Кому стихи?

   Шёл урок литературы. Заболевшую Евдокию Степановну нынче заменяла учительница старших классов Эльза Борисовна.
   Карбинского вызвали к доске читать стихи Пушкина «К Чаадаеву». Прищурив глаза, Алёшка так читал произведение, будто Пушкин стихи писал не близкому другу, а возлюбленной.
- Любви, надежды, тихой славы
Недолго нежил нас обман,
Исчезли юные забавы,
Как сон, как утренний туман.
Но в нас горит ещё желанье,
Под гнётом власти роковой
Нетерпеливою душой
Отчизны внемлем призыванье.
   Класс вместе с учительницей в недоумении слушал необычное чтение для этого стиха. Кого и что имеет в виду ученик в своём представлении? Карбинский продолжал читать в том же тоне и в том же духе:
- Мы ждём с томленьем упованья
Минуты вольности святой,
Как ждёт любовник молодой
Минуты верного свиданья…
- Во даёт! - не выдержал Гудзаков и хохотнул: - Лёха, ты кому стихи-то читаешь?
- Любовнице наточняк! - брякнул Тропилов.
   Хохма и прикол мальчишек потонули в разорвавшемся смехе класса! Хохотнула, не сдержавшись и учительница, но тут же спохватилась и постучала ручкой по столу, призывая к порядку. Ученик прервал чтение стиха, глянул на Тропилова и бестолково уставился на Эльзу Борисовну. Когда класс немного утих, она обратилась к Карбинскому, подавляя предательский смех:
- Алёша, ты читаешь стихи хорошо, но неправильно. Это же стихи революционные! Поэт их посвятил своему другу в борьбе за свободу.
- Да?! – в удивлении поднял Алёшка брови, чем снова рассмешил одноклассников.
- Безусловно, чтобы грамотно читать такие произведения, мало знать их наизусть, - произнесла учительница и пояснила: -  Ведь надо ещё правильно понимать их содержание, для чего поэт писал данную тему, чему, либо кому он это посвящал, в каком духе и настроении пребывал. Как ты считаешь, с каким настроением он писал эти стихи?
- Он писал эти стихи с любовью, - уверенно ответил Карбинский, вызывая в классе новый взрыв смеха.
- Ну нет же вовсе! – нетерпеливо тряхнула головой учительница и сдвинула брови: - Здесь совсем другие порывы чувства. Здесь чувства рвения к свободе!
- Да?! – поднял Алёшка брови, округлив глаза.
   Класс хохотал. Урок грозился срывом. Учительница, вновь постучав по столу ручкой и призывая класс к дисциплине, строго взглянула на Карбинского: - Я тебе пока оценку не ставлю. Произведение прочитано совершенно неправильно. Останешься после уроков, я подробнее тебе разъясню тему различия тонов произведений.
- Эльза Борисовна, с большим удовольствием останусь с вами… - приложил руку к груди ученик, но его слова потонули в новом взрыве смеха.
   Эльза Борисовна растерялась и покраснела. Что себе тут вообразили непутёвые школьники?! Быстро собравшись, она хлопнула ладонью по столу, строго останавливая смех:
- Тишина! Что тут смешного? Алексей, садись на место! - рассердилась Эльза Борисовна и махнула рукой Гудзакову: - А ты, умник, выходи к доске. Больше всех тут хохочешь!
- Интересно, а правила по геометрии ты тоже так же читать будешь? - подъел одноклассника под сдавленный хохот класса Гудзаков.
   Карбинский улыбнулся, подмигнул Никите и, легко треснув его по макушке, сел на место. Никита начал читать стихи, как положено без тона страсти:
- Любви, надежды, тихой славы недолго нежил нас обман…

(рис.Сёстры Рудик)
продолжение следует --------------------