Болючая прививка

   В середине декабря приехали родители Алёшки. Наступил час расставания. Как внезапно пришёл Карбинский в класс, так внезапно и уходил. Уходил, послав на прощание всей девичьей половине воздушные поцелуи с обеих рук, весело подмигнув ребятам.
- Ты давай летом приезжай! - подскочил Тропилов Серёга.
- Алёна Петровна, разрешите его проводить, - умоляюще взныл Булатов.
   Строгая учительница, ещё помня провоцирующий Алёшкин комплимент, улыбнулась и согласно кивнула. Ребята вывалили толпой за двери класса, проводить необычного своего товарища, к которому успели привязаться всей своей чистой душой.
- Ребята! Давайте на общее фото встанем! - предложил Гудзаков и поймав проходившего мимо пятиклассника, попросил: - Ну-ка щёлкни нас по-быстрому!
   Фото снято! Пятиклассник помчался на урок, все остались весьма довольные!
- Я тебе вышлю домой фотографию, - пообещал Никита Алёшке.
- Если забудешь, сам приеду, - пошутил Карбинский, насмешив всех.
- Да только попробуй не приехать! - глядя на Алёшку с улыбкой, шутейно пригрозил Жиганов.
- Да приеду летом! – пообещал Карбинский и рассмеялся: – Моя бабуля без меня теперь не сможет, как и я без вас!
- Напишешь нам письмо? – с надеждой спросила Зоя Слацкая.
- Зачем? – удивился Алёшка: - Я же сказал, летом сам приеду! – и, взглянув на девчонок, со смехом спросил: - Сильно ждать будете?
- Конечно, будем ждать! Очень ждать будем! – смеясь, заверили девчонки.
- Кто же нам будет петь на танцах?! – улыбнулась Чараева Таня.
   У некоторых девчонок набежала на глаза слеза, так они не хотели расставаться с Карбинским! И не сдержавшись, Ира Яснова, срывающимся голосом произнесла:
- Ты прости нас, Алёшка, если сможешь!
- Всё нормально, девчата! Так и должно было быть! – не задумываясь, благородно ответил Карбинский и прижал руку к груди: - Не держите на меня зла!
   С этими словами он вновь послал девочкам воздушные поцелуи, крепко пожал мальчишкам руки и сбежал со ступенек школьного крыльца. Потом у ворот обернулся ещё раз, махнул всем с улыбкой рукой, и выбежал со школьного двора. С тополей посыпались жёлтые-жёлтые последние листья, словно старательно засыпали следы Казановы своим жёлтым золотом цвета разлуки.
   А на следующий день пошёл снег.
   Уехал горячий Казанова на холодный Север, оставляя девчатам в сердцах ералаш интриг и свиданий, счастливые головокружительные моменты и слёзы расставания. Уехал, увозя на память от девочек на своём роскошном белом юном теле следы жестокой их мести. Уехал, пообещав пацанам крепкую дружбу и возвращение, которых полюбил так же искренне, как и они его.
   И больше никто не стал с девчатами гулять, коварно обманывая, назначать свидания и кружить провокационными взглядами юные головы, чтобы тут же бессердечно бросить без оглядки и объяснений. Некому стало смущать и злить души влюблённых пацанов. Карбинский Алёшка надолго задержался в сердцах девчонок, которые никак не могли смириться с тем, что в классе за первой партой было пустое место, место Казановы. 
   Только одна единственная из всех девочек на следующий день, после отъезда Карбинского, обнаружила в учебнике истории свою, когда-то посланную ему открытку с белыми розами. «Когда я вернусь, я буду ждать тебя на том же месте в школьном саду. Отказа не принимаю. А.К.» - ошарашено прочитала Тома Белокурова на розах. И так же, как в прошлый раз, получив его записку, она смотрела огромными испуганными глазами на его послание!
   Алёшка был неповторим! Белокурова, украдкой с трепетной нежностью прижала открытку к губам и помахала ею на вспыхнувшее лицо… Дома открытка легла молчаливой тайной рядом с его запиской в её личном дневнике. А ещё здесь хранилась общая фотография, где со всем классом стоял в последний момент своего присутствия северянин.
   Под видом дружбы юный Казанова девчонкам открыл чувство первой любви и увёз его с собой, никому не отдав своё холодное сердце. После его ухода жизнь в классе потекла совсем по-другому. Девочки взглянули на мальчиков совершенно другими глазами. Они начали с ними дружить. И в седьмом классе «А» устоялась атмосфера настоящей крепкой дружбы, чему был несказанно рад староста класса Толик Жиганов. Хотя в сердце девчат в тайне у каждой хранился образ роскошного красавца Алёшки Карбинского, его голубые искрящиеся глаза, глубокие ямочки на щёчках и белокурая солнечная шевелюра в локонах.
   Ведь первая любовь самая сильная! Она в сердце остаётся навечно, как шрам первой болючей прививки!

(рис.Сёстры Рудик)
(г.Харьков 1978 - г.Павл.Посад 2017)
14+