Тили-тили-тесто

   Над островом навис муссон плотных туманов. Из-за этих туманов вся одежда промокала насквозь, словно ты побывал одетым в парной. Три дня туманная пелена скрывала всю красоту острова.   
   Встретив случайно у хлебного ларька Ставицкую, Сазонов обрадованно растянулся в улыбке:
- О, привет! Как тебе погодка? Погулять нет желания?
- Я бы рада, но сейчас мы с мамой идём в магазин за школьной формой. Надо кое-что к школе купить, - с сожалением ответила девочка.
- Ну, тогда давай завтра у школы встретимся часов в одиннадцать, - предложил Аркаша и улыбнулся: - Школу мне свою покажешь, класс, поле футбольное.
- А как погодка? – усмехнулась Ставицкая.
- А ты знаешь, погодка замечательная! Я никогда не видел таких туманов! – с энтузиазмом произнёс Аркаша и добавил: - Всё лучше, чем дома сидеть!
- Ну тогда до встречи! – кивнула Вела и побежала в направлении клуба.
   К утру муссон оставил остров в покое, и туман исчез, словно призрак. Погода разошлась, и солнце грело так, как и положено летом. Это было как по заказу!
   Для предстоящего случая на момент посещения шикотанской школы Аркаша надел белую тенниску, кроссовки, джинсы и, сокращая свой путь, полез через овраг за бараком. Спустившись вниз, он напился родниковой воды и по крутой протоптанной школьниками тропинке поднялся наверх сопки.
   Во дворе школы трое мальчишек гоняли мяч. Это были товарищи Стасика из его класса. Среди них Аркаша заметил и самого Истомина.
- О! Москва, иди к нам! - обрадовано замахал Стасик руками.
   Они весело начали играть. Аркаша встал на ворота, но мелкие пацанята никак не могли забить ему мяч. От игры уже стало жарко. Сазонов снял тенниску, забросил её на штангу ворот и предложил:
- А давайте вы двое на ворота встанете, а мы вам голы забивать будем. А потом поменяемся местами.
- Давай! – восторженно запрыгали мальчишки.
   Игра пошла веселее. Когда игра была в разгаре, двое мальчишек, которые стояли на воротах, внезапно сделали испуганные лица и, пропустив мяч в ворота, вдруг бросились удирать в разные стороны! Сазонов и Истомин мгновенно оглянулись. На футбольную площадку вразвалку шли трое уже знакомых хулигана.
- Спасайся!!! – в панике испуганно крикнул Стасик Аркаше, и так ломанулся через овраг домой, что только листья зашумели и ветки затрещали!
- В штаны не наложи! – прохохотал ему в след вихрастый.
   Рыжий со всей силы пнул мяч Стасику в след. Сазонов не побежал. Он упрямо стоял на месте и, сердито поджав глаза, в упор смотрел то на одного хулигана, то на другого. Их лица ничего хорошего не предвещали. Он понял, что заявились они сюда случайно. И, наткнувшись на детей, особенно на него, в мячик играть не собирались.
   Вольский прищурив глаз и оскалив в ухмылке рот, с ехидством свысока смотрел на Сазонова. Весь вид его говорил: «Попался, дурень с прибабахом!»
   Дубинин, подбоченившись, довольно лыбился, предвкушая кураж.
   Красавин, усмехнувшись краем рта, живо оценил обстановку в свою пользу и медленно пошёл на Сазонова точно кот к мышу, противно как корова, жуя жвачку.
   Сазонов был начеку! Красавин остановился перед Аркашей и криво ухмыльнулся:
- Ну, а ты?
- Что, я? – в тон ему с вызовом спросил Аркаша.
- Беги, - кивнул Красавчик в сторону оврага.
- Тебе надо, ты и беги! – упрямо заявил Аркаша, беспокойно думая о своём.
   Ведь с минуты на минуту вот-вот должна появиться Вела! Откуда их только вынесло?!
- Дать ему! – горя местью, подлетел Витька.
   Аркаша метнул в него взгляд и с насмешкой спросил:
- В библиотеку не записался?
- Чево, чево? – не понял вопроса долговязый.
   Он бестолково уставился на Вольского и даже прекратил жевать жвачку. Дубинин от любопытства открыл рот, глядя на Витьку. Рыжий дёрнул плечами и вертанул у виска пальцем, кивнув на Сазонова:
- Чё, не все дома?
- А ну-ка, ну-ка! – поддел пальцем рубашку рыжего Красавчик и потребовал: - Делись-колись, Фикса, чего он имеет в виду!
   Сазонов насмешливо ел злыми глазами Вольского, подогревая не на шутку его самолюбие. Витька хорошо запомнил слова московского: «Не будь шакалом! Ты же пацан!» Вот он, стоит упрямо, как добрый осёл и не боится, что сейчас ему не слабо накостыляют! Рыжий злобно маханул по пальцу долговязого и нервно проскулил:
- Да хорош выпендриваться, Красавчик! Чё ко мне-то пристал?!
- Не понял! – долговязый, как малахольный дурашка, так задрал брови и вытянул лицо в удивлении, что Аркаша, не сдержавшись, прыснул, а Дубина захохотал.
   Но, взглянув на Сазонова, Дубина оборвал резко смех и подступил к нему, сжимая кулаки:
- А ты-то чего ухмыляешься?! Рассобачить нас задумал?! Вроде без тебя мы тут плохо жили?
- Да я вроде не к тебе лично сюда приехал! – едко ему в тон перебил его Аркаша.
  Красавчик, открыв рот, переводил взгляд с одного на другого. Вольский хитро подлил масла в огонь и, тыкая в приезжего, начал беспардонно врать:
- Он меня уговаривал с вами не водиться! И сказал, что вы оба дураки и только дерётесь!
- Кто? Я?! Ври, да не завирайся! – хохотнул Аркаша и кинул словесную бомбу в компанию врагов: - Вы и без меня, как черти между собой дерётесь! 
   Долговязый психанул! Он никому не позволял марать свою авторитетную личность! Разлад в компании он не потерпит! И чтобы над его лидерством смеялись, тоже не позволит!!!
- Черти, говоришь?! – процедил он злобно, выплюнул жвачку и неожиданно с силой оттолкнул рыжего.
   Витька охнул, взмахнул руками и полетел спиной в кусты густой роскошной бузины, треща ветками!
- Да ты вальтанулся что-ли?! – заорал он на долговязого и с руганью стал выбираться из кустов.
- Я те щас покажу чертей!!! – вскипел Красавин, развернувшись к москвичу.
   Прямым ударом кулак Пашки полетел в синие глаза! Но Сазонов удачно присел и съездил по макушке долговязого так, что его кепи улетела с головы высоко на берёзу и там застряла в ветках, словно показывая хозяину-драчуну язык! Ну, это совсем Красавчика разозлило! И он стал бить Аркашу за все свои прошлые промахи и неудачи! Конечно же, Красавин был и выше, и сильнее! Сазонов защищался, как только мог и как умел, стараясь не остаться в долгу! Вихрастый с рыжим, как дурные, носились вокруг драчунов и в два голоса орали:
- Слева бей! Справа бей! По глазам! По зубам! В нос ему дай!
- Айя-яй!!! – раздался пронзительный визгливый крик.
   Драка тут же прекратилась, и все хором обернулись. На драку с отчаянным криком бежала Ставицкая! Девчонка с разбегу так налетела на Красавина, что пацан вместе с ней кубарем полетел под кусты! Ставицкая начала его нещадно лупить, царапать и истерично кричать:
- Не трожь его! Ты не будешь его бить!!! Не смей!!! Не позволю!!!
   Сазонов тут же кинулся на выручку подруге!
- Куда?! Стоять!!! – злорадно схватили его Дубина и Фикса и дружно принялись лупить: - Получай своё заслуженное, получай, чтобы не выступал, где не надо!!!
   Фикса усердно орудовал кулаками! Ведь толчок в кусты спровоцировал Сазонов. И теперь вся спина Вольского от такого полёта в бузину гудела от царапин.
   Аркаша был в полном отчаянии! Он начал лягаться ногами и вырываться, чтобы прийти на помощь подружке. Вольский толкнул его на сетку, и москвич запутался в ней ногами! Удары неприятелей с удвоенной силой посыпались увереннее и смелее! 
- Двое на одного?!! – вскипел Сазонов, ещё яростнее защищаясь и не теряя из виду Ставицкую с Красавиным.
  Едва Пашка поднялся на ноги, как тут же Ставицкая мотанула его так за шиворот, что он растянулся на траве, ободрав локти! Девчонка просто не давала ему подняться на ноги! И тут он с испугом вспомнил, что многие пацаны и девчонки говорили, что у неё с головой непорядок. С такой дракой она смахивала на неуправляемого буйного психа. Пинаясь, Пашка наконец схватил Ставицкую! И в тщетной попытке увернуться, с визгом заверещал на девчонку, как на сверепую собаку:
- Пошла вон!!! Пошла ВОООН!!!
   Но девчонка, как упругая сильная змея, начала выворачиваться и продолжала яростно лупить и царапать хулигана, совершенно не считаясь с его силой и ростом! Она уже не только дралась, но уже и пустила в ход зубы! Наконец Пашке удалось с силой отшвырнуть Ставицкую, как бешеную кошку! Вела кувырком полетела в овраг! Весь лохматый, побитый, покусанный и поцарапанный Красавин подскочил и бросился позорно удирать!
   Пацаны, как верные слуги тут же, толкнули Сазонова и понеслись за своим поверженным лидером. Сазонов улетел под сетку, задрав ноги! Рыжий на бегу отодрал надломленный прут с куста бузины и погрозил москвичу:
- Ещё свидимся, не так получишь!!!
   Дубина пронзительно засвистел Красавчику, призывая остановиться. Пашка тормознулся и оглянулся. Увидев выбравшуюся из оврага девчонку, он враз напрягся, весь на изготовке бежать.
   Подбежали мальчишки.
- В психушке надо таких, как она держать! – заключил с оглядкой на Ставицкую Дубинин.
- Точно психбольная! – согласился Вольский в большом желании подбодрить опозоренного лидера.
   Красавин молча сверкал глазами, не в состоянии что-либо ответить.
   Аркаша поднялся. Вела подбежала к нему, с болью глядя на его разбитое лицо. Колени её были содраны. Она очень горько заплакала. И, судорожно прижимая кулачки к своей груди, уткнулась в грудь Аркаши головой. Мальчишка растерялся. Он вытер рукой кровь с губ и с носа и, осторожно гладя на спине её рассыпанные волосы, прошептал:
- Не надо, не плачь. Ну, дураки они, понимаешь? Слабые дураки…
- Тили-тили-тесто!.. – начал было обсмеивать их рыжий.
   Но долговязый, не дав договорить дразнилку, стиснул зубы, выхватил у Вольского прут и так стеганул его, что тот выгнулся! Схватившись за шею, Витька резко замолчал, словно ему сунули в рот кляп! И уже втроём хулиганы торопливо зашагали прочь.
- За что он тебя так? За что? – тихо и безутешно плакала Вела и, подняв полные слёз глаза, с жалостью глядя на побитое лицо товарища, отчаянно произнесла: – Ну, ты же такой хороший! 
   Сазонов вытер её слёзы, нервно сдёрнул со штанги тенниску и, молча, потянул за руку в овраг. Они спустились вниз к ледяному роднику. Аркаша осторожно умылся ключевой водой, напился, намочил рубашку и, приложив её к лицу, тихо простонал. Вела сполоснула заплаканные глаза и, с жалостью осмотрев Аркашино лицо, плаксиво шмыгнула розовым носом. Она пошла по ближним зарослям, срывая крупные листья подорожника.
   Мальчик с интересом за ней наблюдал, не понимая, зачем она собирает эти листья. Вела промыла листья в родниковой воде, помяла их и мокрые легко прилепила к ссадинам на лицо побитому товарищу. Затем осторожно обмыла ссадины на своих коленях. Аркаша снова смочил рубашку в роднике и, приложив к глазу и лбу, подал руку, стараясь ободряюще улыбнуться подружке разбитыми губами:
- Пойдём? Ты куда-то хотела…
- Уй, - невольно зажмурила Вела глаза от его побитого вида и сказала: - Пойдём. Но в другое место.
   Она повела его вверх по едва заметной тропинке оврага.
   На футбольном поле высоко на берёзе им вслед белело белое кепи, словно выброшенный белый флаг поверженного врага, просящего пощады!
   А враг негласно просил этой пощады с позорным треском проиграв неравный бой!

продолжение следует ------------------------