Глава 11 Поэты-пенсионеры

«….Если кто-то прочтет,
Загрустит или будет задумчив,
Если люди запомнят
Хотя бы строку иль главу,
Если станет хоть кто-то
Добрее, мудрее и лучше –
Значит – я не напрасно
На этой планете живу!»

Николай Хапланов. (Макеевка)

После всего пережитого в Крыму, Герой спешил вернуться домой, в Макеевку. Только в Макеевке он чувствовал себя спокойно, это было где-то на подсознании. Стоило ему пройти по центру города, как настроение улучшалось, хорошие мысли лезли в голову, и жизнь приобретала смысл.
С железнодорожного вокзала Герой на автобусе «Даки-Центр» доехал до центра и вышел недалеко от Вечного Огня. Организм требовал пищи и он решил, что-нибудь купить съедобное. Но, на месте гастронома, он увидел магазин мыло-моющих средств.
К его удивлению, банки вытеснили всю торговую инфраструктуру с улицы Ленина, что в пору ее переименовывать в Банковую. И это был явный перекос  в финансовой системе, что-то здесь не в порядке, как бы эти финансовые пузыри не стали лопаться, подумал он.
Прохожие подсказали, что ближайший гастроном напротив, надо перейти сквер. Действительно, когда-то в советское время в этом помещении было телевизионное ателье, а теперь расположился гастроном «Ассорти». Все течет, все меняется, сделал философский вывод Герой, купил чебуреки, бутылку пива «Сармат светлый» и стал искать место где бы присесть в скверике. Скамеек было мало и на всех сидели молодые мамы с детьми в колясках. Подсаживаться к ним с пивом, по мнению Героя, было не этично. Он увидел, что на одной из скамеек сидят два пенсионера. Здесь я и присяду, решил Герой, деды ворчать не будут, наверняка сами  пиво пьют, я им дурной пример не покажу. Он спросил у них разрешения присесть и с удовольствием стал есть свои чебуреки и запивать пивом. Когда приступ голода прошел, он прислушался к их разговору.
 Они что-то говорили о своих проблемах, вспоминали добрым словом фамилии Мальцева, Полянского, Репунову, Соколову и других работников городского Совета за помощь в каких-то мероприятиях. Но потом разговор перешел в другое русло, и это стало Герою интересно.
-Слава богу, что никому до сих пор, так и не удалось решить, эту нелегкую задачу, и дать ответ, - что такое талант?
-Надеюсь, что никто и никогда этого сделать и не сможет, потому что, каждый талант индивидуален, и загнать его в рамки социалистического или капиталистического реализма, невозможно, ты согласен со мной?
-Да, Коля, ты прав, я сам никогда не пел «оды рукавицам», был, как сейчас говорят, «неформатным» поэтом, а сколько талантливых поэтов дотягивали свои стихи до пресловутого соцреализма, наступали на горло собственной песне и погибали из-за этого, как творческие личности.
-Сейчас, продолжал первый, у литераторов другие проблемы. Партийной цензуры не стало, пиши так, как ты воспринимаешь этот мир, в соответствии с твоим мировоззрением, да вот парадокс: довести до читателя написанное труднее, чем написать. Книжный рынок забит детективами, классики теперь стали для книготорговцев неходовым товаром. Наше поколение, не мыслившее своей жизни без классической литературы, стареет, уходит, а молодому – никто не привил любви к настоящей литературе, не заложил в молодежь потребности в этой бесценной, духовной пище. По низкопробным фильмам знакомится молодежь с Ромео, который на мотоцикле мчится на свидание к Джульете и  Овод для них «кажется поднимал целину», великий Бетховен, -это оказывается большой сенбернар, вот, что вбито  в голову нашей молодежи. Читающее поколение уходит в историю, а современная молодежь предпочитает «баунти» и «ОГО»
Героя это задело, он знал, что Ромео не ездил на мотоцикле, потому что, у него не было прав, но продолжал с интересом слушать этих саксаулов.
-И все-таки, верится, что так будет не всегда, одумается наше общество, поймет, что не стояние и крики на Майданах, не разноцветные флаги – наша самая великая ценность, а те бессмертные духовные богатства, созданные для нас творцами прошлых и нынешних времен. Надеюсь, что наши правители поймут, что невозможно поднять ни какую экономику в культурно нищающей стране. Что жизнь в стране наладится тогда, когда не просто юристы, экономисты, прагматики будут руководить нашим Отечеством, а придут романтики, мечтатели, как бы это парадоксально не показалось на первый взгляд. Я лично мечтаю о времени, когда книжные новинки, прежде всего будут появляться на письменных столах Президента, Премьер-Министра, народных депутатов. И не просто для украшения интерьера, а для чтения и размышления. Но я понимаю, что такая мечта сегодня – такая же утопия, как и учения Сен-Симона, Кампанеллы и Фурье. Борьба за власть, за место под солнцем не дают, и боюсь, еще долго не дадут нашим лидерам времени для чтения романов и стихов. Не та закваска, не то мировоззрение, не тот интеллект...
-А Сталин читал книжные новинки, фильмы все просматривал, присутствовал на премьерах в Большом театре, когда он успевал, сказал тот, который Юрий.
-Ты что, сталинист?
-Нет, я просто интересуюсь историей.
-Сейчас много разговоров о том, что литература в наше время отживает, уходит в прошлое, уже не является духовным стержнем общества, продолжал первый. –Чепуха! Настоящая литература была, есть и будет! Она указывает нравственные ориентиры, служит компасом, не дает сбиться с пути, деградировать. Я верю, что по каким-то неведомым законам в 20 и 60 годы 19 и 20 века происходил какой-то творческий взрыв, и возникали новые имена, и общество внимало их СЛОВУ.
-Ни фига себе, крутые старички, такие темы поднимают, с ума сойти можно. Какая поэзия, какие книжки, сейчас самая лучшая книжка – сберегательная. Герой не выдержал и вмешался в разговор.
-Вы меня извините, но вы, наверное, потерялись во времени, если поэзию воспринимать как развлекаловку, это понятно, но, если смотреть по взрослому, - это не рентабельно. Мой знакомый Поэт, - нищий, а какие стихи пишет, рыдать хочется. Откуда у вас такая уверенность, что стихи спасут мир, вы что поэты?
-Да, мы поэты. Я Хапланов Николай Вениаминович, бывший редактор газеты «Макеевский рабочий», а это мой друг Лебедь Юрий Александрович, -директор издательства «Лебедь».
Молодой человек, поэзия – это взлет духовной энергии, и чем больше в стране поэтов, тем сильнее страна, государство. Смутное время пройдет, и новое поколение умных, образованных людей, прочтут стихи, написанные нашим поколением.
-Герой, а ж подпрыгнул, как вы Хапланов?! Во дела, земля точно круглая. Он вспомнил далекие события 1984 года, когда он попал на «малину» и благодаря газете «Макеевский рабочий», под руководством Хапланова, вышел невредимым из остросюжетной ситуации.

Попрощавшись с метрами поэзии, Герой решил побродить по городу и пошел в сторону Универмага. Город изменился, похорошел. Частная инициатива и капитал  преобразили магазины. Это уже не «продмаги» и «одежда», а яркие, с эксклюзивным дизайном, рекламой, зазывающими витринами, современные торговые заведения. Рыночная коньюктура постоянно меняет профиль торговли и услуг. Только привыкнешь к магазину, смотришь, вместо продуктов вывеска «Окна и Двери», но это нормально, в убыток работать никто не будет.
Улица Ленина преобразилась, от советского периода мало что осталось. Первые этажи в центре города почти все выкуплены и переоборудованы под всевозможные магазины, парикмахерские, аптеки, нотариальные конторы, офисы. Появилась непонятная пристройка к кинотеатру ВЛКСМ (Союз). Перспективу площади перед универмагом закрыло кафе «Арлекин» Возле универмага вообще что-то непонятное, какой-то Большой Хаос, огромный сарай с названием «Пассаж» накрывший собой половину бульвара Горбачева. Складывалось впечатление, жителям города не хватает торговых помещений, и архитекторы без сожаления сокращают зеленую зону города для постройки этих нелепых сооружений. Апофеозом архитектурного идиотизма, является АЗС рядом с подземным переходом возле гастронома «Южный», очевидно, в городе нет Главного Архитектора, сделал вывод Герой.

Ну что я все о плохом, есть и хорошее. Свято-Георгиевский собор удался, в том числе и оформление площади перед Собором, Домом Пионеров, Вечным Огнем, но особенно хочется отметить мемориал подвигу шахтеров Макеевки. Я не знаю, кому пришла в голову эта идея, создать великолепный памятник погибшим шахтерам, но этот человек сам достоин памятника и вот почему.
 За 70 лет советской власти, если ставились памятники шахтерам, то исключительно торжеству шахтерского труда. При социализме, а тем более при коммунизме труд мог быть только радостным, трагичным он не мог быть никогда. Коммунисты боялись, что памятник станет символом, площадкой для сбора недовольных, траурных процессий и подорвет чувство всеобщей радости.
 Такой радостный шахтер стоит в Донецке, в какой-то искусственной, балетной позе и что-то держит в руке. Трудно войти в замысел архитектора, но даже подойти к тому памятнику невозможно. Он стоит в центре транспортного кольца возле бывшего автовокзала, такого же монстра-металлурга поставили на въезде в Мариуполь.
 Идеология коммунистов не допускала, что труд может быть и трагическим. Шахтеру разрешали только радоваться и гордиться, для скорби места не было,
Как же надо было бояться своего пролетариата, чтобы лишить его такого символа. Город может гордиться таким памятником, спасибо за памятник.