрала волосы в высокий хвост. Из украшений на груди красовался амулет из золота. Амулет солнцеворот. И всё. К вечеру глаза из серо-синих приобрели глубокий синий цвет. Легкий румянец покрывал её щеки. Она не любила пользоваться белилами для лица, рисовать себе румяной, чернить брови.
Глава 2.
Дуняша проводила её до трапезной. Княжна вошла и остановилась у двери.
- Гости дорогие, разрешите представить вам мою приёмную дочь. Княжна Татьяна. Теперь уже, в другом обличие. – Князь улыбнулся. Бунтарка. Опять всё по-своему.
Княжна вышла на середину зала. Все замолкли. Они видели уже её. Но, сейчас перед ними стояла девушка полная собственного достоинства. Она без стеснения смотрела на высокопоставленных гостей. Было здесь и ордынское посольство. К ним она ещё не приглядывалась.
Она встретилась глазами с князем Андреем. У того было такое замешательство написано на лице. Татьяна подняла вверх одну бровь, при этом изо всех сил пытаясь сдержать смех.
- Присаживайся княжна.
Девушка слегка тряхнула головой, развернулась и направилась к своему месту.
- Княжна!- Андрей окликнул её.
Она повернулась и бросила на него вопросительный взгляд. Неужели он что-нибудь ляпнет про баню.
- Княжна, пока ты не села к столу, может, ты споёшь нам? Я не учтив? Очень хочется услышать твой голос.
- Княжна, спой нам, - послышалось отовсюду.
-Хорошо. Я спою.
Голос княжны разливался под сводами трапезной. Голос был сильным и звонким.
То, что звали любовью,
Оказалось обманом.
Звери веры сегодня
Зализали нам раны.
Но надежда напрасна:
Наша нить оборвётся.
Этой ночью мне ясно,
Что мечта не вернётся.
Я разбила нам небо,
Ты сломал наши крылья,
Там, за дымкой рассвета,
Мой кошмар станет былью.
Хуже смерти молчанье,
Счастья кончилась нитка.
Станет песней венчальной
Завывание волка.
Небо рухнет на плечи,
Боль задушит цепями.
Кто сегодня излечит
Эту ночь между нами?
Мы чужие друг другу.
Что же в сердце осталось?
В эту лютую вьюгу
Я разлук не боялась.
Это, ненависть, может,
Или просто не важно,
Что никто не поможет?
Мы одни. И не страшно.
И дрожим под одеждой,
Ведь любовь умирает,
И весну ждём с надеждой.
Жаль, что память не тает..
Как разрушить желанья,
Всё, о чём мы мечтали?
Не вини расстоянья,
Сами мы выбирали.
Просто сил не осталось,
Воли нет, чтоб бороться.
Зря я столько металась:
Что прошло – не вернётся.
Только в памяти где-то
Греют в дождь и ненастье
Наше общее лето,
Наше робкое счастье..
Когда она пела, то смотрела только на князя Андрея. И он смотрел в её глаза. И думал, как хороша эта девушка, есть в неё такое, что сердце начинает трепетать.
- Княжна, уважила. Красиво поёшь. А кто же сочинил её?
- А что, если я?
Князь всё ещё смотрел в её бездонные глаза. Создалось неловкое молчание. Татьяна развернулась на пятках, так что её волосы, собранные в высокий хвост, летели за своей хозяйкой и искрились при свете свечей серебристым холодным цветом.
Девушка добралась до своего места, внутри у неё всё кипело. Заставила себя успокоиться. Заставили петь её перед ордынцами. Взяла кубок с яством. Пригубила. Вкусно. Хмельно. Подняла глаза, осмотрелась. Все смотрели на неё. Кто в упор. Кто украдкой. Хорошо. Значит, гляделки. Она стала рассматривать ордынцев. До этого она просто скользила по ним глазами. Рассматривала их так пристально. Не отводила глаз, когда встречалась взглядом с иноверцами. Первый, второй, третий. И вдруг глаза её распахнулись ещё больше. Ордынец, который сидел в середине. Он был так красив. Разрез глаз, мужественное лицо, натренированное тело, которое не спрячешь ни за какими одеждами. Ему было где-то около тридцать. Старше её в два раза. Но сердце девушки ёкнуло и пустилось с пляс.
Князь Александр смехом спросил, нарушая молчанье.
- Княжна, я слышал, ты врачуешь?
- Да, это единственное, что у меня неплохо получается.- Ухмыльнулась она. И что они прицепились к ней.
- Ну, почему же, голос у тебя тоже красивый. – Князь Андрей не унимался.
- Ну, что ты князь. Женщина может много. Ошибочно думать, что её удел муж и дети.
- А что, княжна, и воинов за собой повела бы? – Александр решил посмеяться.
Татьяна взглянула на него, и сказала серьёзно.
- Не думай князь, что не по силам мне. Я может лучше тебя справилась бы. И пояс золотой на себя надела бы, по заслугам.
- Вот как?
- Не забывай князь за властью, о народе своём. Без народа, ты, ничто. – Она говорила жёстко.
- А я, что? Забыл о народе? – Александр был уязвлён.
- Ты, князь, с лёгкостью жертвуешь малым, чтоб прибрать к рукам большее. – Княжна с силой сжимала кубок с яством, так, что её пальцы побелели.
Она посмотрела на великого князя с презрением. От этого взгляда ему сделалось не по себе. Татьяна не могла простить ему и другим князьям, что не пришли на помощь её родителям. Погрязли в междоусобицах, борьбе за власть. Им было легко пожертвовать небольшим княжеством, лишь бы расположить к себе хана, уберечься самим. Так думала она.
-Княжна! Не забывайся! – Это князь-батюшка осадил её.
Обед подходил к концу. Княжна смотрела на ордынца, он на неё. Она больше не бросала взгляды на Александра и Андрея. За столом уже перешёптывались. Наконец обед закончился. Татьяна первая вышла из-за стола и покинула трапезную.
Глава 3.
Войдя в свою комнату села на постель и задумалась. Она и правда, дала маху. Чем всё может обернуться для батюшки.
- Княжна, как всё прошло? Все слышали, как ты пела. Так душевно. А ещё говорят, княже наш, злой из-за стола вышел.
- Меня и, правда, понесло.
- Что ты?
- Да, князь Александр. Если б могла, врезала ему со всей силы.
- Что ты, матушка, что ты.
Дуняша во все глаза смотрела на княжну.
- А что? Не права я?
- Да, так-то оно, так. Но, княжна, есть у него и заслуги.
- Не могу видеть его. Тошно становится.
- Да, тебя князь-батюшка ждёт. Ругаться будет?
- Наверное.
За дверью стоял боярин. Странно, а он то, зачем здесь.
- Я отведу тебя княжна.
Княжна последовала за боярином. Но шли они не в опочивальню князя, а в переговорную. Неужели всё так серьёзно? Войдя туда, княжна удивилась ещё больше. Вместе с князем её встретил ордынец, с которым она играла в гляделки. Князь был расстроен. В руках он держал письмо.
- Татьяна, тебе надлежит поехать в Сарай.
- Куда?
- Приказ Батыя. Но, даже если ты откажешься, тебя увезут силой.
- Интересно!? И зачем я нужна Батыю? – Этот вопрос она задавала уже ордынцу. Причём приблизилась к нему так близко, что почувствовала, как у того дыхание начинает сбиваться .- Князь, ты отдашь свою дочь? – Она говорила вкрадчиво, смотря в глаза ордынца. - Или боишься, что твоё княжество сотрут с лица земли. Как уже было не раз. И никто не заступится за тебя?
- Прости, княжна. Хан настоятельно просит отдать тебя в жёны за одного из своих преданных людей. – Князь был подавлен и еле ворочал языком.
- Что? Кому?! – Девушка замерла. Никак не могла осмыслить то, что услышала. – Батюшка, как же так? Почему я? Я вообще не хочу замуж. Ты же…- но, она не договорила. Князь держался из последних сил.
Повисла неловкая тишина. Княжна сделала глубокий вдох, распрямилась.
- И кто же мой суженный?
- Я, - ордынец не стал представляться. Просто короткое я.
- Так, так. А знаешь ли ты, ордынец, что я приёмная дочь? И, у меня нет права на это княжество. – Княжна придвинулась к ордынцу ещё ближе.
- Мне нужна только ты.
Она рассматривала его, как лошадь скаковую, только, что в рот не заглянула. Потом отвернулась, задумалась.
- Княжна…
- Значит, Батый. Ну, что ж. Вот и увидимся, Батый. – И уже повернувшись к ордынцу и приёмному отцу, сказала,- я не убью себя только потому, что хочу посмотреть в глаза хана. И ещё, моё условие. Женой твоей стану, когда буду готова. Перед отъездом никаких празднований. И никакой первой ночи. Что ты так на меня смотришь? Ведь вижу, что нужна хану. А ты, всего лишь предлог.
Князь и ордынец переглянулись.
- И сколько у меня времени?
- Не много. Дней пять нам хвати восстановить силы.
- Поняла. И ещё, у меня будет только ханское сопровождение. Я не возьму с собой никого. Или боишься, не справишься? – Она смотрела на ордынца.
- Но…
- Я сказала, что поеду одна. Мне не нужна прислуга. Это моё последнее слово.
- Как ты с ней справляешься князь? – Спросил ордынец.
- Она, самое лучшее, что было у меня. Надеюсь, что и ты как муж, будешь относиться к ней хорошо.
Князь был так расстроен, что ордынец решил не продолжать разговор, вышел.
- Татьяна, собирайся, ночью тебя увезут. Спрячешься в лесу, в Волчьей пади. Я отправлю с тобой Еремея. Я не могу отдать тебя. Как я буду смотреть в глаза твоему отцу, своему другу, когда придёт час, и мы встретимся? Собирайся. Возьми тёплые вещи. И ещё никто не должен знать. Никто.
Девушка подошла к приёмному отцу, обняла его, положила голову на грудь.
- Ты не сделаешь этого. Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то пострадал. Наш народ и так натерпелся. Нет, я не могу. Я поеду. Не переживай.
- Я боюсь за тебя.
- Всё будет хорошо. Я благодарна тебе за то, что ты дал мне жить, как я хотела. Со мной всё будет хорошо.
Девушка вышла.
Стоять князь не мог. Ноги не держали. Он, Ингварь Ингваревич, князь Переяславле-Рязанский, вспомнил, как нашёл этого уцелевшего ребёнка, среди трупов убитых . Он приехал в разорённое княжество, чтобы отыскать и предать земле тела убитых родственников. А так же всех, кто пал от меча тартарского. Там он нашёл её. Дочь своего друга. Сам он не был семейным человеком. Не обзавёлся женой и детьми. А она, как дар небес. Он считал её своим ребёнком. Любил до беспамятства. Приветствовал её увлечение. Тем более, что оно было во благо. Помогал, чем мог. И доверял ей. А теперь, его ребёнка забирают. Он не увидит больше свою девочку. Она не придёт к нему за советом. Не будет больше рассказывать о своих планах, чтобы она хотела сделать в монастырской больнице, где иногда пропадала днями и ночами. Её больше не будет рядом. Почему он не знал заранее, что она может быть нужна хану? Он бы спрятал её. Спрятал так, чтобы не нашёл ни друг, ни враг. Объявил бы ханскому посольству, что княжны нет в живых. И будь, что будет. Но, всё случилось не так, как он хотел.
Глава 4.
Утро показалось княжне, каким-то тихим. Она сегодня проспала. Полночи её одолевали разные мысли. Уснула только под утро.
- Дуняша, доброе утро. А что так тихо? Неужели все спят.
- Да, нет. Все же на охоту уехали.
- Куда?
- На охоту. Княжна разве тебе князь не сказал?
У княжны бешено заколотилось сердце. Она скатилась с кровати. Натянула юбку, всунула ноги в тёплые сапоги, схватила полушубок и опрометью выскочила из комнаты.
- Егор, куда они поехали.
- Так к Волчьей пади. Ой. – Конюх зажал себе рот рукой.- Княжна, как же так. Куда ты?
Но девушка, вскочив на свою кобылу, рысью помчалась со двора.
- Девочка моя, не подведи меня. Ты же знаешь, куда мы едем. Будь такой же смелой. – Княжна всю дорогу разговаривала и успокаивала кобылу.
Вот она услышала их, охотников. Услышала свист, звук рожков, они гнали зверя. Княжна оставила кобылу и ринулась по сугробам в лес. Она свистела по-особому. Звала друга, верного друга. Её сердце бешено колотилось. Девушка свистела и прокладывала дорогу в противоположную сторону. Туда, где сможет спрятать друга. Она вскарабкалась на пригорок, и увидела его, большого, белого волка. За ним бежала стая. Рядом волчица с волчатами. Из-за волчат они не могли быстро передвигаться. Она засвистела. Волк повернул на свист и уверенно повел всех к девушке. Она продолжала свистеть. И вот они окружили её. И ждали команды от вожака. Княжна опустилась на колени перед другом.
- Я помогу вам. Будь рядом.
Волки нервничали. Сбивались друг к другу.
- Ты же понимаешь, что не сможешь уйти. Будь рядом, кареглазый.
Вот уже и голоса послышались. Княжна выпрямилась. Встала перед стаей. Волчата поскуливали. Старые волки от такой гонки высунули языки, никак не могли отдышаться. Вожак подошёл и сел рядом с ней.
- Ты приготовился драться? Подожди, может, обойдётся.
- Смотрите, смотрите, кто это?
- Да, это же княжна!
- Княжна не бойся!
- Будет лучше, если вы повернёте в другую сторону. И если, вы пришли охотиться, так охотьтесь! – Крикнула она звонким голосом.- Зачем вы гоните волков? Забавы ради?
Кто-то выпустил стрелу. Хорошо, что она упала рядом. Княжна раскинула в стороны руки.
- Сначала вам придётся убить меня.
- Что ты делаешь? Вот ведь невыносимая девчонка.- Князь Александр поднял руку, останавливая стрелков. – Иди к нам.
- Я доберусь сама. Но, подожду, пока вы не скроетесь из вида.
-Иди сюда, говорю тебе.
- Это мои волки. Я не боюсь.
- Твои волки?
- Да. Князь, если вы не повернёте назад, добыча уйдёт от вас.
- Слушай, я не ослышался? Она сказала мои волки. – Он повернулся к егерю.
- Да, князь так и есть.
- Меня видимо долго не было, я что-то пропустил. Её волки.
Со стороны это выглядело устрашающе.
И только когда из вида скрылся последний охотник, княжна села в снег. Ноги тряслись.
- Уходи, кареглазый. Уводи всех.
Волк подошёл к ней, лизнул её лицо. Потом тихо потрусил, уводя свою стаю в безопасное место.
- Прощай друг. Ты всё же нашёл свою волчицу.
Кобыла, увидев девушку, зафыркала и пошла, к ней навстречу пританцовывая.
- И я тебя люблю девочка моя.
Только сейчас девушка поняла, что замёрзла. Сапоги полные снега. Полушубок на тонкую рубашку, на голове нет платка. Добравшись, домой, потрепала кобылу.
- Ты у меня молодец. Сейчас я тебе вкусненького принесу.
На кухне взяла два пирога и съела, поделившись с кобылой.
- Ой, матушка моя, да где же ты была? Да, что же это такое? Егор, Егор, истопи баню. Княжна промёрзла вся.
- Дуняша, ты не ходи со мной. Я хочу побыть одна.
- Хорошо. Княжна, я спросить хотела. Люди говорят, что к хану тебя увозят. Как же это так?
- Не причитай. Я сказала, что одна поеду. Никого брать не буду. Ты уж постарайся здесь для народа.
- Хорошо матушка. Ой, как же без тебя. А ты-то как? – Дуняша плакала навзрыд.
- Перестань, мне и так тяжело, не трави ты мне душу.
Княжна вышла из опочивальни и направилась в баню. Во дворе, расседлывали коней, вернувшиеся с охоты князья и дружинники. Увидев княжну, все замолчали. Все с интересом рассматривали эту девчонку. Князь Андрей не выдержал.
- Княжна, ты поразила меня в самое сердце. – Сказал он, встав перед ней на одно колено.
- Когда?
- Когда что? – Андрей в недоумении смотрел на неё.
- Поразила когда? Вчера или сегодня?
- Вчера, когда пела. Сегодня это было сильно.
- Вчера только когда пела?
Князь вопросительно посмотрел в её глаза. Потом перевёл взгляд на губы. Вот чёрт, так это была княжна? В бане было темно, и он не совсем разглядел её лицо.
- Княжна…
Но Татьяна, обойдя его, пошла своей дорогой. Андрей стоял растерянный.
- Что случилось брат?- Александр подошёл и наклонился к Андрею, прошептал.- Будь осторожен. За княжной постоянно наблюдают. Ты же не забыл, что она едет в Сарай.
- Не забыл. – Тихо ответил тот.
Глава 5.
Ордынец тенью пошёл за княжной. Он понял, что эта девчонка себе на уме. И чего ждать от неё в следующий раз? Он тоже сегодня был удивлён, сильно удивлён, когда увидел её среди волков. Вспоминая это, по телу пробежался холодок. Жуть, да и только. Зачем она Бату-хану? Зачем она ему?
Княжна тем временем подошла к бане. Словно почувствовав на себе чей-то взгляд, резко обернулась. И увидела ордынца. Он не ожидал, что девушка увидит его. Растерялся. А, он красив, снова подумала княжна. Тяжело вздохнула и скрылась в бане.
- Ну, надо же. Как это я попался?
А, что ему оставалось. Теперь он ответственен за княжну перед ханом. Он так и стоял, дожидался, пока она моется. И вот она появилась. Он должен пропустить её вперёд.
- Ты так и будешь за мной хвостом ходить? Или ты боишься, что я убегу? – Она стояла так близко. Смотрела в его глаза и смеялась.- А как же ночью? Не боишься оставить меня одну?
Ордынец нахмурился.
- Не бойся, не убегу, расслабься.- Она похлопала его по плечу.
Что это было? Как женщина может себя так вести? Да, он и старше её раза в два. Но, ему почему-то захотелось стать моложе. Вот ведь угораздило его. Лучше сражение, чем эта взбалмошная особа.
Сегодня за обедом все были молчаливыми. Так перебрасывались парой слов с соседом. Княжна бросала взгляды на ордынца. Но, тот не смотрел на неё вовсе.
Вечером княжна отказалась трапезничать со всеми. Дуняша принесла пирогов и медовухи.
- Княжна нам попадёт, если кто прознает.
- Не бойся. Не узнают.
Но, они так хохотали, выпив немного медовухи. Сидели, вспоминали разные смешные моменты из своей жизни. Только смешные, сегодня хотелось только смеяться.
- Княжна, нет больше выпивки. Я пойду, принесу.
Дуняша встала с пастели и упала.
- Ой, где это я?
Княжна хохоча, села рядом.
- Сиди уже. Сама схожу.
- Не попадись!
- Да, тише ты.
Княжна тихонько приоткрыла дверь. Причём, стояла она, не в полный рост, а согнувшись. Вроде тихо. Открыла дверь шире. И поняла, что смотрит на чьи-то ноги или сапоги. Не важно. Зажмурилась.
- И кто это у нас?
Она почти выпрямилась и её повело. Она висела на двери, которая, то открывалась, то закрывалась.
- Ой, - только и успела сказать. Её с силой оторвали от двери. Тот, кто оторвал, вошёл вместе с ней в комнату. – Мужчина вы куда?
- Княжна, ты пьяна!?
- Нет ещё. У нас закончилась медовуха. Я хотела сходить. А, ты будешь? Если будешь, принеси.
- Тебе уже хватит. И что вы здесь устроили?
- Это мои проводы.
- Понятно.
Княжна чувствовала, что веки слипаются. И она погружается в сон.
Мужские руки подхватили девушку и положили на постель. Мужчина долго вглядывался в её лицо. Тяжело вздохнув, положил рядом Дуняшу. И тихо вышел.
Ордынец стоял посреди двора. Обхватив голову руками. Что с ним происходит? Неужели он… нет, нет! Этого не может быть! Он не должен! Но, сердце бешено колотилось. Это случилось с тобой дружок. Сердце не обманешь. Ему захотелось кричать. Сдержался. Вернёмся, попрошусь у хана как можно дальше от неё.
Глава 6.
Утро для девушек выдалось хмурое. Проснулись с больной головой.
- Ой, проспали. Княжна, и попадёт же мне.- Причитала Дуняша.
- Не переживай, скажу мне помогала.
- Водицы студёной принесу сейчас. Ой, моя головушка. Княжна, ты прости, но не помню я, как на кровати с тобой оказалась.
- Я и сама не помню. Нет! Помню! Мужские ноги.
- Что!?- Дуняша схватилась за сердце.- Так мы что? С мужчиной пили?
- Вот этого не помню. Ноги помню.
Прислужница заревела и кинулась за водой.
Татьяна сидела на краю кровати. Не вспомнить ей. Кто же это был? Помнит, что подхватили её чьи-то сильные руки. Даже помнит, что за шею крепко держала мужчину, и не хотела отпускать. А кого? Не помнит. Вот ведь.
- Княжна, иди умываться.- Дуняша ещё всхлипывала.
- Да ладно тебе.
- Ну, как же. Я совсем плохая была. Я и ног не помню.
Княжна нырнула под воду налитую в таз. Задержала дыхание. Теперь лицо горело. Приятное ощущение.
- Дуняша, я есть, не буду, не могу. Мне нужно в кузницу съездить, я кое-что заказывала, должно быть готово. Нужно помаленьку собираться.
- Как скажешь. – Уныло произнесла та.
Татьяна оделась по-простому и вышла из опочивальни.
На улице наткнулась на ордынца. Слегка кивнула головой, поздоровавшись с ним.
- Егор, седлай лошадь.
- Княжна, ты куда?
- Господи, да что это такое? Ты везде будешь ходить за мной? Ты думаешь, я сбегу? Я что, похожа на безответственного человека?
- Так куда ты направляешься?- На его лице появилась улыбка.
- Я еду в деревню. – Она постояла молча. Посмотрела в его глаза. – Хорошо. Поедем вместе.
- Что?
- Давай быстро. А то, я передумаю.
Он почему- то обрадовался. « Веду себя как мальчишка.» Подумал и опять улыбнулся.
« И чего он улыбается? Как дурачок, ей богу. Если только…» она посмотрела на его ноги. «Они! Надо же было так напиться!»
- Зачем ты туда едешь?
- Я кое-что заказывала в кузне. Как тебя зовут ордынец?
- Айтуган. Меня зовут Айтуган.
- А что значит твоё имя?
- Лунный восход, родился мальчик красивый, как месяц.
Она смотрела на него с улыбкой.
- Что?- Почему эта девчонка так смотрит на него.
- Ты и, правда, очень красивый.
Ордынец остановился. Зачем она так говорит? Она что, делает это нарочно?
До деревни они ехали молча.
Переяславль-Рязанский поначалу, был всего лишь укреплённым пунктом. Стоял он на возвышении. С трёх сторон холм опоясывали две реки Трубеж и Лыбедь. Заботливо опоясав холм, эти реки несли свои воды в Оку. Город был окружён бревенчатой стеной. За крепостной стеной раскинулись дома ремесленников, крестьян. Некоторые выглядели совсем уныло. Похожи были на землянки. А сейчас, зимой, выглядели большими сугробами.
Послышался перестук молотков. И кузня показалась за поворотом. Они подъехали, спешились. Несмотря на мороз, дверь в кузню была распахнута. Княжна остановилась в дверном проёме. С улыбкой наблюдала за работой кузнеца. В её взгляде было столько нежности и любви. Парень был высокий ростом, светловолосый. При работе каждый мускул жил на его теле. Тело было красивым. Кузнец почувствовал чьё-то присутствие. Обернулся. Увидев княжну, широко улыбнулся.
- Привет, красавица. Подожди немного, я сейчас закончу.
Ордынец, молча, наблюдал за ними. Они хорошо знают друг друга. Парень работал, а она продолжала смотреть на него. Кузнец бросал на неё короткие, нежные взгляды.
«Они что? Любовники !?» Ордынец занервничал. Этого ещё не хватало.
Кузнец освободился. Умылся. И только тогда, подошёл к княжне.
- Здравствуй.
-Здравствуй. Всё готово?
- Да. Я старался.
Молодые люди склонились над столом. Иногда их головы соприкасались. Но, они не чувствовали никакой неловкости. Ордынцу сделалось неприятно, что он наблюдает за ними. Почувствовав себя лишним, он вышел на улицу.
- Спасибо. Всегда знала, что можно на тебя положиться.
- Княжна, - парень с нежностью смотрел в её бездонные глаза, - я слышал ты уезжаешь?
- Да.
- Мы с тобой никогда не увидимся больше?
- Похоже на то.
- Ты будешь помнить меня?
- Ты всегда будешь в моём сердце, мой добрый, мой самый лучший друг.- Она обняла его за талию и прижалась головой к широкой мускулистой груди.
В этот момент дверь открылась, на пороге стоял ордынец.
- Княжна, нам пора.
- Да, иду.
- Подожди, не уходи. У меня подарок для тебя. Я сделал эту маленькую саблю специально для тебя. Пусть она защитит тебя от врагов.
Парень взял саблю, опоясал ей талию княжны. Затем отпустил. Сабля приняла исходное положение.
- Спасибо. Прощай. Живи правильно.
Девушка низко, почти до пола поклонилась кузнецу и вышла.
Всю обратную дорогу ехали молча. Татьяна бросив взгляд на ордынца, поняла, что тот злится. Решила ничего не говорить, не лезть на рожон.
Глава 7.
До отъезда оставалось три дня. Княжна собирала сундуки. Вернее, у неё их было два. Один большой, для вещей. Другой, для её лекарств, сушеных трав и инструментов. С ордынцем они практически не виделись. Увидев её на улице, быстро проходил мимо. За столом вообще не смотрел на неё. И что с ним не так? Она только пожимала плечами.
День отъезда.
Собираться в дорогу стали ранним утром. Часть утвари, корм для скота погрузили с вечера. Татьяна не спала всю ночь. Они проговорили с Дуняшей до утра.
- Я просила князя батюшку, чтобы помог тебе, если твоё желание лечить людей не пропадёт с моим отъездом.
- Княжна, я буду усердно стараться. Век тебя не забуду.
Князя-батюшку Татьяна в последние дни видела редко. Он был опечален, а ему приходилось заставлять себя играть роль радушного хозяина. Тёмные круги пролегли под глазами, лицо осунулось, речи говорил еле-еле. И сейчас провожая княжну, схватился рукой за поручень крыльца, по-другому ему не устоять. Татьяна улыбнулась ему.
- Князь-батюшка, благодарю тебя за всё, что сделал для меня сироты. Заботился, растил, любил. Благодарю. Не болей. Живи правильно. Не забывай о народе своём. Прощай. Не поминай лихом. – Татьяна подошла к отцу своему названному, крепко обняла его.
- Княжна, не забывай, ничего не забывай. Старайся не попадать в неприятности. Прости меня, прости. – Князь опустился перед ней на колени. – Прости, что не могу сдержать своё обещание. Прости, что не могу защитить тебя. Прости, девочка моя.
- Будет, князь. Ты дал мне много. И за это спасибо.- Чтобы не разреветься, она вышла на середину. Нужно было попрощаться с народом.
- Люди добрые, не поминайте меня лихом. Не болейте. Живите правильно. Прощайте.- Она низко поклонилась люду простому на четыре стороны. Быстро прыгнула на свою кобылу.
- Подожди княжна. Вот батюшка шубу сказал взять, а ты забыла.
- Спасибо, Дуняша. Прощай.
И княжна с небольшим отрядом ордынцев тронулась со двора. Лицо её окаменело. Она держалась, чтобы ей не разрыдаться. Она не обернулась назад. Знала, что князь всё ещё стоит на коленях. Как только их процессия тронулась, народ стал опускаться на колени. На колени становились все, от мала до велика. И только оказавшись за городскими воротами, по щекам градом покатились слёзы. Айтуган бросал на неё косые взгляды. Пусть выплачется. Легче будет. Княжна бросила взгляд на холм, красовавшийся на краю леса. На этом месте она встречалась с кареглазым другом. А теперь у каждого своя дорога.
Что ждёт её в далёком краю? Да, и вообще, сколько ей отпущено? Она тяжело вздохнула.
Вечерело. Они остановились на краю небольшого сельца. Стали ставить шатры. Айтуган кивком показал княжне следовать за ним. Въехав в село, взглядом выбрал избу.
- Примите на ночь княжну.- Сказал грозным голосом, нахмурив лицо.
Хозяин, открывший им дверь, лишился дара речи, увидев перед собой ордынца. Его выручила жена.
- Проходите. Милости просим. Вот сюда, согрейтесь. К огню. И просим отведать, что бог послал.
- У нас есть еда.- Сказал ордынец, поставив на стол корзинку с пирожками и курицей.
- Можно воды горячей, пожалуйста.
- Конечно, сейчас, сейчас.
Татьяна и Айтуган сели к столу. Из угла, сидя на соломе на них смотрели детские глаза. Два мальчика погодки, лет пяти и шести и маленькая девочка, двухлетка. Княжна встала, подошла к ним, улыбнулась. Протянула руки.
- Иди ко мне. Иди не бойся. Я тебе вкусненького дам.
Девочка стесняясь, но пошла на руки к княжне.
- И вы тоже идите сюда. – Сказала она мальчишкам.- Давайте сядем все вместе.
Она дала мальчишкам по пирогу. Сама стала, есть с девочкой. Отламывая ей маленькими кусочками.
- Вкусно? – Спросила она у детей.
- Да.
Девочка прятала своё лицо на груди у Татьяны.
- Ты боишься этого дяденьку?
Девочка кивнула головой и еще больше стала закапываться в платье княжны.
- Да, с виду грозен. Но, не бойся. Он в душе добрый и хороший.
Ордынец перестал, есть и пристально смотрел на княжну. Она с ребёнком на руках. И он рядом. От своих мыслей, смутился.
- Наелись? А теперь вкусненькое. Это вам по медовой конфетке, но на утро. Сейчас спать пора.
- Вот, милая, вода горячая.
- Спасибо.
Княжна разлила в две кружки, положила туда пластинки, размешала.
- На, пей.- Протянула кружку ордынцу.- Это медовая вода.
-Хорошо.
- Господин, у нас место только вот здесь. Мы соломы подбросим.
- Не волнуйтесь. Нас всё устраивает.
Она без сил опустилась на солому. Айтуган подошёл, накрыл её шубой. И стоял в нерешительности. Потом повернулся, решил сесть у двери. Татьяна схватила его за руку.
- Здесь места хватит на двоих. Около двери сильно дует.- Она всё ещё не отпускала его руку. Потянула его вниз.
Он не сопротивлялся. Сел рядом прижался спиной к бревенчатой стене. Они сидели, какое-то время, молча. Княжна стала засыпать. Её голова моталась из стороны в сторону, пока он не положил её на своё плечо. В тот же момент и так не спокойное его сердце, начало бешеный танец. Он вдыхал запах её волос. Они пахли земляникой. Ему снилось, что они вместе идут по полю, держась за руки. Земляникой перестало пахнуть, теперь только скошенной травой. Открыл глаза, её нет. Вскочил. На улице никого. Только соседские собаки лаяли, разбуженные открывшейся дверью. Где она?
- Ты что здесь делаешь? – Татьяна стояла перед ним.
- Не делай больше так. Слышишь меня? Никуда одна не ходи.
- Мне нужно было выйти. Ты что? Ненормальный? Ты смущаешь меня. Или ты собираешься стоять рядом?
- Собираюсь. – Он придвинулся к ней вплотную. Он злился.
Она смотрела на него недоуменно. Её губы стали приоткрываться.
- Не злись. Я буду говорить, когда ухожу. Хорошо. – Она улыбнулась. Взяла его за руку. – Пойдём, ещё рано.
Больше он не мог уснуть. Только первый день их пути. Только первая ночь. Он закусил губу.
Глава 8.
Они покинули место ночлега, когда хозяева ещё спали. Княжна поздоровалась с ордынцами. Они были такие же молчаливые, как и их начальник. Только её лошадь обрадовалась, завидев свою хозяйку. И пошла к ней, пританцовывая.
- Это ты так научила её?
- Да. Здравствуй моя девочка. Вкусненького хочешь?
Княжна протянула руку. На ладони у неё лежали кусочки морковки. Вороной конь Айтугана фыркнул и тоже потянулся к её руке.
- И ты хочешь? Ладно, и тебе кусочек достанется. Вкусненько?
И опять долгий переход. На пути им не попалось никакого населённого пункта.
На ночлег приготовили место в поле. Разбили походные шатры. Развели костры. У Айтугана шатёр был большим. В середине можно было развести огонь.
- Я в таком ещё не была. А здесь тепло.
Она стояла посередине и улыбалась. А он, наблюдал за ней.
- Я у тебя хотела спросить. Что я сделала не так? Мне кажется, что ты злишься именно на меня. И уже не первый день. Я хочу понять. Скажи.
Он, молча, смотрел на неё.
- Ты, взрослый мужчина, объясни мне. Почему молчишь? Ну, не злись. Давай дружить. Смотри, какой ты большой. А я, такая маленькая. – она встала на цыпочки.- Всё равно, маленькая.
- Ты дразнишь меня?
- Я что?
- Сколько у тебя было мужчин?
Она залилась румянцем. О чём это он?
- Ладно, ладно. Не буду я с тобой разговаривать. Считай, что меня здесь нет.- Она стала пятиться от него.
- Так сколько? Ты считаешь, что можешь вот так играть с мужчиной?
- Вот ненормальный. Отстань от меня.
- Ты не ответила.- Он надвигался на неё.
- А мужчин? Это в смысле кого я лечила? Скольких я видела нагими, когда им операцию делала? Со сколькими я целовалась? Ты что имел ввиду?
- А ты не понимаешь?
- Я? Нет, я хорошо понимаю, о чём ты. Не забывай, что я врачеватель. Вот чёрт! Я только сейчас поняла. Я тебя волную, как женщина? Точно. Ты в меня влюбился, а теперь злишься на весь белый свет. Я права?
- Ты, ты же девушка. Как же ты можешь вести такие разговоры с мужчиной?
- Слушай, мужчина. А что ты знаешь о женщинах? Ты думаешь, предназначение женщины выйти замуж, родить детей и ждать, а когда же её муж сподобится любить её. Ты так думаешь? Почему широко не мыслишь? Да, если бы не ваш могущественный Батый, я жила бы жизнью той, которая мне нравится. Занималась бы любимым делом. Лечением людей. И выбрала бы себе мужчину, которого залюбила бы до смерти. И если сама, только сама захотела, только тогда вышла бы за него замуж. Ты думаешь, что с женщиной не о чем говорить? Что она не знает, что делается в нашем бренном мире? А спрашивать у меня, со сколькими мужчинами я спала, знаешь, это, это... И какое тебе дело?
- Княжна…
- Пошёл к чёрту! Ночуй сегодня где угодно, только не здесь. И если не уйдёшь ты, уйду я.
Он понимал, что она не шутит. Ещё немного и они подерутся. Ему ничего не оставалось, как уйти.
Татьяна никак не могла отдышаться. У неё даже руки тряслись. Нужно успокоиться. Надо же, ведь он понравился ей. Дурак. Княжна скинул с себя одежду. Осталась в мужских широких штанах и рубахе. Сняла с пояса кинжалы и начала танец с кинжалами. Давно она так не занималась. Краем глаза увидела, как в шатёр вошли. Недолго думая, метнула кинжал в сторону не прошеного гостя. Кинжал воткнулся в нескольких сантиметрах у ног вошедшего. Она развернулась и увидела молодого ордынца. Он с открытым ртом смотрел на кинжал. Такого он не ожидал. Он сам очень хотел отнести княжне еду. Эта девчонка заинтересовала его. Он всё ещё смотрел на кинжал. Интересно, она промахнулась, или так было задумано. Странные мысли после этого броска бродили в его голове. Миску с кружкой он держал так крепко, что княжне пришлось с силой вырывать еду из его рук.
- Спасибо за еду. Тебе помочь?
- Что?
- Сам выйдешь или как?
- Сам, сам, -ордынец стал пятиться.
- Ой, как нехорошо получилось, - пробубнила княжна. Но покушала с удовольствием.
Молодой ордынец между тем добрёл до шатра, в котором ужинал Айтуган и его десятники. Он вошёл и тихонечко сел в стороне.
- Что с тобой? –Айтуган забеспокоился. – Ты еду отнёс?
Парень кивнул головой.
- С тобой всё в порядке? Что-то случилось?
- Она метнула в меня кинжал, - тихо произнёс он. Вид у него был не от мира сего. Блаженный какой-то.
Он что-то увидел?
- Ты спросил разрешения войти?
- Кажется, нет. Я не успел. Вот столько, - он показал пальцами, - и всё.
Сначала засмеялся один десятник, за ним заржали все. Айтуган смотрел удивлённо на этих суровых мужчин. Они так смеялись первый раз. Во всяком случае, он видел их такими первый раз.
Но, Айтугану было не до смеха. Он смотрел на молодого подчинённого. А ведь, и его очаровала эта маленькая колдунья лесов.
Глава 9.
Утром Татьяна проснулась рано. Ночью приходил Айтуган. Она знала, что он придёт. Но, притворилась спящей. Сейчас она, как и вчера утром, кормила лошадь морковкой.
- И ты пришёл. На и тебе. Посмотри девочка моя, а он красавчик. Да? А как фыркает. Давай дружить.
Девушка подошла к нему ещё ближе. Конь был большой, по сравнению с её кобылой. Она протянула ему руку. Он слизал морковку. Лизнул ей ладонь.
- Какой хороший мальчик. - Он наклонился к ней и уткнулся мордой ей в плечо. Она зашептала ему на ухо. Он тряхнул головой, фыркнул, ударил копытом. – Так ты покатаешь меня? Можно?
Княжна легко вскочила на коня. Он встал на дыбы. Но, быстро успокоился.
- Красавчик. Какой хороший мальчик.- Она скользнула телом по его шеи, дотянулась до уха. И опять зашептала ему. Наконец, конь расслабился.- Спасибо. Теперь я оставлю тебя.
Она спрыгнула. Конь потянулся за ней. Княжна погладила его по морде, и поцеловала в нос.
- Всё, ищи своего хозяина.
За этой картиной наблюдали почти все. А молодой парень смотрел на княжну с таким восхищением. Айтуган вообще не понял, а что это было? Его норовистый конь, который не подпускал к себе никого, и вот те раз. Предатель. Мало того, ещё этот очарованный молокосос. Он прикрикнул на парня. Тот кинулся в сторону, как можно дальше от военачальника. Того и так все боялись, а уж когда тот в гневе, то не сносить головы.
Княжна не торопясь села на лошадь и поравнялась с ордынцем. Она не поздоровалась с ним, вообще делала вид, что его нет рядом. Конь, почувствовав её рядом, ткнулся мордой в её колено.
- Вот ведь, предатель.- Проворчал ордынец. Он хотел что-то спросить у княжны, но посмотрев на нее, не решился.
Всю дорогу ехали молча. На ночлег опять устраивались в поле. Айтуган после вчерашней ссоры, не решился зайти к княжне. Ужин опять понёс молодой ордынец. В этот раз он громко спросил разрешения войти.
- Княжна, я принёс тебе еду.
- Спасибо. И прости за вчера.
- Ну, что ты. Это так. Ничего.
- Как тебя зовут?
- Ергали.
- А что значит твоё имя?
- Отважный. – Парень смутился.
- Значит, ты отважный воин. – Девушка грустно вздохнула.
- Ну, да.
Княжна поняла, что тот не хочет уходить. Да, и ей было грустно. Хотелось поговорить.
- А ты уже ел?
- Нет, я принес тебе.
- Ты много принёс. Я не съем столько. Иди сюда. Садись к огню. Давай поедим вместе.
- Правда?
- Давай, я возьму вот этот кусочек. А это, тебе. Ешь на здоровье.
- Спасибо.
- Ергали, а ты давно служишь?
- Сколько себя помню. Мой отец сотник.
- А. Понятно.
- Княжна, я тебя спросить хотел, можно?
- Конечно, спрашивай.
- А волки? Как ты их приручила?
- Я когда училась стрелять из лука, случайно ранила его. Я не хотела, так получилось по моему неумению. Это было много лет тому назад. Потом за ним раненным бегала полдня. Он свалился, только когда сил не осталось даже ползти. Я тащила его всю ночь на своём платье. Он сейчас большой, матёрый. Тогда был чуть меньше. Но, и я была мала. Потом долго лечила его. И приручала. Я ходила постоянно с искусанными и расцарапанными руками. Потом мы подружились. Когда он окреп, я повела его в лес. Но, он всегда возвращался ко мне. Первое время я провожала его до леса. А он, бежал, провожая меня до дома. Так мы и ходили. Меня дразнили волчицей. Потому как мой волк никак не мог найти себе пару из-за меня. Волк всю жизнь живёт с одной волчицей. Всю жизнь верен ей одной. Потом, я отпустила его. Но, мне хотелось всё время видеть друга. Но, я не волчица.- Княжна замолчала.
- А остальные, остальные, почему они не тронули тебя.
- Остальные, просто поверили своему вожаку, в момент опасности.
- Знаешь, княжна, ты смотрелась так, - он поднял палец вверх. Они засмеялись.
- Я смотрю у вас здесь весело.- Айтуган пытался быть спокойным.
Ергали вскочил.
- Простите. Я пойду.
- Ергали, спасибо тебе.
Парень кивнул головой и вылетел из шатра. Княжна смотрела на огонь и молчала. Молчал и ордынец. Она была такой приветливой с Ергали, а на него даже не хочет смотреть.
- Ты нашла себе друга?
Она промолчала.
- Я сегодня переночую здесь.
Тишина.
- Ты не хочешь со мной разговаривать?
Опять тишина.
- Я обидел тебя. Прости. Я не знаю, что на меня нашло. Простишь?
Княжна, молча, легла у огня. Накрылась шубой. И стала смотреть на тлеющие угли.
- Я подброшу ещё дров. А то, замёрзнем ночью.
Ордынец смотрел на княжну. Она закрыла глаза. Толи спала, толи не хотела с ним говорить. Он лёг почти рядом, чтобы видеть её лицо.
- Прости меня, - прошептал он.
Глава 10.
В дороге проходили дни за днями. Княжна так и не помирилась с Айтуганом. Но, дружеские отношения между ней и Ергали крепли. Девушка, не привыкшая к таким переходам, очень страдала. Ей не хватала тепла, бани. Она чувствовала, что простужается. Ещё с вечера её знобило.
- Ергали, не приходи сегодня. Я устала. Хочу спать, глаза просто слипаются.
- Хорошо. С тобой всё хорошо будет?
- Да, не переживай.
Она укуталась в шубу, лица не было видно совсем. Айтуган не стал будить её. Утром она еле поднялась. На лошадь забралась с третьей попытки. И то, ей пришлось положить лошадь. Потом вместе с хозяйкой лошадь поднялась.
- А девчонка знает толк в лошадях.- Ордынцы одобрительно кивали головами.
- Что с тобой? – Спросил Айтуган.
- Всё хорошо. – Только и молвила и по привычке отвернулась от него.
Они проехали всего ничего. Княжне становилось всё хуже и хуже. И вот в глазах у неё потемнело, и она стала сползать с лошади. Айтуган в последний момент подхватил её.
- Княжна, княжна! Что с тобой?
Татьяна заваливалась. На лошади ей не удержаться.
Все остановились. К Айтугану подъехал сотник.
- Что случилось?
- Княжна кажется, заболела. Вот чёрт. Помоги пересадить её ко мне. Вся горит. Попроси сделать настойку. У неё есть, конечно же, но я не понимаю ничего в её хозяйстве.
- Мы поедем или остановимся.
- Давай ещё немного проедем. Место нужно выбрать для стоянки лучше.
- Хорошо.
Ордынец прижал княжну к себе.
- Ну, как же ты так? Всё будет хорошо. Потерпи немного.
Он испугался. Испугался не гнева хана, если не довезут её. А просто, испугался, что её не окажется рядом с ним.
- Всё. Здесь остановимся. Скажи всем стоянка дня на три не меньше. Принеси настойку сам. Не присылай Ергали.
- Хорошо.
Ордынец внёс княжну в шатёр. Ещё не разогрелось. Дрова потрескивали, немного дымились. Положил её у огня. Её трясло так, что слышно как стучат её зубы.
- Можно войти?
- Да. Входи.
- Вот принёс отвар. Немного остынет, попробуй напоить её. Слушай дело дрянь. Если…
Айтуган не дал ему договорить.
- Перестань. Всё хорошо будет. А если… то нам не жить. Всех казнят. Так что давай без если.
- Наш хан так торопится заполучить её, что по морозу решил везти. Девчонка не привыкла к такому образу жизни.
- Холодно, - зубы клацали во рту.
-Что? – В один голос крикнули мужчины.
- Холодно.
- Я укрыл её всем, чем мог.
- Нет, брат, ты же знаешь, как греть надо. Айтуган, держись, - сотник стукнул его по плечу и засмеялся.
-А чёрт! И за что мне это?
- Держись. Я скажу, чтобы вас не беспокоили. На всякий случай закрой с этой стороны.
- И ты ещё смеёшься?
- Хочешь, я позову сына?
- Иди уже.
Сотник, посвистывая, вышел.
Ордынец стоял в нерешительности. Что ему сделать в первую очередь. Да, закрыть шатёр. Затем он взял кружку, сел рядом в княжной. Приподняв её, пытался напоить. Что в рот ей попало, что разлилось, стекая по подбородку.
- Пей моя хорошая. Ещё немножко. Вот так.
- Мама, мне холодно. Мама.
- Тише, тише, всё хорошо.
Айтуган зажмурил глаза и стал раздеваться. Потом стал раздевать княжну.
- Прости. Но по-другому никак. Если бы ты была в сознание, мне даже страшно подумать, что бы ты сделала со мной.
Он раздел её до нижней рубашки. Пытался не смотреть на неё. Лёг рядом, прижавшись к её спине. Не мог решиться, но всё же положил руки ей на живот. Пока она лежала спокойно, всё было ещё терпимо. Но, она стала метаться. Ему пришлось крепче держать её. Потом она повернулась к нему лицом, обхватила его за талию. Лицо спрятала на груди. И последнее, что добило Айтугана, она забросила на него ногу.
- Не делай этого. Слышишь? Не надо.
Он пытался думать о постороннем. Вспоминать события походной жизни. Но, они, не успев прийти, уходили. Оставалась только княжна. Если бы только она лежала тихо, не двигалась. Но, она сделала ещё одно движение навстречу мужчине.
- Зачем ты так со мной?
В этот момент он вообще плохо соображал.
- Княжна… Ведь она не узнает об этом? Позор. – Он целовал её волосы.- Это ты сделала меня таким слабым.
Она притихла. Они так и уснули в объятиях друг друга. Княжна приоткрыла глаза. Потом распахнул их так широко. Не может быть. Она даже дышать перестала. Она почти голая, в объятиях такого же обнаженного ордынца. Обнаженного настолько, что она чувствовала все части его тела. Голова гудела. Она вчера напилась? Мозг отказывался работать. Нет. Этого не могло случиться. Тогда что? Вспомнила. Она заболела. А он? Он-то что здесь делает? Ей было холодно. Она последнее время промерзала до костей. Понятно. Он согревал её. Чтобы выйти из такого неловкого положения. Девушка застонала.
- Аааа
- Что, что? Опять холодно? – Ордынец подскочил и наклонился к ней. – Что случилось?
Она не открывая глаз, застонала опять.
- Ааа… жарко.
- Теперь жарко? Сейчас.
Вскочил, быстро натянул на себя одежду.
-Сейчас я тебя раздену и протру.
При слове протру, княжна икнула.
- Пить, - прошептала она.
- Пить, сейчас.
Она попила, при этом, совсем не открывая глаз, он поддерживал её под спину.
- Я ещё посплю.
- Спи, спи.
Он оделся и тихо вышел из шатра. Набрал в руки снега и стал натирать им лицо. Постоял немного. Пошёл проверять посты. Потом пошёл к лошадям. Так он бродил по лагерю без всякой цели. В скорее послышались голоса. Воины стали просыпаться. К Айтугану подошёл сотник.
- Как княжна?
- Жар спадает. Но, мы задержимся здесь ещё на день. Пусть все отдыхают. Или устрой им тренировки. Не лишнее будет.
- Хорошо. У тебя всё хорошо?
- Не зли меня. Всё хорошо. Ничего не потребовалось.
- Ну, ну.
- Что значит, ну, ну? Я не посмотрю, что ты мой друг.
- Не злись.
- Ладно. Пойду, посмотрю, как она там.
- Иди, иди.
Княжна прибывала в полудрёме. Она слышала, как он вошёл. Приоткрыла глаза. Увидела его глаза.
- Айтуган, пожалуйста, скажи, чтобы принесли мои сундуки. Мне нужно переодеться и сделать себе лекарство.
- Ты ведь чувствовала, что заболеваешь. Почему не сделала лекарство раньше. Тогда ничего бы не случилось.
- А что случилось? – Тихо спросила она.
- Неважно уже. Всё ты. Сама во всём виновата.
Он вышёл. Она тихо засмеялась.
- Да, ситуация нелепая. Как быть-то теперь? Только и остаётся смеяться.
Внесли её сундуки.
- Спасибо.
- Спасибо, спасибо. Ты вообще помнишь хоть что-нибудь?
- Что-нибудь кажется, помню.
- А что? – При этом ордынец набрал воздуха в лёгкие, а выдохнуть забыл.
- Я помню, что чувствовала, - она растягивала слова. Затем положила себе руку на живот, опустила ниже.
- Что чувствовала?- Еле слышно спросил он.
- Тело.
- Тело? – Ещё немного и она добьёт его.
- Да, - она провела рукой в воздухе, как бы рисуя изгибы, - мужское.
Княжна часто заморгала.
- Понятно. Привидится же такое. Я пошел. Ты переодевайся. Воды я согрел.
- Спасибо.
Он выскочил и пытался отдышаться. Княжна закатилась смехом, уткнувшись в шубу.
- Эх, дяденька, дяденька. Такой взрослый и такой наивный. Я ведь не безразлична тебе.
Татьяна чувствовала, что температура ещё держится, не высокая, но есть. Тихонько встала. Как ей хочется помыться. Хочется берёзового веника, жара. А сейчас у неё только таз с водой. Волосы помою в следующий раз. Сейчас протереть тело нужно. Переоделась, почувствовала себя лучше. В этом же тазу пожмыхала грязные вещи. Раскинула вещи в шатре.
- Тебе что-нибудь нужно, княжна?- ордынец наблюдал за ней от входа.
- Нет. Спасибо. Думаю, что завтра мы сможем продолжить путь.
- Ну, вот и хорошо.
Девушка подошла к ордынцу, обняла за талию и положила голову на грудь.
- Спасибо.
- За что?- Мужчина совсем растерялся.
- За то, что заботился обо мне и не бросил.
У него бешено колотилось сердце.
-Айтуган, ты мне нравишься. Почему ты молчишь?
Он не знал, как ему себя вести. Чувство, будто его сильно поколотили.
- Я знаю, что тоже нравлюсь тебе. Скажи что-нибудь.
- Мы не можем.
- Не можем? Ты о чём?
- Я должен привезти тебя целой и невредимой хану.
- Привезёшь. Причём здесь хан?
- А ты не понимаешь?
- Нет. Не понимаю. Я нужна хану, как врачеватель.
- Он может передумать.
- Как это?
- Да. Все мужчины, которые рядом с тобой, хотят тебя.- Он уже кричал.
- Хотят меня?
- И я не исключение.
- Я не верю тебе.
- Даже, если и что-то во мне есть большего к тебе, я не могу, дать этому случится.
- Почему?
- Ты почему добровольно едешь с нами? Что заставило тебя так поступить?
Девушка внимательно посмотрела на него.
- Ты думал, что я буду биться в истерике? Сбегу, поставив под удар всех, кто мне дорог. Мой народ и так много страдал.
- А это, - он махнул в сторону рукой, - мои люди. Преданные мне люди. Как могу я из-за мимолётной слабости, лишить их жизни?
- Мимолётное увлечение. Да, ты прав. Мимолётное. Только я не поняла, что за письмо читал батюшка? Жена… или это предлог увести меня?
Её большие синие глаза наполнились слезами.
- Как я могла из-за мимолетного увлечения предать всё, что так дорого моему сердцу? Как могла? – Слёзы текли ручьём.
- Княжна…- ордынец растерялся.
- Ты же враг. Как я могла?
- Княжна…
- Я всё поняла. Я такая глупая. – Она вытерла слёзы. – Ордынец, нам предстоит долгий путь, давай сделаем наше общение только по необходимости. Никогда больше не переступай порог этого шатра. Даже, если я буду умирать. Сюда может войти любой, но не ты. – Она стала такой чужой и холодной.- А сейчас, если позволишь, я бы отдохнула. Я та, которую хочет твой хан. Так? Довези меня ордынец.
Она легла. Сил у неё не было. Лежала, смотрела в одну точку. Как она позволила такому случится. Совсем сдурела. Сегодня она не хотела видеть никого. Даже Ергали. Нужно встать и закрыть шатёр. Ведь он всё равно придёт, проверить на месте ли она. Закрыла. Легла. Погрузилась в тревожный сон. Приоткрыла глаза, не поняла, сколько прошло времени. Лежала вся мокрая. Болезнь уходит. Протёрла себя, подбросила дров, опять уснула. Сквозь сон слышала, как зовет её Ергали.
- Княжна, открой, я тебе есть принёс.
- Я не хочу. Уходи.
Вся ночь прошла в забытьи.
Глава 11.
Наверное, уже наступило утро. Слышался топот лошадей, разговоры.
- Княжна, княжна, как ты? Пора собираться.
Она открыла шатёр. Перед ней стоял улыбающийся Ергали. Но, при виде княжны улыбка сползла с его лица.
- Княжна тебе плохо?
- Я сейчас буду готова, подожди, пожалуйста.
Парень не знал толи ему ждать княжну, толи бежать говорить, что она не доедет.
- Я готова. Пойдём. Ты можешь идти рядом со мной? Боюсь, упаду.
- Да. Давай, отложим ещё на день.
- Нехорошо получится, все уже собрались.
Они подошли к лошадям.
- Здравствуй, девочка моя. Мне не забраться на тебя.- Она потянула поводья вниз. Лошадь послушно легла. Но, княжна не смогла на неё залезть даже из такого положения.
- Так не годится. Давай руку.- Ергали рывком поднял её к себе. – Поедешь со мной. А то, свалишься по дороге.- На самом деле он был самым счастливым на свете. Но, старался не улыбаться.
- Что у вас здесь?
- Отец, она поедет со мной. Она очень слаба.
Сотник посмотрел на княжну. Она была бело-серая, под глазами залегли чёрные тени. Голова лежала на груди молодого ордынца, глаза закрыты.
- Хорошо, устанешь, скажи.
Парень кивнул. Но, как он может устать? Как может отдать её? Она же пригрелась на груди друга и уснула. Спала всю дорогу. Ергали не позволил никому снять её с лошади. Сам снял и отнёс в шатёр. Айтуган молча и хмуро, наблюдал издалека.
- У вас что-то произошло? – Спросил того сотник.
- Нет. Ничего. – Голос у него был спокойный и отстранённый.
- Ергали, вот ужин для княжны.
- Хорошо. Свою еду я тоже возьму, я поем вместе с ней. Давай, давай, княжна ждёт меня.
- Ну, ты парень даешь. – Засмеялись старшие. – Может, и в жёны её возьмёшь?
- Возьму. Вернёмся, буду просить хана.
Все замолчали, потому что Ергали говорил серьёзно.
Айтуган бросил миску.
- Следи за своим сыном. – Бросил он сотнику и вышел.
Его распирала злость, обида, ещё куча всяких неприятных чувств. Ноги сами привели его к шатру княжны. Он не мог войти, но и не мог уйти. Он чуть приоткрыл шатёр.
- Княжна, съешь ещё немножко.
- Больше не могу. Спасибо. Ешь ты, я посмотрю. Мне нравится смотреть, с каким аппетитом ты ешь. Молодой растущий организм.
- Смотри, что я тебе принёс. Съешь и сразу выздоровеешь.
- Что это? Ой, как вкусно. А есть ещё? Дай вкусненького.
Ергали смотрел на княжну такими влюблёнными глазами.
- Ешь и уходи, я устала. У меня глаза слипаются.
- Хорошо.
Айтуган не мог больше вынести их милую беседу.
- Что ты здесь делаешь? – Холодно спросила его княжна.
- Это я хочу спросить у вас. Что вы тут делаете? – Он попытался взять себя в руки.- Ергали, надеюсь, ты понимаешь, что княжна моя жена, уходи сейчас. И постарайся держать с княжной дистанцию.
Айтуган не мог уйти. Ждал, когда уйдёт Ергали. Смотрел на княжну. Она похудела. Лицо осунулось. Под глазами чёрные круги. Губы белые.
- Почему ты ещё здесь? Мы договорились с тобой.
- Со мной ты договорилась. Ты принялась за молодого парня?
- Он друг. Мне плохо. Уйди, пожалуйста.
Шатаясь, добрела до места, где спала. И отключилась. Было чувство, что упала в чёрную дыру, и ей не выбраться.
- Княжна, что с тобой? Очнись! Прости, это я во всём виноват.
Айтуган всю ночь просидел возле княжны.
- Как княжна? – Спросил сотник.
- Мы не довезём её. – Обречённо ответил Айтуган.
- Так успокой её.
- Она сказала, что я враг. Как то так.
- Ты совсем не умеешь вести себя с женщинами. Даже у моего сына лучше получается.
- Об этом лучше молчи.
К вечеру добрались до деревеньки. Княжна вошла в первую избу. Поклонилась хозяйке.
- Хозяюшка. Могу попросить тебя истопить баню.
- Ой, господи, шляются всякие.
- Тётушка, пожалуйста.
- Это ты с басурманами приехала?
- Я. – Тихо ответила девушка.
- И кто ж ты им приходишься?
- Дань. Я дань, которую заплатил князь-батюшка. Этим самым народ свой уберёг.
- Да, что же это делается? Как же так? Родную дочь.
- А что делать? Разве сейчас у нас по-другому.
- Ой.- Тётка заголосила.
- Тётушка, так истопишь?
- Сейчас милая, сейчас. Что ж за доля у нас такая горькая? Мне вот бог не дал детишек. И муж не любимый. Я вон большая какая. А, он-то с ноготок. Бьёт меня каждый день.
- Что ж ты терпишь?
- А как же?
- А лет тебе сколько тётенька?
- Так скоро тридцать.
Княжне показалось, что ей все сорок.
- Знаешь, ещё не поздно. И родить сможешь. Только решить нужно. Стоит от не любимого?
- Для себя хочу ребёночка.
- Топи баню. Я врачеватель. Я тебя посмотрю. Может, что и посоветую.
Тётка с недоверием посмотрела на девушку.
-А мужа своего, тресни хорошенечко хоть разок. Чтоб забыл, как руку поднимать.
Тётка засмеялась, видимо представила, как будет бить.
- Слушай, если ты говоришь, что врачеватель. Посмотри соседнего мальца. Живот, у него уж который день болит, сегодня на крик кричит.
- Веди.
Они вошли в тёмную избу. На лавке скорчился ребёнок лет семи.
- Здравствуй. Что болит? Не бойся, я помогу тебе.
Она осмотрела ребёнка. Всё понятно.
- Тётенька, можно ребёнка к тебе в избу перенести. Здесь очень темно для меня.
- Конечно, милая, только помоги.
Отец с матерью мальчика стояли испуганные, и жались в уголке.
- Тётенька, пошли кого-нибудь к ордынцам. Да, не пугайтесь так. Скажите, что мне нужен стол и сундук с лекарствами. Живо. Мальчик помирает. Бегом я сказала.
Поднялась суматоха.
Ордынцы принесли раскладной стол и сундук с лекарствами.
Стол разложили. Княжна постелила льняную тряпку, положила раздетого мальчика. Вода уже кипела, она бросила туда инструменты. Ордынцы мялись при входе.
- Мне нужны два человека. Родителей я не могу помощниками взять.
- Княжна, ты еле стоишь на ногах.
- Ребёнок умирает.
Княжна повязала ордынцам на лицо повязки, заставила их вымыть руки.
- Нет времени переставлять ремни. Мне нужно, чтобы ты держал ребёнку ручки, а ты ножки. Да ещё за дыханием поглядывай.
Княжна подошла к мальчику.
- Ничего не бойся малыш. Ты сейчас поспишь, и всё будет хорошо.
Она положила на лицо ему тряпочку и налила раствор. Запахло кислыми травами и ещё чем-то. В паховой зоне сделала надрезы. В каждый капнула лекарство. Затем обильно смочила место разреза лекарством и взяла тонкий нож. Мальчик уже спал. Увидев в руке девушки нож, мать мальчика закричала, и упала на пол.
- Вон, все вон пошли.- Крикнула княжна. Больше она уже не отвлекалась.
Она разрезала низ живота. Взяла инструмент похожий на щипцы. Раздвинула разрез. И увидела воспаленный отрезок кишки. Она уже делала такие операции. Ей нужно вырезать её. Она работала быстро, слажено. Вырезала. Обработала все внутри .Вдела нитку в иголку.
- Кто-нибудь! Тётушка, ты здесь?
- Да.
- Тётушка, помоги мне.
- Чем милая?
- Тётушка, я буду шить, а ты вот этими щипчиками режь. Как только скажу, режь, оставляй вот столько и режь. Поняла? Не упадёшь? От нас с тобой зависит жизнь этого мальчика.
- Постараюсь, милая.
- Шью, режь, шью, режь, шью, режь….
- Ну. Вот, заштопали. Всё хорошо будет. Спасибо, вы можете идти.- Сказала она ордынцам. – Тётушка, мальчика пока переносить нельзя.
- Да, пусть будет сколько надо.
Княжна без сил опустилась на лавку.
- Тётушка, баньку бы.
- Сейчас милая, сейчас.
Княжна осмотрела комнату и увидела Айтугана. Он смотрел на неё, как будто видел впервые. Княжна не ответила на его взгляд, просто отвернулась.
- Милая, а как же мать с отцом.
- Пусть войдут. Мальчик скоро будет просыпаться. За ним нужно присмотреть.
- Ты посиди, я баню истоплю. Отдохни пока.
Глава 12.
Айтуган вышел на улицу. Он был впечатлён до глубины души. Первый раз он увидел её ребёнком, который катался на горке и сам похож на сугроб. Второй раз, когда она вошла и пела. Тогда его сердце дрогнуло. Она и волки. Такая безрассудная. Он усмехнулся. Он видел её даже пьяной. Такой желанной, когда лежал рядом и согревал. А сейчас, увидел женщину, которая достойна уважения. Как в ней уживалось всё это. Он стоял и наблюдал, как княжна вместе с тёткой вышла из дома и направилась в сторону бани, дымившейся поодаль. Видимо он, так и будет всё время ждать её.
Княжна между тем вошла в баню. Так тепло. Блаженство.
Она посчитала у тётки пульс, посмотрела глаза, язык, попросила её выдохнуть, чтобы по запаху определить внутренние проблемы.
- Вот ложись на лавку, посмотрю тебя. Так, так. Потерпи, сейчас будет неприятно. Ещё потерпи. Скажи, а твой муж с тобой живёт постоянно. Ну, ты понимаешь, о чём я?
- Да, бывает. Особенно, когда медовухи напьётся.
- Лет ему сколько?
- Так все сорок.
- Ты у него первая жена.
- Нет. Вторая.
- Дети были от той женщины у него.
- Тоже не было.
- Какой он на вид? Ну, цвет глаз, волосы.
- Ну, сущий тартарин.
- Понятно. У тебя всё хорошо. Я почти уверена, детей ты можешь иметь. Дело в мужчине. Ты должна решить для себя, хочешь ребёнка переспи с любым мужиком. Хоть вон с ордынцем. Они вечно голодными глазами смотрят на женщин. Или терпи.
Тётка заплакала. Как же так при живом муже.
- Знаешь, мужики корят и винят нас женщин, а сами виноваты. Так, что всё в твоих руках. Как решишь, так и будет.
- Поняла.- Обречённо молвила тётка.- Давай, милая я тебя помою. Да, пойду домой, а то мой вернётся из другой деревни, а в избе посторонние.
Тетка похлестала княжну веником и скоро удалилась. Княжна села на лавку, стала мыть свои волосы. Дверь скрипнула.
- Ты что-то забыла тётенька?
Подняла глаза и увидела Айтугана.
- Ты зачем здесь?- Шёпотом спросила княжна.
Ордынец скинул одежду при входе, закрыл дверь.
- Что ты делаешь? Не смей! Слышишь?...
Он не дал ей договорить. Губы, руки… княжна извивалась в его руках, тело её горело. И не было сил сопротивляться. Сейчас тела жили, руководствуясь природным влечением. Они тяжело дышали.
- Не могу без тебя, с ума схожу, когда ты не рядом. Куда не посмотрю везде ты. Что сделала со мной? Из сильного человека я превратился в слабого и зависимого. И если мне суждено умереть, пусть я умру счастливым. Скажи, что не оставишь меня. Скажи, что и я тебе так же нужен.
Девушка взяла в ладони его лицо. Поцеловала каждый уголочек. Затем прильнула к шеи. Целовала, водила языком. Стала опускаться всё ниже и ниже.
- Княжна …
Прошло достаточно времени, а они не могли оторваться друг от друга.
- Мне пора. – Княжна поцеловала его в губы.
- Нет, не уходи, останься ещё ненадолго.
- Мне нужно идти, у меня там ребёнок больной. А ты, коли всё равно здесь, можешь помыться.
- Ну, вот.- Сказал разочаровано ордынец.- Я только попробовал тебя на вкус. Хочу ещё.
- Ухожу.
Он раскинулся на лавке, улыбнулся.
Княжна вышла на улицу. Неужели она сделала это? С ума сошла. Не мужняя жена. И так легко отдалась ордынцу. Ордынцу. Ненормальная. Но, он ей понравился сразу, когда только увидела его. Когда смотрела, не отрываясь в его медовые глаза. Таких красивых глаз она не встречала ещё. Медовые глаза, такого же цвета волнистые длинные волосы. Глядя на него её сердце, начинало петь. Неужели она влюбилась? Нет. Не могла. Тогда почему? Она остановилась и тихо засмеялась. Девушка, припевая, подошла к дому тётеньки. Только хотела открыть дверь. Как та, сама распахнулась, и из неё вылетел небольшого роста мужичонка. В прямом смысле вылетел. Пинок, который получил дяденька, был сильным. Потому как тот, пролетев приличное расстояние, воткнулся в сугроб. И теперь сучил ногами, пытаясь вылезти. Княжна от удивления открыла рот. На пороге, потирая руки, стояла тётенька. Она подмигнула княжне и пропустила в дом. Девушка засмеялась.
- Любовь по-бабьи.
Мужичонка маленьким сугробом втёк в дом, прошмыгнул за печку и сидел там тихо. Осмысливал, наверное, то, что с ним случилось.
Княжна всю ночь просидела возле ребёнка. После пробуждения он капризничал.
- Так, так. И что, это такое? Ты же мужчина. Почему плачешь?
- Живот болит.
- Сильно?
- Сильно.
- Не обманывай меня. Болит чуть-чуть.
- Тётя, всё-то ты знаешь? Мне надоело лежать. Я хочу на улицу.
- У тебя есть друзья?
- Есть.
- Так вот, тебе нужно пригласить их в дом. Конечно, на улицу ты выйти пока не можешь. Ты должен только лежать. Лежать тебе придётся вот столько дней. – Она показала пальцы на двух руках.- видел сколько?
- Я столько не хочу.
- Если, не будешь слушаться, из твоего животика всё вылезет. И тебя не станет. Придумайте какие-нибудь игры, где тебе не нужно вставать. Или рассказывайте друг другу сказки и страшные истории. Так, где твоя мама? Вот и мама, и папа здесь. Сейчас мы перенесём ребёнка в ваш дом. Вставать нельзя 10 дней. От ребёнка не отходить, если хотите, чтобы жил. Я оставлю вам протирки, будете протирать шов. Вот это сонная настойка. Давать по глотку в день не более. Много её пить нельзя. Следите, чтобы не попала грязь. Опорожняться только лёжа, чтобы шов не разошёлся. Теперь слушайте внимательно. Через 5 дней начнёт образовываться корочка. Через 10 дней или сами или тётушку попросите нужно вытащить нитки. Тянуть будете за кончик. Потом опять смажете всё. И самое главное. Перед тем, как вытаскивать нитки дайте ребёнку выпить вот эту настойку. Если мальчик будет гореть, опять эта настойка, но разведенная горячей водой. Всё понятно? Берегите мальчика. Прощайте.
- Спасибо большое. Уж не знаем, как и благодарить тебя матушка.
- Помолитесь за меня. – Тихо промолвила княжна.
Глава 13.
Этим утром, что-то изменилось. С ней здоровались все ордынцы. Видимо все уже знают, что она лечила маленького мальчика. Княжна была ещё слаба, но в силах продолжить путь. Сегодня она ехала на своей лошади. Смотрела невидящим взглядом впереди себя. Айтуган так хотел её увидеть сегодня, но она даже не взглянула на него. Все его попытки разговорить её, не увенчались успехом. Вечером она быстро прошмыгнула в шатёр и закрылась.
- Княжна, открой, нам нужно поговорить.
- Поговорим завтра, я сплю.
- Княжна, открой.
Она стояла у входа, не давая ему войти.
- У тебя что-то срочное? Не подождёт до завтра?
- Срочное.
Он отодвинул её в сторону и вошёл.
- У тебя что-то случилось? Ты сегодня на меня вообще внимания не обращаешь. Я что-то сделал не так?
- У меня был тяжёлый день. Я устала и хочу спать.
- Я не уйду. Я просто буду рядом. Спи.
- Айтуган, мы вчера совершили ошибку. Нам не нужно было это делать.
- Ошибку? Ты сказала ошибку? Ты, как ты можешь так говорить? Ты же тоже любила меня. Это ошибка.
Она, молча, смотрела на него.
- Я недостаточно хорош оказался. В этом дело?
- Я ложусь спать, а ты как хочешь.
Только её голова коснулась покрывала, глаза закрылись, и она сразу уснула. Ордынец смотрел на неё.
- Теперь ты решила меня помучить. Мне уже всё равно. Раз ты имеешь надо мной такую власть. Я совсем не готов был встретить тебя. Ты застала меня врасплох. Ты гонишь меня, но я не могу уйти. Не сейчас. Сейчас, я хочу быть рядом.
Он лёг рядом, прижался к её спине, обнял. Княжне было так тепло и спокойно. Она спала, дыхание было ровным. Прошло немного времени. Повернулась. Приоткрыв глаза, встретилась с ним взглядом. Потянулась к нему губами.
- Княжна, не мучай меня, прошу. Или ты думаешь, что я всю жизнь провёл в седле, держа оружие в руках и не способен полюбить?- Договорить она ему не дала.
Сейчас ей хотелось, чтобы он целовал её. Она только училась быть женщиной, чувствовать, как женщина.
- Почему ты не говоришь, что чувствуешь ко мне? Ты всё время молчишь.
-Ты хочешь от меня услышать правду? Хорошо. Ты понравился мне ордынец, несмотря на то, что я вас люто ненавижу. Ненавижу за то, что губите всё на своём пути. Ненавижу за то, что лишили меня отца и матери. Ненавижу. Я не знаю, сколько мне отпущено. Я хотела быть с мужчиной, которого выбрала сама. Я выбрала тебя, на свою беду. Я хотела почувствовать себя женщиной. Я просто тебя хотела. Я ведь для тебя такая же, как и те женщины, которых вы возите для утех.
- Ты не права. Нет.
- Разве? А чем они виноваты? Это вы сделали их такими. Они были, чьими-то дочерьми, сестрами. А вы насилуете их. Надеюсь, ты понимаешь разницу в слове, любите и насилуете. И для вас это в порядке вещей. Вы так живёте.
- Княжна, не забывайся.
- А то, что? Ты меня ударишь?
Он опять злился на неё. Он даже не понимал, о чём она сейчас говорит.
- Ты злишься только потому, что я права. Только это ваш образ жизни. Для вас всё в порядке вещей. Злишься, потому что я не могу быть смеренной. Не могу, не буду. Даже если от этого будет зависеть моя жизнь. Ты говоришь мне о моём народе. Помни. Помню. Я помню тот страшный день, когда погибли мои родители. Мои отец и мать так сильно любили друг друга. Я маленький ребёнок видела эту любовь. Их взгляды. Прикосновения. Слова. Мой отец большой красивый. Он часто брал нас с мамой на руки и кружил. А мы, хохотали. Он был военачальником. Его убили первым. Мама. Моя мама была очень красивой. Византийская принцесса. Мы уже знали, что отец погиб. Она успела спрятать меня. « Не выходи»- крикнула она. Потом двое ордынцев схватили её, пытались изнасиловать. Она крикнула мне « Прости! Прости меня!» и убила себя на моих глазах. – У девушки от слёз было мокрое лицо. -Давай покончим с этим. В конечном счете, тяжело и тебе и мне. Следуй своим обязанностям. Я дань. Вот и доставь меня. А дальше, не твоя забота.
Сейчас он даже не мог подойти и обнять её. Может это и к лучшему. Он совсем сошёл с ума из-за этой девчонки. Столько наделал глупостей. Хватит.
Глава 14.
Дни тянулись чередой. Однообразные, унылые. Ей было одиноко. Ергали она не видела давно. Нет, она видела его, но только издалека. Утром, открыв шатер, её ожидала ухоженная кобыла. Она знала, что это Ергали заботится о ней. И рано поутру подводит её к шатру. Татьяне так его не хватало. Она и грустила и злилась. Девушка увидела парня вечером . Он шёл к шатру, в котором жил со своим отцом. Она слепила снежок, прицелилась и бросила. Попала по шапке. Ергали резко повернулся, следующий снежок попал ему в лицо. Княжна лепила снежки и бросала один за другим.
- Вот так. Это тебе за то, что не приходишь ко мне, за то, что забыл меня.
Парень стоял в нерешительности некоторое время, потом тряхнув головой, принялся сам бросать в княжну снежки.
- Ах, так! Ну, держись!
Они бросали друг в друга снежки. Куда попадут. При этом они сближались. Княжна бросилась на колени, схватила Ергали за ноги, рванула. И тот, со всего маха, опрокинулся спиной на снег.
Девушка хохотала. Навалилась на него сверху. Приблизила своё лицо к его.
- Я тебя победила! Победила!
Ергали не сопротивлялся. Тело его обмякло. Он смотрел на княжну странным взглядом, как ей показалось. Потом он приподнялся вместе с княжной. Её лицо, его лицо были мокрыми от растаявшего снега. Княжна замерла. Парень прижал Татьяну ещё сильней. У молодых людей так сильно колотилось сердце. Ергали потянулся к её губам. Глаза девушки закрылись. Почему его поцелуй такой нежный? Такой долгий. Так они и целовались, сидя на снегу.
- Княжна, тебе надо идти. Ты простудишься, - Ергали первый остановился.
- Хорошо.
Девушка была разочарована. Зачем он перестал её целовать? Он поднял её. Отряхнул.
- Я провожу тебя.
- Хорошо.
Они шли молча.
- Спи спокойно, княжна.
- И ты.
Он ушёл, а она стояла при входе в шатёр. Ергали, Айтуган. В её голове всё перемешалось. Она сошла с ума. Ей одновременно нравились двое мужчин. Она никогда не обращавшая и не принимавшая ухаживания парней, сошла с ума. Её первым мужчиной был ордынец. Со вторым она хотела всё время быть рядом, разговаривать… целоваться. Ордынец. Это её наказание? За что?
Она закрылась в шатре. Шаги. Снег скрипит под ногами. Это Айтуган. Она знала, что это он.
-Княжна, открой.
- Уходи.
- Княжна…
- Я не хочу сегодня быть с тобой. Я не открою. Если ты войдёшь, я буду драться с тобой. Уходи.
Айтуган постоял немного. Надеясь, что она всё же передумает. Но, она не открыла.
Он вошёл в шатёр сотника. Присел у огня. Посмотрел на Ергали. Тот сидел, не обращая внимания на присутствующих, и смотрел в одну точку.
Глава 15.
Ночь была беспокойной, княжна металась, кричала во сне. Ей снились кошмары. Ближе к утру, она затихла. Но, кошмар вернулся. Теперь она слышала лязганье оружия. Вскочила.
- Что это?
- Княжна, не выходи!
- Ергали?
На них напали. Кто? Она быстро нацепила на себя пояс с кинжалами, схватила свой маленький меч- саблю. Картина ужасная. Ергали один дрался с несколькими мужиками, заросшими на столько, что они походили на медведей .
- Девка! – Крикнул один из них пытаясь схватить княжну за волосы.
- Я же сказал тебе, не выходи!
Но, девушка уже вступила в бой. Она умела драться. Её учил отец. Потом приёмный отец. Сражались не на жизнь, а на смерть , не только они. Рядом тоже слышался лязг оружия. Ергали ранил двух мужиков, раны были серьёзными, те валялись, не могли подняться. Княжна пока только отбивалась. Она не успела увернуться. Её схватил за волосы и потянул здоровенный разбойник.
- Княжна!
Ергали не мог к ней подойти ближе. Она вывернулась, и выхватив кинжал воткнула в сердце мужика. Тот осел, потянув её за собой. Девушка пыталась выбраться, спихивая его с себя. Она посмотрела на Ергали. Он покачнулся, но на ногах устоял. Его ранили, пронеслось в голове у Татьяны.
- Да слезь же ты с меня.
Выбралась. Кинулась к ордынцу. Краем глаза увидела, к ним бежали на помощь. Снег вокруг парня окрасил в красный цвет. Ранен. Она как разъярённая кошка бросилась на разбойников. Второй кинжал воткнула в бочину тому, кто был к ней ближе и стоял спиной. Подпрыгнула и в прыжке отбросила мужика от Ергали. Ордынец упал.
- Нет, нет. Ты не можешь.
Девушка стянула с себя пояс, на котором висели кинжалы. Перетянула рану Ергали. Рана рваная. Задета артерия. Кровь фонтаном хлестала из раны. Оторвала кусок рубашки, перетянула выше.
- Держись! Слышишь? Ты не можешь!
- Княжна…
Она закричала, как раненный зверь. Потянула его по снегу к шатру.
- Потерпи, потерпи, миленький.
Она втащила его в шатер, трясущимися руками, открыла сундук.
- Сейчас, сейчас, потерпи.
Она разрезала ткань на его штанах, быстро обработала рану. Руки тряслись. Нужно взять себя в руки. В боку горело. Когда поднесла руку, поняла, что ранена. Но, она должна попытаться спасти друга. Отпила из пузырька своего неприкосновенного запаса. То зелье, которое можно пить только в крайнем случае. Взяла себя в руки.
- Княжна, я помогу. Послышалось рядом.
- Хорошо. – она не поднимала глаз.
Она пыталась сшить артерию.
- Подержите здесь. Хорошо. Я плохо вижу. Нужно больше света. Чёрт,чёрт. Только не паникуй.- Говорила она себе.- Я не вижу. Кто-нибудь, протрите мне глаза. Спасибо. Стойте так. Протирайте постоянно.- Наконец ей удалось. Она справилась. Прошло много времени.
- Княжна, Ергали! – Тревожно крикнул тот, кто помогал её.
Девушка подняла глаза от раны.
- Он что? Умер? Держите так, не отпускайте.
Она подползла к его голове. Наклонилась. Ордынец не дышал.
- Как ты мог! Только не ты!
Она била его по щекам.
- Ну, уж нет!
Сложив две руки на груди, стала с силой надавливать.
- Раз, два, три…- набрав воздух в легкие, наклонилась к лицу Ергали, разжала его безжизненные губы, наклонилась и выдохнула воздух.
И опять.
- Раз, два, три, четыре… десять. – Выдох.
И опять.
- Ты не можешь. Ты должен жить. Раз, два…- Выдох.
- Княжна…он умер.
Но она, как одержимая, не отступала. Все смотрели на эту картину с ужасом и слезами на глазах.
- Живи, слышишь, живи. Раз, два… - выдох.
Ергали дёрнулся и судорожно вдохнул.
- Спасибо, спасибо,- она наклонилась к нему, поцеловала его в щеку.- Потерпи ещё немного. Доверься мне.
Перед глазами девушки плыло. Она отпила ещё два глотка.
- Сейчас, сейчас, ещё немного потерпи.
Наконец-то справившись с внутренним кровотечением.
- Теперь вот так держите. Да, так. Я не вижу, вытрите мне лицо. Вы же будете резать, нитку, когда скажу, оставляйте вот столько. Шью, режь, шью, режь…
Она уже плохо видела и начинала терять сознание.
- Не вижу, больше света, шью, режь.
Рука её потянулась к пузырьку.
-Этим обработайте рану. Каждый день три раз. Не вставать месяц…
Девушка опрокинула навзничь.
- Княжна, княжна, что с тобой.
Она не отвечала. Айтуган приподнял её. Его руки были мокрыми и липкими.
- Что это? Что это? – Он как безумный орал.
Наклонился пожилой ордынец.
- Господин, приподнимите её рубаху. Простите, господин.
- Что это?
Они уставились на тело княжны.
- Она ранена?
- Боюсь, что так. Сейчас посмотрю. Ранение не глубокое, но она потеряла много крови.
- Нужно пригласить женщину, -так же тихо сказал ордынец.- Простите, господин.
- Нет. Сам. Я знаю, ты можешь сшивать раны. Женщину не нужно. Я и ты. Все вон пошли. Вон.
Он прижимал к себе княжну.
- Я во всём виноват, прости меня. Я не уберёг тебя. Прости меня.
Старый ордынец, пытался справиться с раной княжны. Вот и всё.
- Будем надеяться, всё обойдётся.
- Побудь с ними немного. Я проверю всё и вернусь.
Глава 16.
Айтуган шатаясь, вышел из шатра. Уставился на кровавый снег вокруг шатра. Слёзы покатились из глаз. Он плакал первый раз в своей жизни. Смахнув их, огляделся. Ордынцы свалили в кучу разбойников. Кто-то был тяжело ранен и ещё надеялся на жизнь. Хотя понимали, что это небольшая отсрочка.
Айтуган выхватил саблю и стал рубить их .
- Господин, господин, - сотник схватил его за руку. – возьми себя в руки.
Ордынец опустил руку, крепко зажмурил глаза. Шатаясь, пошёл к шатру.
- Прости, тебе тоже сейчас нелегко. – Сказал он сотнику, который шёл рядом. Они вошли в шатёр.
- Господин, - старый ордынец, подошёл к Айтугану. – Сейчас княжна в неопасности.
- Хорошо. Иди, я позову, если будет необходимость.
- Слушаюсь господин.
Он сел около княжны, взял её за руку.
- Княжна, - тихо позвал он. – Это моя вина. Это я не уберёг тебя.
- Не вини себя. Ты ни в чём не виноват.
Она не открывала глаза. Но, слёзы катились, и падали на покрывало.
- Княжна… тебе больно? Почему ты плачешь?
- Пожалуйста, не говори сейчас ничего.
Он замолчал. Княжна повернула голову. Рядом лежал Ергали. Лицо его было бледным. Она взяла его руку, пытаясь прощупать пульс. Как от слаб.
-Айтуган, помоги мне.
- Что нужно сделать?
- Принеси мне коробочку из сундука. Да, эту. Сейчас. Вот этот проводник нужно бросить в кипящую воду и надеть на неё вот это приспособление. Ещё мне нужен большой пузырёк с белой крышкой. Принеси мне всё это. Спасибо.
Татьяна, постанывая, стала пытаться сесть.
- Сядь так, чтобы я на тебя облокотилась. – попросила она ордынца.
Вошёл сотник. Подошёл к сыну.
- Княжна, ты спасла жизнь моему сыну.
- А он, спас мою.
Она смазала раствором запястье. В мудреное приспособление налила раствор из бутылки. И в вену ввела толстый проводник сделанный из дерева с заострённым наконечником. Чуть приподняла руку молодого ордынца. Было видно, как лекарство понемногу проникает в вену.
- Княжна, давай я подержу, - сказал несчастный отец.
- Нет, я сама. Воздух не должен попасть. Вы не сможете. Если я буду терять сознание, тихонько достаньте деревянный проводник и через ткань сильно прижмите место прокола.
Но она всё сделала сама. Сознание не покинуло её.
Она лежала рядом с Ергали. Повернула к нему своё лицо. Потом. Взяла его за руку, переплела свои пальцы с его пальцами и уснула.
Когда она проснулась, Айтугана не было рядом. Сотник сидел, клевал носом. Ей очень хотелось опорожниться. Она отползла к сундуку. Подтянулась. Встала. Её пошатывало. Держась за стенки шатра, стала пробираться к выходу. У входа в шатёр стояли на страже два ордынца. Очень удивились, увидев княжну.
- Мне нужно выйти.
Девушка держалась за шатёр.
- Ты куда собралась? – Айтуган возник ниоткуда.
- Мне нужно.
- Держись за меня.
- Я тебе уже говорила, что ты смущаешь меня.
Он не говоря ни слова, поднял её на руки и понёс за шатёр.
- Перестань. Что ты делаешь?
-Это ты не веди себя как маленький ребёнок. Чего ты смущаешься? Мы столько времени провели вместе.
Она насупилась.
- Отвернись.
Возвратившись, увидели сотника, который метался у шатра.
- Вернулись.
- Что-то с Ергали? – Испугалась Татьяна.
- Нет, он спит. Я задремал. Посмотрел, а тебя и след простыл.
-Всё хорошо.
- Возьмите в сундуке, с боку лежит, специальный мешочек. Он сделан из бычьего пузыря. Это для Ергали. Опорожняться. Вставать ему долго нельзя. Что вы на меня так смотрите? Я в первую очередь врачеватель. А потом уже всё остальное.
Айтуган тяжело вздохнул. Да, да. В первую очередь все, а потом сама. Вот и сейчас. В первую очередь Ергали, а потом сама.
- Княжна, насколько нам еще задержаться? Начинаются снежные бури.
- Ергали очень слаб. Я должна быть уверена. Дней пять. Это самое маленькое. Я хотела вас спросить, а как остальные? Кто-то пострадал ещё?
- Слабые ранения. Только вот…- сотник не успел договорить.
- Не переживай княжна, всё хорошо.
Она внимательно посмотрела на мужчин.
- Я спросила, кто ещё пострадал? – Голос её звучал строго. Хотелось вытянуться по стойке смирно. – Ну!
- Есть один раненный. Лежит, хрипит, дышать не может.
- Понятно,- протянула княжна.- Помоги, - она протянула руку Айтугану.
- Что ты надумала?
Девушка дошла до своего сундука. Стала складывать в сумку инструменты.
- Ты, - она указала пальцем на Айтугана, - отнесёшь меня. Или я пойду сама.
- Ты не врач. Ты ненормальная.
-Да, да. Не злись. Я жду.
- Ну, и что мне с ней делать? – он обратился к другу.
Тот решил не встревать. Пусть сами разбираются.
Айтуган повесил сумку на плечо, подхватил княжну.
- Я не знал, что ты такая глупая.
- Сам дурак.
Сотник опустил голову ещё ниже.
Глава 17.
На улице сильно вьюжило.
- Как хорошо дышится.
Татьяна обняла ордынца ещё крепче за шею, губами коснулась его уха.
- Прости меня за всё.
Он остановился, крепче прижал к себе девушку.
- И ты прости меня.
Айтуган внёс её в шатёр, полностью набитый ордынцами. При виде господина, они вскочили и склонили голову.
- Господин, что-то с княжной? – К ним подошёл старый ордынец.
- Нет, княжна хотела бы посмотреть раненного.
В шатре повисла звенящая тишина. Даже раненный ордынец перестал сильно хрипеть. Айтуган опустил княжну. Помог ей дойти до раненного.
- Не волнуйтесь, сейчас вам будет легче. Я посмотрю вас. Хорошо?
Она подняла край его рубахи. Её пальцы быстро побежали по телу ордынца.
- Вас сильно ударили? Вы можете приподняться и показать мне бок. Спасибо. Понятно. Сейчас может быть немного больно. Потерпите. Рёбра целы. Понятно. А руку вы не можете поднять? Понятно.
- Будет немного больно и неприятно. Доверьтесь мне. Поспите, чтоб не мешать.
Ордынец был испуган. Княжна положила ему на лицо тряпочку, налила на тряпку лекарство. Протёрла огромный чёрный кровоподтёк. Стала палицами прощупывать бок. Нашла то, место, где резать. Вокруг сделала надрезы, смочила их лекарством.
- Не могли бы вы приготовить какую-нибудь емкость.
Старый ордынец стоял рядом.
- Дяденька, ты уже помогал мне, стой пока рядом.
Тонким ножиком она сделала небольшой надрез. Потекла чёрная кровь. Она взяла трубку и потихоньку стала вводить её в рану. Делала это медленно, медленно. Рукой прощупывала бок. Как будто чувствовала всё внутри.
Раненый перестал хрипеть. Она всё ещё колдовала над ним.
- Ну, вот и всё. Теперь всё будет хорошо. Из-за этого обширного кровоподтёка ему было трудно дышать.
Татьяна чувствовала спиной Айтугана. Он стоял совсем рядом, держал её, чтобы она не упала.
Старый ордынец поклонился княжне. Сколько сегодня пришлось пережить этой маленькой девочке. Но, она поразила его своим умением. Редкая находка. Драгоценнее драгоценного. Как же князь отдал её?
Княжна, пошатываясь, вышла из шатра, только тогда позволила Айтугану взять её на руки.
- Какая ты у меня дурочка.
- Сам такой.
В свой шатёр он внёс уже спящую княжну.
- Как всё прошло?
- Сказала, что жить будет. Я с ума сойду с ней. За что мне такое?
- Ты говорил с ней?
- Не получилось. А после всего, что случилось сегодня, я даже не знаю, как она на всё отреагирует.
- Да, не простая ситуация сложилась.
- Как Ергали?
- Спит всё ещё. Княжна сказала, что это хорошо. Мне нечего переживать. Однако, мне спокойней, когда она рядом. Поспи немного. Я посижу. Если, что разбужу.
- Хорошо.
Айтуган лёг рядом с княжной. Лежал, разглядывал её лицо, пока сон не одолел его.
За ночь так намело, что сотник еле откопал вход. Вечером Айтуган отпустил караульных. Сказав, что с рассветом они должны вернуться.
Княжна ещё спала. Застонал Ергали. Она, забыв о своей ране, подскочила.
- Что? Что?
Парень ещё не приходил в сознание. В шатре кроме Ергали и её не было никого. Она встала, приготовила всё для обработки раны.
- Сейчас посмотрим. Так, так. Не плохо. Всё будет хорошо. Ты только живи.
- Княжна…
- Что?
Он что-то шептал, а может, был еще в бреду. Она пыталась расслышать его. Наклонилась низко, низко.
Её волосы касались его лица.
- Что?
- Княжна, - звал он её.
- Всё будет хорошо. Потерпи, миленький.
Девушка погладила его по голове, поцеловала в щеку.
Татьяна подбросила дров в огонь, поставила кипятить воду. Нужно ввести лекарство. У парня усиливался жар.
- Справимся, мы обязательно справимся.
Это хорошо, что у неё не хватало времени на себя. Это хорошо, что она нужна этим людям. А то, она занялась бы самобичеванием.
- Княжна, у тебя всё хорошо?
- Да, не волнуйтесь. Я обработала рану Ергали. Сейчас лекарство введу ему. Как там другой раненный? Вы не знаете? Я проведаю его позже, как управлюсь здесь.
- Заходил. Он проснулся. Дышит легко.
- Спасибо.
Глава 18.
Девушка хлопотала около Ергали. Разные думы одолевали её. Она, не привыкшая вести кочевой образ жизни, очень страдала. Они в дороге уже два месяца. Пришло время вьюг и снежных буранов. Поднимались сильные ветра. Как не хватает тепла домашнего очага. Запаха печеного хлеба. Песен около огня. Задушевных бесед, когда женщины за прялкой делятся своим сокровенным. Ей грустно очень грустно. Единственный её друг лежит, тяжело раненный. Она просит мать природу, чтобы вернула Ергали к жизни.
Княжна всё своё время проводила возле Ергали. Когда он был в сознании или когда уходил в мир снов, она была рядом. Она держала его руку, тихо пела ему, разговаривала с ним. Айтуган редко стал заходить в шатёр, чтобы справиться о их здоровье. Он видел, он чувствовал, что Татьяна всё больше и больше стала отдаляться от него. Для него, лишь кивок головы и односложное «всё хорошо».
Последняя ночь. Завтра в путь. Княжна носила снег, топила его. Сливала всё в большой таз. Она решила перед дорогой помыться сама и помыть Ергали. Она вымыла ему голову. Теперь ждала, когда придёт сотник, чтобы помыл сына. Ергали принял от княжны только, то, что она помоет его волосы. Тело наотрез отказался.
- Я всё приготовила. Пожалуйста, без резких движений.- Давала она наставления отцу. – Я подышу.
Девушка вышла из шатра. Потихоньку пошла в сторону, где стояли лошади. Её кобыла, как всегда, пошла навстречу хозяйке, пританцовывая.
- Девочка моя и я очень соскучилась по тебе. Как поживала? Никто не обижал тебя? У меня закончилась морковка, но я принесла тебе сухарей. И ты здесь? Ну, как же без тебя.
Вороной конь Айтугана тыкался в её плечо своей мордой. Он был разочарован, что вместо морковки получил сухарь. Но, выяснив, что морковку не получила и кобыла. Захрустел сухарём.
- А для меня, у тебя есть что-нибудь?
Татьяна повернулась и увидела Айтугана.
- Здравствуй. Ты не заходил вчера. У тебя всё хорошо.
- Княжна, я скучаю по тебе.
Она смотрела на него растеряно. А в её душе поднималась целая буря. Айтуган всё ещё волновал княжну. Нельзя было сказать своему сердцу, перестать любить. Это происходило помимо здравого смысла.
- Тебя что-то беспокоит? Может где-нибудь болит? – Княжна подошла близко к Айтугану. Внимательно вглядывалась в его глаза. Он смотрел на неё с улыбкой. И ему досталось немного её заботы и нежности. – Почему ты молчишь?
- Спасибо.
- Спасибо? За что?
- За то, что волнуешься.
Девушка улыбнулась. Так он не приходил, потому что ревнует её к Ергали. Она обняла его за талию, положила голову на грудь ордынца.
- Ведь всё будет хорошо? Да?
Ордынец кивнул головой.
Глава 19.
Настал день, когда они готовы были тронуться в путь. Для Ергали приготовили сани. Княжна не встала впереди процессии рядом с Айтуганом. Она твёрдо сказала, что поедет рядом с раненным. Всю дорогу до остановки на ночлег, княжна была рядом с молодым ордынцем. Он смотрел, на девушку, не отрываясь. Смотрел, как на протяжении их пути у неё меняется выражение лица. Вот оно расслабленное, немного грустное. А теперь, сдвинула красивые брови, прикусила губу. Она оставалась для него загадкой. Такая маленькая и такая взрослая.
На ночлег Ергали перенесли в его шатёр. На пороге показалась улыбающаяся княжна.
- Как у тебя дела?
- Я устал лежать.
- Не будь маленьким капризным мальчиком. Сейчас я согрею немного руки у огня, и посмотрю тебя.
- Отец, я хочу поесть вместе с княжной. Не хочу, чтобы она ела в одиночестве.
- Хорошо. Я скажу, чтобы вам принесли сюда. – Сотник вышел.
- Всё. Я согрелась.- Она раскрыла свою сумку.- Готовься.
Она наклонилась и стала внимательно рассматривать шов.
- Почти хорошо. Но, из-за того, что нет возможности тебе отлежаться и чтобы рана дышала, заживать будет немного дольше.
Девушка закончила обрабатывать рану.
- Ну, вот и всё. Жить будешь.
- Княжна, - парень схватил Татьяну за руку. И потянул к себе. – Княжна.
Девушка растерялась. А он, поднёс её руку к губам и стал целовать каждый палец на её руке.
- Что ты делаешь?
- Эти руки спасли меня. Спасибо.
- Ты тоже спас меня, - тихо молвила она.
- Не бойся меня, - он почувствовал, что Татьяна напряглась.- Я не сделаю ничего против твоей воли.
- Хорошо.
- Я просто хочу, чтобы ты знала, что очень нравишься мне.
- Я знаю. Ты тоже нравишься мне Ергали. Ты мой единственный друг.
Эти слова больно кольнули парня. Он грустно улыбнулся.
- Конечно. Мы, друзья.
- Я принёс вам еду.
- Я проголодался.
- Это хорошо.- Засмеялась княжна. – Ты выздоравливаешь.
Девушка из своей миски переложила ему куски мяса.
- Ешь. На здоровье.
- Не буду. Ты отдаёшь мне свою еду.
- Ты же знаешь, что я не осилю всё. Так что, ешь.
Она смотрела на него с улыбкой. Вот с едой они расправились.
- Отдыхайте. Спокойной ночи.
Настроение у Ергали испортилось. Он привык засыпать под её тихие песни. И чтобы их пальцы переплетались. Но сегодня её не будет рядом, не будет её рядом и потом.
- Отец, что мне делать?
- Ты должен справиться.
- Отец, я полюбил эту женщину.
- Я знаю. Но, она никогда не будет твоей. Княжна тронула твоё сердце, но она женщина Айтугана. Он никогда не отпустит её. Она не похожа на тех женщин, которых мы встречали. Она другая. Она другая даже среди своих. Потому, так завладела твоим сердцем.
- Она сказала, что я друг. Только друг.
- Мы проехали половину пути. Скоро вернёмся в Сарай. Тебя ждёт невеста. Женишься. Забудешь.
- Не женюсь. Нет.
- Ты передумал? Ты дал слово.
- Я отложу свадьбу.
- Как это примут?
- Отец, не забывай, я серьёзно ранен. Мне нужно восстановиться.
- Что ты задумал?
- Я хочу подождать.
- Её?
Ергали смотрел в глаза отца.
- Да. И не пытайся мне помешать.
- Ты глупец.
- Я влюблённый глупец. Давай спать.
Княжна дошла до своего шатра. По дороге она прижимала к губам пальцы.
- Сумасшедший мальчишка. Ты погубишь себя.
Войдя в шатер, увидела Айтугана.
- Ты пришёл?
- Как Ергали?
- Всё будет хорошо.
Возникло неловкое молчание.
- Княжна, присядь, давай поговорим.
- Хорошо.
- Мне следовало бы с тобой поговорить об этом раньше. Княжна, у меня есть сын. Он почти такого же возраста, что и ты.
- Ордынец, - Татьяна засмеялась, - я бы очень удивилась, если бы узнала, что ты в своём возрасте не имеешь жены, детей.
Он, молча, смотрел на неё.
- Или ты думаешь, что я рассматриваю тебя, как кандидатуру в мужья? Ты, надеюсь тоже, хорошо помнишь, я ханская дань. – Она залилась звонким смехом. – Я не хотела и не хочу замуж. Я не хочу зависеть от мужчины. Или ты думаешь, что, дожив до пятнадцати лет, меня не сватали?
Девушка всё ещё смеялась. Но, её внутри полоснуло, доселе незнакомое чувство ревности.
- Айтуган, в моей жизни всё перевернулось. Мой названный отец обещал мне, что не будет идти против моего решения. Он обещал, что будет так, как я скажу. Он был другом моего отца. Я с детства хотела лечить людей. И именно мой приёмный отец, не ограничивал меня ни в чём. Он разрешал мне делать такие вещи, от которых у других родителей волосы вставали бы на голове. Чтобы знать и уметь, чтобы быть тем, кем я сейчас являюсь, мне пришлось много и усердно работать. У меня было много учителей. Айтуган, я лечу не только женщин и детей. Я лечу ещё и мужчин. Вид обнаженного мужчины не вводит меня в замешательство. Я лечу не только раны, но и мужское недомогание. Удивлен?- Она опять засмеялась.- Мужчина по своей сути собственник. Какой муж захочет иметь такую жену, как я? Не уверена, что такой найдется. Даже , если и найдётся, ревновать меня будет по страшному. Зачём мне это надо? Я тебе уже говорила, что хотела, чтобы ты стал моим первым мужчиной. Если бы я этого не хотела, ничего бы не случилось. Или ты думаешь, что меня можно взять силой? Я умею драться. Но, я ещё хорошо знаю тело человека. И для того, чтобы убить мне не нужно оружие или яд. – У ордынца округлились глаза. - Ты что-то хотел сказать ещё?
Айтуган молчал. Княжна подвинулась к нему ближе.
- Завтра, завтра ты будешь, чьим-то мужем, отцом. Но сегодня я хочу, чтобы ты был моим мужчиной. Сегодня будет наш последний раз. Для тебя это не ново. Я уже говорила тебе.
- Княжна, ты не поняла меня, ты не дала мне договорить…
- Завтра, не сейчас.
Глава 20.
Сейчас она больше похожа была на искушенную в делах любви женщину. Она вспомнила все, о чем тихонько говорили женщины, сидя вечером за прялкой. Тогда ей было не понятно, о чём говорят серьёзно или хихикают. Она поняла это, когда сама стала женщиной. Княжна хотела, чтобы он запомнил её такой. А запомнив, уже никогда не забыл. Сейчас она была такой.
Она за ночь вымотала ордынца так, что в седле у него закрывались глаза.
- Ты не спал? – Спросил его сотник.
- Нет. Так получилось.
- Ты поговорил с княжной?
- Нет. Она знает, что у меня сын. А если есть сын, значит, есть жена. Она не дала мне договорить.
- Ааа…- ухмыльнулся сотник. Он обернулся назад, тяжело вздохнул.
Княжна ехала рядом с Ергали.
- Как ты себя чувствуешь? Сегодня вечером мы попробуем с тобой встать?
- Правда?
- Попробуем.
Ергали стал смешить княжну, рассказывая о том, как ходил в детстве ловить рыбу. Она так смеялась.
- Знаешь, я тоже ловила вместе с мальчишками. Один мальчик, я ему, наверное, очень нравилась, он решил меня научить. Ловили в ручье. Стоишь в воде и выжидаешь. Ему не надо было стоять рядом со мной. Сам виноват. Я не совсем рассчитала, и вонзила заострённую палку ему в ногу. Он орал так, что не только рыба ушла и зверь из леса. Орал и пытался удрать от меня. А я, бегала за ним как за волком. Правда, не так долго.
Ергали заливался смехом, так может смеяться только юность. На них стали оборачиваться.
- Ты после этого решила стать врачевателем. – Он не мог никак остановиться.
- Нет раньше.
От того, что на них обращали внимание, они смеялись уже без причины.
- Всё хватит, я больше не могу. Я с лошади свалюсь. Не смеши меня больше, - сказала она серьёзно. Но посмотрев на него, но увидев его выражение лица, залилась заразительным хохотом опять. Она смеялась , и все стали улыбаться без причины.
Вечером она попросила двух ордынцев, которые переносили Ергали в шатёр, задержаться.
- Помогите мне, пожалуйста. Я боюсь не удержу его.
- Я думал, что мы останемся вдвоём. – Ергали надулся.
- Ты пролежал слишком долго, резких движений делать нельзя. И так, начали тихонечко. Так, так. Старайся не упираться раненой ногой.
- Ой!
- Вот видишь! Ещё обижается. Немного постой так, и ложись опять. Каждый вечер будем пытаться. Всё будет хорошо. Не переживай.
- Останься со мной поесть.
- Хорошо. Я с удовольствием.
У молодых людей находились темы для разговора. Им не было скучно друг с другом.
- Я наелась. Пошла. Тебе нужно отдыхать.
- Княжна.
- Да?
- Спасибо. За всё спасибо.
- Живи долго и счастливо. До завтра.
Уже выйдя на улицу, она увидела Айтугана и сотника. Они ужинали со всеми, а сейчас возвращались. Айтуган теперь спал в шатре с Ергали и его отцом. Княжна кивнула им головой, не стала дожидаться, когда те подойдут. Развернулась и пошла к себе.
- Княжна, я провожу тебя.
- Зачем? Наши шатры стоят рядом. Иди, отдыхай. – Она вошла в шатёр и плотно закрыла его.
- Что? Никак?
- Никак. – Айтуган тяжело вздохнул. Он пытался держать себя в руках. Но, то и дело срывался на Ергали. Он ревновал княжну. Ревновал до одурения. И ничего не мог с этим поделать.
Следующим вечером, сотник подошёл к княжне.
- Княжна, нам нужно поговорить.
- Хорошо. Что случилось?
- Княжна, ты прости меня за мою прямоту. Я не люблю ходить вокруг и около. Поговорить я с тобой хочу о своём сыне.
Девушка подняла на него глаза.
- А, что случилось с Ергали?
- Думаю, что случилось. Мой сын влюбился в тебя княжна.
- Влюбился? Но, мы только друзья. Я ему всё время говорила, что он хороший друг.
- Княжна, я знаю своего сына. Он любит тебя. Айтуган тоже любит тебя. Насколько могу видеть, сильно любит. Так сильно, что никогда не уступит тебя другому мужчине.
Девушка смутилась. Вот это поворот событий.
- Знаете, я думаю безрассудно любить меня и вашему сыну и Айтугану. – Она горько улыбнулась. – Я дань. Просто дань, которую надо доставить вашему хану. О какой любви мы говорим?
- Княжна, остановись. Ты в порыве можешь сказать лишнее. У Ергали есть невеста. Мы вернёмся, и он женится.
- Вот видите, хотя бы здесь хороший конец. Я рада за него. – Татьяна взяла себя в руки.- Сейчас я не могу оставить вашего сына, как врачеватель. И как друг. Не могу обещать вам, что буду держаться в стороне, пока он не восстановился. Но, не переживайте, я не перейду черту. И надеюсь, вы не подумали, что рассматриваю вашего сына, как будущего мужа для себя. Это было бы большой глупостью. Потому что у меня нет будущего. У меня его отняли. Я человек без будущего. А теперь мне нужно идти.
- Как неловко получилось с этой девчонкой. А она, не глупа. Да, не хорошо. – Буркнул он себе под нос. Настроение его испортилось после разговора с княжной. Все кто попадали ему под руку, не знали, куда деться.
- Ну, что давай встанем, вот так. Молодец. Сегодня уже лучше. Я скажу, чтобы тебе разминали тело. Покажу как. Но, это будет завтра. На сегодня достаточно.
- Княжна, ты поешь со мной.
- Нет. Не обижайся, как маленький ребёнок. У меня кое-какие дела накопились. Я должна с ними разобраться. Встретимся завтра. Кушай хорошо, а то у тебя не будет сил вставать. Я ушла.
Глава 21.
Девушка даже не дожидалась, пока он ей ответит. Она вышла из шатра. Постояла перед входом к себе. Но, обошла шатёр и пошла в поле. Подальше от лагеря. Слёзы ручьём катились по её щекам.
- Что со мной не так? Мамочка, отец, почему вы оставили меня одну? Вам нужно было забрать меня с собой. Для чего я живу? Я одна, совсем одна в этом мире. Некому защитить меня. Мамочка, что мне делать? Я бы убила себя, но народ. Как может народ поступить так со мной? Получается, что до меня этому народу нет дела? Они без сожаления отдали меня. А мой ли это народ? - Она уже кричала. Обида и боль душили её. В этот момент она даже не вспомнила, что приёмный отец не хотел её отдавать.
Она широко раскинула руки, и упала на спину.
- Мамочка, - прошептала девушка, - мамочка, забери меня, пока со мной не случилось что-то страшное.
Она лежала на снегу, вглядываясь в звёздное небо. Её ресницы замёрзли вместе с капельками слезинок. Глаза стали закрываться.
- Вы видите меня оттуда? Я хочу к вам. Я больше ничего не хочу. Ничего.
Айтуган стоял поодаль, не решаясь подойти к ней. У него защемило сердце. Княжна тем временем притихла. Она, что, уснула?
Очнулась девушка от того, что кто-то растирает её лицо, руки.
- Я не хочу больше жить. – Тихо прошептала она.
- Ты расстраиваешь меня, княжна.
- Уходи, тебя я тоже больше не хочу. Чужой муж, чужой отец. Уходи.
Ордынец замер.
- Спи. Завтра тебе будет лучше.
Всю ночь она металась. Звала свою мать. Ордынец ушёл до её пробуждения. Как будто его и не было ночью рядом.
Татьяна открыла глаза. Вчера. Было вчера. Вспомнила разговор с отцом Ергали. Покачала головой. Какой ужас. Неужели её общение с Ергали со стороны выглядит именно так? Всё к чёрту. Хотят неуправляемую княжну. Я долго была хорошей послушной девочкой. Пусть лучше думают, что я умалишенная. Кто бы сейчас услышал меня. Что я несу? Сама не понимаю, что со мной происходит. Возьми себя в руки, княжна. Ведь ты ещё жива.
Выйдя из шатра, направилась на поиски старого ордынца.
- Здравствуйте.
- Здравствуй, княжна. Тебя что-то беспокоит? Как твоя рана?
-Лучше. Спасибо. Я хотела вас попросить, сегодня вечером осмотреть вместе со мной Ергали. Моя помощь больше не нужна. Думаю, что теперь вы справитесь без меня. Сейчас ему рядом нужна твёрдая рука, чтобы поддержать его. И я хотела попросить вас разминать его мышцы, я покажу как. Он долго лежал. Нитки доставать ещё рано. Это я сделаю сама.
- Да, княжна, я понял тебя. Может мне посмотреть твою рану?
- Нет, не надо. Тогда до вечера.
Она подошла к своей кобыле, сегодня та дожидалась её в одиночестве.
- Здравствуй, девочка моя. Я последнее время тобой не занималась. Прости. Я исправлюсь.
Княжна легко вскочила на лошадь. Немного подумала. Куда же ей встать? Где её место? Тяжело вздохнула, подъехала к Ергали.
- Здравствуй, как твои дела? Как себя чувствуешь?
- Княжна, у тебя что-то случилось? – Он всматривался в её лицо. Да, сегодня ночью и Айтуган не ночевал в их шатре. Неужели?
- Всё хорошо. Сегодня вечером я передам тебя в руки надёжного мужчины. С этого момента, он будет присматривать за тобой. Не переживай, я буду тоже приходить, пока ты не окрепнешь.
- Значит, ты мне не скажешь, что с тобой?
- Всё хорошо. У меня настроение по погоде. Солнышко нас не радует, я очень устала от дороги. Только и всего. Не бери в голову.
К ним подъехал сотник. Княжна чуть кивнула ему головой и остановилась. А где моё место в этой веренице? Мимо неё проехали все всадники. Она всё стояла, не трогаясь с места, просто бездумно смотрела перед собой. Вот и обозы потянулись.
- Что ты делаешь?
Айтуган взял поводья её лошади и потянул за собой.
- Где моё место?
- Да, что с тобой сегодня?
Весь день она была на себя не похожа.
Вечером еле справилась с тем, чтобы все показать старому ордынцу. Ергали нервничал. Он так был обеспокоен её состоянием. Но, княжна, будто не видела его. Он был просто раненный. Её подопечный, не более того. Она даже не попрощалась, когда уходила. Её тошнило. Она не ела второй день. В ушах звенело. Девушка отошла на приличное расстояние, чтобы её не было слышно. Она не могла справиться с рвотными позывами. Встала на колени, зачерпнула в ладони снега и приложила к лицу.
- Ты заболела?
-Уйди. Что ты мне проходу не даешь?
Айтуган подхватил её на руки и понёс в шатёр.
- Княжна, почему тебя тошнит?
- Ты испугался? Знаешь ли, такое случается с женщинами, когда они спят с мужчинами.- Голос её изменился. Он стал чужим и безучастным. Она сама не была, уверена, беременна или нет. – Можешь не переживать, я избавлюсь от ребёнка.
- Ребёнок?
- А ты не знаешь, откуда дети берутся. Ты же отец. Можешь идти.
- Княжна…
Айтуган стоял растерянный.
- Я же сказала тебе, не переживай, если беременна, я избавлюсь от ребёнка. Ты не пострадаешь.- Каждое слово, как удар ножа.
Он никак не мог прийти в себя. Ребёнок, как не вовремя. Но, это его ребёнок. Она решила избавиться от его ребёнка.
- Княжна, ты не ела вчера, сегодня целый день. Нужно поесть.
- Я хочу только, чтобы ты ушёл.
- Я не могу. Я отвечаю за тебя. Пока не поешь, не уйду.
Девушка запихнула в себя немного еды и её опять затошнило. Неужели, и, правда, ребёнок? Она засмеялась. Представила себя с животом перед ханом. Интересно, какое выражение лица будет у него. Ордынец с тревогой наблюдал за ней. Сейчас она выглядела не в своём уме. Она, конечно, не была уверена, но пусть он понервничает. Она опять засмеялась.
- Я хочу напиться. Напиться до чертей. Чтобы я не понимала, на каком я свете. На этом или на том? Теперь ты можешь уйти?
Ордынец нехотя вышел. Решил, что одна она успокоится быстрей.
Девушка вышла из шатра, набрала снега в котёл.
- Почему ты не сказала мне. Я бы принёс тебе. А что ты собираешься делать? – Сердце ордынца ухнуло вниз.
Татьяна подняла на него большие измученные глаза.
- Я хочу помыться. И больше ничего. Пока. Ничего.- Она в упор смотрела на него.
Войдя в шатёр, перед носом ордынца закрылась.
- Теперь давай, успокаивайся. Кому нужны твои истерики.
Девушка нащупала пульс. Стала считать, пульс был слабый, но не похоже, что она беременна. Выдохнула, но на всякий случай заварила себе травяной сбор. У неё из-за этой долгой дороги сбился весь цикл. Помылась. Только легла, сразу уснула. Сегодня она спала хорошо. Даже удивительно.
Глава 22.
Утром сама для себя решила, сегодня у неё будет хорошее настроение.
- Здравствуй. Как ты?- Она с нежностью смотрела на Ергали.
- Ты сегодня улыбаешься, и мне хорошо.
- Я же тебе говорю, солнышка нет, и настроение пропало.
- Но, сегодня его тоже нет.
- Увидела тебя, вместо солнышка.
- Правда. И я рад. Княжна, я устал лежать.
- Потерпи ещё немного. Чуть, чуть. Ты чувствуешь?
- Что? – Ергали смотрел на неё заворожено.
- Весной пахнуть стало. Запахи изменились. Хорошо как? Ергали у тебя есть невеста? – Спросила с нежной улыбкой княжна. – Не поняла. А что это ты насупился? Я спросила это потому, что если тебя ждёт любимая девушка, ты должен очень постараться встретиться с ней на своих двоих. Чтобы она меньше переживала.
Парень смотрел на неё и молчал.
- Так, сегодня ты не разговорчивый. Да? Ладно, не хочешь со мной говорить о своей девушке, храни это нежно в своём сердце.
Во время небольшой остановки днём, княжна подъехала к Айтугану.
- Ордынец, ты любишь детей?
Он выглядел таким потерянным. Как и вчера. А Татьяна не стала дожидаться ответа. Улыбнулась и отъехала.
- Княжна, давай поговорим. Я всё хорошо обдумал. Если ты беременна, оставляй ребёнка?
Татьяна подняла вверх бровь от удивления. Засмеялась.
- А как же хан?
- Я разберусь. Оставь ребёнка.
Глава 23.
С каждым днём менялась погода, менялась местность. Солнца становилось больше. Княжна улыбалась сама себе. Она практически не виделась с Ергали. С Айтуганом же виделась каждый день. От него никуда не деться. Но стали меньше общаться, после того как она сказала, что не беременна. Айтуган ходил обиженный. Может он думал, что она всё же избавилась от ребёнка. По вечерам княжна тихонько выходила из шатра, шла в сторону леса. Если тот был поблизости. И тренировалась в метании кинжалов. Потом тихонько возвращалась. Она чувствовала, что ордынец рядом. Он просто не показывается ей. Она ужинала в одиночестве. Больше не было горячих ночей с Айтуганом. Она вся сосредоточилась на себе самой. Делала записи в свои книги. В частности описывала последние операции, и ход выздоровления больного. Этих записей у княжны было много. Были у неё описаны и случаи, когда она только присутствовала, а лечили или оперировали её учителя.
Когда-то князь-батюшка подарил Татьяне две толстые большие тетради. Сделаны они были из тонкого пергамента в кожаном переплёте.
- Это тебе, дорогая. Будь умницей. Записывай всё свои работы сюда.
Девушка так обрадовалась этому дорогому подарку. Она научилась делать сама разноцветные чернила.
Сейчас записывала и делала зарисовки, как проводила операцию Ергали.
Лесов становилось всё меньше и меньше. Перед ними раскидывались степи. Заливные луга, покрывались первой сочной травой. И яркие цветы притягивали взор. Княжна радовалась, таким ярким краскам. Теперь она и вставала рано. Ещё до того как просыпались первые ордынцы. Брала свою лошадь и мчалась галопом в степь. Хотела на всю оставшуюся жизнь насладиться свободой. Она тренировала свою лошадь. Та легко выполняла все команды хозяйки. Хозяйка и сама наслаждалась занятиями. У неё стало получаться на ходу запрыгнуть в седло или соскочить, держась за седло. Седло княжны делали специально для неё. На нём была широкая удобная ручка. Княжна и кобыла были одним целым.
- Девочка моя, я сегодня хочу ещё кое-что попробовать. Иди аккуратно.
Татьяна наклонилась к уху лошади и заговорила с ней. Потом, не натягивая поводья, легко вскочила босыми ногами на седло. У неё получилось. Она засмеялась, её волосы рассыпались по спине и их раздувал ветер в разные стороны. Так они скакали какое-то время. Так же легко, как вскочила на круп лошади, девушка спрыгнула в седло. И тут она увидела их. Смех застыл на её устах. Кто это? Сколько времени они вот так наблюдают за ней. Это не те с кем она ехала. Княжна развернулась и галопом пустила лошадь в сторону лагеря.
- Выручай милая, выручай. Кто это? Кипчаки? Или кто?
За ней со свистом и улюлюканьем неслись всадники. В лагере их увидели издалека. Быстро седлали коней. Татьяна оглядывалась назад, всадников тридцать не больше. Но, она не взяла с собой даже кинжалов. Был только один, который она последнее время носила на бедре, спрятанный под широкими штанами. Тот кинжал, только для неё. Неужели она так далеко уехала от лагеря. Она стала различать лица преследователей и ордынцев, которые мчались на встречу. Следующий момент, она пронеслась сквозь ордынцев и остановилась за ними. Остановились ордынцы и преследователи. Айтуган о чём-то говорил с ними, и они разъехались. Когда княжна увидела выражение лица Айтугана, она быстренько захотела смыться. Повернув кобылу, направила её галопом, да ещё наклонилась всем телом, чтобы стать с лошадью одним целым. Девушка была в мужской одежде. Широкие штаны, широкая рубаха, голые ноги и распущенные волосы. Этого было достаточно, чтобы Айтуган взбесился. Она старалась изо всех сил, управляя лошадью, только бы он её не настиг. До шатра она всё же добралась первая. Но, закрыться не успела. Ордынец влетел в шатёр разъярённый, как дикий зверь.
- Ой, мамочки, - только и пискнула княжна. Она была так напугана, даже не понимала, что он орёт. – Ладно, ладно я поняла всё. Только успокойся.
- Ты, ты !!! – Орал он и стал двигаться на неё. Она вжалась в стену шатра и икнула. Закрыла глаза, подумала, что конец её всё же пришел.
Резко наступила тишина. Княжна приоткрыла глаза. Айтуган тяжело дышал, но взгляд его изменился. Он смотрел на грудь княжны. Одежды были широкими, чёрного цвета, но через тонкую ткань он видел её грудь с торчащими сосками. Княжна проследовала за его взглядом.
- Вот чёрт.
Посмотрела по сторонам, куда ей бежать. Из шатра она выбежать не сможет, уже все проснулись. Что же бегать вокруг очага от него.
- Даже не думай. – Прошипел он.
- А ты, что драться будешь? – Ей не хотелось, чтобы он смотрел на неё таким взглядом. Она даже знала, что последует за резко наступившей тишиной.
Он подошёл настолько близко, что она не могла дышать. Впился губами в её губы с такой силой. Она попыталась оттолкнуть его. Потом грудь. Её тело само стало откликаться на его грубые ласки. Сегодня он был груб. И всё же так не правильно. Она оттолкнула его из последних сил.
- Что ты делаешь?
- Чёртова девка, наказание моё.
Айтуган немного успокоился и вышел из шатра. Татьяна трясущимися руками натянула на себя одежду. И тоже вышла. Несколько человек ордынцев уже стояли в стороне, готовые для разбора шатра. Она кивнула им головой и села на лошадь. Ей до ужаса, как не хотелось ехать рядом с Айтуганом. Но, он только посмотрел на неё. И она, опустив голову, встала рядом. Весь день ордынец был раздражён. Никто старался не трогать его по пустякам. Она знала, что он придёт вечером. Хотела и боялась, что начнётся всё сначала. Стольких усилий ей стоило держать эту дистанцию.
Вечером ей опять захотелось убежать, но она подумала, что не расплатилась за утро. Она не развела огонь. Стояла в тёмном шатре, вжавшись в стену. В шатре темно. Пусть он подумает, что её опять нет, и пойдет искать. Пусть даст ей ещё времени. Шаги. Он вошёл. Стал прислушиваться. Она старалась не дышать. Только её сердце бешено колотилось. Девушка привыкла к темноте. Она различала его силуэт. Он стоял и слушал. Повернулся. Уходит. От сердца отлегло. Но, вот он уже перед ней.
- Нет, нет, не смей, слышишь…
Но, его уже не остановить. Она весь день стояла перед его глазами. Он был настойчив и груб. Он пришёл взять её силой, потому что знал, что она будет сопротивляться. Она дралась, царапалась, вырывалась. Тем самым заводя мужчину ещё больше. Когда всё закончилось ,и их тела расслабились, он нежно прикоснулся к её губам. Не было произнесено ни слова. Она всё ещё тяжело дышала от негодования. А его тело горело от саднящих царапин. Айтуган развёл огонь. Княжна увидела, как сочится кровь по спине. Она, молча, посадила его и стала обрабатывать раны. Потом кинула ему на руки одежду.
- Уходи.
- Не делай больше глупостей.
Он ушёл. Княжна опустилась без сил, её только что взял силой мужчина, которого она любит.
Ночью, она скорей почувствовала, чем услышала неладное. Она успела схватить кинжал, и вжалась в самый тёмный угол шатра, замерла. Она же закрыла шатёр. Или не закрыла? Но, в шатре уже кто-то был. И это не Айтуган, и не ордынцы. И девушка чувствовала, что пришли за ней. Ей нельзя медлить. Сколько их ещё будет? Она должна напасть первая. Княжна подпрыгнула, выкинула ногу вперёд, и сильным ударом отбросила нежданного гостя. Тот дико заорал. Потому что угодил в огонь. Пока, он выбирался из огня, получил ещё удар ногой в грудь. И в следующие мгновенье, княжна приставила ему кинжал к горлу. Убей! Говорило всё внутри. Убей! Она не может ждать помощи. Убей!
- Айтуган! – Закричала она. В шатёр ворвался ещё один кипчак.
Ей не справится.
- Извини.
Она резанула по горлу незваному гостю.
- Ах, ты, сучка!- Зарычал кипчак, видя, как его товарищ захлёбывается кровью.
Сколько их? Княжна приготовилась драться не на жизнь, а на смерть. Успела увернуться от кулака, просвистевшего рядом с её лицом. И с разворота врезала ногой по уху нападавшему. Именно в этот момент в шатёр вбежал Айтуган, сотник и ещё несколько ордынцев. Все навалились на кипчака.
- Опять ты? – Орал рассвирепевший ордынец.- Я думал, мы мирно разошлись.?
- Нам нужна девка.
- Это моя жена! Ты хочешь отнять мою жену?
- Эта сучка убила моего друга.
- А я, убью тебя.
Пока Айтуган разбирался с кипчаком, сотник набросил на плечи княжне её накидку.
- Пойдём со мной, княжна.
Она позволила увести себя.
- Подождите. Могу я вас попросить. Полейте мне на руки воды.
Сотник лил ей воду, она тёрла руки с остервенением и ревела в голос. Ергали от своего шатра наблюдал за Татьяной. Ему хотелось прижать её к себе сильно, сильно. Но, он не мог. Все слышали, что сказал Айтуган. Она его жена.
Княжна вошла в шатёр, и села прямо у двери, прислонившись к стенке. Слёзы всё ещё текли по её щекам. Все молчали. Айтуган пришёл позже.
- Ты… - но, сотник остановил его.
- Княжна, иди к огню, согрейся, - сказал Ергали.
Все слышали, как у неё стучали зубы. Девушка даже не пошевелилась.
Айтуган сел рядом с ней. Обнял за плечи. Только сейчас, почувствовав тепло человеческого тела, она стала успокаиваться.
- А ты, умеешь драться.
Она опять заревела.
- Что я сказал-то? Ну, всё, успокаивайся.
Девушка уснула, положив голову ему на колени. Он гладил её по голове, перебирал волосы пальцами. Её волосы пахли ягодами. И так, он сказал ЖЕНА. Ему следовало давно поговорить с княжной. Но, не получалось. Они, то любили до одури, то ругались. Получилось, что на самое главное у него не было времени. А может, он сомневался, не был готов. Ведь и он не сразу мог принять решение хана. А потом, она сама говорила, что никогда не хотела замуж. Всё только запуталось. Сегодня она была в таком состоянии, что наверняка не поняла, что он сказал. Неужели он и сейчас сомневается?
Глава 24.
На следующий день все были не многословны. Ергали больно было смотреть на княжну. Если княжна жена Айтугана, почему он не утешит её. Почему? Парень решил плюнуть на все условности, и не уступать. Он пойдёт к хану, он будет просить отдать ему княжну. С ним она будет счастлива. С ним она будет смеяться. Он собрал в поле цветов и подъехал к Татьяне.
- Княжна, это тебе. Они такие же красивые и нежные, как ты.
Княжна смотрела с такой нежностью на Ергали. Её бездонные синие глаза, обрамлённые длинными черными ресницами, красивые брови, губы притягивали взор.
- Спасибо.
Парень смотрел на нее, не отрываясь, ему было всё равно, что рядом Айтуган, метает молнии в его сторону.
- Княжна, почему ты так отдалилась от меня? Мне не хватает тебя. Мне не хватает твоих речей, твоего смеха. Почему?
- И мне не хватает тебя. – Губы её дрогнули.
- А что ты будешь делать с цветами? – Спросил он быстро, только, чтобы она опять не ревела.
Девушка растерянно посмотрела на большой букет.
- Красивые цветы.
Ергали отъехал, встал в строй.
Княжна поднесла цветы к лицу, спряталась в цветах, глубоко, глубоко вдохнула. Улыбнулась. Какое-то время она всё ещё рассматривала цветы, затем стала плести венок. Во время небольшой дневной стоянки она подошла к Ергали. Увидев приближающуюся княжну, парень бросился к ней навстречу.
- Ты прекрасна. Княжна, присядь с нами, перекусить.
Она присела. Подняла глаза. Ордынцы с интересом рассматривали девушку.
- Княжна, у тебя красивый голос, может, ты споёшь нам? – Ергали смотрел на неё с улыбкой.
- Спеть? Я даже не знаю.- Она окинула всех беглым взглядом. – Хорошо. Спою.
Где-то в тиши за лесом нетленным
В замке пустом при свете луны
Бьётся в агонии хладный, презренный
Призрак какой-то прекрасной вдовы.
Жаждет княгиня любви возвращения,
Но понимает, что время ушло,
Что не вернуть уже ничего.
Ах, это время, юности слёзы!
Как же прекрасно было тогда…
Увы, унеслись страстей былых грозы,
В жизни остались другой навсегда.
Ветром гонима, княгиня блуждает.
Ей тяжело на стены смотреть.
Знает она, что всё умирает.
Душе её не дано улететь.
Делом прикована к миру княгиня:
Надо любовь ей свою отыскать.
Как пошутила злая богиня?
Где её милый задумал упасть?
И что за земля его там приняла:
Пухом ли стала иль грудой камней?
Только вдова уж давно поняла:
Не выйти из замка закрытых дверей.
Вот она бродит ночью иль днём.
Окна закрыты, и дверь не скрипит.
Боль безысходности жжёт, как огнём.
« Где же мой милый свободно лежит?
Жаль, что пройти я к нему не могу…
Мне дверь не открыть навстречу природе.
Чем я ему и себе помогу?
Здесь ли душа его иль на свободе?»
Двери и окна в замке закрыты,
Но холодно здесь, точно зимой.
« Все, кого знала я, в землю зарыты.
Кто же так распорядился со мной?»
…Она пела, а к ним подходили и подходили эти грозные с виду мужчины. Со стороны теперь её и видно не было. Только голос.
- Спасибо, княжна. Но, песня грустная.
Она улыбнулась.
- Ты как-нибудь ведь споёшь нам ещё.
- Хорошо.
- А сейчас, кушай.
- Спасибо. Вкусно.
Ей и правда, за всё это время, первый раз понравилась еда.
- Княжна, давай вечером посидим у костра. Звёзды, костёр и мы. Как?
- Я согласна. До вечера.
Она ехала и думала, зачем противится тому, что должно случиться. Если у Ергали есть к ней чувство, оно никуда не денется. Чувства просто так не исчезают. Ей без него одиноко. Только с ним, она та настоящая. С ним ей легко и просто.
Они ехали вдоль реки. Речка была неширокая. Но днём её не было слышно. А сейчас сидя у костра, молодые люди слушали как, речка разговаривает с ним.
- Слышишь, что она шепчет?
- Наверное, что-то хорошее. – Ергали улыбнулся. – Она спокойная. Значит, что-то хорошее.
Они какое-то время сидели молча.
- Знаешь, мне сейчас так хорошо. Ночь, звёзды, река, огонь…и ты.
- Я тебе благодарен.
- За что?
- За то, что встретилась на моём пути. Ты дала мне многое понять, - он смотрел на неё, рукой убрал волосы, выбившиеся из хвоста, её любимой причёски.
- Ергали, нам ещё долго добираться до вашего хана?
- Не так уж и долго.
- Значит, у нас с тобой мало времени, чтобы дружить.- Сказала она грустно.
- Княжна, я не хочу тебя отпускать. Я не смогу без тебя. В моём сердце только ты.
- Ергали, мы не можем. Твой отец говорил мне, что по возвращению в Сарай, ты женишься. Я тебе интересна тем, что отличаюсь от ваших женщин. Ты не должен забывать о своей невесте. А то, я буду чувствовать себя виноватой.
- Не говори так. Наши родители договорились, когда мы были ещё маленькими. Она и я, мы нечего не испытываем друг к другу.
Он взял княжну за руку, поднёс к губам.
- Скажи мне, я тебе хоть немножко нравлюсь?
- Ергали, ты для меня, как старший брат, с которым мне легко и просто. Как самый близкий друг.
- Тогда, хорошо. – Парень не стал говорить княжне, что собрался просить хана отдать ему в жёны. Сейчас ему стало грустно от слов княжны. Брат. Друг. И всё.
- Ты слышишь?
- Что?
- Рыба плещется.- И княжна засмеялась.
Девушка попросила Ергали, чтобы он рассказал ей о месте, в которое они направляются.
- Скажи, а на что похож ваш город? А похож он на наши княжества? А какие у вас люди? А какие обычаи?
Она осыпала его вопросами. А он рассказывал, объяснял. Ей всё было любопытно.
- Княжна, нам пора возвращаться. Нужно поспать хоть немного. У тебя глаза слипаются.
- А завтра? Ты возьмёшь меня завтра? Так же посидеть у костра.
- Хорошо. Тебе понравилось?
- Очень. Последний раз, когда мне было так хорошо, это было дома.- Сказала она грустно.
- Княжна, - он наклонился к ней, хотел поцеловать, но передумал.- Спасибо за сегодня. Давай руку, поднимайся.
От реки они возвращались, держась за руки. Их силуэты были видны в темноте.
- И так, ты отпустил её?
Айтуган вздрогнул, тяжело вздохнул.
- А что мне делать? Их тянет друг к другу.
- Но, она, же твоя женщина?! – Сотник терял терпение.
- Иди, спать. – Айтуган был расстроен, сильно расстроен.
Что он делал последнее время. Злился на неё. Но, она сама виновата, что довела его до такого состояния. Он стоял и не мог уйти. Смотрел, как они приближаются. Увидев Айтугана, молодые люди остановились.
- Я пойду, спокойной ночи, княжна. Хороших тебе снов. Увидимся завтра.
- Спокойной ночи.
Ергали ушёл, а Татьяна и Айтуган так и стояли друг напротив друга.
- Зачем ты это делаешь?
- Что? – Прошептала она.
- Ты мучаешь меня. Ты чувствуешь от этого себя лучше?
- Айтуган, ты не должен был говорить, что я твоя жена. Зачем ты это сделал? Зачем?
- Значит, то, что мы спим вместе, это ничего? А, то, что ты моя жена, это плохо?
Она вошла в шатёр. Ордынец следом.
- Айтуган, я просила тебя, давай закончим наши отношения.
- Не могу. Я никогда не отпущу тебя. А ты знаешь, что у нас делают с неверными женами?
Татьяна подняла на него удивлённые глаза.
- Я разве сказала тебе, ордынец, что хочу быть твоей женой. Ты знаешь причину, по которой мы вместе. Были. Понимаешь, были. Больше не хочу. Или, всё произойдёт без моего согласия?
- Княжна, я знаю, что ты любишь меня, хотя и не говоришь. Я чувствую, как твоё тело отзывается на мои прикосновения. Я чувствую, как чувствуешь меня ты. Не играй. Не играй со мной. Не играй с Ергали. Ты запутаешься сама и запутаешь нас. Я веду себя, как сумасшедший. Я ревную тебя. Ты заставляешь меня ревновать.
- Айтуган, отпусти меня.
- Не могу. Я всё равно буду приходить к тебе каждую ночь. Я не оставлю ночей для него.
- Айтуган, мы скоро доберёмся до места. Ты вернёшься к семье. Приди уже в чувство. Я давно просила тебя поставить точку.
- Мне следовало поговорить с тобой раньше. Помнишь, я говорил тебе, что у меня сын пятнадцати лет, но, я ничего не сказал про жену.
Татьяна замерла.
- Ты сама стала говорить жена, сын. Моя жена умерла три года назад. Она долго болела.
- Прости. Я соболезную тебе.
- Я даже не знаю, любил я её по-настоящему или не любил. Она родила мне прекрасного сына. Я постоянно был в походах. Но я, знаю наверняка, что люблю тебя. Сильно, до боли в груди. Иногда я не знаю, как мне справиться с этим моим новым не ведомым мне доселе чувством. У нас ничего не получается из-за большой разницы в возрасте, да? Скажи мне. Научи меня любить тебя. Ты сделала меня слабым, уязвимым.
Он встал перед ней на колени. Большими руками обнял её тело.
- Княжна, не заставляй меня страдать ещё больше.
Она стояла как громом пораженная. Почему он раньше не говорил с ней так? Почему?
- Айтуган, почему ты не рассказал мне раньше?
- Я говорил тебе, что люблю тебя.
- Ты говорил это тогда, когда мы спали. Тогда…- она замолчала. – Дай мне время. И ещё, не надо срываться на Ергали. Он не виноват, что испытывает ко мне. Когда я с ним, мне легко. Мы говорить можем обо всём. Не злись. Мне с ним хорошо. Я кажусь странной? Да? Он тоже мне дорог. Я просто это чувствую.
У ордынца был такой вид, будто он сейчас умрёт. Он поднял руку к груди.
- Тебе, что плохо?
- Плохо. Очень плохо.
- Присядь.
- Я пойду.
- Я не отпущу тебя в таком состоянии.
Ему и, правда, было нехорошо. Она намочила тряпку холодной водой, расстегнув его одежды, приложила к груди. Села перед ним на колени.
- Я люблю тебя ордынец. И не знаю, что мне делать с этой любовью.
Он закрыл глаза. И в который раз из-за неё этот сильный мужчина заплакал. Княжна растерялась. Она запустила руки в его красивые длинные волосы, и стала целовать его лицо.
- Почему всё так? Почему мы с тобой так встретились, ордынец?
Этой ночью они просто разговаривали. Княжна поняла, что Айтуган человек действия. А, вести задушевные беседы ему не свойственно.
- Знаешь, я хоть и была маленькой, но помню хорошо своих родителей. Ты, напоминаешь мне моего отца. Он тоже был немногословен.
- У меня сегодня не закрывается рот. А ты говоришь, немногословен? Значит, ты любишь меня, как отца?
Она рассмеялась.
- И не злись на меня так больше. Я тебя боюсь. Чувствую себя маленьким нашкодившим ребёнком. И в ужасе жду твоего наказания. Думаю, что ты меня сильно побьёшь. Меня никто пальцем не трогал.
- Я испугался, что с тобой может что-то случится.
Повисла тишина. Ордынец мучился сказать или не сказать.
- Княжна, - после раздумий произнёс он, - есть ещё кое-что. Ты должна знать.
- Ты такой серьёзный. Что-то плохое?
- Больше всего я боюсь потерять тебя. Я и сам до конца не знаю, что ждёт нас по возвращении в Сарай. Я … я в некотором смысле родственник хана. Он послал меня за тобой. Я должен был привезти тебя любой ценой. Если бы, князь не отпустил тебя, я должен был показать грамоту от хана, в которой говорится, что я вступаю в брак с тобой. Тебя отпустили. И то, что я говорю, что ты моя жена, как видишь, правда. Я сам вначале принял в штыки приказ хана. Пока не понял, что ты значишь для меня.
Княжна села, обхватила свои колени.
- Я тебя прошу, сейчас не говори ничего. Я много рассказал тебе. Может где-то затронул твои чувства. Обдумай всё хорошо.
- Ты не сможешь.
- О чём ты?
- Ты не сможешь быть моим мужем.
- Почему? Ты думаешь, хан изменит своё решение? Или Ергали? Он стоит между нами?
- Ты сам, сам его изменишь.
- Я же с тобой говорю сейчас, потому что долго думал.
- Айтуган, может в тебе сейчас говорит ревность? Потому что сегодня вечером мы были с Ергали вместе. Что ты так дёрнулся? Мы просто разговаривали.
- Я был готов к этому разговору. Принял решение задолго до сегодняшнего вечера. Но я, ревную.
- Вот поэтому, ты, не сможешь быть моим мужем. И подумать, должен ты. А не я. Айтуган, я нужна хану как врачеватель, в первую очередь. А уже потом, в качестве возможной жены для тебя. Но потому что я врачеватель, я и не смогу быть женой. Мужчины по своей сути собственники. В наше время, для мужчины, женщина собственность. Она как личная вещь, которую никому не трогать. Дом, дети, быт. Вот удел женщины. Почему как ты думаешь, мой приёмный отец разрешил мне идти своим путём? Айтуган, я лечу не только женщин и детей. Но, и мужчин. Мужчин может даже в большей степени. Лечу не только царапины. Делаю операции. Я далеко не всё умею. Но и не мало. Лечу мужчин. Вернёмся к этому. Мужчина предстаёт передо мной в своём первозданном виде. В первую очередь я врач. Потом женщина. И не думай, что глядя на обнаженного мужчину, я его хочу. В моём сознании всё по-другому. А теперь я хочу спросить тебя. Айтуган, готов ли ты взять в жены женщину, которая выбрала путь врачевателя? Есть ты. Есть я. Есть люди, которые будут тебе говорить, возможно, не лестное про твою жену. Даже, если она спасла жизнь их близкого человека. Я только верю, что в будущем, женщину, чем бы она не занималась, будут воспринимать серьёзно и с уважением. Подумай очень хорошо. Не торопись. Я приму любое твоё решение. Я готова была к тому, что не свяжу свою жизнь узами брака.
- Ты необыкновенная. Я действительно не встречал таких женщин. Ты ведь еще, по сути, маленькая девчонка. А рассуждаешь, как зрелый, умудрённый опытом человек.
- Я много работала, очень много. Я, конечно, устраивала себе выходные. Играла, бесилась, как любой другой ребёнок.
- Когда мы приехали, ты была похожа на маленькую девочку, вывалившуюся в снегу. Я тогда подумал, что случилось с ханом? Почему ты?
- Я до сих пор мучаюсь вопросом, почему я. И не могу найти ответ. Я не лечила ордынцев. Кипчаков лечила. Но, вы как-то не рядом. У меня одно время был учитель китаец. Может через него хан узнал обо мне. Больше у меня нет никаких догадок.
- Скажи мне, а когда ты узнала, что я тебя увезу. Что ты почувствовала.
- Готова была убить.
Он засмеялся.
- Ты стояла совсем другая. Взрослая. Я подумал, что у крыльца, была не ты. Как у тебя получается так меняться? Даже сейчас ты разная. Во время трапезы ты всё время смотрела на меня. Ты меня стала смущать.
- Я тебя?
Девушка засмеялась.
- Надо же, я тебя.
Она всё не унималась.
- А потом, я увидел тебя пьяную. Удивлению моему не было конца.
- Так это всё-таки твои ноги. – Она первый раз за всё время покраснела.
- Тебя смущает только это? Больше ничего?
- Больше ничего, больше ничего.
Она закрыла его рот рукой. Чтобы он не говорил о бане, о первом разе.
- У меня слипаются глаза. Давай спать. Ты ведь не уйдёшь?
- Спи. Сегодня я буду охранять твой сон.
- А завтра мы с Ергали опять хотели посидеть у костра.
- Зачем ты мне сейчас это сказала?
- Чтобы ты учился доверять мне и не ревновать. Сейчас я хочу, чтобы ты обнял меня. Я хочу почувствовать защищенность и тепло.
- Спи.
Он обнял её и стал гладить по спине, как маленького ребёнка. Такое поведение было ему не свойственно. Уснул не сразу. В голове проносился весь разговор с княжной. Она сказала подумать. Он подумал. Он до того, как она всё сказала, подумал. Ему всё равно, что скажут про него. Сможет ли он защитить её? Вот, что было важно. Теперь у него на душе стало спокойно. Это после сегодняшнего разговора. Он улыбнулся. Она первый раз сказала, что любит его. Интересно, если бы он сказал, что вдовец, она раньше сказала бы, что любит. Он опять улыбнулся. Потом, опять, перед глазами появился улыбающийся Ергали. И ему опять стало не спокойно. Но, если она его жена, может он ей запретить общаться с Ергали? Сам ответил на этот вопрос. Не сможет. Зная княжну, она не примет такие ограничения в общении. Значит, ему нельзя так себя вести. Он сам должен измениться. Сможет ли он измениться ради неё? Она права, мы собственники. Сердце ныло.
Когда княжна проснулась, Айтугана уже не было. Она сладко потянулась. С ней случилось что-то хорошее. Они первый раз за всё время разговаривали, а не занимались любовью. Она много узнала. И она, первый раз вслух сказала, что чувствует к этому мужчине. Она хотела быть его любимой женщиной. Пусть и не женой. Для неё это не важно. Она не будет обращать внимание на эти предрассудки. Она и он. Вот, что важно. Как ей сегодня хорошо. Вышла из шатра, улыбнулась. Её встретило большое солнышко, уже показавшееся у горизонта. Ордынцы теперь собирали шатры лишь для господина и княжны, для сотника и Ергали, и ещё несколько. Так, что собирались в дорогу быстрее. Девушка поздоровалась со всеми, помахала рукой Ергали. Тот показался ей хмурым. И подъехала к Айтугану. Почему он сегодня другой? Напряжение последних дней, отпечатком, лежавшее на его лице исчезло. Ордынец улыбнулся ей. Сегодня должен быть хороший день. Весь день она напевала себе под песенки и улыбалась.
Глава 25.
Вечерело. И лагерь на ночь разбили. Но, Ергали не приходил. Он передумал? Забыл? Что-то не так? Она не стала его дожидаться. Взяла под уздцы лошадь и потихоньку пошла к реке.
- Сейчас девочка моя, я тебя напою, почищу.- Она ушла уже далеко. Никак не могла найти спуск к воде. Берег был высоким и крутым.
- Смотри, мы с тобой спустимся здесь. Какое уединённое место. И вода сегодня не холодная. И она так тянет.
Татьяна тихонько засмеялась.
- Очень хорошо, что он не пошёл с нами. Мы с тобой спустились здесь. Нас не видно.
Девушка огляделась, прислушалась. Никого.
- Ты пей. А я искупаюсь.
Было уже довольно темно. Луна сегодня то выглядывала, озаряя всё вокруг, то пряталась за облака. Княжна быстро разделась. Осталась в короткой выше колен сорочке. Кинжал, который носила на бедре, снимать не стала. Прохладный ветерок обдувал её тело. Как хорошо. Она закрутила волосы, чтобы они не намокли. И стала аккуратно прощупывать дно, заходя в воду. И вот она плывёт. Девушка хорошо плавала. Она выросла окруженная богатой природой леса, озёр и рек. Течение реки было не сильным. Но, чтобы ей вернуться в то место, где она вошла в воду, она плыла в сторону. Вот она на середине реки. Развернулась. И увидела рядом со своей лошадью мужской силуэт. Девушка занервничала. Если бы это был Айтуган, он бы уже звал её. Ергали? Но, почему без коня? Тогда кто это? Развернувшись, она ещё больше отклонилась в сторону. Еле вылезла на берег. Тихонько кралась вперёд. Луна скрылась за облаками. Мужчина стоял у кромки воды. Вглядываясь вдаль. Он потерял её. Заметно было, нервничал. Но, не звал. Значит, чужой. Девушка оттолкнулась и прыгнула незнакомцу на спину. От неожиданности он покачнулся, Татьяне было достаточно того, она свалила его на спину. Навалилась на него сверху, крепко сжав своим ногами его бёдра, приставив кинжал к его горлу.
- Княжна…
- Это ты? Ты испугал меня.
- Княжна, не уходи одна никуда. Я не разрешаю тебе больше вечером встречаться с Ергали.
- Хорошо. – Она старалась говорить ровно.
- Простудишься. Одевайся. Пора возвращаться.
Шли они молча.
- А почему Ергали не пришёл?
- Не знаю. Он весь день был без настроения. Это и к лучшему. Я искупалась.
Она замолчала. Вообще она выглядела немного рассеянной. Как сказать ему, что она беременна. Ужас. Когда они вошли в шатёр, княжна попросила поставить воду на огонь.
- Будешь пить со мной воду с мёдом? Вода всё-таки была холодной. У меня горло горит.
- Не хватало, чтобы ты опять простыла. Ты, как маленький ребёнок.
- Не ворчи. Останься со мной сегодня просто так. Поговори со мной.
Айтуган поцеловал её в щеку.
- Хорошо.
Она прижалась к нему спиной. Хотелось плакать. Сейчас она даже смотреть не могла в его глаза.
- Расскажи мне о городе, в который ты везёшь меня.
Так она и уснула. Утром не хотелось выходить из шатра. Всю дорогу кашляла.
- Ты все же простыла?
- Не ругайся, я выпью лекарство.
Лучше бы она выпила яд, и покончила со всем разом.
Глава 26.
Ергали весь день мучился от того, что княжна даже не смотрит на него.
- Может тебе сегодня взять женщину. – Отец смотрел на него в упор.
- Что?
- Ты извёлся весь.
- Мне никто не нужен, кроме неё.
- Ты сумасшедший мальчишка. Чего ты добиваешься? Ты хочешь, чтобы Айтуган прикончил тебя? Давай, давай. Я даже пальцем не пошевельну.
- Отец, ты когда-нибудь любил женщину так, что готов за неё пойти на всё? Отказаться от всего. Только, чтобы она была рядом. Я не могу дышать без неё. Если не вижу её, такое чувство, что умираю.
- Глупый мальчишка, ты думаешь, хан изменит своё решение? Никогда он этого не сделает. Айтуган его сын, хоть и рождён от невольницы. Вернёмся. Женишься.
- Нет. Сначала я ещё колебался. Теперь не женюсь. Это моё последнее слово. Не женюсь. И ты отец, поможешь мне.
- Как ты мог такое сказать? Ты хочешь опозорить наш род.
- Нет. Скажешь, что моя рана не затянулась.
- Сумасшедший! Это, что мне в наказание послан такой сын? Если не Айтуган, я сам прикончу тебя.
Сотник понимал, как бы он не орал и не злился, исправить то, что случилось невозможно. Страх поселился в его сердце. Смотрел на княжну, и видел, что и с ней творится что-то неладное. Она выглядела больной, измученной. Хотел с ней заговорить, но расстроился ещё больше.
- Знаете, я стала часто задумываться над тем, что если бы я умерла, я не причинила бы столько боли Айтугану, Ергали и вам. Простите, за то, что пока, жива. – Она говорила с ним как призрак.
Глава 27.
День, за днём, день за днём и они уже въезжали в окрестности Сарая.
Княжна отвлеклась от своих тревожных мыслей. Она с интересом рассматривала дома, в которых жил простой люд. Ещё передвигаясь по степи, им стали встречаться кочевья стоянки. Пастбища, заполненные лошадьми, другой живностью. Жилища кочевников, называемые юртами. Они были большие и круглые. Сейчас такие же большие и круглые сооружения, уже не из шкур животных. Построены были из дерева, другие обмазаны глиной. На берегу реки сложные конструкции. Айтуган объяснил, что они качают воду из реки и доставляют её в город.
Появился песчаник. Вообще природа стала скудней. Потому, что княжна не видела лесов. Лес это её стихия.
К Айтугану прискакал вестовой. Княжну велено было доставить во дворец. Айтуган нервничал. Как она будет во дворце одна?
Татьяна была поражена видом города. Он ещё строился. Так здесь всё отличалось от места, где жила она. Дома, которые стояли ближе к центру были из кирпича, украшены причудливым орнаментом. К дворцу хана, они подъехали поздним вечером.
- Княжна, не бойся ничего. Ты справишься. Сегодня тебя не будут представлять хану. Уже поздно. Завтра я буду рядом.
- Хорошо. Мне кажется, ты больше переживаешь за меня.
С Ергали они поговорили накануне вечером.
- Княжна, ты опять отдалилась от меня. Я люблю тебя, и ничего не могу с этим поделать.
- Ергали, прошу тебя, не делай глупостей. Будь осторожен. Думай не только сердцем, но и головой. Я думаю, что мы редко, но будем видеться. Береги себя от вражеского клинка. Не болей.- Она улыбнулась. – Это пожелание доктора.
- Ты больше ничего не скажешь мне?
Она долго с нежностью разглядывала его лицо. Потом сама поцеловала его.
- Будь счастлив.
- Ты же знаешь, что без тебя это не возможно.
Так она и простилась со своими мужчинами. И вошла во дворец.
Дворец встретил её вечерней тишиной. Ей показали покои, приготовленные для неё. Прислуживала ей молчаливая, черноглазая девушка.
- Как тебя зовут? – Спросила Татьяна.
- Гульнара, госпожа.
- У тебя красивое имя. А что оно означает?
- Украшенная цветами.
- Красиво. Ты была желанным ребёнком, твои родители очень любили друг друга.
-Да, госпожа.
- Гульнара, я понимаю, что поздно и ты устала, но я очень хочу помыться. Такой длинный путь. Очень хочется воды.
- Госпожа, я сейчас приготовлю вам купель. Вот пройдите сюда, я покажу вам. Здесь вы будете мыться. А это место отхожее.
- Интересно.
- Ты можешь приготовить воду и идти отдыхать. Я справлюсь сама. Побыть хочу одна.
- Как скажите госпожа. Вот здесь столик на нем баночки с кремами, щетки для волос. Здесь одежда ко сну. А эту вам нужно надеть завтра, когда вас пригласит хан.
- Всё поняла. Увидимся завтра.
- Госпожа, может мне все же не уходить.
- Нет, нет иди.
Княжна осмотрела комнату. На столике стояло большое зеркало. Девушка присела и уставилась на себя в зеркало.
- Неужели это я? Я изменилась. Повзрослела.
Девушка долго нежилась в купели. Тщательно промыла свои волосы, тело терла с ожесточением. Встала нагая перед зеркалом. Рассматривая себя. Её грудь стала больше, округлилась. За время пути она сильно похудела. Повернулась боком, посмотрела шрам, оставленный бандитом. Скоро. Скоро будет виден живот. Она не решилась избавиться от ребёнка. Ведь он от любимого мужчины.
Сном девушка забылась только под утро.
Её разбудило солнышко, которое пробиралось через окно, а потом и приход Гульнары.
- Доброе утро, госпожа.
- Доброе утро.
- Госпожа, нам нужно готовиться. Скоро хан позовёт вас.
- Хорошо.
- Я приведу в порядок ваши волосы и одену вас.
- Гульнара, я всё сделаю сама. А ты, просто будь рядом.
- Но, как же?
- Всё хорошо.
- Госпожа у вас красивые волосы.
- Спасибо. А мне. Нравятся твои. Они так блестят.
- Я скажу вам, чем мыть нужно.
- Договорились.
- Ой, госпожа! Что вы делаете? Вы так пойдёте к хану?
- Да.
-Ну как же?
- Не переживай. Всё будет хорошо.
Татьяна с вечера приготовила вещи на сегодня. Платье, в котором, она была, когда встречали посольство княжеское и ордынское. Красивые свои сапожки.
- Ну, вот, я готова.
Гульнара хлопала глазами. Перед ней стояла симпатичная девушка с красивыми русыми волосами, которые собраны в высокий хвост. В необычном коротком платье, прямого покроя и с разрезами по бокам. В красных высоких сапогах. Из украшений на девушке был только золотой талисман – солнцеворот. И всё. Она была необычна, но очень хороша. Сейчас она походила на языческую жрицу. Умные синие глаза, обрамлённые черными ресницами. Брови как полумесяц.
- Госпожа… мне сказали одеть вас вон в те одежды.
- Не переживай ты по поводу одежды. Я и только я буду решать, как мне одеться.
Глава 28.
За ними пришли. И они двинулись в неизвестность. Перед приёмной залой стоял Айтуган.
- Здравствуй, княжна.
- Здравствуй.
Их пригласили. Они вошли. Хан сидел на возвышенности, как показалось княжне, на белом троне, украшенном золотыми листьями. Татьяна особо не разглядывала присутствующих. Увидела только, что мужчины и женщины сидят на полу по разные стороны. Посередине на скамье сидят видимо самые близкие родственники хана. Айтуган остановился, остановилась и она. Айтуган приветствовал хана четырьмя поклонами. Он припадал на колени и расстилался вперёд. Княжна стояла рядом. Стройная и гордая. Она пристально рассматривала хана. Если Айтуган его сын, то похож на мать. Бату-хан был светловолосым. И глаза у него были светлые. Борода. Девушка определила, что вид был скорее европейский, чем азиатский.
- Встань сын мой. Так это и есть княжна?
- Да, хан.
- Здравствуй, княжна.
- Здравствуй, хан.
Княжна смотрела на хана своими красивыми глазами без смущения.
- Рад видеть тебя, княжна у себя в Сарае.
Девушка смотрела на него в упор и молчала. Она слышала легкий шепот. Придворные рассматривали её во все глаза. Ведь специально за ней посылали посольство. Что же она представляет? Пока все видели гордую красавицу лесов. Для чего она нужна хану? Ещё одна жена? Но, если верить слухам, она не имеет никакого наследства, никаких связей. Так зачем она нужна Батыю?
- У тебя смелый взгляд, княжна. Не боишься меня?
- А что ты мне сделаешь, хан? Твои верные люди так долго везли меня. Не убьёшь же ты меня сразу.
- А ты дерзкая. И безрассудная.
- Буду дерзкой на столько хан, на сколько пойму, что нужна тебе. Ведь это я нужна тебе хан, а не ты мне.
- Айтуган, твоей жене ведомы приличии?
И опять легкий шепот. Жена? Жена внебрачного сына?
-Хан, я родилась среди свободного народа. Мой отец дал мне полную свободу. Я далека от дворцовых интриг, сплетен. Приличия мне ведомы. Я выбрала путь врачевания. Именно это повлияло на моё общение. Я в первую очередь врач. И должна говорить чётко и по существу. От этого часто зависит жизнь, которую доверяют мне. И не твоему верному сыну, и не тебе хан не исправить того, что заложено во мне.
К удивлению всех хан рассмеялся.
- Я наслышан о тебе княжна. Меня просили быть к тебе снисходительным. Так же наслышан о тех чудесах, которые ты творишь, возвращая к жизни. Поэтому, я буду терпим к тебе. Но, не забывайся.
Он показал рукой, что они свободны. Айтуган не сразу повернулся спиной, а какое-то время шел пятясь. Княжна же резко повернулась, и стараясь быть на ровне с Айтуганом шла с высоко поднятой головой. Когда они вышли, он сказал.
- Прошу тебя, не будь такой резкой.
- Откажись от меня, пока не поздно.
Она развернулась и вместе с Гульнарой, которая ждала её за дверью, удалилась. Айтуган смотрел на неё печальными глазами.
- Если бы всё было так просто, княжна. – Сказал он грустно.
- Ты так рассматриваешь меня. Я кажусь тебе странной?
- Простите, госпожа. – Гульнара потупила взгляд. – Мне вы кажетесь смелой. Все женщины, которые попадали во дворец, очень нервничали из-за того, что не были уверены, в том, что их ожидает. Никто не осмелился так разговаривать с ханом.
- Я тоже не знаю, что ждёт меня завтра. Или даже сегодня.
Они вошли в покои княжны. Следом за ним вошло несколько женщин. Гульнара опустила низко голову. Видимо старшая из них, заговорила.
- Тебе было велено одеть госпожу в эти одежды. Ты ослушалась? – она подняла руку, залепила пощечину девушки. Её рука поднялась ещё раз. Но, княжна перехватила руку, сильно сжала. Так, что женщина вскрикнула.
- Я не знаю, кто вы. Но, никогда не смейте поднимать руку на моего человека. – Она сжала руку женщины ещё сильней. – Я и только я, решу, когда и что мне надевать.
Татьяна отбросила руку женщины.
- Госпожа, но…
Княжна подошла очень близко, наклонилась к уху женщины и прошептала.
- В следующий раз, я тебе сломаю руку, если только узнаю, что обидела эту девушку. – И добавила так, чтобы слышали все.- Вы хотели что-то передать?
- Госпожа, вас приглашает к себе Боракчин- хатун.
- Я должна идти сейчас?
- Да.
Княжна шла долго. Казалось, что дворец нескончаемый. Они проходили женские покои, из которых слышалась женская речь. Девушка не могла понять, на каком языке они говорят. Вот перед ними распахнулись двери, и княжна увидела величественную, женщину в красивых одеждах.
- Подойди сюда.
Княжна подошла. Она разглядывала ханскую жену. Насколько та была величественна, настолько и коварна, это читалось во взгляде. Красавицей её нельзя было назвать. Взор притягивали умные глаза. Попробуй, удержись на своём месте, если запросы хана так велики. Некоторое время было тихо.
- Хочу поприветствовать тебя, княжна в нашем дворце.
- Благодарю, тебя царица. Я сюда доставлена против своей воли. Но, ваш дворец мне нравится.
- Как ты думаешь, что хочет от тебя хан.
-Хан, построивший такой город, куда стекались знаменитые мастера своего дела, думаю, я нужна ему, как врач.
Девушка подумала, что ханша, рассматривает её как ту, которая может претендовать на место, рядом с ханом. Да, нелегко им живётся. Женщинам. Так много женщин и все у одного хана.
-Я посмотрела на тебя княжна, ты почему-то пренебрегла моим подарком. Я подарила тебе платья.
- Прошу не обижаться на меня, царица. Но, я ношу только ту одежду, которая мне удобна. Ваша одежда кажется мне не привычной. Я только появилась здесь. Не суди меня строго, царица. На всё нужно время. Я обязательно примерю подаренную тобой одежду. Она очень красивая.
- Даже не знаю, повезло Айтугану с тобой, или нет.
- Айтуган хороший и преданный подданный хана. И он свободен. Я чисто номинально его жена или наложница, не знаю, как принято у вас.
- И ты относишься спокойно к тому, что говоришь?
- Да.
Для Боракчин-хатун, девушка оказалась не простой. Она подумала, как бы в последующем не было проблем с ней.
- Ну что ж, мы познакомились, можешь идти. Уделяй больше внимания своей внешности и своим манерам.
- Хорошо.- Девушка кивнула и удалилась.
И так, сегодня она познакомилась с важными персонами во дворце. Хан – хитрый, ханша- коварная.
Глава 29.
- Гульнара, как ты думаешь, мы можем с тобой пойти погулять? Не стала спрашивать у царицы. Наверное, для этого нужно разрешение хана.
Девушка постояла в раздумье.
- Госпожа, при дворце, есть сад, думаю, вы можете там погулять.
- Правда!? Пойдём скорей, пойдём! Показывай, в какую сторону бежать. Я не знаю, какие здесь порядки. Что можно, а что нельзя.
Они вышли в сад. Сад манил своей прохладой.
- Какая красота!
И княжна помчалась по дорожкам, смеясь и припевая.
-Госпожа, госпожа! Там мужская часть сада.
- Да!? Неужели?- Княжна рассмеялась. Её смех колокольчиками стал разлетаться по саду. – Гульнара, выводи меня. Или мы заблудились.
Княжна дала руку Гульнаре и они с хохотом побежали по ухоженным дорожкам.
- Смотри, какая красота!- Татьяна указала рукой на прозрачное озерцо, в котором плавали рыбки. Девушки со смехом поднялись на уступ над озером.
- Гульнара, смотри, смотри!
Татьяна подняла руки к небу и запела. Её красивый голос, прекрасный сад. Она пела про прекрасный дом родной оставленный ею. Про бескрайние леса, глубокие синие озёра. Её голос был настолько силён, что ему было мало места в этом прекрасном саду. Он хотел вырваться на волю.
- Красиво поёшь княжна.
Внизу, на другом берегу озера, стоял хан и ещё десятка два мужчин в разных одеждах. Может какое-то посольство?
Гульнара со страху согнулась пополам, и упала на колени. От княжны хану лёгкий кивок головой.
- Вы заблудились? – Спросил её хан.
- Я хотела подышать, не привыкла сидеть взаперти. Прошу прощения хан, если нарушила твой покой.
- Я рад княжна, что тебе понравился мой сад.
- Хан, поскольку мы встретились так неожиданно, я хотела попросить тебя. Я много слышала о твоём красивом городе. Позволь мне посмотреть его. Это так необычно. Не похоже на место, где я жила.
Хан внимательно рассматривал княжну.
- Хорошо, завтра, можешь выйти.
-И разреши хан, чтобы меня сопровождал Ергали.
- Ергали?
- Да, хан. Именно он много и с любовью рассказывал мне о твоём городе.
- Я подумаю, княжна.
Княжна приложила руку к сердцу и слегка наклонила голову.
Она не стала дожидаться, когда хан удалится, схватила за руку Гульнару и со смехом бросилась к дворцу. Хан уже и не видел её, но слышал её заразительный смех. Давно в его дворце никто не смеялся.
Вечером княжну пригласили трапезничать.
- Госпожа, ты опять не наденешь наряд, который тебе Боракчин-хатум прислала.
- Нет, не надену. Сегодня я надену мужское платье. Как его вижу я. Смотри вот эти штаны, длинная рубаха , широкий пояс и вот эту накидку.
- Необычно. Я ещё не видела, чтоб так одевались. А ткань? Какая мягкая. У нас на базарах такая продаётся. Дорогая очень. Ой, госпожа, а волосы? Опять хвост? Похоже, что эта причёска вам нравится больше всего.
- Ты угадала. Ну, как?
- Красиво. Госпожа, вы не носите никакие драгоценности, странно. Не похоже, что вы бедны.
- Я не люблю.
И вот княжна опять стоит перед ханом, но сейчас без поддержки. Айтуган сидел среди мужчин и провожал её взглядом. Она увидела его, когда шла по проходу, улыбнулась.
- Ну, что княжна, вот мы опять встретились. Княжна споёшь нам?
- Тебе так понравилась моя песня, хан? Хорошо.
Чёрное сердце отравлено стрелами боли.
Глаз безразличных толпа навивает тоску.
Что мне осталось: кричать, задыхаясь в неволе
Или сквозь пальцы твои течь, подобно песку?
Я бы вошла в золотую красивую клетку,
Только бы ты забирал меня в каждый свой сон.
Время проходит. И раньше мы виделись редко,
Ну а теперь опустел твой заброшенный трон.
Гордость мою задушили хрустальные цепи,
Вороны страха отняли способность мечтать,
Крылья жестоко обвили колючие сети.
Ангел без крыльев уже не умеет летать…
Смерть не приходит. Текут, словно вечность секунды,
Клетка открыта, но некуда больше идти.
Мне осознать почему-то мучительно трудно,
Что наше горькое счастье уже не спасти.
Она играла голосом, делая его, то мощней, то замирала. Даже, когда хан встал и подошёл к ней, она пела, глядя ему в глаза. Песня смолкла, наступила звенящая тишина. Молчали все. Молчал и хан. Княжна смотрела на хана с вызовом.
- Хан, это было твоим желанием.
Хан взял княжну за руку и повёл к своему трону. У Айтугана упало сердце.
- Княжна, присядь со мной рядом.
Но, рядом уже сидела его царица. Княжна поклонилась. Хан посадил её по другую руку. Он снял с пальца массивный перстень и протянул княжне.
- Дарую тебе за смелость.
-Хан, не будет ли грубостью с моей стороны и неучтивостью не принять у тебя подарок.
- Почему?
Татьяна видела, что хан прищурил глаза.
- Хан, меня не прельщает золото, серебро, блеск драгоценных камней. Для меня важны другие ценности.
- Что-то же так ценно для тебя?
- Знания.
- Знания? Вот как?
- Думаю хан, ты понимаешь меня. Ведь ты построил такой город. Сколько мастеров своего дела трудились в нём? Если бы не знания этих людей?
- Значит, ты не любишь богатство.
- Для меня богатство, это знающие и умелые люди. Я не спорю, без некоторых вложений добиться желаемого не возможно.- Она засмеялась.
- А ты, княжна, что ты умеешь?
- Тебя, хан, интересует, что я умею, как врачеватель? Не много, но и не мало. Я много училась у ведунов, знахарей. Помогала и набиралась опыта при монастырской больнице. Но, не достаточно, чтобы быть довольной собой. Я хотела бы большего.
- Чего же?
- Я хотела бы быть свободной. И, поехать в Китай.
Все замерли. Никто не разговаривал. Все хотели услышать, о чём говорят хан и княжна.
- Почему в Китай?
- Я не знаю, насколько сейчас разорена и бедна эта страна, но мне очень хочется поучиться у них врачеванию.
- И так, Китай. – Хан задумался. Поездка в Китай практически не возможна для неё. Значит, ему нужно продумать, как из Китая доставить людей, которые будут нужны ей и послужат ему.
-Да.
- Я подумаю. А пока, отдохни, после дальней дороги.
- Хан, значит, я тебе нужна, как врачеватель?
-Ты не ошиблась. В таком городе, как мой, всё должно быть идеально.
- Извини, хан. Но, ты помнишь, о чём я тебя просила?
- Ты говорила, Ергали?
- Да, хан.
- Хорошо. А сейчас княжна, угощайся. Ты ела когда-нибудь такие фрукты?
- Очень вкусно. Спасибо.
- Княжна, а почему ты носишь этот амулет?
- Это амулет моего отца. Он был язычником.
- Ты христианка?
- Моя мать была христианкой. Меня крестили при рождении. Но, став взрослой, я приняла веру отца. Я язычница. Я с уважением отношусь к вере и обычаям любого народа. Но, я считаю, что перед Богом мы все равны, какую бы веру не исповедовали, каким бы идолам не поклонялись, будь мы царь или простой человек. Все равны. Я верю в силу природы. Я верю в солнце, луну, ветер, дождь, бурю, грозу, молнию. Это то, что не подвластно человеку.
Хан задумался. Ведь его дед тоже говорил, что перед Богом все равны. А эта девушка интересна и не проста. Так же думала и ханша. Сейчас она была обделена вниманием своего господина.
- Княжна, что ты думаешь о Айтугане?
- Айтуган, хороший сын и преданный подданный. Тот, который никогда не воткнёт в спину нож. Он хороший человек. Но я не просто сказала, хан, что хочу быть свободна.- Сейчас она говорила очень тихо. Сидящая рядом царица, напрягала весь свой слух, чтобы ничего не упустить.- Я уже говорила Айтугану о том, что говорю тебе. Я врач. Женщина врач. Хан, мир полон предрассудков. Сегодня я спасаю чью-то жизнь, а завтра тот, кому я её спасла, возможно, будет осуждать меня. Потому что, я женщина. Я лечу женщин, детей и мужчин. Мужчин больше. Мужчина предстаёт передо мной в своём первозданном виде. Но, поскольку я врач, то видя наготу, я не горю желанием, как многие думают. В моём сознании всё по-другому.
Царица закашлялась, а хан, был удивлён, как она запросто рассказывает о таких вещах.
- Видишь, хан, ты смущён. Потому я и не хочу, чтобы Айтуган страдал из-за меня. Возможно, пройдёт не одно столетие, и женщина-врач будет достойна уважения.
Хан, молча, кивнул головой. Чем больше он общался с княжной, тем меньше хотел её отпускать. Ему хотелось наслаждаться её беседами.
Татьяна посмотрела на Айтугана. Сейчас он смотрел на красивую девушку, которая сидела напротив него. В его взгляде было нечто особенное. Девушка, и правда, была прекрасна. И тоже бросала на Айтугана быстрые взгляды. Княжна вздрогнула, но не выдала себя, не показала насколько может быть уязвима.
- Так тебе нравится мой сын?
- Он был добр ко мне во время пути. Но, посмотри внимательно хан на своего сына. Видишь? Не делай его несчастным, заставляя связать узами брака со мной. Без меня у него лучшая дорога. Подумай над этим. Мы всё так усложняем иногда. И страдаем от этого.
- Но, он, же нравится тебе?
- Нравится. Хан, я воспитывалась в том мире, где женщина и мужчина связывают свою жизнь раз и навсегда. Хотя, и здесь я не настолько осведомлена. Бывали случаи, когда даже князья менялись жёнами. Любой богатый мужчина может просто взять девушку, которая ему глянулась. И быть с ней пока она не надоест ему. Конечно, я молода и много не знаю. Но, знаю наверняка, что мой мужчина будет любить только меня одну.
- Княжна, ты молода, - хан засмеялся. – А если, твой мужчина приведёт в дом вторую жену или наложницу.
Правитель смотрел на неё с умилением. Видел, что задел её за живое.
- Я его просто убью.- Спокойно сказала она.
- Что!?- Хан смотрел на девушку, стараясь понять, правильно ли он услышал, и шутит она или говорит серьёзно.
Опять наступила гнетущая тишина.
- Хан, - Татьяна подняла глаза и посмотрела, словно в душу мужчине, который сидел рядом.- Я родилась в тех местах, где девушка в стародавние времена, прежде, чем выйти замуж, должна была снять скальп с врага и принести мужчине, за которого собиралась замуж. Только тогда, она могла назваться женой. Если, ей это было не под силу, она оставалась одна.
Царица покрылась испариной, извинилась и удалилась. Хан не мог оторвать взгляда от княжны. Она продолжила, ещё ближе наклоняясь к хану.
- Если говорить про меня, то убить я могу, не взяв в руки оружие, или упаси меня, яд. Смертельный поцелуй. И всё. Ты веришь мне, хан? Или мне нужно показать.
Хан ещё некоторое время молчал, потом засмеялся. Он вообще редко улыбался, а чтоб засмеяться.
Присутствующие были обескуражены.
- Княжна, не сейчас. Мне дороги мои люди. Надеюсь, что мой сын будет жить. – Хан всё ещё смеялся. - Хорошо княжна, иди, отдыхай. Завтра будет, как ты хочешь.
Она встала, кивнула хану, и удалилась, не посмотрев на Айтугана.
- Гульнара, на завтра мне нужно платье. Знаешь, такое летящее. И платок на голову, так чтоб я могла закрыть лицо. Хан разрешил мне завтра выйти в город. Но, платье должно быть необычным. Правда, вся одежда мне кажется необычной. Знаешь, я сегодня видела девушек, которые танцуют перед ханом и гостями. Какие они красивые. Ты умеешь танцевать такие танцы?
- Госпожа…
- Ты должна немедленно научить меня. А если бы, у меня был такой костюм, как у них.
- Госпожа, как можно?
- Сейчас. Смотри. - Она сняла верхнее платье, нижнюю рубашку подняла вверх, оголив при этом спину и живот. Распустила волосы.
- Давай, показывай как надо.
Они смеялись, танцевали и не услышали, как двери распахнулись, и вошёл Айтуган. Он смотрел, как тело княжны медленно извивается. Ему очень захотелось оказаться вместе с ней в шатре, в котором провели не одну ночь вместе.
Наконец, его заметили.
- А что ты здесь делаешь?
Айтуган посмотрел на Гульнару тяжелым взглядом. Девушка моментально испарилась.
- Зачем ты пришёл?
Сказать, что она была безразлична к тому, что увидела, нельзя. Её это очень задело. Она изо всех сил заставляла смотреть в глаза хана, только бы не видеть , как ещё недавно её мужчина смотрит так на другую. Но, сейчас она говорила ровно.
- О чём ты разговаривала с ханом?
- О разном. А что?
- Ты ведёшь себя, как…- он не договорил. Зубы скрипели, скулы ходили ходуном.
- Договаривай. Как кто? Что же ты молчишь? Как продажная девка? А кто ты такой, чтобы меня учить, как вести? А? Кто? И кто я для тебя? Раз уж ты пришёл, скажу тебе. Я просила хана, чтобы он полностью освободил тебя от меня. От каких либо обязательств, от моего общества. Ты свободен. Иди своим путём. И будь счастлив. Скажем так, я была для тебя просто женщиной, которая скрашивала твоё одиночество в пути. Ты всё равно, взял бы меня силой. Я не хотела, чтобы меня насиловали. Но, я собственность хана. Хан получил, то, чего жаждал. Меня.
- Нет, нет, ты моя жена…
- Ошибаешься. Женись на той, которая дорога твоему сердцу. А сейчас, я бы хотела, чтобы ты ушёл.
- Мы же с тобой говорили. Ты сказала, что любишь.
- Айтуган, ты был моим первым мужчиной. Мне с тобой было хорошо. И всё.
- И всё?!
- Я видела сегодня, с какой нежностью, болью и любовью ты смотрел на прекрасную девушку. И она смотрела. Зачем ломать всё и отказываться от счастья?
- Она была до тебя. Понимаешь? До тебя.
- Айтуган, ты сам-то себе веришь? Не обманывай себя. И будь счастлив.
- Ты вот так всё решила? Одна? Даже не спросила меня?
Она больше не проронила ни слова.
- Хорошо. Я сейчас уйду. Но, это не конец. Не думай.
Стихли его шаги. Княжна сидела на полу и смотрела в одну точку.
Тихонько вошла Гульнара. Увидев княжну на полу, подумала, что Айтуган ударил госпожу.
- Госпожа? Как вы? Что случилось?
- Что-то я устала. На сегодня танцы отменяются.
- Я приготовлю воду. Ой! Смотрите, что я принесла.
- Где ты достала такую красоту?
- Сказала, что приказ хана. – Она тихо засмеялась.
- Ну, ты и плутовка. Завтра я пойду одна в город. Но, в следующий раз обязательно с тобой.
- Правда? Я буду ждать, госпожа.
Глава 30.
Наутро, облачившись в наряд, который принесла Гульнара, княжна была удивлена.
- Гульнара, а как ты думаешь, не очень он откровенный?
- Госпожа, мне кажется, ваши наряды более откровенны.
- Ну, если ты так считаешь.
Гульнара чуть подвела княжне глаза, прошлась помадой по губам, и теперь та походила на восточную царицу.
- Волосы сегодня нужно заколоть и убрать под платок. И не забудьте вот так, закрыть лицо. Какая вы красивая госпожа.
Татьяна рассматривала себя в зеркало. Она действительно нравилась себе.
В дверь постучали. Сказали, что её ожидают около дворца, и она может покинуть дворец, но возвратиться засветло.
Она выпорхнула из своих покоев и побежала по ступеням.
Внизу стоял Ергали, разговаривал с мужчинами. Княжна помахала ему рукой. Его лицо было серьёзным, но когда он увидел княжну, правда, он не сразу её узнал, его рот растянулся в широкой улыбке. Мужчины повернулись, проследив за взглядом парня.
Княжна с улыбкой на лице остановилась напротив.
- Здравствуйте.
И тут она увидела Айтугана. Она так обрадовалась Ергали, что кроме него не смотрела не на кого, потому и не заметила его.
- Княжна.
Она окинула взглядом присутствующих. Рядом с Айтуганом стоял красивый молодой мужчина. По возрасту старше Ергали, но младше Айтугана. Девушка задержала на нём взгляд, только потому, что он пристально рассматривал её.
- Нам пора. – Сказала она, посмотрев на Ергали.
- Да. Извините, ещё увидимся.
Ногай, а именно так звали мужчину, который стоял с Айтуганом, посмотрел в след удаляющимся молодым людям и четверым воинам, которые должны были их сопровождать.
- Что это было? Я чего-то не знаю? Кто эта красавица? И почему так вольно ведёт себя?
- Это княжна, за которой я ездил.
- Княжна? Подожди, но прошёл слух, что она…
- Не говори сейчас ничего, слышишь.
- Хорошо.
Молодые люди удалялись от дворца.
- Ты сегодня необычная.
- Я тебе не нравлюсь? А ведь, я так старалась для тебя.
- Ты красивая. Я привык видеть тебя другой. Такая ты вызываешь бурю разных чувств. Может я взял маленькое сопровождение? А то, украдут тебя. Куда мы пойдём?
- Я хочу на базар. Я так хочу. И по дороге рассказывай мне о этих домах. Почему они такие? Они все так необычно и красиво украшены орнаментом. Орнамент разный, замысловатый такой. А кто в них живёт?
Дома были большие и маленькие, плотно прилегали друг к другу. Ергали старался не пропустить ничего. По нему было видно, что он гордится, что живёт в таком городе. Дома стоящие ближе к дворцу принадлежали знатным горожанам. Это было очевидно, стоило бросить на них взгляд. Но, чем дальше удалялись молодые люди от дворца, тем проще становились жилища. И уже в ряду с жилищами стояли мастерские. В мастерских занимались гончарным делом, в других обтёсывали камни и делали украшения. А здесь, княжна остановилась. Втянула в себя воздух.
- Ты чувствуешь? Как вкусно пахнет! Почти, как дома.- Грустно добавила она.
Юноша посмотрел на княжну, и отошёл, к странным большим печам, похожим на горшки. Купил её лепёшку.
- Попробуй, княжна.
- Это мне? Спасибо.
Татьяна взяла горячую лепёшку.
- Ой, горячо.
Она засмеялась и стала перебрасывать её из одной руки в другую. Потом отломила половину и угостила Ергали.
- Мне одной не справиться.
- Княжна, как тебе во дворце?
- Дворец красивый. Знаешь, в нём столько интересного. Вода подается прямо в мои покои, и так же уходит. И не нужно таскать её из колодца. Сад очень красивый. Там есть фонтаны. Небольшие озёра. И вот такая рыба! – Она засмеялась. – Вот бы порыбачить. Птицы-павлины с красивыми хвостами. Так необычно. Но, мне не хватает свободы. Такое чувство, что меня посадили в клетку, и я задыхаюсь, умираю. Я всегда была свободной. Что человек без свободы? – Она тяжело вздохнула. – Я не знаю обычаев вашей страны. Я чужая.
- Тебя кто-нибудь обижает?
- Не беспокойся. Меня не так-то легко обидеть. Сам знаешь.
- Как хан? – Осторожно спросил Ергали.
- Хан интересная личность. Умён, хитёр, осторожен. Я пока не разобралась в себе, как мне следует с ним общаться. Он для меня олицетворение зла. Я так себе его рисовала всегда. Пока не знаю.
- А, как царица?
- Мне уже пришлось с ней пообщаться. Она красива, умна и… есть в ней, как бы сказать… знаешь, как скрытая угроза.
- Будь осторожна. Ты такая иногда безрассудная.
- Ну, спасибо, - девушка засмеялась.- А как твои дела? Я не нарушила твои планы? Ты же должен готовиться к свадьбе. Извини меня.
- Мы отложили свадьбу.
- Почему?
- Из-за моего ранения.
Девушка остановилась.
- Что случилось? Тебя что-то беспокоит? Мне нужно посмотреть. Ой, а как же мы идём пешком.
Ергали взял её за руку.
- Успокойся. Мы отложили свадьбу, потому что я – он понизил голос, - вообще не собираюсь жениться.
И он сразу перевёл разговор на другую тему. Татьяна поняла, что он не хочет говорить об этом.
И вдруг взгляд Татьяны остановился на небольшом домике, таким же крохотном дворике, в котором несколько горожан рассматривали товар, разложенный на лавках. Ноги сами понесли княжну в этот дворик.
- Здесь живёт аптекарь. Он делает лекарства из трав и других веществ.
Княжна уже стояла и рассматривала стеклянные пузырёчки.
- Ергали, помоги мне. Здесь что-то написано, но я не понимаю языка.
В этом дворике они пробыли очень долго. Княжна всё никак не могла уйти. Они познакомились с аптекарем. Он рассказал девушке о назначение составленных им лекарств. Наконец, Ергали и Татьяна покинули дворик, пообещав зайти на обратной дороге.
Они проделали не малый путь пока не дошли до базара. Девушка, как маленький ребёнок, смотрела на всё восторженным взглядом. Она сама взяла Ергали за руку.
- Не потеряй меня.
- Не потеряю. –У парня бешено колотилось сердце.
Здесь было такое разнообразие. Не только товаров. Люди были разной национальности. Были и русские купцы. Светлоголовые, голубоглазые. Княжна на какое-то время задержалась напротив них, но не подошла. Хотя товары других продавцов рассматривала с удовольствием. Видя, что она так рассматривает товар, и заинтересована, ей наперебой кричали.
-Красавица! Госпожа! И даже – господин купите для жены!
Молодые люди смеялись. Княжна остановилась около украшений. Они не были дорогими. Но, видя, что девушка рассматривает заколки для волос, Ергали наклонился к уху и зашептал.
- Княжна, выбери себе, ту заколку, которая понравилась тебе.
- Я не могу выбрать. Они все такие красивые.
- Мне купить все?
- Что ты, что ты! Вот эту. Только эту. Спасибо. Она очень красивая.
- Жаль, что я не могу её приколоть.
Девушка бросила на него быстрый взгляд и отвернулась.
- Ой! Как щекотно в носу! – Она чихала без остановки, пока Ергали не увёл её.
- Это перец и другие ароматные специи.
- А что это? Смотри! Какая вкуснота, наверное.- Она посмотрела на Ергали. – Как вкусненького хочется.
- Выбирай.
- Я хочу вот это и вот это. Надеюсь, что пчёлы здесь нас не съедят.- Им положили в пакет сладости.
- Ергали, давай только уйдём подальше. Нас искусают.
Они отошли в сторонку.
- Какое блаженство. – Она ела вяленые фрукты. При этом облизывала себе губы.
Молодой ордынец смотрел на неё таким взглядом, что у той всё затрепетало внутри.
– На и тебе кусочек.
Она поднесла к его губам вяленый инжир.
- Давай открывай рот. Ну, скорее.
Ергали взял руку княжны у запястья, и наклонившись за инжиром облизал языком пальцы княжны. Сопровождающие их охранники держались в стороне, да и Ергали встал к ним спиной. А княжна была спрятана от их взоров широкой спиной ордынца. Губы её приоткрылись, она судорожно вздохнул.
- Ергали, ты с ума сошёл?
- Хочу ещё.
- Чего?
- Дай мне ещё инжир.
- Возьми сам.
- Э нет. А как же плата за то, что я тебе столько сегодня показал и рассказал?
Татьяна взяла инжир. Медленно протянула Ергали. Он так же медленно наклонялся. Она приоткрыла губы и облизала их.
- Вот чёрт! Что ты делаешь? Я и так…
Они были не одни. На них обращали внимание.
- Это вам! – Она протянула кулёк со сладостями малышам, которые сидели на песке и пересыпали его из руки в руку.
- Теперь хочется пить.
- Пойдем, я знаю, где ты сможешь утолить жажду.
Они нашли воду. Это был даже не колодец. Небольшое сооружение из камня, наверху труба, из которой, если нажимать на рычаг текла вода. Внизу было выложено камнем, получался колодец. Но, вода не из земли, а из трубы. За этим сооружением, за стеной целый сложный механизм. Девушка не видела такого, и рассматривала всё с открытым ртом.
- Как интересно.
Они умылись, напились.
- Ергали, нам пора возвращаться.
- Давай убежим. Только ты и я. – Он вдруг остановился, и посмотрел на неё с надеждой.
- Ты сумасшедший.
- Знаешь, что я сейчас хочу?
- Знаю. Нам пора.
Всю обратную дорогу они молчали. Недалеко от дворца Ергали отпустил охрану.
- Давай хоть так, побудем вдвоём.
Девушка остановилась. Она сняла с себя свой талисман.
- Ергали, мы скорей всего не увидимся с тобой больше. Я рада, что судьба свела нас вместе во время пути. Ты очень дорог мне. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Это мой талисман. Пусть он защитит от всех невзгод. Я отдала тебе частичку себя.
- Почему, почему ты так говоришь?
Девушка плакала. Она так хотела не допустить этих слёз, но они текли и текли.
- Если хан примет решение, я уеду.
- Уедешь? Куда?
- В Китай.
- В Китай? Княжна, ты о чём?
- Ты же знаешь, что я врачеватель. Мне нужно ещё многому научиться, чтобы быть хорошим врачом. У меня когда-то был учитель китаец. Он учил меня делать то, благодаря чему, ты жив. Но, остались вопросы у меня, которые я хочу прояснить. Так что, я должна поехать.
- Ты поедешь с Айтуганом?
- Нет. Я бы не хотела этого. И хана просила. Но, кто я против него. Решение за ханом. Так, что давай простимся здесь. А до дворца пойдём молча.
Девушка встала напротив ордынца, не обращая ни на кого внимание, поцеловала его. Он даже пошевелиться не мог. Она сразила его. Как же так? Уезжает…
- Я люблю тебя, княжна.
- Я знаю. Я тоже люблю тебя. Прошу тебя будь живым и здоровым.
Молча, они дошли до дворца. Княжна не удержалась, обняла Ергали и прижалась своей щекой к его щеке.
- Прощай. Не держи на меня зла.
И медленно, как будто к каждой её ноге был подвешен тяжёлый груз, стала подниматься по ступеням. Она еле добрела до своих покоев, опустилась на кровать.
Глава 31.
- Госпожа, госпожа! Как всё прошло? Вы плакали?
- Я прощалась с другом.
Гульнара не понимала, о чём говорит госпожа.
- Я сейчас смою с себя пыль и лягу спать. Ничего не хочу. Хочу только спать.
- Госпожа, приходил господин Айтуган. Спрашивал, не вернулись ли вы.
- Завтра, всё завтра.
Только её голова коснулась подушки, как она ушла в мир снов. Айтуган стоял перед её постелью, не решаясь разбудить . Что она делает? Зачем столько всего наговорила хану? Почему всё решила за него? Взять бы и выпороть эту девчонку. Он вспомнил разговор с отцом.
- Княжна, просила, чтобы я дал тебе свободу и не связывал ваши судьбы. Если уж разобраться. Когда посылал тебя, даже капли сомнения не было. Сейчас сильно задумался. Женись на той, которая в твоём сердце. Я не буду против.
- Отец, я никогда не просил тебя ни о чём, сейчас же прошу, оставь мне княжну. Она моя жена.
Хан внимательно смотрел на сына.
- Я понимаю, почему она так притягивает всех. Ведь и я попал под её чары. Разве мог я, женщине, позволить так себя вести? Никакой. А ей позволил.
- Тогда ты понимаешь меня отец.
- Ты мне нужен будешь с Ногаем.
- Отец, но причём здесь дела и княжна?
- Она просит меня, чтобы я послал её в Китай.
- Куда?
- В Китай. Я думаю, она будет искать своего учителя. Она просила, чтобы я тебя с ней не посылал. – Хан усмехнулся.
- Но, поездка в Китай. Разве она возможна? У нас не те отношения с Хубилай ханом. Если, он узнает про княжну , она не вернётся. – Опять у Айтугана от переживания за княжну зашлось сердце.
- Ты прав. То, что она у нас, скоро разнесётся по округе. И заполучить её захотят многие. Айтуган, она должна оставаться во дворце. Пока мы не решим, как защищать её, ты не сможешь привести её в свой дом.
- Я понимаю тебя хан. Но, как ты решишь? Отец, ты не ответил. Или ты одобрил нашу связь?
Хан молчал.
- Отец, ты подарил мне надежду на счастье и забрал, только потому, что она попросила. Она любит меня. Пожени нас. Такая женщина, как она всегда должна быть под защитой. Ты сам это знаешь. Это в её мире она могла быть свободна. Она знала, что князь защитит её всегда. В нашем мире положение женщины более зависимое. Она тебе нужна. Так дай мне защитить её для тебя.
- Она, - хан засмеялся, - сказала, что убьёт своего мужа, если тот посмотрит на другую женщину. Ты посмотрел. И как. Мы наблюдали за вами.
- Отец…
- Я не принял пока решения.
- Хорошо.
- Я отпустил её сегодня в город.
- Я знаю. Я видел её.
- Всё, уходи, я устал.
- Отдыхай, хан. Я могу сегодня остаться во дворце? Я хотел бы провести ночь со своей женой.- Сказал твёрдо Айтуган.
Хан ничего не ответил, только махнул рукой.
И сейчас стоя у её постели, он не знал, как себя вести. В груди больно щемило. А если хан, проявившей такое великодушие по отношению к княжне, решит, что она больше не принадлежит ему. Что тогда будет он делать? Ему действительно очень нравилась Юлдус. Он даже был влюблён в неё. В его голове проскакивали мысли о женитьбе. Она такая нежная, красивая. Айтуган, который уже собирался начать разговор о женитьбе, получил приказ хана. Он был зол, расстроен. Тогда, хан даже слушать его не стал. И вот, в его жизнь ураганом ворвалась эта девушка. Смелая, безрассудная. И такая родная. Она не принимала и рушила те отношения между мужчиной и женщиной, к которым они привыкли. Она была другая. Он оказался рядом с сильной личностью, которая не падала в обморок от вида крови. Которая, бросается на врага, даже если он сильнее неё. Которая, умеет любить так, что сердце готово выскочить из груди. Она даже приручила хана. Он знал, что она любила его. Она никогда бы не сказала, что любит, если бы не была в этом уверена. Да, он смотрел на Юлдус. Ему было жаль, что посеял в душе девушки надежду. Но, они не говорили о чувствах друг к другу. Это было в его душе. Конечно, девушка была оскорблена, что Айтуган приехал с женой. Но, она молода, красива, с ней всё будет хорошо. Сейчас ему нужно удержать и защитить ту, что стала частью его самого.
Татьяна пошевелилась, приоткрыла глаза и увидела его. Они не отрывали глаз друг от друга. Айтуган сбросил свои одежды и лёг рядом.
- Зачем? Зачем ты здесь? Мне неловко от того, что ты так запросто приходишь ко мне.
- Хан знает, что сегодня я останусь у тебя.
- Значит…
- Он не принял ещё окончательного решения. Давай поговорим потом. – Ордынец прижался к спине девушки. – Княжна, я хочу, чтобы ты родила мне девочку, похожую на тебя, как две капли воды.
От этих слов сердце девушки бешено заколотилось. Айтуган почувствовал это, положив ей руку на грудь.
- Я не могу позволить себе ребёнка, ордынец. Моя жизнь зависит от людей, которых мне хочется уничтожить.
Он почувствовал, что она плачет. Повернул её к себе. Стал целовать глаза, соленные от слёз щеки.
- Ты моя, моя девочка. Я никому не позволю, чтобы обижали тебя.
- Айтуган, та девушка…
- Не сейчас, княжна, не сейчас.
Он за эти дни истосковался без её близости. Когда увидел утром, как она сбегала по ступеням, так обрадовался. Но, она смотрела только на Ергали. Его увидела потом. Его сердце опять заныло.
…уже потом, они вернулись к этому разговору.
- Так, та девушка?
- Её зовут, Юлдус. Она нравилась мне, очень нравилась. Я же говорил тебе, что моя жена умерла три года назад. Сначала, я не смотрел на женщин вообще. Постоянные походы. Но, однажды я встретил её. Она своим взглядом, дала почувствовать мне, что я жив. Мы не говорили о любви, не давали друг другу никаких обещаний. Я рад, что не разговаривал с её семьёй о свадьбе. Ты перевернула мою жизнь. Ты стала моим всем. Я рождённый воином, теперь больше всего ненавижу эти военные походы. Потому что, тебя не будет рядом. Боюсь, что уйду из этого мира, а тебя не будет рядом. Боюсь, что не смогу сжать твою руку в последний раз, и посмотреть в твои глаза, чтобы утонуть в них.
- Ты о чём говоришь? Куда ты собрался?
- Об этом знает только хан. Удержи меня около себя, пусть и ненадолго. Не отпускай меня, как я не хочу и не могу отпустить тебя.
Утром пришедшая Гульнара была смущена и растерянна. В кровати в объятиях друг друга, она увидела госпожу и господина Айтугана.
- Гульнара, приготовь нам воду. Я хотел бы помыться с женой.
Девушка старалась не смотреть на господ. Она переливалась всеми цветами от розового до пунцового. Она никогда не прислуживала мужчинам. Так он и, правда, муж госпожи. Но, насколько она знала, во дворце, мужчина никогда не оставался с женщиной до утра. Мужчина получал женщину и уходил. А здесь.
Видя, что девушка сильно смущается, княжна пожалела её.
- Гульнара, приди позже. Я справлюсь сама.
Княжна мыла Айтугана. Он схватил её за руку и затащил в купель. Вода разлилась по полу.
- Ты ненормальный. Что ты делаешь?
- Я хочу помыть свою жену.
Они засмеялись. Забыв о времени и о месте, где находятся. Потом он расчёсывал и сушил её волосы.
- У тебя разве нет сегодня дел?
- Сегодня нет. Ты меня прогоняешь?
В дверь постучали. На пороге показалась Гульнара.
- Господин, хан приглашает вас с госпожой к нему.
- Хорошо.
У Айтугана сжалось сердце. Сейчас решится его судьба. Или он будет жить, или умрёт живя.
Сегодня в зале никого не было, кроме хана и молодых людей. Хан внимательно посмотрел на них. Значит, сегодня ночью они были вместе. «Значит, моё решение с самого начала было верным», подумал хан.
- Я принял решение. Айтуган, ты возьмешь в жёны княжну. Свадьба через неделю. Обо всём остальном поговорим после свадьбы.
- Спасибо, отец, спасибо. – Он упал перед ханом на колени.
Княжна стояла громом поражённая. Она хотела быть с Айтуганом. Но, жена. Девушка боялась, что испортит ему жизнь.
- Хан, …
- Моё решение не изменить. Айтуган пригласи ко мне лекаря, который ездил с вами за княжной.
- Хан, тебя что-то беспокоит? – Спросила княжна.
- Нет. Мне нужен лекарь для делового разговора.
- А.
- Хорошо, господин.- Ответил Айтуган.
Уже выйдя от хана, девушка набросилась на Айтугана.
- Зачем? Я могу испортить твою жизнь.
- Я рад, княжна, что ты переживаешь за меня и оберегаешь меня. Это говорит о том, что ты любишь меня. Ты всё понимаешь. Ты не можешь быть свободна. Так пусть твоим мужем буду я .Почему ты сопротивляешься? Или ты думала, что хан изменит своё решение, потому что ты ему нужна?
- Как в этом мире трудно живётся женщинам. Что у нас, что у вас. А то, что мы с тобой разной веры, это как?
- У нас допускается. Это ваши князья, когда берут в жёны наших девок, заставляют их принять христианство.
Глава 32.
Весть о свадьбе Айтугана и княжны быстро разлетелась по дворцу и за его пределами.
Ергали узнал от отца, что Татьяна собирается замуж за Айтугана. И это решение хана. Он бросился к коню. Ускакал в степь. Там он дал волю своим чувствам. Он кричал и плакал, стоя на коленях в зелёной траве. Конь не мог понять, что происходит с его хозяином, косил на него черным умным глазом, вздрагивал. Отец сказал ему, что слышал, как княжна просила хана, остаться свободной. Но, решение хана было не изменить. Теперь он потерял её, теперь будет смотреть только издалека. Как ему теперь жить? Он лёг на траву и закрыл глаза. Расстегнул кожаный жилет, достал амулет, который она дала ему, поднёс к губам.
- Я всё равно буду ждать тебя.
Домой он вернулся измученный, уже под утро. Отец ждал его около дома. Хотел что-то сказать сыну, но не смог, когда увидел в каком он состоянии. Из парня будто вышибли все жизненные силы.
Глава 33.
Во дворце готовились к свадьбе. Она не обещала быть грандиозной. Но, хан решил провести её именно во дворце. Сказал, что считает княжну, не только своей гостью, но и своей приёмной дочерью. Княжна была смущена. Хана девушка заинтересовала ещё больше, после беседы со старым лекарем.
- Княжна, пора нам с тобой поговорить серьёзно. Я уже говорил тебе, что твоё врачевание, эта причина, по которой ты здесь. Я подумаю над твоим желанием, посетить Китай, после свадьбы. Теперь я скажу тебе, чего жду от тебя. Я хотел, чтобы ты учила своему мастерству людей, проявляющих способности в этом деле. Ты можешь сама выбирать себе учеников.
- Я поняла тебя хан. Но, ты сам разве не хочешь довериться мне? Почему ты смотришь так вопросительно? Хан, возможно, я не смогу вылечить твой недуг полностью, но я попробую немного убрать твою боль.
- Ты о чём, княжна?
- Не хитри хан. Ты долго будешь проверять меня? Я вижу, что тебя беспокоит.
Батый ухмыльнулся.
- Или тебе мужчине и повелителю трудно довериться женщине? Я хочу осмотреть тебя.
Повисла тишина.
- Может, мы сначала закончим начатый мной разговор?
- Хорошо. Всё не так просто, как может показаться со стороны. Сейчас я с уверенностью могу сказать только за одного человека. Это лекарь, который помогал мне делать операции, но, он уже не молод. Наверное, нужно твоим указом созвать молодых людей, которые склонны к проявлению врачевания. Я буду смотреть их. Но, чтобы понять, на что они способны, - княжна замолчала, и посмотрела серьёзно на правителя, - нужна практика. Практика для начинающих, это трупы людей. Прости хан. Как бы дико для несведущих людей это не звучало. Без этого, не будет результата. Думаю, что когда наступит время изучения внутренностей человека, у меня, хан, появится много недоброжелателей. И для моего мужа, начнётся не лучшее время. Это то, о чём я тебя предупреждала, хан. Нельзя подходить к вопросу о лечении внутренних органов, только изучив всё по картинке.
- Я понял тебя, княжна. Давай, попробуем.
- И ещё, я буду выбирать среди мужчин и женщин.
- Я даю тебе в этом выборе полную свободу.
- Благодарю за доверие. Хан, пригласи лекаря. И мне нужны те врачеватели и целители, которые лечат тебя сейчас.
Хан улыбнулся. Она отдавала приказы ему Великому Хану. И для неё это просто. Её ничего не смущало.
Девушка знала, что ей придётся столкнуться с высокомерием, недоверием. Но, не настолько. Ведь для того, чтобы понять суть ей нужно было выслушать всех. Пришлось вмешаться хану.
- Это совершенно нормально, что каждый отстаивает своё назначение. Мне лишь нужно понять, как совместить с моим. – Спокойно сказала княжна.
Хан наблюдал за ней со стороны. Общий язык они нашли, только потому, что она очень хорошо разбиралась во всех назначениях. Она и сама будто выдерживала экзамен перед ними.
Глава 34.
Накануне свадьбы за княжной пришли из покоев царицы. Та не виделась с княжной после того раза, когда девушка так привольно разговаривала с ханом.
-Княжна, говорят, ты творишь чудеса, леча людей. – Она ехидно усмехнулась.
Девушка слегка кивнула головой.
- Я хочу, чтобы ты, посмотрела роженицу, она никак не может разродиться.
- Мне нужен помощник. Я сейчас пойду за своими инструментами. А вы, царица, отправьте за лекарем, который помогал в дороге делать мне все операции. Всё нужно сделать быстро, чтобы не было поздно.
- Мужчина на родах?
- Мне нужен именно он. Сам хан разрешил мне выбирать помощников.
- Хорошо.
Княжна в сопровождении Гульнары и четырёх ханских стражников вошла в дом очень состоятельного гражданина. В покоях роженицы нечем было дышать. Кругом благовонья.
- Всё убрать. Пока я готовлюсь, проветрите покои. С окон снимите завесы. Приготовьте свечи. Мне может понадобиться больше света, пока не зажигать. Чистые ткани, кипящая вода.
Рядом стояли женщины, княжна не знала, как здесь их называют, которые помогали при родах. Повитухи, может быть.
- Мне нужно узнать всё по существу. Говорите чётко.
Сама же слушала, прощупывала живот, согнула ноги женщины в коленях, осторожно прощупала влагалище рукой.
- Да. – Только и сказала.- Где муж этой женщины? Мне нужно с ним поговорить.
Татьяна вышла из покоев роженицы и столкнулась с мужчиной лет сорока. Он нервно теребил чётки в руках.
- Вы в состоянии понять, что я буду вам говорить? Ваша жена умрёт, если мы не поможем ей. Умрёт она и ребёнок. Я собираюсь разрезать живот. Постараемся сохранить жизнь матери и ребёнка. Вам плохо? Мы теряем время. Может мне вас ударить, чтобы вы в чувство пришли?
Она обернулась. За спиной стоял старый ордынец. Княжна кивнула головой.
- Спасибо, что пришли. Мне нужна ваша помощь.
-Мужчина? Я не потреплю.
- Приказ хана. Это мой помощник. На разговоры с вами, у меня нет времени. Нам нужно спасти не только ребёнка, но и мать.
- Но…
- Всё потом.
Она сделала последние распоряжения.
- Мне нужны четыре человека, чтобы каждый держал роженицу. Вы? Хорошо. Надеюсь, вы не упадёте в обморок? Тогда начали.
Княжна подошла к роженице.
- Доверься мне милая, всё будет хорошо. Сейчас ты поспишь, а мы потрудимся за тебя. Хорошо. Ты ничего не бойся. Верь мне. Ты обязательно будешь жить. Скажи сразу. Опорожнялась, как давно? Это важно. Хорошо.
Женщина слабо кивнула головой.
Княжна действовала как прежде. Дала выпить роженице настойки. Из стакана сильно пахло забродившими травами. Затем, на тряпочку потихоньку наливала свою настойку. Сосчитав до пятнадцати, посмотрела на роженицу. Её измученные глаза закрывались. Она уходила в мир сновидений.
- Ребёнок запутался в пуповине, не перевернулся. Нужно поторопиться, сердцебиение прослушивается очень слабо.
- Да, но мы никогда не достаём ребёнка из утробы, пока мать жива.
- Я хочу попытаться спасти двоих.
Начала с того, что одела себя и ордынца в одежды похожие на сарафаны, но с завязками на спине. Сначала вымыла тщательно руки ордынца, потом свои. Приступила.
Она смазала живот, чтобы обезболить место разреза. Посмотрела на ордынца. Глаза у него были тревожными.
- Я делала два раза такие операции, доверьтесь мне. Сейчас я разрежу живот не горизонтально, а вертикально. У нас тяжёлый случай.
Она стала резать. Две женщины упали без чувств.
- Заменить быстро.
Сама не отвлекалась.
- Расширители. Да, эти. Держите здесь и здесь. Хорошо. Сейчас немного подвинем мочевой пузырь. Так. Теперь матка. Разрезала. Вот и ты, жаждущий выйти, здравствуй.
Картина была страшная. Ребёнок весь обмотан пуповиной, синий, как и говорила княжна, это и не давало ему перевернуться и выйти головкой.
- Сейчас малыш, сейчас. Мы справимся. Вот так. Вот так.
Княжна передала малыша тёткам, сама занялась роженицей. Но, ребёнок, а это был мальчик, не закричал. И стал синеть ещё больше.
- Так, помогите, вот здесь держите. Что случилось? Дайте быстро ребёнка. Ты что это, не помогаешь нам? Сил нет.
Она ловко взяла малыша за ножки, перевернула вниз головой. И стала простукивать по спинке от попки к голове. Аккуратно засунула свои пальцы в ротик ребёнку. У малыша из ротика вылетел сгусток и он закричал.
- Молодец.
Теперь она быстро работала с мамочкой. Про себя только благодарила небо, что не открылось кровотечение. Достала послед.
- Зашиваем матку. Шьём. Шью, режь, шью, режь… теперь брюшина. Шью, режь, шью, режь.
Они справились.
- Спасибо вам, - она повернулась к ордынцу. Тот прослезился. Да, это рождение человека. Она всё тщательно смазывала. Налила ещё немного своего чудо раствора на тряпочку женщине. Пусть ещё поспит.
- Будем надеяться, что всё обойдётся. Живы останутся и мать и ребёнок.
И она, и ордынец понимали, что если, что-то случится, все будут обвинять только её.
Ордынец поклонился ей и ушёл.
- Пошлите во дворец кого-нибудь, чтобы предупредили моего мужа. Я останусь при роженице, пока не буду уверена, что опасность миновала. И пусть моя служанка принесёт мне чистое бельё. Принесите мне воду, пожалуйста.
Женщины смотрели на княжну всё ещё с недоверием.
Княжна обернулась на дверь и увидела в проёме мужа роженицы.
- Подойдите сюда. Вы уже знаете, что ваша красавица жена родила сына. Давайте вашу руку. – Татьяна бесцеремонно взяла руку мужчины и положила её на руку его жены. – Вы должны подержать вашу жену за руку. Она спит, но всё чувствует. Она должна понять, что любите её и хотите, чтобы она быстрей вернулась к вам.
Мужчина стоял рядом с женой, держал её за руку и плакал.
Схватить чужого мужчину за руку. Ужас. Да эта девчонка не в своем уме. Так думали повитухи. Конечно, они были впечатлены умением княжны. Но, была ещё ханша, которая не особо благоволила этой выскочке. Им сегодня нужно будет держать ответ перед самой Боракчин-хатум.
Глава 35.
Через некоторое время её попросили выйти. Айтуган и Гульнара пришли вместе.
- Княжна, как всё прошло?
- Родился мальчик. Пока всё идёт хорошо. Я сегодня не вернусь во дворец, не жди меня. Гульнара пока останется со мной.
- Я приду за тобой утром. Ты же помнишь, какой завтра день?
- Я помню.
Айтуган наклонился к её уху и прошептал.
- Ты мне обещала дочку. Я хочу дочку.
- Уходи. – Она улыбнулась.
Ночь хоть и была длинная, но спокойная. Роженица стонала, плакала в бреду.
- Больно.
- Конечно, больно, а как по-другому. Терпи. Женщины многое терпят, а это уж наша святая обязанность. У тебя такой красивый мальчик родился, и муж у тебя хороший человек. Он приходил и держал тебя за руку.
- Правда!?- Девушка чуть приоткрыла глаза.
- Стала бы я тебя обманывать. Многие свидетели тому.
- Спасибо.
- Ты уж постарайся милая, ради своих мужчин. Вставать тебе долго нельзя. Пока живот не заживёт. Хорошо, что все живы. Принесите нам ребёнка.
Молодая женщина смотрела на своего сына, нежно шептала ласковые слова.
- Ты сама будешь кормить ребёнка или у вас кормилица?
- Кормилица.
- Я по своим наблюдениям могу сказать, что тебе бы лучше кормить самой, но, да ладно. Раз так решили. А сейчас ты немного попьёшь и поешь.
- Я не хочу.
- Ты сделаешь два глотка. Я даю тебе пить настойки, чтобы убрать боль и не было воспаления и осложнений.
Позже поговорила с её мужем. Долго объясняла, что к чему. И как ему себя вести. Он тоже был смущён тем, что эта молодая женщина говорит с ним о таких вещах, как близость между мужчиной и женщиной.
Утром обработала шов. Сказала служанке, что нужно делать. И вышла на улицу. Было ещё рано, и так свежо.
- Здравствуй. Давно ждёшь?
- Я соскучился. Не мог спать. Думал о дочке.
- Мне кажется, что твоя дочка, уже вовсю здесь хозяйничает. – Она положила руку на живот и улыбнулась.
Айтуган встал перед ней на колени.
- Спасибо, спасибо.
- Встань, сейчас же. Сумасшедший.
Вскочил, схватил княжну и стал кружить её.
- Девочки мои, как я вас люблю! – кричал он. Поставил её на ноги и поцеловал.
Княжна остановилась, положила руку на грудь, судорожно вздохнула и заплакала.
- Что с тобой? Тебе плохо?
- Мой отец, так же кружил нас с мамой, и говорил, что любит нас.
Айтуган прижал её к своей груди. Давая ей время успокоиться. Она думала, как в этом сильном и с виду суровом мужчине просыпаются такие чувства. И как они захватывают его, что он теряет контроль. Смотрела на мужчину, которого любила, а рядом как будто видела своего отца.
- Скажи, а как всё будет происходить? Какие они ваши свадьбы?
- Перед нами будут петь, танцевать, и возможно кто-то подарит подарки. А ещё, отведаешь блюда, которых не ела никогда. - Он засмеялся.
- Зачем всё это нужно?
- Опять ты? Вот же!
- Хорошо. Я потерплю. Но, вечером мне нужно навестить роженицу и малыша.
- А как же я?
- Вечером ты можешь прогуляться со мной. Подождать. А потом, мы с тобой немного ещё пройдёмся. Как тебе?
- Похоже, что выбора у меня нет.
- Нет. В этом случае, нет. Знаешь, мне не хватает воздуха во дворце. Я задыхаюсь. Мне хочется сейчас оказаться далеко-далеко от этого места. В вашем городе нет зелени. Для меня это странно. Даже когда, ваш город будет достроен, посадить сады негде. Места нет.
- Возьми меня с собой, княжна. Хотя бы в мыслях. Когда ты мечтаешь, пусть я буду рядом.
Глава 36.
Всё проходило очень торжественно. Княжне понравилось, как танцевали девушки в полупрозрачных одеждах. Лилась нежная музыка. Айтуган сдерживал смех, потому как княжна стала двигаться в такт танцовщицам и мурлыкала под нос себе что-то похожее на музыку. Посмотрела на Айтугана.
- Мне так нравится. Я обязательно научусь так танцевать и буду танцевать перед тобой. Как тебе?
Он сглотнул. Вот он уже и представил её танцующую и с распущенными волосами. Да, что там представлять, он ведь видел её танцующей.
- Не отвлекайся. - Промурлыкала она.
Закончилось торжество. Они были так счастливы вместе. Но, не долго, совсем не долго. Как и говорил Бату-хан, Айтугану и Ногаю предстоял поход. Татьяна совсем расстроилась.
- Девочка моя, - утешал её Айтуган, - я скоро вернусь. Будь умницей, не навлеки на себя немилость хана. И остерегайся царицы. Ты умна, смела. Она считает тебя тайной угрозой. Ты очень часто находишься рядом с ханом. Не забывай, это её и только её место.
- Айтуган, ты разговариваешь со мной, как с маленьким ребёнком. Ты же знаешь, почему я рядом с ханом. Я лечу его.
Ордынец посмотрел на жену и грустно улыбнулся. Как она здесь будет без него? Если бы она чаще смотрела на хана, поняла, почему он так переживает за неё. Хан был очарован ею, и не скрывал своих чувств. Видела это и Боракчин-хатун.
В последнюю ночь они совсем не спали. Любили, разговаривали, опять любили. И если раньше они говорили только друг с другом, то теперь разговаривали еще и с ребёнком, который был под защитой матери. Они твёрдо были уверены, что это будет девочка.
Айтуган познакомил княжну со своим сыном. Молодые люди сразу понравились друг другу. Татьяна переживала, что Мэргэн может не принять её. Но, этого не произошло. Он был открытым , добрым и таким же красивым, как его отец. Насколько позволило время перед походом, они втроём часто бывали вместе. Хан по-прежнему не был готов отпустить княжну из дворца. Но, сказал, что как только Айтуган вернётся, жена будет жить в доме мужа.
Глава 37.
Последнее время княжна была очень занята. Не только она, но и другие учёные мужи участвовали в тестировании и отборе желающих посвятить себя врачеванию. Приходили и юноши и девушки не были исключением. К Татьяне, по её просьбе был приставлен помощник, который помогал ей с переводом. Это был юноша, почти ещё мальчик, сын влиятельного гражданина. Смышленый, ответственный. Выбран самим ханом.
- Хан, у меня могут возникнуть проблемы из-за недопонимания. Я хочу, чтобы меня хорошо понимали, и я понимала всех. У меня нет времени для изучения языков. Как быть? – Говорила Татьяна накануне хану.
- Я понял тебя, княжна. Постараюсь помочь тебе. Или ты надеешься, что твой муж будет рядом? – Хан ухмыльнулся.
- Я даже не думала об этом, хан. Айтуган воин. Преданный тебе душой и телом. Не думаю, что это то, что он должен делать.
- Не будь такой серьёзной, княжна, я пошутил.
Бату видел, как она сдвинула брови у переносицы.
Этот разговор состоялся у Татьяны и хана накануне.
Паренёк был горд, что находится рядом с такими великими людьми их города. К княжне он приглядывался. Она понравилась ему сразу. Был только один момент. Он боялся крови и при некоторых учёных разговорах бледнел.
Как-то княжна отвела его в сторону, взяла его бледную руку в свои ладони. Разговаривая с ним и задавая ему вопросы, просчитывала пульс.
- Фандас, тебе не просто? Ты близок к науке. Но, врачевание это не твоё.
- Простите меня, госпожа.
- Давай, так. Мы ещё немного посмотрим. И если, тебе будет так же плохо, я попрошу хана о милости к тебе. И ты опять займёшься своими любимыми книгами.
Парень посмотрел ей в глаза.
-Княжна, подожди ещё немного. Да, я слаб здоровьем, я не могу быть воином, но я буду стараться для тебя.
- Фандас, дружок, ты мне очень помогаешь. Я даже не знаю, как бы я обходилась без тебя. Но, я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь. – Она опять взяла его руку. – Я скажу тебе больше. Ты смог бы стать хорошим врачевателем. Не пугайся ты так. Давай разберёмся. Вот ты бледнеешь. Почему? Потому, что когда мы говорим о том или ином органе нашего тела ты его видишь. Я права? Ты представляешь его зрительно. Он перед твоими глазами. Тебя это пугает?
- Да, наверное. Когда ты говоришь, княжна, я представляю, что это я делаю. И у меня появляется звон в ушах.
- Фандас, может мы, не будем ждать, и мне стоит поговорить с ханом прямо сейчас?
- Прошу тебя, госпожа, будь ко мне снисходительна. Я не хочу опозорить своего отца.
Татьяна вздохнула.
- Хорошо. Постараемся что-нибудь придумать. Ты ведь за столь короткий промежуток времени стал мне дорог. Я без тебя как без рук.
Чтобы она делала, если бы не это поручение хана. Айтуган объяснил ей, что она не сможет поехать в Китай. Но, хан подумает, как решить этот вопрос.
Татьяна положила руки на живот, улыбнулась. Ребёнок такой беспокойный.
- Скоро, скоро, малыш. Может к твоему появлению и папа наш вернётся.
Она очень скучала по Айтугану. Его не было уже несколько месяцев. Скучала, переживала. Каждый вечер разговаривала с ним, глядя на небо.
- Айтуган, будь жив. Любовь моя, мне так тебя не хватает. Пусть ветер донесёт до тебя мои слова. Вернись к нам. Не оставляй нас одних в чужом городе.
Глава 38.
Не всё в нашей жизни складывается, как бы нам хотелось. Татьяна была очень занята. У неё не всегда хватало свободного времени для себя. Как хорошо, что рядом был верный Фандас . Он заботился о княжне. Приносил еду. Заставлял её поесть. И если она говорила, что не голодна, то мальчик напоминал ей о ребёнке. Она улыбалась, и они трапезничали вместе. Её часто навещал Мэргэн. Отец просил сына позаботиться о княжне, пока его не будет. Так и проходили дни за днями.
Татьяна была довольна своими учениками. Они старались, очень старались. Пока их было не много. Две девушки, чуть младше своего наставника. И пять молодых парней. Княжна смотрела за ними и улыбалась. « Как вы быстро всё схватываете. Скоро вы будете превосходить своего учителя.» Об этом она говорила и Бату-хану. И тот, в который раз сказал себе, что не ошибся, когда забрал к себе княжну.
Когда в Сарай приезжали русские князья, Татьяна всячески отнекивалась и ссылалась на дела, только бы не видеть их. Хан понял это сразу и не стал настаивать на встречах. Он понял, что она так и не простила их. Не простила за себя и за многое другое.
Глава 39.
И вот он настал долгожданный день. Мэргэн возбуждённый и радостный прибежал сообщить Татьяне, что отец возвращается.
- Мэргэн, я хочу его встретить. – Она с надеждой посмотрела на парня.
- Княжна, им ходу ещё два дня. Тебе тяжело будет.
- Прошу тебя, умоляю.
Она так просила, что молодой ордынец сдался.
- Но, как мы покинем Сарай?
- Я придумала. Я сошлюсь на неотложные дела. Есть несколько больных за пределами города.
- Княжна, хан рассердится.
- Это будет потом. Понимаешь? Потом.
Мэргэну ничего не оставалось, как принять сторону княжны. Он даже не хотел думать сейчас во что это может вылиться. Только поёжился. Но, когда увидел какими молящими глазами, смотрит на него княжна, сдался окончательно.
Княжна определила для своих учеников ряд заданий, которые те должны сделать до её возвращения. И в приподнятом настроении отбыла из города.
- Княжна, может нам взять с собой стражников?
- Как только будем просить стражников, всё откроется, и нас не выпустят. Не бойся, я со всем разберусь.
- Это меня и пугает. – Проворчал он себе под нос.
- Не бойся. Я же не боюсь, потому что ты рядом. Мы едем к больным. – Девушка подмигнула Мэргэну.
- Ты, сумасшедшая.
Они в пути были уже сутки.
- Мэргэн, завтра утром мы увидим их.
- Если ты сейчас не слезешь с лошади, я силой стащу тебя. Потерпи немного. Подумай о ребёнке. И кому я это говорю? Ты же врач!
- Не ворчи. Сейчас будем отдыхать.
Они расположились на ночлег, выбрав место между трёх холмов.
- Какое место. Высоко. Нас загораживают холмы. А перед нами расстилается степь.
- Спи уже, военачальник.
- Ты ворчишь всю дорогу.
Молодые люди думали, что долго не уснут. Но, сон одолел их. Под утро стало свежо и сыро. Татьяна проснулась от того, что Мэргэн зажал ей рукой рот. Она вскинула на него испуганные глаза. Поняла, что рядом враг. Парень показал княжне следовать за ним. Они чуть раздвинули траву, и увидели приготовившихся лучников. За ними, за таким же холмом человек тридцать конных воинов. Татьяна сразу поняла, кого они ждали . У неё похолодело в груди.
- Мэргэн, мы должны опередить их. Атаковать первыми. Наши должны заметить их раньше, чем начнут стрелять лучники. У нас есть стрелы. Мы справимся.
Послышался топот копыт. Пока он бы далёким и глухим. Татьяна с Мэргэном посмотрели друг на друга. Кивнули головой. Одним прыжком оказались на вершине холма.
- Ты лево, я право, - крикнул ей Мэргэн.
И начали метать стрелы. Мэргэн был воином, но и девушка не отставала от него.
Они были сосредоточены на своих врагах. И не видели, что воины под командованием Ногая, разворачивались в боевой ряд. У противника не получилось внезапного нападения. Они не сразу сообразили, что происходит. И теперь лавина стрел направлена не в сторону войска, а в сторону двух одиноких лучников.
- Прикрой меня! – Крикнула Мэргэну княжна.
- Что ты задумала? Мы лишили их внезапности.
Но, княжна уже не слышала его. Она вскочила на свою лошадь, закрутила поводья на ногах и выскочила из-за укрывавшего их холма. Она одета была в мужскую чёрную одежду. На голове платок, он же закрывал ей половину лица.
- Княжна, вот чёрт!
Девушка смело направила лошадь на конников. Мимо неё пролетела стрела. Она быстро среагировала. Взмахнула руками, зацепив платок и откинулась на круп лошади. Делая вид, что почти убита. Её длинные русые волосы рассыпались по крупу лошади. Этим она ещё больше отвлекла противника. Её лошадь уверенно направлялась к коннице.
- Княжна! – Крикнул Мэргэн. – Как же так княжна!
Такой же удивлённый возглас раздался и со стороны войска Ногая.
- Княжна! Почему здесь? Убита?! – Айтуган не верил своим глазам.
Она долетела на своей кобыле до конницы, ловко вернулась в седло, и подняла свою лошадь на дыбы, сломала строй. Сначала никто ничего не понял. И только, когда она выхватила свою саблю и стала драться, неприятель окружил её кольцом. Она стояла в середине, готовая к бою.
- Ну, давайте! Кто первый?
Никто не тронулся с места. И вот она осталась одна. Все ринулись навстречу воинам Ногая. С мыслью, что это их последняя схватка.
А она так и продолжала стоять, опустив саблю. Ребёнок сильно толкался, это заставило девушку очнуться. К ней со всех ног бежал Мэргэн. Он даже забыл про своего коня.
- Княжна, княжна! Жива!
- Что ты так волнуешься? Конечно, жива.
Теперь их окружили свои. Мэргэн поклонился Ногаю, задержал взгляд на отце, прикидывая, чем это им аукнется? Опять склонил голову перед Берке, братом Бату-хана.
- Вы двое, как вы оказались здесь? – Айтуган смотрел на жену, не мог отвести взгляд. Ему хотелось схватить и крепко сжать её в объятьях. Он еле сдерживал себя.
- Ну, мы…- начал Мэргэн.
- Мы были у больных. Мэргэн сопровождал меня. – Княжна перебила парня.
Он покосился на Татьяну, потом встретился глазами с Ногаем, и опять опустил глаза.
- Понятно. – Сказал Ногай.
- Княжна, а где твоя сумка? – Спросил Айтуган.
- Сумка? – Княжна растерялась. – Я, кажется, потеряла её.
Она побледнела. Положила руку на живот. Уж не рожать ли она собралась. Мужчины проследили за её движением руки. Теперь все смотрели на её живот.
- Ты? Тебе плохо?
- Не переживай. Я доеду до дома. Если не доеду, придётся тебе и Мэргэну принимать роды. – Она засмеялась.
Но, мужчинам стало не по себе.
- Айтуган, ты можешь ехать с женой, - первым нашёлся Ногай. Он улыбнулся Татьяне. – Спасибо, вы выручили нас. Все по местам. – Скомандовал он. Улыбка поселилась на его лице. Какая женщина! Повезло Айтугану.
Ногая посмотрел на Берке. Тот не мог отвести взгляд от княжны. В его взгляде было что-то хищное.
- Я хочу к тебе. – Княжна протянула руку мужу.
- Княжна…
- Я боюсь не доеду.
Айтуган посадил жену перед собой, накинул на плечи ей накидку. Татьяна прижалась к нему всем телом. Теперь она слышала, как бешено, стучит его сердце.
- Здравствуй, любовь моя. Жив, жив. Вернулся. Мы скучали без тебя.- Она говорила все это ему на ухо. И потихоньку, украдкой целовала мужа.
- Княжна, я тоже скучал и переживал. Каждую минуту думал, как вы без меня.
- Люблю тебя. Ты мой единственный мужчина.
- Что ты делаешь со мной? Давай доедим до дома. Как твои дела? Как ученики?
Айтуган пытался отвлечься. Он еле сдерживал себя.
Глава 40.
Когда они въехали в Сарай, Татьяна сказала мужу, что во дворец она не вернётся. Хан обещал, по возвращению Айтугана, она будет жить в доме мужа. Она раза два была в доме Айтугана, и то без его ведома. Мэргэн хотел показать княжне дом. Дом, в котором жили двое мужчин. Отец и сын. И то, редко были вместе. То один в походе, то другой. В этом доме не было женщины. Первая жена Айтугана умерла ещё до того, как построился этот дом.
- Отец, я сегодня останусь с Ногаем. Мы давно не виделись. Нам есть о чём поговорить. Я не приду ночевать.
Айтуган кивнул головой, при этом строго посмотрел на сына. Тот понял, что серьёзный разговор ещё впереди. Отца, так же как и остальных провести не удастся.
Когда они вошли в большой дом, их встретила звенящая тишина и прохлада. Татьяна подошла к мужу.
- Мой, только мой, родной, любимый. Сегодня я буду любить тебя за все дни и ночи, что провела без тебя.
Под утро они забылись сладким сном. Но, спать им не пришлось.
- Айтуган, Айтуган, проснись!
- Что? Что?
- Не пугайся. Я рожаю. Думаю, что всё будет хорошо. Но, пожалуйста, сходи за старым лекарем.
- Княжна, но он мужчина?
- Не спорь. Будешь спорить, ребёнка будешь принимать сам.
Он вскочил, быстро натянул на себя одежду, и выскочил из дома. С разбега налетел на Мэргэна.
- Мэргэн! Княжна рожает! Беги за лекарем полковым. Не смотри на меня так. Она сказала никаких женщин. Я вернусь к ней.
Суета, суматоха. Волнения. Переживания.
Пока Мэргэн прибежал вместе с лекарем, Татьяна родила красивую белокурую девочку. Она отдавала приказы вконец растерявшемуся мужу. А он на автомате выполнял их. Теперь княжна обессиленная наблюдала за мужем, который держал на руках дочь и плакал.
- Мы опоздали? – Спросил растерявшийся новоявленный брат.
- Мэргэн, возьми у отца сестру. У него руки трясутся, боюсь, не удержит.
- Я!? Я не умею держать.- Глаза парня вылезли на лоб.
- Я покажу как. – Спокойно сказал старый ордынец.
- Спасибо, что пришли.
- Поздравляю вас с девочкой.
- Спасибо. Передайте мне ребёнка, я хочу приложить его к груди.
Старый лекарь взял аккуратно девочку, ласково улыбнулся.
- Расти такой же умной и красивой, как твоя мама. И будь здорова.
Он положил ребёнка рядом с матерью. Мужчины вышли. У Айтугана сильно тряслись руки. Он никак не мог унять дрожь.
- Господин, выпейте эту настойку. Всё будет хорошо. Ваша жена большая молодец.
- Да, да. Молодец. – Машинально повторил он.
А Татьяна смотрела на маленький живой комочек и плакала.
- Девочка, моя, как ты похожа на свою бабушку. Красавица моя. Мы с твоим отцом назвали тебя Ия. Выбрав тебе это имя, как будто угадали. У тебя такие большие фиалковые глаза. Будь любима, девочка моя.
Днём в доме у Айтугана не закрывались двери. Его пришли поздравить все друзья.
- Айтуган, ты хотел дочку. Княжна родила тебе дочку. Я завидую тебе. Тебя любит такая женщина. Как она вчера защищала тебя. Она долго будет стоять у меня перед глазами. Желаю вам только любви. – Ногай говорил от всего сердца.
- Спасибо, друг.
Ергали тоже вместе с отцом пришёл поздравить Айтугана и княжну. Но, княжну они не увидели. К ней прошёл только Бату-хан. Татьяна и хан смотрели друг на друга.
- Ты родила мне внучку. Спасибо. Я знаю, что Айтуган хотел девочку. Ты сильно любишь его, и это меня радует. – Он хотел ещё что-то сказать, но решил не портить настроение в такой день. Да и княжна выглядела уставшей.
- Спасибо, что пришли. Вас опять беспокоят боли? Я вижу, вы делаете невероятное усилие, чтобы идти.
- Справимся. Приходи ко мне, будешь лечить.
- Хорошо.
И если княжна на какое-то время избежала наказания, то Мэргэн получил сполна.
Глава 41.
Жизнь понемногу налаживалась. Но, чувство тревоги поселилось в сердце княжны. Она стала замечать, как смотрит на неё Берке. Она совсем расстроилась, когда узнала, что он сказал Бату-хану, что княжна будет его женщиной. Она не столько переживала за себя, сколько за Айтугана. Он был расстроен. Отец с каждым днём становился всё слабее. Ноги порой отказывали ему. И его мучили страшные боли. Княжна делала сильные настойки. Но и они спасали только на время. Что будет с ними, когда не станет хана? Княжна всегда стояла как кость в горле у властной Боракчин-хатун. Защитить их будет некому.
Однажды к Айтугану пришёл Ногай.
- Айтуган, собирайся. Ты мне нужен будешь по важному делу.
- Хорошо. – У Айтугана упало сердце. Как он оставит жену и дочь.
- Айтуган, ты должен уехать сегодня же, вместе с княжной и дочерью. Увези их подальше из Сарая. Ты же всё понимаешь. Не дожидайся, пока твой отец отойдёт в мир иной. Я сам поговорю с ним. Княжна не безразлична ему. Он не захочет, чтобы с ней случилась беда. И я тоже её должник. Собирайтесь. Не переживай за Мэргэна, я присмотрю за ним.
- Спасибо, друг.
- Ты понимаешь, что я не могу дать вам сопровождение. Тебе придётся постараться.
Собрались они быстро. Погрузили свой не хитрый скарб и тронулись в путь. В телегу впрягли коня Айтугана, он был сильнее. Лошадь княжны шла рядом.
И так, они покинули город мечты и надежды хана Бату.
И хотя они были обеспокоены, они были вместе, они были одним целым.
Место куда они направились, знали только два человека. Ногай и Мэргэн.
Пока счастливые супруги держали путь в глубинку. В те места, которые обходили стороной. Там не любили селиться. Степь плавно переходила в лесополосу. Степной народ чувствовал себя неуютно рядом с густым, непроходимым лесом. Им нужен обзор вокруг. Но, это было спасением для семейной пары. Ия убаюканная тряской повозки мирно спала. Во сне она строила рожицы. То, улыбалась, то хмурила лоб. Татьяна смотрела на дочь и тоже улыбалась.
Путь был нелёгкий. Как-то они проезжали небольшое озеро. Вода там была прозрачная, как слеза.
- Смотри, княжна, как красиво. Мы сегодня заночуем здесь. Нам до места день пути.
Татьяна оставила Ию в телеге, сама встала на кромку берега. Посмотрела в воду. Прозрачная. Даже рыба видна. Теперь она не отрывала взгляд от водопада. Он устремлялся в озеро. Вода разбивалась о большие валуны, разлеталась мелкими брызгами. Капли искрились на заходящем за горизонт солнце и падали в озеро. Княжна не могла оторвать взгляда от водопада.
- Любуешься?
Она вздрогнула.
- Да. – Сказала отрешенно.
Она не стала пугать Айтугана. Но, перед глазами возникла картина её смерти. Она умрёт здесь. Не сейчас. Но, то, что произойдёт потом... это будет здесь.
Глава 42.
Ногай стоял на коленях перед ханом. Бату-хан был взбешён.
- Как посмел ты без моего ведома, без моего приказа. Как посмел!?
- Ты вправе рассердиться на меня хан. Но, ты не сможешь защитить её. У неё в твоём городе много недругов. Княжна много сделала для тебя. У неё хорошие и достойные ученики. Она не из тех, кто заискивает и хвалит впустую. Они хорошее её продолжение. Её не сможешь защитить не только ты, но и Айтуган. У Айтугана нет власти, и положение его никакое. Незаконнорожденный. Твой сын служил тебе верой и правдой всю жизнь. Его сын служит тебе так же. Он не молодеет и здоровье стало подводить его. Он не может быть воином больше. Теперь он должен охранять только её и свою дочь. Отпусти их хан. Я вынесу всё наказание за свое самоуправство.
По мере того, как говорил Ногай, Бату-хан усмирил свой гнев.
- Ты прав. – Он тяжело вздохнул. – Одно только то, что не увижу её больше, не услышу её голос…- он опять тяжело вздохнул.
Ногай всё ещё стоял на коленях. Он понимал хана. Бату нравилась княжна. Ногай тоже был давно влюблён в женщину, которая никогда не станет его, никогда. Даже, если будет свободна. Не будет его. Так они и погрузились каждый в свои не весёлые мысли на какое-то время.
- Но, с ней, же всё будет хорошо?
- Айтуган постарается.
- Будь так, как есть. – Воскликнул Бату.
Ногай вздохнул с облегчением.
Глава 43.
Прошло три года.
Если бы у Айтугана спросили, что такое рай, он бы с улыбкой ответил: « Я живу в раю.»
Он был благодарен судьбе за каждый прожитый день с женой и дочкой. Никогда не мечтавший о жизни спокойной и семейной, ордынец растворился в своих девочках. Любил их до беспамятства.
Ия подрастала. Её первые шаги, первые падения. Первый зуб. Первое слово.
- Папа. – Сказала девочка и показала на Айтугана пальцем.
А он стоял перед маленьким ребёнком и плакал от счастья.
И вот ей уже три года. Она похожа на куколку. Белые волосы, завиты крупными кольцами. Огромные фиалковые глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами. Маленький носик, красивые губки. Ия была папина дочка. Она не отходила от отца ни на шаг. Ночью вместо матери звала отца. Как все маленькие дети была очень любознательная. Иногда, когда не видела мать, лезла в её сундуки. Что-нибудь разбивалось. Она хватала отца за руки и тащила прятаться.
- Бежим! Сейчас ругаться будет.
Они прятались от Татьяны в кустах около дома. Они стояли и потихоньку хихикали. Смотрели, как Татьяна, обнаружившая очередной разбитый флакон, начинала сердиться.
- Ну, что мне с ними делать? Вот только вернитесь! Я вам задам. – Сама улыбалась и уходила в дом прибирать.
Они жили скромно. Питались лесом, рекой. Иногда готовили лепёшки. И это был праздник. Муку им привозил Мэргэн. И сладости для княжны и Ии. Когда он появлялся, Ия бросалась в его объятья, и ни на шаг не отходила от него. И спать должен был укладывать только братик. Только он должен держать её за ручку и рассказывать сказку. Мэргэн и сказки теперь знал.
Но, сегодня он приехал с дурными вестями.
За время их уединённой жизни многое произошло. Вскоре, после их отъезда из Сарая, умер Бату-хан. Это они знали. Очень долго печалились. Знали они и то, что приемник хана Спартак был отравлен. Все подозревали Берке. Тот всеми силами стремился занять трон в Сарае.
Но, сегодня Мэргэн привёз дурные вести.
- Отец, вам нужно собираться и уходить.
- Что случилось?
- Теперь в Сарае правит Берке.
- Как?!
- Умер Улагчи. С его смертью тоже не всё ясно. Боракчин-хатун обратилась за помощью к Хулагу. Пригласила его занять Улус. Но, Берке посчитал это изменой и казнил царицу.
- Казнил? – Татьяна схватилась за сердце.
- Теперь самая ужасная весть. – Он посмотрел на отца и Татьяну. – Он пустил по вашему следу ищеек. Они скоро будут здесь. Ногай сам не смог приехать, он переживает не лучшие времена. Ергали приедет с десятком надёжных людей. Нужно быстро собираться. У нас нет времени.
Татьяна смотрела на побелевшего Айтугана. Быстро сходила, принесла ему настойки.
- Мы скоро будем готовы. Мэргэн, помоги мне. А ты посиди немного. – Сказала она мужу. – Ия, побудь с отцом.
- Тебе опять плохо? Дай я поцелую и всё пройдёт.
Она забралась на руки к отцу, стала слушать его сердце. Маленькими ручками обнимала, гладила своего большого отца.
- Сейчас всё пройдёт. Я тебе обещаю.
Айтугану было так плохо, что он даже не смог улыбнуться дочери.
- Я повезу вас дальше на север. Ергали знает куда. Он нагонит нас.
- Хорошо, сын. Мы доверимся вам.
И вот первый привал, первая остановка в их пути.
- Мэргэн, прошу тебя, позаботься о них. – Татьяна грустно улыбнулась, глядя на Айтугана и Ию.
- Княжна, ты что задумала?
- Я хочу, чтобы вы жили. Если я потеряю кого-нибудь из вас? Как мне жить? Ты же видишь, нам не уйти. Им нужна я. Вас они не оставят в живых. Прошу, умоляю тебя.
В её глазах блеснули слёзы. Она смотрела на измученных мужа и дочь. Они спали, прижавшись, друг к другу.
- Княжна, мы справимся. Ергали скоро будет здесь.
- Я трезво оцениваю ситуацию. Я уведу их. Так у вас будет шанс. Спрячь их.
- Отец никогда не простит меня.
- Ты же знаешь, у него больное сердце, он измотан, еле держится в седле. Сражаться не сможет. Прошу тебя, спаси их. Твоя сестра так мала, она ничего ещё не увидела в жизни. Прошу. – Княжна схватила Мэргэна за руки. – Прошу.
- Княжна…
Татьяна опустилась на колени перед спящим мужем и дочерью. Вглядывалась в любимые и такие родные черты. Наклонилась. Поцеловала дочь. Айтуган приоткрыл глаза.
- Я люблю тебя, больше жизни. Самый дорогой мой человек. – Поцеловала мужа с такой нежностью. – Спи, спи. Ещё есть время. Отдохните хорошо.
- И я люблю тебя, княжна.
- Знаю. Всегда знала. Спи.
У Мэргэна текли слёзы.
- Будь сильным. – Татьяна крепко обняла парня.
Она взяла лошадь под уздцы и тихо повела в обратную сторону.
Уже светало. Айтуган вздрогнул, вскочил.
- Княжна! Мэргэн, где княжна? Почему ты молчишь?
Айтуган метался по поляне.
- Отец, не ищи её. Это было её решением. Я не смог её удержать.
- Что ты говоришь? Что говоришь?
Ия испугано смотрела на отца и брата.
- Седлай коней! Мы догоним её. Вернём. Пока не поздно. Что задумала эта девчонка. Как могла?
-Она хотела, чтобы вы жили. – Тихо сказал Мэргэн.
Глава 44.
Ия вцепилась в отца, спрятала на груди своё личико. Айтуган не дал увидеть дочери, как её мать подхваченная водой, падает вниз. Он не кричал, только потому, что боялся перепугать ребёнка. Он умирал в этом полёте вместе с ней.
- Отец, отдай мне Ию.
Отдав на руки брата девочку, Айтуган опустился на колени перед телом жены.
- Родная моя, прости, мы опоздали. Открой глаза, княжна.
Она была ещё жива. Сильно хрипела. Взгляд туманился. Она чуть сжала руку мужа. В этом пожатии было всё, что она не смогла сказать перед своим уходом. Пальцы её разжались. И её больше нет. Айтуган закричал, как раненный зверь. Девочка заплакала, вырвалась из рук брата.
- Папа на меня, на меня. – Она стояла около отца, дёргая его за руку. – Не плачь, не плачь.
- Отец, нам надо уходить. Пока с нами нет Ергали с его людьми, нам не справиться с ними.
Айтуган сел на коня.
- Помоги мне. Посади ко мне княжну.
Мэргэн закутал тело Татьяны в накидку и посадил к отцу.
- Мэргэн, если со мной что-нибудь случится, позаботься о своей сестре. У неё никого нет. Только ты и я. – Он опять заплакал.
- Хорошо, отец. Обещаю.
Небольшая процессия тронулась в путь. От этого проклятого места. Ия притихла на руках у брата. А тот, всю дорогу смотрел на отца. Айтуган бережно держал княжну, поглаживая её по голове, по спине. Целовал её лицо. И разговаривал с ней.
Они отъехала уже приличное расстояние. За ними не было погони.
- Отец, нужно похоронить княжну.
- Дай мне ещё время. Я не могу отпустить её.
День клонился к закату. Темнело быстро.
- Отец…
- Мэргэн, не здесь.
- Отец, ты вернёшься в Сарай.
- Нет. Княжна хотела, чтобы наша дочь была свободна. Мы поедем дальше Сарая. Я не хочу больше служить никому. И хочу, чтобы Ия, избежала участи своей матери. И это будет то место, где ты сможешь навещать нас. Ты сам сказал, что отвезёшь нас туда.
- Хорошо. Но…
- Там, там не далеко, я похороню княжну.
- Может, тебе нужно отдохнуть?
- Нет. Давай продолжим путь.
Глава 45.
10 лет спустя.
- Что за девчонка! Опять удрала. Не сидится ей дома.
Айтуган заглядывал во все комнаты их небольшого дома. Но дочери нигде не было.
Ия стояла на берегу реки. И разговаривала с водой.
- Сегодня он приедет. Я так соскучилась по брату. Я не видела его целый год. Надеюсь, матушка природа сжалилась над ним, и он здоров.
Девушка была прекрасна. Её белокурые вьющиеся крупными кольцами волосы закрывали всю спину. Тонкие черты лица. И огромные фиалковые глаза. Она была и похожа на свою мать и не похожа. Татьяна была симпатичной, а её дочь просто становилась красавицей. Она была смелой до безрассудства. Не обращала внимание на пересуды за своей спиной. Всегда откликалась , если нужна была её помощь. В общем, она была разная, как и её мать. Что же ей досталось от отца? Большое любящее сердце.
Рядом с Ией стоял вороной конь, косил на неё умным глазом. Этого коня подарил ей брат. Для девочки конь был большим. Но они быстро подружились.
- Пойдём на встречу.
Девочка взяла коня под уздцы и пошла по полю, прочь от реки.
День клонился к закату. Она увидела их первая. Насторожилась. Брат приезжал с небольшим сопровождением. А этих многовато. Если это чужаки, она не успеет скрыться. Она вскочила в седло. Натянула поводья на ноги. Конь чувствовал свою хозяйку хорошо. Тоже напрягся. Кинжалы висели на поясе. Она прошлась по ним рукой. Взяла в руки лук, открыла колчан со стрелами.
Всадники остановились. Молча, наблюдали за девушкой.
- Мэргэн, это она?
- Да. – Ответил коротко он, и улыбнулся. – Нас много. Мы её испугали.
- Она что приготовилась драться?
- Ну, ты же всё видел. Я поеду первым. Вы ждите. А то, и до беды не долго. Она хороший стрелок. – Засмеялся и тронулся с места.
Проехав немного, он спешился и пошёл навстречу девушке.
Увидев брата, та соскочила с коня. Теперь они бежали навстречу друг другу. Ия с разбега прыгнула на брата. Ногами захватила его торс, а руками держала его лицо.
- Ты. Живой. Здравствуй. – Она стала целовать его лицо.
Мэргэн придерживал за спину её тело.
- Ия…
Он не узнал её. Она выросла и превратилась в красавицу. И сейчас, когда она стала целовать его , он смутился.
- Ия, я не один.
Она отпустила его.
- Я приехал с другом.
- Отец ждёт вас.
Она бросила взгляд на подъехавших к ним всадников. Её с интересом рассматривали несколько пар глаз. Она была одета в кожаные узкие штаны и широкую рубаху. И каждому, кто смотрел на неё, хотелось бы узнать, а что под рубахой. Девушка была соблазнительна. Ия почувствовала это. На неё так и смотрели последнее время мужчины. И её друг. Он тоже становился странным, когда смотрел на неё.
- Дорогу найдёшь? Я буду чуть позже.
- Ия, уже стемнело.
- Не переживай, я не одна. Вы не успеете расседлать коней. Я буду дома.
Девушка развернула коня в сторону реки. Все проследили взглядом за удаляющейся фигурой.
- У неё что, завёлся дружок?
- Да, что ты!
- Смотри.
Вдали показался мужской силуэт. Ия направлялась к нему.
- Вот чёрт. Нужно поговорить с отцом. Да, не переживай ты так. Скажи, как тебе моя сестра?
- Она очень красивая.
- Я же говорил тебе. Отец в ней души не чает. Разрешает ей всё.
- Она слишком свободна.
За разговорами они подъехали к дому. Дом был сложен из дерева. В каждую комнату вела своя дверь со двора. Большой двор. Конюшня. Двор огорожен деревянным высоким забором.
- Рад вас всех видеть.
Айтуган обнял и расцеловал сына.
- Отец, как поживаешь?
-Живу благодаря вам, дети мои. - Он похлопал сына по плечу.
-Ну, здравствуй Ергали. Давно не виделись.
- Здравствуй, Айтуган.
- Проходите в дом. А вот и Ия. Вы разминулись? – Отец обратился к дочери.
- Нет. С чего ты взял? У меня были дела. Мы встретились.
- Ия, ты помоги гостям занять их комнаты.
- Хорошо.
Она быстро развела всех по местам. Всё объяснила и рассказала.
- С дороги, нужно всем вымыться. А потом поедим. Баня у меня готова. Все вы за раз не сможете помыться. Сами решите, кто за кем пойдёт. Воды я наносила. Всё. Действуйте.
Сама пошла, проверять, как готовится еда. Потом, вспомнила, что так и не отнесла в баню льняные тряпки, для обтирания. Ринулась в комнату, схватила стопку, отсчитав, чтобы хватило на всех. И побежала к бане.
- Вот, ведь. Интересно, там уже кто-нибудь есть?
Она постояла перед дверью. Тишина. Может ещё не пришли? Думать больше не стала. Руки были заняты. Спиной навалилась и открыла дверь. Ввалилась в предбанник. Развернулась и увидела во всей красе брата и Ергали.
- Ты что делаешь? Как ты здесь?- Мэргэн заикался и кричал.
Девушка спокойно положила стопку полотенец. Она старалась не смотреть на обнаженные мужские тела, ответила.
- Чего орёшь, как потерпевший? Ну, забыла принести. Подумаешь, застала их голыми. Ну, и чего я там не видела?
Это было слишком. Мэргэн заорал дурниной.
- Да ушла я, ушла. Мойтесь. И берегите нервы.
Она не спеша вышла. А за дверью разразилась таким хохотом, что из дома стали выходить.
- Нет, ты видел. С ума сойти. Вот я выйду, покажу ей.
- Ты уже показал. – Ергали засмеялся.
- И ты туда же. Это ты должен переживать. А не я.
- Они так похожи, и такие разные.
- Ничего хорошего не выйдет, если ты будешь их сравнивать. Будешь так себя вести, потеряешь её, ещё не завоевав.
Ергали тяжело вздохнул. Ему сейчас было нелегко. Воспоминания десятилетней давности опять накатили на него. Как он любил. Как он страдал. А когда её не стало, он потерял смысл жизни.
Он вспомнил, как со своим небольшим отрядом нагнал Айтугана и Мэргэна. Когда он увидел её, уже не живую, её, которую пытался согреть Айтуган. У него помутился рассудок. Он еле сдерживал себя. Но, страшнее всего было смотреть на Айтугана.
- Ергали, возьми Ию. Я поеду рядом с отцом. Мне кажется, он в любой момент может упасть с лошади. Он не готов пока отдать её.
Ответил на немой вопрос Ергали, Мэргэн.
Девочка полусонная перекочевала из рук брата к Ергали.
- Ты кто?- Спросила она.
- Я друг.
- Друг? А почему ты плачешь?
- Мне больно.
- Покажи мне, где у тебя болит, я тебя поцелую и всё пройдет.
Ергали улыбнулся сквозь слёзы и приложил руку к груди.
- Здесь, у меня болит здесь.
- Ты ранен?
- Нет.
- Нет? – Она была серьёзна и очень напоминала мать. – У тебя болит сердце?
- Да.
- Оно у тебя разбито?
Ергали вздрогнул. Такие речи не свойственны ребёнку. Она слышала это от взрослых. Он улыбнулся. Девочка развернулась к нему. Взяла маленькими ладошками его лицо.
- Не плачь. – Она вытерла его слёзы. Поцеловала его. – Я буду любить тебя. А когда я выросту, ты женишься на мне.
- Хорошо. Я подожду тебя.
Девочка опять прижалась к его груди и уснула. А Ергали ехал и думал, что княжна отдала ему частичку себя.
Девочка не проснулась, когда придавали земле тело матери. Она проснулась только, когда они въехали на какой-то большой двор.
- А где мы? Мы здесь будем жить? Правда?
Она побежала по двору.
- Мама, мамочка, ты где? - Она обежала все комнаты. Матери нигде не было.
Мужчины стояли посреди двора. Айтуган еле держался на ногах.
- Папа, где мамочка?
- Её здесь нет. – Мэргэн подхватил сестру на руки.
- А где она? Она заболела? Где мама? Я буду лечить её!
- Ия, успокойся. Видишь как плохо отцу. Лечить надо его. Мама не приедет пока.
Она подошла к отцу.
- Папа у тебя тоже разбито сердце.
Айтуган присел на скамью посреди двора.
- Папа я тебя поцелую и всё пройдёт. Хорошо?
- Хорошо, дорогая.
Потом она подошла к Ергали, взяла его за руку, подвела к отцу.
- Папа, он обещал на мне жениться. Я его выбрала, он красивый.
- Ия, ты слишком мала.
- Ну, ну, - она дёргала Ергали за руку.
- Что?
- Скажи!
- Айтуган, твоя дочь выбрала меня. Я сказал, что подожду, пока она вырастет. Так? – Он посмотрел на девочку.
- Так. – Она улыбнулась.
Они стояли перед отцом. Взрослый двадцатилетний мужчина и маленькая девочка трёх лет стояли, держась за руки.
- И что это? – Айтуган слабо улыбнулся.
- Я возьму в жёны твою дочь через десять лет.
- Ты этого хочешь?
- Я дал слово.
- Хорошо.
Девочка бегала по дому, старалась хозяйничать. И приговаривала.
- Ох уж эти мужчины. И что мне с ними делать?
Она заполняла пустоту вокруг. Если бы её не было, Айтугану не выжить.
И сейчас, Ергали вспомнил её маленькую. Но, не знал, сможет он любить ещё. Или его сердце стало безразличным. Он не приезжал сюда десять лет. Сегодня, когда он увидел Ию в поле, подумал, что она уже волнует мужчин. Её встреча с братом. Он видел, как смутился Мэргэн, потому что тоже увидел в ней девушку.
Она прислуживала им за столом. Они разместились все во дворе. Ия старалась не смотреть на брата и Ергали. Если бы посмотрела, опять рассмеялась.
Мужчины разговаривали о своих делах. Ия тихонько развернулась и пошла к дому.
- Ия, - Айтуган окликнул дочь.
- Что?
- Уже ночь. Не жди нас. Мы ещё посидим, иди спать. Уберёшь завтра.
- Хорошо отец.
Все легли спать. Мужчин разморила еда, после долгого перехода. Они в седле были несколько дней. Ергали не спалось, сидел на ступеньках и смотрел в звёздное небо. Он увидел движение сбоку. Тихонько встал, прижался к стене. Дверь из комнаты Ии приоткрылась. Вот она и сама появилась на пороге. Постояла, прислушиваясь. Крадущимися шагами направилась к забору, в дальней части двора. Опять остановилась. А потом, Ергали даже не понял, как она перемахнула через забор. Забор высотой под три метра. Как? Куда она направилась? Ночью. Одна. Он заволновался. Одолеть забор он смог только с пятой попытки. Боялся, что потерял её. Но яркая луны озарявшая всё вокруг, не дала девушке незамеченной скрыться с глаз. Она шла к реке. Ергали старался быть незамеченным.
Вот и река. При лунном свете вода переливалась, шептала и манила.
- Здравствуй река, вот и я.
Ия сняла с себя всю одежду. Она стояла совершенно нагая в лунном свете, закрутила волосы на макушке и вошла в воду.
- Как хорошо. Какое блаженство. А ты не хочешь искупаться?
Это к кому она обращается?
- Ты думаешь, я не заметила тебя? Я заметила, когда ты крался за мной по двору, как перемахнул через забор. – Она засмеялась.- Мне даже пришлось подождать пока у тебя получится. Потом, ты шёл за мной. Так чтобы это не было зря, искупайся. Вода тёплая, тёплая. – Она опять засмеялась. – Или ты боишься меня?
Ергали подошёл к краю берега. Не спеша снял с себя одежду, вошёл в воду. Он направился к девушке.
- Нет, нет. Я только предложила тебе искупаться. Так что, будь на расстоянии.
- А если…
- Никаких если. А хорошо плаваю. Я тебя просто утоплю.
- И тебя не смущает, что мы одни, на нас нет одежды. И мне хочется быть ближе.
- Ну, поскольку я тебя видела обнажённым, я позволила и тебе увидеть меня. Но, это, ничего не значит.
Они были на середине реки. Здесь река не широка. Ия нырнула. Вода успокоилась, как будто приняла девушку в свои объятия.
- Ия, ты где? Ия!
Он занервничал. А она словно русалка, вышла из воды у берега.
Когда Ергали подплыл, девушка была одета. Она отвернулась, давая ему выйти и одеться.
- Почему ты заставила меня волноваться?
- Волноваться? Я же сказала, что очень хорошо плаваю.
Они, молча, шли по улице.
- Почему ты не выходишь через ворота?
- Отец не разрешает купаться ночью. Приходится хитрить. Он очень сдал. Не хочу его волновать.
- Не хочешь волновать, а сама убегаешь.
- Ну, что ты разворчался, как старый дед.
- Что ты сказала?
- А ты разве не услышал меня?
Она тихо засмеялась.
- Если хочешь, подожди, я перелезу, и открою тебе ворота.
- Перебьюсь. – Ергали разозлился.
Он с первого раза с разбега забрался на забор и спрыгнул. Но, видимо неудачно.
- Ой.
- Что с тобой?
- Отстань.
- Подожди, я сейчас.
Она легко спрыгнула рядом.
- Ну, что?
Он похромал впереди неё.
- Так не годится.
Подошла, обняла его за талию.
- Обопрись на меня. Пойдём ко мне. Я посмотрю твою ногу.
- Я пойду к себе.
- Что ты ведёшь себя, то как старый дед, то, как маленький ребёнок.
Девушка потащила его к себе.
- Садись сюда.
Она подвела его к своей кровати.
- Ну, в чём дело? Тебя подтолкнуть?
- Сам.
- Ну, и прекрасно. Лежи не дёргайся. Я сказала, не дёргайся.
Она сняла с него сапог, закатала до колена штанину. Он смотрел на неё во все глаза, боялся даже дышать.
- Так. Вывихнул. Сейчас разберёмся. Будет больно. Потерпишь?
- Может, оставим до утра?
- Утром нога опухнет ещё больше. А ночью ты уснуть не сможешь.
- Можно подумать, что буду спать и без этого.
- Чего ты опять ворчишь?
- Ничего.
- Тогда терпи. Ты готов?
- Да.
Она дёрнула и повернула стопу так, что он заорал от боли. Девушка положила его ногу. Наклонилась к лицу. Ергали побелел. На лбу выступил холодный пот.
- Ну, что? Жив? Сейчас всё пройдёт. Выпей вот это. Очень горькая, но полезная. Я помажу ногу, замотаю. Утром сможешь ходить. Попробуй, пошевели пальцами. Ты что? Шутишь так? Не на руке, на ноге. Не больно? Пей залпом.
- Ты издеваешься? Что ты мне дала?
- Нечего ворчать. Я тебя предупредила. И давай, тише. Знаешь, мне не хочется, чтобы тебя здесь застали.
- Я не хотел к тебе идти.
Она мазала его ногу.
- Это вместо спасибо? Не благодарный.
Когда всё было готово, она подала ему сапог.
- Что?
- Что, что. Держи свой сапог, и пойдём. Вернее попрыгаем. Я помогу тебе добраться до кровати. Только, на больную ногу не наступай, до утра.
- Что ты мне дала? Я спать захотел. Глаза слипаются.
- Вот и вставай быстрей. А то, мне придётся тебя волоком тащить.
Она протянула ему руки. Он встал, пошатнулся. Но, девушка удержала его. Они наконец-то добрались до его комнаты.
- Я помогу тебе.
Она стала снимать сапог. Потом жилет.
- Что ты делаешь?
- Тебе нужно хорошо отдохнуть, хватит ворчать..
Когда дело дошло до штанов, он схватил её руку.
- Ты что, совсем страх потеряла?
- Ладно, ладно. Я пошла. Выздоравливай.
Он даже не успел ничего ей сказать, её и след простыл. Что это с ним случилось сейчас? Почему он так раздражен? Почему злится? Это всё из-за неё? Скорей всего. Он думал, что не уснёт, но сон поглотил его. Ему было хорошо. Ему снилась Ия. Просыпаться не хотелось. Лежал, смотрел в потолок. Нога не беспокоила. Встал. Надо же, может и на неё опереться. Нужно привести себя в порядок и идти к Айтугану. Все знают, зачем он приехал.
Айтуган ждал его у себя в комнате.
- Я войду?
- Заходи. Как спалось? Отдохнул?
- Всё хорошо. Айтуган я приехал забрать Ию. Прошло десять лет. Ты обещал мне её в жёны.
- Я помню Ергали. Но, последнее слово будет за Ией.
- Хорошо.
Ергали занервничал. А если…
- Сейчас она придёт. Подожди немного.
Девушка не заставила себя долго ждать.
- Доброе утро. Отец, ты хотел меня видеть?
- Ия, Ергали приехал, чтобы взять тебя в жёны.
- Нет! Я не выйду за него замуж.
- Мы дали друг другу слово.
- Отец, я хочу, чтобы меня любили так, как ты любил маму. Я не выйду замуж за Ергали.
- Ну, как же так? Ты сама выбрала меня. Твой отец дал обещание мне.
- Я была ребёнком. И судя по всему таким безрассудным. Прости отец.
Она развернулась и почти выбежала из комнаты. Пробежала через двор. Вывела своего скакуна, легко вскочила на него и только и видели её.
- Ергали, она молода. Если тебе нравится Ия, попробуй добиться её. Если, она тебе безразлична, уезжай. Выбор за тобой. Я не буду на тебя в обиде.
- Айтуган, Ия будет моей женой.
- Хорошо. – Айтуган тяжело вздохнул.- Она вернётся только вечером. Будет обгонять в степи ветер.
- Ты не переживаешь за неё, вот так отпуская?
- Я же отец. Переживаю. Но, она расстроена. Это то, что сейчас поможет ей.
Ергали вышел во двор. На дворе готовили завтрак. Он вывел коня, и пустился на поиски девушки.
- Отец, куда это они? Неужели не договорились? Я так и знал, что она ему откажет. Отец, Ергали хороший человек.
- Я знаю. Если бы был плохим, я никогда бы не согласился на её замужество с этим человеком. Но, я никогда не сделаю ничего, чтобы страдала моя дочь. Пусть попробуют. Мы с тобой давно не виделись, давай поговорим. Расскажи мне, как твои дела.
Между тем Ия неслась на своём скакуне во весь опор. Встречный ветер трепал чёрную гриву коня, и её белые волосы. Она остановилась. Спрыгнула с коня и легла на траву. По небу проплывали облака.
- Мамочка, ты слышишь меня? Я не хочу так. Я тебя очень сильно люблю. Но этот мужчина, он хочет увидеть во мне тебя. Мамочка, но я другая. Я знаю, что тебя сильно любил папа и он. А что делать мне? Я хочу быть единственной. Но, с ним так не будет.
Девушка закрыла глаза. В высокой траве, она была защищена от ветра. Шелест травы успокаивал её. Веки тяжелели. Она уснула.
Ергали увидел её коня, но конь стоял одиноко, без наездницы. Он испугался. Она же не могла упасть. Потом, он увидел её спящую, с раскинутыми руками.
С ней ведь всё хорошо. Он спешился. Подошёл к ней. Присел рядом. Девушка не шелохнулась. Она красива, очень красива. А пройдёт ещё немного времени, и мужчины не будут давать ей проходу. Ергали рассматривал её лицо. Приоткрытые губы манили его. Он приблизился и нежно поцеловал девушку.
- Ия…
Её длинные ресницы дрогнули.
- Уходи.
- Почему?
- Я не она. Уходи.
- Ия. Это было так давно. Я забыл, как надо любить. Помоги мне. Покажи, как и что мне делать. Ты не можешь прогнать меня. Я честно ждал тебя десять лет. Ия. Сейчас, глядя на тебя, я думаю, мне нужно было приезжать к тебе, и смотреть, как ты растёшь.
Он наклонился к её лицу. Нежно стал целовать глаза, нос, губы.
- Ия.
Ей нравилось то, что делал с ней этот взрослый мужчина.
- Остановись. Хватит. Не заходи так далеко. Я не сказала тебе, да.
Она села.
- Посмотри на меня.
- Что?
- Посмотри на меня, я хочу видеть твои глаза.
Она повернулась к нему.
- Твои глаза. В них нет жизни. А если глаза и сердце едины, то и сердце твоё пустое. Ты что? Плачешь?
- Когда-то ты положила свою ручку на моё разбитое сердце и сказала, что будешь любить меня. Поцелуешь, и всё пройдёт. Ия, верни меня к жизни. Не отказывайся от меня. Я совсем пропаду без тебя.
- Ты хочешь, чтобы я тебя пожалела?
- Я хочу, чтобы ты меня полюбила. Я так тебе противен?
- Это не так.
- Тогда, давай попробуем, пожалуйста.
- Я подумаю.
- Спасибо. Можно я ещё немного побуду с тобой.
Девушка молча легла на траву. Ергали улыбнулся, лёг рядом.
- Расскажи мне, чем ты занимаешься?
- Моя жизнь ничем не примечательна. Я веду хозяйство и ухаживаю за отцом. Мы живём здесь на выселках. У нас тихо и спокойно. Мы ездили с отцом в город. Это было несколько лет назад. Но, я, ни за что бы, не променяла наш дом на дворец. Если тебя интересует, могу ли я, как мама лечить людей, то не могу. Отец всегда был против. Да, я и сама не чувствую в себе влечение к врачеванию.
- Но, ты спасла брата.
- Да. Его привезли к нам сюда еле живого. Отец, когда увидел Мэргэна, подумал, что брат умирает. У отца больное сердце. А здесь… я думала, что теряю их обоих. Мне было только одиннадцать. И я была одна. Как лечить отца, я знала уже хорошо. Но, что мне делать с братом? Хорошо у отца хранились мамины записи. Она всё подробно описывала, делала зарисовки. Я лечила его методом тыка. Для меня это тёмный лес. У меня тряслись руки. Я была в сомнении. А правильно ли делаю? Ночью я уходила, подобно волку, выла в степи. Дома боялась, что перепугаю всех.
Ия замолчала, из её глаз катились слёзы.
- Но, сейчас всё хорошо. Не плачь.
- Да. Сейчас всё хорошо.
- Я видел твоего друга. Вы встречались у реки.
- Мы вместе выросли. Сагид старше меня где-то на год. Его мама вдова. Растила его одна. Он хороший человек, очень хороший друг. Раньше виделись каждый день. Теперь редко.
- Вы поссорились?
- Нет. Просто мы выросли. И он влюбился в меня.
- Что? – Ергали приподнялся.
- А, что? В меня нельзя влюбиться?
- Это из-за него?
- Что?
- Это из-за него ты не принимаешь меня?
- Он здесь не причём. Он просто друг. Очень хороший друг.
- Тогда, что?
- Ергали, чтобы жить вместе нужно любить. Ты приехал только вчера, и хочешь, чтобы сегодня я стала твоей женой. Я про тебя знаю только по рассказам брата. Ты сейчас хочешь сдержать слово, данное маленькой девочке? Смешно.
- Тебе нужно ещё время?
- О чём ты? Просто откажись от меня, и всё.
- Нет.
- Мы живём далеко друг от друга. Я никуда не уеду отсюда. Мой отец болен. Я не оставлю его. Брат в походах. У него только я.
- Ты планируешь выйти замуж за своего друга?
- Нет. Я вообще не хочу замуж.
- У тебя в волосах жук ползает. Давай я достану.
Девушка подалась вперёд.
- Освободи его.
- Вот. Смотри какой.
Ергали смотрел на улыбающееся лицо Ии. Ему захотелось прижаться к ней, и целовать, целовать.
- Ия…
Она подняла глаза. Сейчас его глаза горели. Она ошиблась? В этих глазах буря страсти, ещё не изведанной девушкой.
- Ия…
Его поцелуи были нежными, ласкающими. Она всё больше тянулась к нему.
- Ия, нам пора возвращаться.
- Хорошо.
- Мы вернёмся вместе. Можно?
- Хорошо.
Он подал ей руку, отряхнул от травы. Ергали остановился. Не хотел испугать её. Она слишком молода. Он улыбнулся.
- Ты и улыбаться умеешь?
- Ты всё время берёшь с собой лук со стрелами и кинжалы? – Он перевёл разговор.
- Да. Хотя у нас и тихо, но отец приучил брать с собой оружие.
- Ты хорошо стреляешь?
- Как-то я не задумывалась над этим. Я не промахиваюсь.
За разговорами, не торопясь они въехали во двор.
- Я не красиво поступила, уехала. У нас гостей полон дом. Отец будет недоволен.
- Это ничего. Они самостоятельные. И еду готовят вкусную. Для них такая передышка от походов, редкость. Пусть отдыхают.
Ия подняла глаза и так посмотрела на него. А ведь он постоянно в походах, как брат. Теперь она будет бояться за него тоже. Бояться и ждать.
- Что ты? Что выражает твой взгляд? Ты испугалась за меня? – Почти прошептал он.
- Да. Испугалась.
И только сейчас, услышав, что она сказала, не там, в поле, когда целовал её, а сейчас, его сердце бешено застучало, и по телу разлилась горячая волна.
- Значит, я не безразличен тебе?
- О чём это вы?
- Здравствуй, брат.
- Вас не было целый день. Что-то случилось, о чём я ещё не знаю?
- Перестань. Отец уже отдыхает?
- Да. Не переживай. Лекарство он выпил.
- Спасибо. – Она встала на цыпочки и поцеловала брата в щеку.
- Я тебя тоже люблю. Ия, покорми Ергали.
- Хорошо.
- Мы оставили вам еду.
- Я сейчас всё приготовлю. Ты посидишь с нами?
- Да.
Она ушла хлопотать около стола. Ергали странно смотрел на друга.
- Ты что? Да, перестань. Я очень её люблю. Но, она моя сестра. Если бы я встретил такую девушку, сразу бы женился. А как у вас? Договорились? Чего ты молчишь?
- Нет.
- Но, вы приехали вместе.
- Не всё так просто. Есть женщины, которых можно просто взять. Но, Ия не такая. Может мне всей жизни не хватит, чтобы завоевать её.
- Ты что, влюбился?
- Чего ты так кричишь? Перестань.
- У меня всё готово. Идите к столу. – Девушка позвала их.
- Идём, идём. – Мэргэн потащил за собой, упирающегося Ергали.
Они сели к столу.
- Что? Почему вы на меня так смотрите?
- Знаешь, сестра, а Ергали…
Договорить ему не дали.
- Ты с ума сошёл? Такой кусок мяса запихнул мне в рот.
- Вот ведь, такие большие дяденьки, а ведут себя, как малые дети.
- Ия, почему ты моя сестра? Я бы взял тебя в жёны. И не пришлось бы, отдавать тебя Ергали.
- Вот ведь. Сейчас я тебе запихну в рот перец красный.
- Я только сейчас увидел, какая у меня сестра.
- Я ушла. Разговаривайте дальше. Спокойной ночи.
- Мэргэн, что на тебя нашло?
- Ты себя со стороны то, видел? За день так изменился человек.
Он засмеялся.
- Думаю, что вы почти договорились.
Они посидели ещё, поговорили о том, о сём и разошлись. Ергали был смущен, потому что друг посмеивался над ним весь вечер. Он лёг, не раздеваясь, но вскочил, как ужаленный.
- Она сегодня пойдёт купаться или нет?
Он опять вышел из своей комнаты. Стоял в темноте и ждал. Сегодня луна пряталась за облаками, и не было так светло. Может она уже ушла? Нет, он не мог её прозевать.
Через некоторое время, девушка вышла на крыльцо. Но, села на ступеньку. Ергали стоял в нерешительности. Подойти? Или не подойти? Ноги сами повели его к ней.
- Сегодня ты никуда не пойдёшь?
- Вот, сижу и думаю? А если ты опять сиганёшь за мной? Мне так и придётся тебя лечить всё время.
- Давай руку. Пойдём через ворота.
У Ии почему-то сильно заколотилось сердце.
- Ну, давай, пока я не передумал.
Она подала ему руку. Искупаться очень хотелось. Несмотря на облака, ночь была тёплая.
- У тебя красивое имя. Хочется всё время повторять его.
- Мама меня так назвала. Оно византийское. Означает фиалка. Отец рассказывал, когда я родилась, мама заплакала и сказала, что я как две капли воды похожа на её маму.
Ергали взял Ию за руку.
- Можно?
- Да.
До реки они молчали.
- А ты будешь сегодня купаться?
- Нет. Я подожду тебя на берегу.
- Отвернись. Я разденусь. Не поворачивайся, пока я не войду в воду.
- Хорошо. Ия, не заплывай далеко. Я должен видеть тебя.
- Не переживай.
Она вошла в воду.
- Ой. Сегодня вода прохладней.
- Ты уже далеко. Ты мне обещала.
- Хорошо. Я возвращаюсь.
На обратной дороге он опять взял её за руку. Они шли молча. Подойдя к дому, обнаружили, что ворота закрыты. Ия рассмеялась.
- Ну, ты попал. – Она смеялась и не могла остановиться. – Подожди меня. Я открою тебе. Куда ты направляешься? Я не позволю тебе перелезать через забор.
Ергали прижал девушку к себе и стал целовать. Ия отталкивала его руками. Сейчас поцелуи были жарким, настойчивыми.
- Я испугал тебя, прости. Прости меня.
Он успокаивал её, гладил по голове.
- Ия.
- Нам нужно домой, - прошептала она.
У неё так тряслись ноги, что она никак не могла решиться прыгнуть на забор.
- Давай я.
- У тебя нога ещё не прошла. Нет.
Она постояла ещё немного. И перемахнула через забор.
- Иди к воротам. Я сейчас открою.
Он вошёл и с тревогой смотрел на девушку.
- Ия, прости.
- Ергали, иди спать.
Он подождал, когда она скроется за своей дверью.
- Что я наделал? – Схватился за голову. Побрёл к себе.
Ия опустилась на пол около двери. Она так и не уснула.
Утром, собирая еду для гостей, у неё всё валилось из рук.
- Что с тобой? – Отец стоял рядом.
- Всё хорошо.
Только сказала всё хорошо, как глиняная миска выскочила из её рук и разбилась.
- Ия, с тобой всё в порядке?
-Не переживай, я не спала ночью.
- Мы справимся. Иди, отдыхай.
- Хорошо. – Ноги не слушались.
Айтуган нашёл глазами Ергали. Он сегодня тоже выглядел потерянным.
- Ергали, между вами что-то произошло? – Мэргэн наклонился к другу.
Тот вздрогнул.
- Не случилось ничего не поправимого.
- Вы сегодня странные оба.
- Я не спал ночью.
- И ты не спал? И чем же вы занимались?
Ергали промолчал.
- Ладно. Я не буду приставать. В конце концов, она должна стать твоей женой.
Ергали очень хотел поговорить с Ией, но она целый день не выходила из комнаты.
- Айтуган, можно мне отнести еду Ии. Узнать как она?
- Хорошо. Можешь войти к ней.
- Спасибо.
Он так обрадовался, что даже не скрывал этого.
Собрал еду и направился к девушке.
- Ия, это я. Мне можно войти? – Тишина. – Я вхожу.
Она сидела на кровати.
- Ия, я принёс тебе еды. Поешь.
- Зачем ты здесь?
- Айтуган разрешил.
- Я не хочу есть.
- Ну, уж нет. Я принес, и ты съешь всё. Или буду кормить, как маленького ребёнка. Я тебя вчера испугал?
Она помолчала немного.
- Я не думала, что ты можешь быть таким.
- Каким? – Прошептал Ергали.
- Ну, таким. Я думала, ты холодный и безразличный. А ты…
Она не договорила.
- Ия, могу я надеяться, что ты полюбишь меня? – Он опустился перед ней на колени.
Она взяла его лицо в свои ладони.
- Ергали, я никогда не оставлю своего отца, я тебе это уже говорила. И я не хочу уезжать отсюда.
- Мне будет спокойней, если я буду знать, что с тобой рядом отец. Я воин. Меня подолгу не бывает дома. В городе сейчас неспокойно. И то, что ты будешь здесь, тоже хорошо. Ия, так ты будешь моей женой?
Девушка опустила глаза, слегка кивнула головой.
Таня С. 2020 год
Княжна, которой могло и не быть
© Copyright: Татьяна Саварскова, 2020
Свидетельство о публикации №220061401466
Свидетельство о публикации №220061401466
Рецензии